Mamma Mia!

Я посоветовала оборачиваться по сторонам, если Дауни будет находиться в одной стране с нами и вернулась к своим. — Детка, что с лицом? — итальянец закинул руку на мою шею и притянул к себе, поцеловав в щеку — К родителям претензии. Что они родили, то и вышло, — фыркнула я — Не цепляйся к ней, Дам! — Виктория, которая была навеселе, улыбалась, — Мужик ее мечты ушел и не забрал с собой, — она мгновенно сделала серьезный вид, — Я бы тоже расстроилась. Правда. — Ты за Деппом бежала? — Давид поднял бровь — Ага. На коленях ползла за ним, так и не забрал меня к себе, гад. — Ясно все, — парень усмехнулся, — А как тебе Дауни? — Что? — я недоверчиво подняла глаза на него, — Ты его любишь, не я. Позвал еще зачем-то. — Он классный, не находишь? — Он со звездной болезнью, высоким самомнением и лишен понимания о личных границах людей! И дочка у него противная, — я сморщила нос — Микки! — Давид рассмеялся, — Ревнуешь?! — Она к тебе клеится не как ребенок, — я толкнула певца в бок и чуть-чуть отстранилась — Да ладно вам! — Томас взял наши руки и сложил друг на друга, — Это все алкоголь. Расслабьтесь. — Я хочу в дом с призраками! Только там можно расслабиться! — я все-таки прижалась к жениху — Из-за поющих бюстов? — Итан задумался — Нет. Там красивые призраки на первом этаже, они танцуют вальс, — я прикрыла глаза, — В красивой старинной одежде и красиво переливаются от голограммы. — Это что-то на женском, — хмыкнула Виктория и пожала плечами, — Мне там лифт нравится и отражения в зеркале. Идем? — Идем! — подхватили почти все Дамиано, под небольшим, но все же градусом, упал на кровать расставив ноги и руки в стороны, закрыл глаза и стал напевать новую, еще не вышедшую песню. — Микки? — Да, милый? — я расстегнула сережку, застыв у зеркала в гостиничном номере — Знаешь, чего мне сейчас хочется? — улыбаясь с закрытыми глазами, спросил он — Догадываюсь, — усмехнулась я, присев на край кровати — Нет, не этого, — парень быстро поднялся на локтях и обеспокоено посмотрел на меня, — Этого тоже, конечно! Но я о другом. — Вау! Дамиано Давид после алкоголя думает не только о сексе?! Дай я сниму этот момент! — я рассмеялась и сфотографировала его на телефон — Хорошая идея, — он натянул усталую улыбку, — Микела, а если мы распишемся завтра утром? — Что? — кажется, я замерла — Я думал, что сегодняшний вечер будет иным по ощущениям. Все-таки, день свадьбы, — итальянец пожал плечами, — Было хорошо, но не было нашего единства, как семьи. Обычный день со всеми. Не празднично. Этот парень удивлял меня еще со школы, но сейчас превзошел сам себя. Наша разница в возрасте два года, и когда Дамиано окончил старшие классы, я тосковала по нему так сильно, что парню приходилось сбегать из университета и проводить со мной время между уроками. Уже тогда у него была своя группа, которая выступала на каждом празднике, а я ловила завистливые взгляды всех учащихся. Еще бы, этот парень был предметом воздыхания большей части школы. Я же чувствовала себя особенной из-за того, Давид был только моим. Он проходил со мной самые страшные моменты в жизни, когда были проблемы у моей семьи, когда чуть не погиб мой отец, и многое из того, что лучше не вспоминать. Дамиано разделял со мной все радости и победы. За десять лет, которые мы знакомы благодаря школе и родителям, он ни разу не подводил меня. Я давно знала, что это тот мужчина, с которым не страшно ничего. Даже если что-то будет идти не так, он не отпустит мою руку. Поэтому сейчас, когда Давид предложил расписаться вопреки слову моего отца, я застыла внешне, но кричала от радости внутри. Все то, что я о нем думала, умножилось на десять. — Микки? — он все еще ожидающе смотрел на меня — Представляешь, что папа сделает нам с тобой за такое? — я решила сильно не подавать радостный вид — Мы оба знаем, что во-первых: меня дон Луккезе любит. Во-вторых: наша свадьба неизбежна. В-третьих: максимум, он нас отчитает. Если ты так волнуешься, можем не говорить. — Он же узнает, Дамиано! — я закатила глаза — Распишимся два раза, — парень улыбнулся — Ты пьян! — я толкнула его на кровать и легла сверху, — Твоя смелость восхищает, римлянин! Но боюсь, она пройдет с восходом солнца, — я сделала грустную гримасу — Оскорбляете, сеньорита! — певец запустил свою руку в мои волосы, — Готов доказать всю серьезность намерений! — Вау. И каким же образом? — Сейчас покажу! Роберт поправил галстук, все еще пристально смотря на себя в зеркало. Через несколько минут у него должна состояться важная встреча, которую ему удалось выпросить через миллион знакомых. Дауни рассчитывал на разговор лицом к лицу, но его предупредили о возможности исключительно, по видеосвязи. Для начала и это хорошо, подумал актер, присаживаясь в дорогое кожаное кресло, нажимая кнопку вызова. Внешний вид, как и обстановка, должны были соответствовать. Чем именно? Возможно, кадрам из фильмов о мафии. Так или иначе, Роберт хотел выглядеть идеально. — Я не доверяю информации от третьих лиц, мальчик, — равнодушно, с явным итальянским акцентом, но по-английски, ответил мужчина — Безусловно, — Дауни кивнул, — Поэтому я хотел передать мои доказательства вам, чтобы подтвердить свои слова, — актер держался уверенно, но под столом едва сдерживал трясущиеся колени — Мы сами это проверим. На этом, хватит. Я услышал достаточно. — Спасибо, дон Лук… Начал Роберт, но связь оборвалась. Книги о Крестном Отце были не такими напряженными, как встреча с настоящим сицилийским доном. Снять свое напряжение актер решил привычным способом. Пока дети спали, он спустился в бар, чтобы через несколько часов оставить щедрые чаевые бармену. Мы с Дамиано вышли из здания держась за руки, и кажется, особо не осознавая, что натворили. Я закрыла глаза и глубоко вдохнула французский воздух, чтобы он оказался в каждой моей клеточке и выдохнув его, покачала головой, все еще улыбаясь. — Выглядите странно, сеньора Давид, — с подколкой, сказал парень — Это мой первый вдох в качестве нового человека, — я открыла глаза — Детка, не хочу тебя огорчать, но как ты сказала «да», пару раз ты уже подышала, — он рассмеялся и обнял меня, притянув к себе — Не порть мои первые впечатления от семейной жизни! — я нахмурилась — Лично мне никто ничего не портит, — итальянец поднял руку и кивнул на кольцо, — Мне двадцать два, и я женат на лучшей девушке этого мира! — Подлизался! — я в шутку толкнула его в грудь, — Я тоже в хорошем положении, — смотрю на свое кольцо, — Мне двадцать и мой муж мировая рок-звезда, — гордо задираю нос и делаю пафосную гримасу — И чему ты радуешься?! Паспорт все равно менять надо! — Я радуюсь тому, что ни одна пищащая девушка, отныне, не имеет права висеть на твоей шее! Теперь, у меня будет законное основание избавиться от нее, — я сморщила нос — Точно! Надо предупредить любовницу, чтобы была осторожнее, — Дамиано с вызовом посмотрел на меня — Да, ты прав. Я тоже позвоню Деппу и отменю сегодняшнюю встречу. — Какому Деппу? — Дами, Деппу, который Джонни. — Не отменяй, — он выпрямился и серьезно посмотрел на меня, — Пусть это будет мой свадебный подарок! Я даже из номера выйду, чтобы вам не мешать, — парень затрясся от смеха — Дурак! Эти недели пролетели так быстро, что я не успела понять, как это произошло. Движимая желанием быть рядом со своим, уже, мужем, я отменила все показы и фотосессии, чтобы не расставаться с ним ни на один день. Плюсы быть дочкой шишки: двери тебе открыты везде и всегда. Почти. Сегодня был предпоследний концерт в первой половине тура по Европе и традиционно, завершился он выходом к фанатам. Мне показалось, что у входа столпились все, кто был на концерте в многотысячном зале. Дамиано, как и остальные участники группы, не жалеет времени на фотографии с фанатами, расписывается на любых местах, что вводит меня в бешенство, и даже, умудряется перекинуться парой слов с ними. В этот раз заметили и меня, уговорив подойти с группой и мило улыбаться незнакомым людям. — Когда вы уже поженитесь? — Из-за чего перенесли свадьбу? — Вы вместе из-за пиара? — Микела правда начала встречаться с Дамиано, чтобы вылезти в модели? — А вы расстались? Меня изнутри трясло от этих вопросов. Хотелось ответить по-сицилийски, но воспитание не позволяло. Вру. Не воспитание. На самом деле, муж просил держать себя в руках. Мне только и оставалось, игнорировать крики обезумевших девочек. Дамиано слышал каждый вопрос и тоже, не реагировал до тех пор, пока что-то из людей, кто спрашивал неприятные вещи, не подходил за фото. В такие моменты Давид отворачивался от этого человека к следующему, начиная свой мини разговор. — Поражаюсь твоему хладнокровию, — я встала на носочки, чтобы сказать это на ухо — Не обращай внимания, — парень посмотрел на меня и улыбнулся, — Через три дня они все узнают. — Быстрей бы. — Осталось чуть-чуть, Микки, — он поцеловал меня в щеку и сразу отвлекся на новую девушку с просьбой о фотографии — Дами? — М? — подписывая открытку, отозвался итальянец — Дами, консильери написал, что мой папа не может тебе дозвониться. Это срочно. — Паоло? — Давид нахмурился — Да, — я поджала губы, — Лучше не откладывай. Кажется, что-то серьезное. Вдруг, он узнал? — Не волнуйся. Дамиано не стал спорить, извинился перед фанатами и мы сели в машину, откуда он набрал моего папу. К счастью, отец все еще не знал о нашей тайной росписи но факт того, что он звонит Дамиано, меня жутко напрягал. Мало ли, какая будет реакция. — Дон Луккезе! — певец был очень доброжелательным и начал разговор с улыбки, при этом, довольно сильно сжимал мою руку, — Вы звонили? У нас была автограф-сессия, на ней мы без те… — Я знаю, Дамиано, — послышалось из гаджета, который парень сильнее сжал второй рукой, — Меня предупредили об угрозах, и есть основания предполагать, что они могут действовать завтра. — Вас? — мой муж выглядел озадаченно, — Завтра? — Да. Микела моя единственная дочь и ты должен быть внимателен на завтрашнем концерте. К вам приедут мои лучшие люди для усиленной охраны. Зная Микелу, она не откажется от посещения концерта. От запрета эта девочка попросту сбежит, поэтому, дополнительная охрана, лучший вариант для вас. — Послушайте, если… — Мальчик мой, это не все. Я знаю тебя почти всю твою жизнь, принял в семью как родного, прощая многие вещи. Завтра ты должен отменить встречу с поклонниками, либо не явиться на нее. Большое скопление людей и ваша не способность нормально передвигаться во время этого общения, не на пользу. Слишком высоки риски, Дамиано. — Думаете, все настолько серьезно? — Давид прикусил губу — Больше, чем ты думаешь, сынок. — Я вас понял, дон Луккезе. Сделаю. — Спасибо. А сейчас, передай трубку дочке. Дамиано протянул телефон мне, вызвав волну неприятных мурашек. — Пап? — Здравствуй, дорогая. — Привет. Что-то случилось? — Буду с тобой честен, — он тяжело вздохнул, — Я получил угрозы — И что? С чего это ты на них реагируешь? — я закатила глаза — С того, что касаются они напрямую тебя. Ты нужна мне целой и невредимой. Поэтому, завтра после концерта, сразу, без фото и общения с кем-либо, вы едете с моими людьми. И сразу в аэропорт, оттуда домой. — Пап, но… — Микела, это не обсуждается. Дамиано я все объяснил. В отличие от тебя, перечить он не стал. Умный мальчик. — Может, еще концерт и свадьбу отменить? — недовольно спросила я — Нужно будет, и их отменим. Все. Завтра Паоло вам позвонит. Будьте осторожны, дети. Остаток дороги мы проехали молча, но в отеле Дамиано провел мне краткий инструктаж, как вести себя, если что-то пойдет не так. Я разозлилась, напомнив ему, кто мой отец, что мне приходилось переживать до встречи с Дамиано, что мы с ним проходили вместе. Я смело могла написать книги на тему «1000 способов выжить, если твой отец мафиози». В итоге, мы с ним разругались и спать легли в разных местах. Я на кровати, он на диване в другой комнате нашего отельного номера. На утро, успокоившись и поняв, что Давид действовал исключительно из-за того, что волновался за меня, да и вспомнив, что он уже мой муж, я зашла в комнату и сказала, что прощаю его. Как обычно, в похожих ситуациях, парень закатил глаза и цыкнув, поблагодарил за мое благородное сердце. Кажется, это станет семейной традицией. К обеду мы всем составом приземлились в новом городе, чтобы дать последний концерт перед свадьбой. Точнее, это место, где находится экватор их гастрольного тура по Европе. Папины громилы приехали в отель одновременно с нами, мгновенно приступив к своим образностям. Проверки номеров, каждого члена группы и ее команды, и все стандартные моменты для подобных случаев, были сделаны в кратчайшие сроки. Концерт прошел как обычно, и если честно, то повтор песен за несколько недель, мне изрядно надоел. Надо сказать, что мы отменили встречу с фанами и ребята поддержали нас, полностью осознавая всю серьезность положения. Группа разбрелась по отдельным гримеркам, пока мы с Дамиано нарушили папину просьбу и останавливались для фотографии с директором концертной площадки и его детьми. Но рядом, кроме них, никого не было, в этом плюсы закулисных помещений. Возвращаясь по коридору, мы услышали шорох сверху, но не придали ему значения. Папина охрана проверяла нашу гримерку, поэтому шли мы вдвоем. Давид озадаченно остановился и поднял голову. Дальше все пошло как в замедленной съемке любого голливудского боевика. Дамиано закричал, чтобы я бежала, одновременно прикрывая меня собой. Я не понимала, что происходит, пока не услышала легкий хлопок, от которого Дамиано вздрогнул, прищурился и поджал губы. Я хотела что-то спросить, но хлопок повторился еще два раза, а сам певец толкнул меня в сторону. Только сейчас, когда его рука оставила на мне кровавый отпечаток, картинка сложилась воедино. Кто-то сверху убежал в противоположную сторону, но мне было не до этого. Я трясла Дамиано, пока тот лежал с закрытыми глазами. Мне вспомнились страшные картинки из детства. Времени на страх не было, поэтому я быстро взяла телефон и набрала Паоло, папиного консильери. — В него стреляли только что! — я закричала в трубку — В смысле? — В прямом! — И что я должен сделать? — Помочь! Быстро! — Пулю вытащить? Или в него из арбалета стрелу выпустили? Скорую вызови, если что-то не так. — Да как ты можешь так говорить после стольких лет?! — от безысходности, я швырнула телефон в стену К моему счастью, на мои крики о помощи прибежали ребята из группы и папина охрана. Дальше все помнится смутно. Более менее, я пришла в себя в больнице, когда сидела около палаты Дамиано. Напротив меня сидел один из охранников, в самой палате дежурил второй. Это их промах, и я верила, желала всем сердцем, чтобы папа их наказал. Как лучшие люди могли допустить такое?! — Привет. — М? — я повернула голову, — Роберто? — удивившись, переспросила я — Роберт, — мужчина улыбнулся, поправив меня — Что вы здесь делаете? — Я понял, что ты ошиблась номером, после фразы «столько лет». Через минут пять дети, оба в слезах, заявили мне, что на вас кто-то напал. Во всяком случае, так пишут газеты. — Я вам не звонила. Да, угрожали мне, но этот дурак заслонил меня собой, когда убийца стрелял, — я шмыгнула носом — Звонила, красавица. Очень агрессивно требовала помощи. — Нет. — Микки, проверь телефон. Я достала гаджет и открыла журнал вызовов. Увидев последним телефон Дауни, я выронила его из рук и съежилась. Проклинала Паоло несколько часов думая, что так нагло ответил он. — Микела, все будет хорошо, — рука актера прикоснулась к моей спине — Три ранения, он без сознания, крови было много, послезавтра свадьба. Все не будет хорошо, Роберто. — Будет, поверь. — А если нет?! — закричала я так громко, что охранник схватился за свое снаряжение — Было бы все плохо, врачи сразу сказали бы. Не волнуйся. Я предлагаю выпить где-нибудь и расслабиться. Утром приедем сюда снова. — Я никуда не поеду! Я должна быть рядом с ним! — Микки… — Миссис Давид? — врач вышедший из палаты с легкой улыбкой посмотрел на меня — Да? Что с ним?! Он жив? — меня затрясло от страха так сильно, что сам врач взял меня за руки — Ранения тяжелые, пули мы достали, передали их вашим людям для расследования, — я сильно сжала руку доктора в ответ, — Жизни мистера Давида ничего не угрожает. Он еще без сознания, мы вкололи все необходимое. Поверьте, вы можете идти в отель. Поспите, отдохните, утром вернетесь. Завтра он точно придет в себя. Вам важно успокоиться. — Но… — Спасибо, док! — Дауни поднялся и подошел к нам, — Я провожу мисс Луккезе в номер, — он покосился на охранника, — Вместе с секьюрити, конечно. — Компания очень кстати, — врач улыбнулся, — До завтра. — До завтра, — прошептала я — Ну, идем пить? Чего бы тебе хотелось? — Кофе, — я тяжело вздохнула, — Но если они скажут, что он пришел в себя, вы меня сюда привезете! — Договорились! — актер подмигнул