Пурпурная роза - сомнительная личность

      Изумруды всегда привлекали его не только своею ценой, но и ярким манящим свечением. Ведьма была полна до самых краёв сюрпризами и тайнами, оттого становится новой целью для капитана кавалерии. Правда, является ли та жертвой — вопрос хороший.       ***       Полумесяц сиял высоко в небе, придавая тёмному пространству красок, покрывающих отсутствие звёзд. Губы невольно смыкаются в усмешке и примыкают к очередному бокалу вина. Тупые шутки, вылетающие из Кэйи, уже вдоволь достали Чарльза, и так стоящего за стойкой весь день, потому тот уже просто не отвечал, лишь разливая алкоголь по стаканам. Пьющий капитан в слушателе и не нуждался, ибо выпивать под вечер и нести всякую чушь уже было на автомате, пока мысли были заняты предстоящей встречей.       Завалиться сегодня днём в библиотеку со словами: «Сегодня я хотел бы пригласить одну очаровательную даму в таверну» — было явно не так романтично, как изначально хотел Кэйа, но так как та, хитро улыбаясь, легко согласилась, возможно подозревая, что на самом деле имел мужчина, то и беспокоится не стоит. Более того, она обещала, что явно удивит его этой ночью, что и побудило мужчину зайти в таверну ранее назначенного времени, в ожидании попивая одуванчиковое вино.       А ждать долго и не пришлось. Дама гордо явилась в помещение, ехидно поглядывая на капитана кавалерии. Она усаживается рядом с ним. И, думается бармену, что между Лизой Минчи и Кэйей Альберихом назревает какая-то странная связь, ибо по другому объяснить скользнувшую вниз руку капитана по соседней ноге невозможно.       — Налейте-ка сока из волчьих крюков, — мило улыбнувшись Чарльзу, она нацелилась и стукнула каблуком по ноге мужчины, точно попав по большому пальцу. Рука сжалась в кулак и больше не стала совершать некие совращающие вещи — ещё одна победа в копилку Минчи. — Так что, дорогой, о каком конкретно кодексе ты говорил мне сегодня?       — Ам.. — вообще не понимая эту странную женщину, он просто выдавил свою очередную лыбу, запрокидывая бокал. — Лиза, кажется.       — Ах да, я же ещё хотела попросить, чтобы ты заставил ленивых рыцарей протереть полки библиотеки, одна я, честно, могу и не управиться в точное время, — набирая обороты с привычными диалогами коллег, та продолжала сохранять достойный вид обычного библиотекаря, который общается с таким же обычным рыцарем.       — Стой, полки библиотеки? — единственный видимый зрачок расширяется, до Кэйи доходит эта обстановка и он лихо еë подхватывает. — Конечно, я попрошу их это сделать, однако требуется услуга, какую ты будешь должна выполнить, — с хитрым прищуром, он довольно отставляет пустой бокал, придвигаясь к даме всё ближе.       — Ах, ты про запретную зону? Поверь, ключи от неё я доверить не могу, однако, может, найдётся альтернатива, — намёк был либо слишком прямым, либо слишком странным. Кэйа не до конца понял его, но подметил, что та явно не планирует обычный секс.       ***       Их разговоры-намеки с прекрасными напитками продолжались бы часами, если б не закрытие таверны и алкогольное опьянение капитана кавалерии. Ведьма крепко взяла Кэйю за руку, поднимаясь с места и оставляя бармену мору, кажется, заплатив и за несколько бокалов мужчины, потому что монет тут было даже больше положенного. Рыцарь лишь невнятно болтал сам с собой, недовольно выходя из таверны.       — Милашка, как насчёт того, чтобы заглянуть ко мне? Ты выглядишь довольно измотанным, а одна ночка не у себя дома никому не навредит, — изумруды сияли в еë глазах, пока та мирно смотрела на партнёра.       — Хмм, но раз ты настаиваешь, — строя свой невинный взгляд, будто тот удивлён такому предложению, Кэйа потянулся рукой к бедру библиотекарши, поглаживая его. Он не хотел сбавлять инициативу, с диким желанием закусывая губу и поглядывая на изгибы тела женщины.       Та лишь по-прежнему улыбалась, давно заметив эту близость со стороны рыцаря. И, пообещав самой себе, что Кэйа Альберих, капитан кавалерии, не завладеет ею этой ночью. Никто не посмеет уступать ей в верхней роли, особенно если это касается надоедливых романтиков.       Рука Минчи с резкостью обхватывает одну сторону ягодиц и сжимает их, довольствуясь лёгким вскриком мужчины. Он смотрит на неë с осторожностью и пытается убрать ладонь за запястье, однако Лиза лишь звонко шлёпает его, возвращая руку в привычное положение. Такой расклад событий заметно удивил Кэйю.       ***       Дом выглядел прилично и даже богато, возможно, Лиза скребет мору больше него, учитывая, что не пропивает её почти каждый вечер в тавернах. На стенах висело лишь пара фотографий, которые Альберих в общем и не разглядел, так как ему было не до этого. Книги, раскиданные по всем возможным полкам, уж слишком навевали странную атмосферу, означая, что лучше их не трогать. Женщина сняла надоедливые каблуки, откидывая их куда-то в сторону и сразу же схватила Кэйю за руку.       — Дорогой, советую поскорее перебраться ко мне в спальню, иначе набрасываться друг на друга в коридоре было бы для меня неприемлемо, — ладони огладили грудь, перебравшись к воротнику, которому женщина уделила особое внимание. Он был отдельным атрибутом.       — Для кого неприемлемо, а для кого обычное дело. Никто не мог устоять перед одним прекрасным мужчиной, — заигрывая с Лизой и ещё не до конца осознавая ситуацию, он следует за ведьмой в комнату, где сейчас должен молча сидеть и ждать будущую любовницу.       Женщина отошла в соседнее помещение, сняв с себя только шляпу, подправив макияж и отправившись обратно к капитану. В еë ладони сверкала баночка со смазкой.       — Хм, я думал, что твоя одежда давно должна была потерять смысл, — поглядывая на странную вещицу в левой руке Минчи, он не придал ей особого значение.       — А я же думаю, мне всё ещё надо разогреться. И тебе, кстати, тоже, — вышеупомянутая жидкость ещё раз ярко блеснула, когда она потрясла ею почти что около лица мужчины, наконец привлекая к себе внимание. — Понимаешь, я привыкла доставлять удовольствие мужчинам немного иным способом, — если и этого Кэйа ещё не осознал, то время принять тот факт, что обойтись стандартной ночкой для такого же обыкновенного секса не получится. Тайны раскрывались одна за другой. — И, если ты действительно согласен занять нижнюю роль, то я буду только рада, — склоняясь над шокированным капитаном, она перебирала в руках мех, придвигаясь всë ближе к смуглой шее.       Возбуждение накатывает всё сильнее при мысли о том, что это он будет прогинаться под женщиной, а не наоборот. Это завораживало и пугало одновременно.       — Подожди, Лиза. — отводя взгляд, Кэйа попытался убрать руки ведьмы от воротника, но та сама отстранилась от него, приняв наигранно-грустное выражение лица.       Минчи отошла от него, вставая около настенного зеркала. Пальцы скользят по комоду, останавливаясь на верхней выдвижной полке.       — Раз ты не хочешь попробовать новые ощущения, и, возможно, бросить вызов самому себе, то мы обойдёмся обычным сексом по пьяне, — на еë лице всё ещё сияла миленькая улыбка — та вовсе не расстроена, было интересно наблюдать за реакцией Кэйи. — Или у тебя будет другое мнение на этот счёт?       — Я согласен, — твёрдо высказавшись, на его лице вспыхнул яркий румянец, словно цветущий кровоцвет, распахнувший свои алые лепестки. Смущение и осознание очень быстро настигли затуманенное сознание.       Лыба на лице женщины расцвела новыми красками. Возбуждение приобретает верх и та с силой выдвигает ящик, доставая кружевную ткань. Остальное содержимое полки с такого расстояния трудно увидеть, но капитан и не хотел туда заглядывать — уж больно любопытство расстроит его.       Лиза властно подходит к нему и шепчет, чтобы тот скинул с себя всë ненужное, но когда Кэйа первым делом потянулся к перчаткам, она схватила его за руку, призывая оставить этот элемент одежды.       Задний плащ, плотный жилет с золотыми побрякушками летят на пол. Рубашка сползает по плечам, демонстрируя подтянутое тело и выделяющийся пресс. Одежда капитана кавалерии теряет смысл этой ночью. Розовые соски затвердели из-за прошедших по груди пальчиков, поглаживающих сладкие ареолы. Он оголил лишь торс, а Минчи уже хочется вылизать его смуглую кожу, прокусить еë, оставив кровавые следы.       Её хищный взгляд неловко замечает Кэйа, стягивая рубашку полностью. Кажется, будто согласие на всё это заключило его в некие кандалы, в то время как библиотекарша получает свободу в действиях. Может, и не нужно было давать согласие на все эти извращения — капитану слишком вскрутило голову, чтобы думать об этом. Лиза просто не оставит без внимания.       — Дорогой, нам нужно определить стоп-слово, я же не извращенка какая-нибудь, — Альберих бы поспорил с последней фразой, но больше его интересовало стоп-слово. Он что-то слышал о таком, но неужели всё будет так плохо, если придётся использовать что-то подобное. — Если что, это такая штучка, которую говорят, когда хотят остановить партнёра. Чаще всего используют именно нижние, так что я слушаю твои варианты, — нежный взгляд в это время странно коситься на его тело.       — Ты пытаешься запугать меня своими «штучками»? — он лыбиться, убирая руки на кровать. Этой игрой должны наслаждаться оба, — Хорошо-хорошо, тогда это будет. виноградный сок. Да, виноградный сок. Надеюсь, мне не придётся объяснять, по какой причине я ненавижу его, — и вправду, Лиза помнила что-то такое, когда он однажды жаловался путешественнику, что из таких чудесных ягод можно было сделать сладкое вино.       — Ладушки! У меня осталась последняя просьба, — она садится ему на колени, не давая снимать одежду дальше. Оглаживает крепкий торс, впивается в твёрдые соски, зажимая один между пальцев, отчего улыбка мужчины слегка кривиться, — С этого момента и до конца наших игр, я буду госпожой для тебя, и если ты посмеешь вымолвить моё имя — я пущу электричеством по твоему языку, всë ясно?       Он не успел осознать этого, как игра уже началась после заключения стоп-слова. Привставший член начинает покалывать из-за сидевшей Лизы, мучающей соски с диким желанием уделить им достаточно внимания. Она будто специально трётся задней частью о него, в это время покусывая твёрдую грудь, покрасневшую от ласк. Кэйа тихо вздыхает, прикрывая веки. Его руки пытаются коснуться русых волос.       — Первое правило: не трогать меня, пока я не разрешила, — он давно привык к строгому тону, особенно слыша это каждый день то от Джинн, то от сводного братца, но эта женщина явно влияет как-то по другому. Ладони опускаются обратно за спину. Усмешка.       Словно наслаждаясь настоящим деликатесом, Лиза оставляла мокрые поцелуи на смуглой коже, надавливая пальцами на торс. И только когда та совсем перегнула палку — укусила за левый сосок, послышался тихий короткий вдох. Рот жалко приоткрылся, по подбородку вот-вот скатиться слюна. Еë хищный взгляд оторвался от желанной груди — пухлые губы сразу же впились в его. Постанывания со стороны Кэйи участились из-за дикого наслаждения процессом, что не могло не радовать доминанта.       Язык проникал всë глубже, касаясь дёсен и внутренних стенок щёк. Смешанная слюна стекает по припухшим губам мужчины, в то время как кончики рта женщины в усмешке приподнимаются. Капитан кавалерии покорён.       Она легко отстраняется от него, давит рукой на грудь, чтобы тот лёг на кровать. Растегивает ремень, медленно стягивая штаны.       — Приподними бедра, — шепчет Минчи. Он послушно помогает избавиться от оставшейся одежды, полностью смирившись с ситуацией. Раздеваться перед женщиной — дело лёгкое, именно они растерянно закрывают ладошками лицо, сгорая от представления будующих ласк, однако в данной ситуации, Лиза явно выигрывает, будучи опытной в своих играх.       Ведьма начала ласково поглаживать стоящий член, проводя пальчиками по всей длине. В еë глазах читалась откровенная похоть, а в самих мыслях, возможно, было столько вариантов как провести ночь. Она могла бы веселиться с этим телом хоть до самого утра, но злоупотреблять сном, а также доверием Кэйи, та вовсе не желала.       Язычок легко касается красной головки, заставляя мужчину резко вдохнуть и почувствовать наслаждение вперемешку с предвкушением. Тепло разливается по телу. Лиза снимает перчатки, аккуратно откладывая их на прикроватную тумбу. В руках теперь красуется вышеупомянутая ткань, которую она подносит к лицу капитана, ограничивая в зрительном контакте.       — Слепые игры лучше возбуждают, так как ты даже не знаешь, что сделает партнëр, — хитро улыбается — это было последнее, что он увидел. — Подними голову, — Минчи легко завязала ткань на его глазах.       Дальше приходилось лишь гадать, что эта женщина вздумает сделать с его телом. Но он лишь чувствовал очередные поцелуи на его животе, которые та оставляла с мокрым причмокиванием.       Руки огладили внутреннюю сторону бёдер, надавливая пальцами на мышцы. Кэйа действительно был хорошего телосложения, мускулы хорошо выделялись — их хотелось расцеловать. И как бы желание внутри Лизы не заставляло еë становится мокрее внизу, она не могла так просто позволить себе насладиться телом, учитывая опыт партнёра. Она планировала обучить его некоторым штучкам, о которых рыцарь даже не задумывался.       — Повернись-ка на живот, милашка, — хотелось бы самой резко перевернуть его и скорее взглянуть на подтянутую задницу, но так же интерес посмотреть, как это сделает сам Кэйа явно преобладал. — И согни колени. Я хочу вдовль наглядеться на это развратное тело, — тут возникает неловкая тишина. Он никак не отвечает, прибывая в полу-смущении от происходящего. Прямо сейчас попросили такого гордого мужчину, как капитан кавалерии Ордо Фавониус, показать задницу во всей красе, пусть и не прямым текстом. Но попросили. И это не была обычная девушка, которая похожа на всех предыдущих, кайфующих от прекрасного тела Кэйи, это была его же коллега — библиотекарша, кажется, редко выходящая за пределы своего огромного помещения с книгами.       Он прикусывает и так в конец треснувшие губы, всё ещё смазанные чужой слюной. Так хотелось покончить с этим диким смущением раз и навсегда, чтобы тот осознанно, а не в пьяном состоянии, занимался такими вещами и с гордым видом уходил от этой женщины, будто они серьёзно обсудили скучную рутину Ордо Фавониус. Руки вздрагивают от нетерпения, Кэйа переворачивается на живот и отставляет задницу вверх, наконец смирившись со сложившимися обстоятельствами.       Радости и возбуждения со стороны Лизы нет предела. Она аккуратно оглаживает смуглую кожу, столь желаемое тело.       — Неужели ты станешь перед каждым новым партнёром так выпячивать свою пятую точку? Гордишься, что не у многих женщин есть такие сладкие задницы? — подразнивания со стороны женщины набирают новые обороты. Она хотела заставить его возбуждаться от таких грязных слов. Читает как открытую книгу и замечает все те скрытые желания, которые Альберих не показал бы никому, если б не она, явившаяся к нему в этот чудесный вечер.       Сжатые кулаки комкают простыни. Невозможно. Его лицо покрывается новым слоем румянца. Отвечать на такое — идти наперекор собственной гордости, прибавляя дров в безумный огонь.       — Хах, а ты бы позволила так делать при ком-то другом? — самодовольная ухмылка не заставила долго ждать. Обстановка всё сильнее накаляется, прилив эмоций не остановить. — Я чувствую, как ты пожираешь меня своим извращённым взглядом, госпожа, — это личная победа в копилочку Кэйи. Его язык наконец смог развязаться, но неловкость по-прежнему оставалась глубоко в сознании, как бы сильно он не хотел, чтобы Лиза сделала с ним буквально всё.       Ответа не последовало, лишь шуршание простыней и заметное ощущение ведьмы с правой стороны. Она довольно уселась на кровать, придвигаясь чуть ли не вплотную к мужчине, который всё ещё находится в развратной позе.       — Животом на мои колени. Быстро, — может, в голосе и не звучал настоящий приказ, однако последнее слово «быстро» — уж точно не заставит Кэйю ослушаться.       Не успел тот до конца выполнить желание госпожи, как она тут же шлепает его по правой ягодице, произнеся первое число. Такого, возможно, не ожидала сама Лиза, ибо она даже не расчитала силы, от чего теперь и еë ладонь достаточно покраснела. Но не прошло и минуты с момента шока у обоих, как она замахнулась и снова шлепнула по подтянутой заднице. Он не сдержал голоса. Тепло разлилось по телу от точки удара, на смуглой коже виднеется след.       Смущению не было конца. Минчи глянула на Кэйю, который, улыбаясь, крепче вжался в простыни.       — Спасибо, госпожа. Я прошу ещё.