Обнажая сердца

19 апреля

Он наконец вышел на связь. Попросил о встрече.

      Хосок чуть слышно поднялся с дивана. За эти четыре дня запах в квартире незнакомки стал привычным. Чон подумывал, что теперь и от него будет цветами пахнуть. Подсвечивая телефоном достал потрёпанные кроссовки. Пока надевал их чуть не упал, создав при этом не мало шума. Прислушался. В комнате сразу напротив коридора за приоткрытой дверью послышался шелест шёлкового постельного белья и сонное мычание. Чон несколько секунд стоял нахмурившись, слушал разбудил ли он хозяйку дома. Как можно тише открыл дверь и вдохнул запах сырости в подъезде. Осталось добраться до места… Измученно закатил глаза. Идти часа четыре пешком, а по-другому не получится.       У нужного дома мялся несколько минут, поглядывая на запертую дверь коморки сторожа. Когда же наконец она открылась Хосок который раз бросил камень в кучу песка на целлофан. Охранник, ворча что-то про грызунов и бродячих животных, пошёл проверять. Опустив взгляд Хосок проскользнул пока была возможность и поднялся на крышу. Железная дверь открылась с лёгким скрипом, а порыв ветра растрепал волосы. Хосок огляделся. Взглядом наткнулся на знакомую фигуру Юнги и подойдя ближе сел на край, рядом. — Мы всегда ночью будем встречаться? Хосок не поднял взгляд на Мина. Смотрел вниз на машины вдалеке. — А почему нет? Действительно. Днём слишком шумно и людно, а Хосок не любил внимание. Оно всегда плохо для него обходилось… — Я ничего о тебе не знаю… — признался Чон. На душе стало как-то легче просто от того, что вслух это произнёс. Начало казаться, что уже не важно это, но спустя время вопросы снова начнут всплывать в сознании. — У нас общая цель, — Юнги перевёл взгляд на Хосока. — Разве этого мало? Для Хосока слышать это было сейчас приятнее всего. Он не один. Рядом есть кто-то, кто его понимает и поддерживает. — Ты прав наверное…       Какое-то время оба наблюдали за пейзажем внизу. Хосок не рассказал о встрече с теми ребятами из подземки, а Юнги не спрашивал о ещё не заживших ссадинах. Вскоре Хосок, вздохнув, запрокинул голову. В небе словно рассыпанные бусины светились сотни и тысячи огоньков. — Посмотри на звёзды. Они смотрели ещё несколько минут. Хосок будто ожил. Начал обрисовывать созвездия, рассказывать факты о космосе. Впервые за долгое время его глаза блестели не от слёз. Юнги уловил этот блеск, но он потух. — А это… — Хосок показал Юнги ковш в небе. — Большая медведица. Рядом с ней всегда есть малая. Хосок указал чуть в сторону и перевёл взгляд на Юнги. Чон думал, что тому плевать на всю эту болтовню, но Мин слушал внимательно. Юнги тоже опустил взгляд и парни несколько секунд смотрели глаза в глаза. — Она всегда рядом с ним… — повторил Хосок. Юнги не выдержал этого. Догадаться почему искорки из глаз пропали было не трудно. Тема семьи для Хосока была чем-то болезненным. Мин чуть ли не силой поднял Чона на ноги. За руку потащил вниз по лестнице.       Спустились всего на этаж. Юнги из-под лестницы достал чёрный рюкзак и кивнул наверх. Снова поднялись. Мин достал две бутылки пива и протянул одну Хосоку. — Пей. Вообще-то не по божески это было. Не правильно. Грешно и грязно. Но Юнги таким взглядом обжёг, что Хосоку показалось будто наказание от него за непослушание будет суровее наказания Господа. К тому же… он думает о самом страшном грехе — суициде. Он уже себя опорочил перед всевышним. От одной бутылки пива станет ненамного хуже.       — Хочешь я столкну тебя? — Юнги поставил уже четвёртую бутылку рядом с собой и крепко держа Хосока за куртку опасно подтолкнул того к краю крыши. Хосок обхватил холодными пальцами чужие руки. Оба смеялись как дети. — Ты сделаешь мне одолжение, — признался Чон. Говорили о смерти, убийстве или суициде как о простой детской игре. — Буду смотреть как ты летишь вниз и разбиваешься о груду кирпичей, — хмыкнул Юнги. — Я думал мы упадём вместе, — Хосок рывком притянул к себе Юнги. Оба парня стоя на самом краю опасно накренились. Юнги попытался выровнять их положение, сделать более устойчивым, но даже на идеально ровной поверхности ему сейчас это удалось бы с трудом. В головах обоих играла четвёртая бутылка алкоголя, а все самые потаённые мысли вылетали наружу, не желая больше таиться в подкорке одиноких сознаний.       Хосок повернулся на шум с лестницы. Кажется они привлекли внимание. Чон спрыгнул с небольшого выступ у края крыши и за руку потянул Юнги на более безопасный участок, ближе к себе. — Кажется, нас разоблачили, — Чон улыбнулся, кивая на вход на крышу. Вот-вот в дверях покажется багровое от злости лицо охранника. — Что же будем делать? Юнги слегка покачиваясь смотрел на дверь. От алкоголя в крови картинка плыла перед глазами. — Что ж, выбора у нас не так много, — сделал заключение Мин. — Будем бежать. Поднял с крыши свой рюкзак пустой и лёгкий. Всё, что в нём было раньше — это бутылки, которые сейчас стояли пустые в стороне. Пустые и никому не нужные. Такие же как те, кто совсем недавно из них пил.       Пару секунд приходили в себя. Шум на лестнице стал более отчётливый и парни переглянулись. Не договариваясь заранее, вместе рванули с места. Пока сбегали по ступеням силой протиснулись мимо шокированного злого охранника. Он не успел даже за одежду ухватить парней, а те его чуть не сбили, спустив вниз по бетонным ступеням. Когда охранник вслед за хулиганами выбежал из здания, Хосок с Юнги смеясь, будто в салки играют перепрыгивали через какие-то строительные материалы. Бежали к дыре в заборе, прошмыгнули в неё и не останавливались пока не добрались до ближайшей оживлённой улицы. Выскочили на трассу и чуть не угадили под колёса машины. Хосок в последнюю секунду сам отпрянул и Юнги за рукав к себе притянул. Оба на соседнюю полосу свалились.       Лежали на асфальте, смотря в звёздное небо и игнорируя ругань водителя той самой машины. Хосоку было уже не до смеха. С трудом переводил дыхание. В миг протрезвел, а сердце билось как бешенное. Юнги же, успокоив смех, повернул голову к Чону. — Что с тобой, — усмехнулся Мин на испуганное лицо рядом. Сам на ноги поднялся и руку протянул Хосоку. — Ты же хотел смерти? Хосок всё ещё кратко дышал, а руки трястись начали. Чон сжал кулаки, стараясь успокоиться. — Я… — начал было он. Юнги спокойно пошёл по улице. Хосок догнал Мина и поровнявшись с ним заглянул тому в глаза. — Как ты можешь быть таким спокойным? Юнги пожал плечами. — Я всегда такой. Я не боюсь смерти. Я желаю её. — Тогда может расскажешь о том способе? — попытался удачу Хосок. — Нет. Коротко и понятно. Без объяснения причин.

P.S Разошлись не на весёлой ноте… подъехала полиция и Юнги ушёл, веля его не трогать и не подходить к нему. В машине меня ждала мать, а дома отец. Обрабатываю свежие ссадины…