Mamma Mia!

— Микела, здравствуй. — Привет, пап. — Милая, прошло несколько дней, а ты так и не рассказала мне о встрече со своей моделью. Как все прошло? — Просто скажи, что ты соскучился и все, — я улыбнулась — Разве это плохо, скучать по ребенку? — Я вижу, что ты смотришь наши соцсети, поэтому думаю, что ты знаешь про Дженис. — Смотрю не я. Мне показывают тебя, дочка. И насколько мне известно, для своих нескольких миллионов фанатов, ты просто показываешь красивую фотографию, а не реальные мысли. Там почти все состоит из Дамиано. — Показывать красивые фотографии, моя работа, пап. — И все же, как встреча? Как тебе эта Дженис? — Пап, она нереальная! — я вышла на балкон, чтобы не мешать Дамиано, — Скоро показ ее коллекции на неделе моды в Нью-Йорке, я буду открывать, и закрывать его!!! — я запрыгала от радости, — Дами будет со мной, они споют прямо на подиуме! — Поздравляю, Микела, — было приятно слышать, что папа улыбался, когда говорил это — Это еще не все! Вчера у меня была встреча с Филиппом Плейном! — А это кто? — Дизайнер. И между прочим, у тебя есть пара его вещей. — Да? — Сто процентов. Мы с тобой вместе их выбирали. — Хорошо, я поверю, — он усмехнулся, — С ним тоже контракт? — Дааа!!! — Рад, что ты нарасхват в чужой стране. Как Дамиано? — Старается. Сейчас пишет песню для нового альбома, я терпеливо слушаю всевозможные ее варианты. — Судя по интонации, тебе это надоело? — Мне нравится то, что делает Дамиано, ты же знаешь. Просто, здесь его хотят сделать массовым артистом. И это меня раздражает. Песню он пишет на английском. — Говорят, это популярный язык в Америке. — Папа! — Что?! — он засмеялся, — Не так? — Так. Но мне это не… — Не вздумай говорить об этом ему. Сицилийские жены не осуждают мужей, а поддерживают. — Но я честно го… — Микела! — Хорошо, я поняла. — Посмотрели город? — Да прям, — я вздохнула, — Здесь мы с Дамиано видимся реже, чем дома, хоть и живем в одном номере. Полноценно вместе были первый день и частично второй. Все. Они торчат в студии, а я после репетиций сижу у океана. Одной совершенно не хочется ничего смотреть. — Он же зарабатывает свои миллионы, чтобы не брать мои, — с усмешкой пояснил папа — Ничего плохого в этом не вижу. Смотря на своих друзей, хочу отметить, что большая часть из них вообще работать не хотят. А у него любимое дело деньги приносит. И довольно неплохие. Все время брать твои, неправильно. Дами так сказал. — Он рассуждает верно, как взрослый и мудрый муж. Кстати, Роберт молодец, что сделал вам такой подарок. С его стороны это был широкий жест. — Знаешь, лучше бы не дарил ничего. Дамиано от него в диком восторге! — А ты? — Что я? — Ты не в восторге от Роберта? — Папа, он ведет себя как ты, — я устало оперлась на перила балкона, — Лезет куда не надо, связями кидается на все стороны. Бесит его навязчивость. — И моя? — Твоя уже нет, — я улыбнулась — Но я все еще хочу знать все, что вы там… — Пааап! — протянула я, — Уверена, Алессандро тебе даже диалоги все передает, дословно. — Так или иначе, — он тяжело вздохнул, — Я соскучился. — И я по тебе, папа. — Будь осторожна. Угрозы не перестают приходить. Я распоряжусь, чтобы на показе усилили охрану и… — Пап, пожалуйста, не нужно. Пока мы с Дамиано здесь, а не в Италии, — я сделала глубокий вдох, — Дай лично мне пожить нормально, а не как дома. Я не хочу смотреть по сторонам и подозревать каждого встречного. Дай мне отдохнуть. Охраны, которая будет там от организаторов, вполне достаточно. Скандалы никому там не нужны. — Микела, я ответственен за тебя перед твоим отц… — Папа, — я оборвала его фразу, не желая слышать ее концовку, — Пап, ответственный за меня теперь Дами. Я в надежных руках, правда. Вон, его по два раза в день врачи смотрят. И через боль, из-за меня, он старается петь так, как будто чувствует себя лучше чем другие. — Он молодец. — Знаю. Это факт. — Хорошо. Не буду красть ваше время. — Спасибо! — я сбросила вызов, не дождавшись его ответа На следующий день, после примерки и репетиции, я решила зайти в кофейню, которая находилась прямо на пляже Санта-Моники. Это не то место, где находится наш отель, но я никуда не торопилась. Дамиано, естественно, был на записи, а я решилась выйти «в люди» одна, потому что надоело торчать то на работе, то в номере. Взяв стаканчик с горячим напитком, умостившись за барным столиком у самого окна, я сделала фотографию. Получилось красиво. Закат, океан, люди, кофе. «Не хватает только тебя…» — написала я и отправила снимок Давиду «Красиво. Потерпи чуть-чуть, Микки. Завтра у нас выходной и мы проведем его исключительно вдвоем!» — почти сразу пришел ответ «Тогда, я дождусь тебя. Не буду спать.» «Спать нужно! У меня завтра на тебя большие планы, поэтому отдыхай спокойно. Я все равно буду поздно.» «Ненавижу этот город. Не вижу тебя совсем из-за него.» «Микки, это всего лишь работа, не скучай. Люблю тебя.» — парень сделал забавную фотографию к последним словам, где с закрытыми глазами как будто целует экран «И я тебя. Попробуй вернуться раньше…» — Как можно тыкаться в телефон, когда сидишь у окна с таким видом?! — Mamma Mia!!! — я снова закричала, услышав чей-то голос слишком близко — Почему ты меня так боишься, Микела? — актер нахмурился, — Если что, я красивый и завидный жених! Дома валяется целая пачка журналов, подтверждающих это. — Не льсти себе, — хмыкнула я, отвернувшись к окну — Твоя вежливость, Микела, поражает меня. Как Дамиано на тебе женился? — актер подпер лицо кулаком — Не ко мне вопрос. — Это ты снова злишься на кого-то, а я оказался рядом в неподходящий момент? — Сомневаюсь, что ты случайно оказался здесь. Слишком много совпадений последнее время. — Даже если не случайно, что с того? Я живу недалеко отсюда. Дети вон, — он кивнул на пляж, — Носятся. Смотрел по сторонам, увидел тебя, решил подойти. Что такого? — Еще и дети, — я тяжело вздохнула — Хочешь, пойду утоплю их? — Дауни подал плечами — О, это так любезно с твоей стороны, — я подперла лицо рукой, снова вернув взгляд на закат — А они тебе чем не угодили? — актер поднял бровь — Они как и ты, лишены понятия о границах, безумные, везде сующие свой нос. Как и их папаша. Ко мне не обязательно было подходить. Ты мог пройти мимо, а не заходить сюда и портить мне отдых. Если твои дети меня увидят, однозначно подбегут и будут лезть! Мне ваша семейка не нужна здесь! — Эгоистичная, избалованная, вспыльчивая истеричка, желающая избавиться от детей. Я теперь понимаю, почему твой муж вечно на студии или на концертах торчит. Ни один нормальный мужик такой комплект не вынесет. Тем более, в двадцать лет, — усмехнулся актер — Эй! — я развернулась, — Забыл с кем разговариваешь?! — Да нет, милая! Это ты забыла! — Дауни ткнул в меня указательный палец, — Я себе имя сделал сам, пройдя почти все, что можно было представить! Все, что я имею сегодня, результат многолетней работы! А ты, — он снова ткнул в меня пальцем, — Мелкая, избалованная, ничего не представляющая из себя дрянь, которая привыкла швыряться не своими деньгами, и жаловаться папаше, если тебя кто-то не слушает! А без его связей и денег, Микела, ты никто! Поэтому советую засунуть свое самомнение в задницу и разговаривать уважительно со всеми! Тем более, со старшими! Тем более, со мной! — … — я изо всех сил старалась сдерживать свои эмоции от такой речи, и просто смотрела на актера стиснув зубы — Да, ты красивая! Возможно умная, — он хмыкнул, — Во всяком случае, надеюсь на это. Но сама по себе ничего не представляющая! У тебя муж и тот больше трудится и добился, чем ты! Кто тебе дал право вести себя как королева мира?! Никто! Хочешь, чтобы тебя уважали? Веди себя достойно! А с собой я так не позволю разговаривать! И тем более, не позволю нести чушь о моих детях! Еще раз услышу что-то подобное в свой адрес, или их, — он кивнул в сторону окна, где было видно его детей, — Вылетишь из моей страны без контрактов. Как подарил, так и отобрать все могу. — Да иди ты! — я резко поднялась, — За кофе, — бросив пятьдесят долларов на стол, вышла на пляж, чтобы не видеть этого актера Я понимала, что отчасти его слова правдивы, но слушать это в тысячный раз совершенно не хотелось. Теперь, я ненавидела этот город еще больше, ведь поводов для радости он не давал совершенно никаких. Нет, встреча с Дженис это что-то невероятное, но больше, ничего хорошего не произошло. — Микела! — закричали знакомые детские голоса, — Микки! Я тяжело и обреченно вздохнула, спрятав лицо в своих руках, которые лежали на согнутых коленях. Только детей Дауни мне не хватало. Они подбежали ко мне и крепко обняли с двух сторон. — Микки! Как ты здесь оказалась?! — девочка прижалась щекой к моему плечу — Мы так рады, что ты тоже тут гуляешь! — мальчик отошел и сел почти вплотную ко мне, — Как дела красавица? — спросил он, копируя интонацию своего отца, — Угостить тебя чем-нибудь? — Все хорошо, — я выпрямилась, когда дочка актера тоже отошла от меня, сев напротив, — Дела хорошо, — я постаралась неслышно шмыгнуть носом и провела пальцем по уголку глаза, вытирая не вовремя выкрутившуюся, единственную слезинку — Эй, а чего плачешь? — спросила Эйври, с явным сочувствием — Не плачу. Зевнула. Я когда зеваю, у меня глаза слезятся. Все хорошо. — Итальянцы не умеют врать, — Экстон пожал плечами, — Ты не похожа на счастливую девочку, которая зевнула. Что-то у тебя случилось. Вот только, что? — он задумался — Да, — толи спросила, толи ответила я — Ты наконец-то поругалась с Дамиано, и вы разводитесь?! Вау! — девочка широко улыбнулась, — Класс! Он обещал мне позвонить, когда это случится! — Эйври радостно посмотрела вверх за мою спину — Брысь от нее, — послышался голос — Ну, папа! У меня тут личная жизнь строится! — Я сказал, брысь! — строго повторил Дауни, — Дайте взрослым поговорить. О работе. — Па! Они разводятся, я не могу… Я откинулась на спину, упав в песок, не в силах выносить весь этот бред. Закрыв лицо руками, старалась не закричать на детей. Роберт пригрозил им лишением карманных денег и те быстро оставили нас. Услышав, как маленькие Дауни убежали, я открыла лицо и перед моими глазами, в воздухе, сразу нарисовался стаканчик кофе. — Забыла, — актер все еще держал его передо мной — Что вам всем от нас нужно? — устало спросила я, приняв сидячее положение, забрала свой стакан — Похоже, одно и тоже, — он сел рядом, — Я сказал то, что думаю, и извиняться не собираюсь. Но у тебя есть шанс показать, что я ошибаюсь. — Иди ты знаешь, куда, — я нахмурилась — Еще и грубая. В моем блокноте скоро не хватит листков, чтобы описывать твои отрицательные качества. — А ты пиши в заметки телефона, там безлимит! — фыркнула я, залпом выпив кофе — Отличная идея. Завтра у тебя будет возможность исправить мое впечатление о себе. Помнишь, что обещала свидание? — Во-первых: не было никаких свиданий! Во-вторых: завтра у нас с Дамиано выходной! — я раздраженно посмотрела на Дауни — Во-первых: после вылитого кофе, ты сама согласилась, не делай вид, что не помнишь. Во-вторых: Дамиано завтра, на два дня, летит в Нью-Йорк, поэтому если у вас были планы, придется их перенести. Я быстро достала телефон и набрала своего мужа. С огромным усилием, чтобы не закричать, я дождалась ответа. — Детка, у нас запись, я же… — Почему ты мне сказал, что у тебя завтра выходной, а сам улетаешь в другой город?! — я спросила по-итальянски, чтобы Дауни не подслушивал — Микки, выходной завтра, а вылет послезавтра, — устало пояснил певец, — И откуда ты знаешь? Нам об этом утром сказали, я тебе еще не… — Твой друг из кино, откуда-то, знает все про всех! Он сейчас сидит со мной и рассказывает о вашем вылете на завтра! — Он видно перепутал. Завтра наше с тобой время, милая, я буду только с тобой. Не волнуйся. Приеду и все объясню. Если захочешь, я договорюсь, чтобы тв полетела с нами, это не проблема. — У меня примерки, Дами, — я пождала губы — Тогда, дождись меня, и мы поговорим обо всем. Хорошо? — Ладно, — я услышала недовольный голос Виктории, — Я тебя люблю. И очень жду, — он что-то хотел ответить, но его ответ прервали гудки Я убрала телефон в карман и посмотрела на закат. Роберт все еще сверлил меня взглядом. — И? — Что и? — Завтра в час дня я за… — Завтра у нас с мужем выходной. И мы проведем его вдвоем. — Микки… — У тебя ложные данные, — усмехнулась я — У меня официальный ответ звукаря, — актер гордо приподнял лицо — Значит, звукарь тебя обманул. Дамиано только что сказал, что улетают они послезавтра. — Ммм, — мужчина сильно нахмурился, прочитав сообщение в телефоне — Что? — Не он обманул. Я даты перепутал, — Дауни выглядел разочарованным — Не повезло. — Так и есть, — он убрал телефон и посмотрел на остатки заката — Твои слова меня обидели. Извинись, — я откинулась на песок и закрыла глаза — Нет. Я сказал, что думаю. С каких пор правда обижает? — Я тоже могу сказать правду о тебе. — Давай. — Нет. — А сказала, что можешь, — он усмехнулся и лег рядом со мной, — Я серьезно считаю тебя избалованной и заносчивой. — Тогда, что ты все еще делаешь тут? — Я говорил. Хочу узнать тебя. — Судя по высказанному, уже узнал! — Обижаешься, как ребенок… — Мне двадцать, Роберт. Я не во всех штатах твоей страны считаюсь совершеннолетней. — Ну да. Забыл. На самом деле когда я… — Подожди. Алессандро, — я приняла входящий вызов, начав разговор на итальянском, — Pronto? — Микки, за вами следят и это не журналисты. — Что? — я резко села — Не оглядывайся. Попроси Роберта проводить тебя в номер. За вами поеду я. Белый Ламборгини, номер 333. — Насчет марки я не удивлена, но номер, — я хмыкнула, — Хорошо. Они вооружены? — Наблюдатели, нет. Других я не нашел. — Ладно. Не хочется просить именно его… — Микела, ты знаешь, твой отец просил защищать тебя так, чтобы никто этого не знал. — Но человек рядом в курсе, благодаря именно папе. — Значит, он ему доверяет. Выдвигайтесь. — Хорошо… Я встала с песка поджав губы и зажмурившись. — Что-то не так? — актер посмотрел на меня снизу вверх, — Хотя, мне нравится, что ты сверху, сними одежду, — он хитро подмигнул — Обхохочешься, — фыркнула я, — Ты на машине? — Да. — Отвези меня в номер. — Вау! Неужели ты… — Алессандро сказал, что за мной следят. Он поедет за нами на белой ламбе. Ехать нужно медленно, по главным улицам, не сворачивая в узкие или замудренные дороги. Если увидишь, что Алессандро отстал, едь медленнее, пока он не догонит. — Хорошо, — его маска шута испарилась, а голос стал более серьезным, — Дети с няней, так что она сама вернет их Сьюзан. Поедем вдвоем. — Спасибо, — почти шепотом, выдавила из себя я Я отправила сообщение Дами, о том, что случилось, и что Роберт везет меня «домой». Давид сразу заволновался, и обещал сделать все возможное, чтобы приехать раньше. После переписки с ним, я отвернулась к окну и откинула сиденье так, чтобы меня не было видно проезжающим машинам. — Ты расстроилась? — нарушил тишину актер — Что? — Спрашиваю тебя, расстроилась? Выглядишь, точнее, не выглядишь так, как я тебя сегодня называл. — Все нормально. — А с голосом, что? — Ничего. — Мне кажется, ты вот-вот нальешь тонну слез! Учти, я теряюсь, когда девушка плачет, успокоить не смогу, — он убрал руки с руля и поднял их вверх — Роберт, все нормально. Веди машину. — Я думаю, если твой отец мне доверил вашу фриковую пятерку, то ты тоже, можешь доверять мне. Разве нет? — Я не доверяю тем, кто называет меня заносчивой, ничего не представляющей из себя дрянью. — Ладно. С дрянью я погорячился, эта была реакция за детей. Но все остальное чистая правда. — Я просто устала. Все нормально. — Ясно. Слушай, можешь дать мне номер Алессандро? Или сама его набрать? — Зачем? — Хочу спросить, можем ли мы изменить маршрут. Я как понял, меня в океане и оставят, если изменю его сам. — Зачем менять? — я напряглась — Эй, все хорошо. Ты бы видела свое напуганное лицо сейчас. Я хотел предложить заехать в одно кафе. Хозяин итальянец, еду делает похожей на вашу. Думал, это как-то твое красивое, но унылое лицо расслабит. Не хочешь, не будем. Не бойся главное. Я точно не враг. — Поесть не помешало бы. Последний раз я что-то жевала вчера, — я достала телефон — И пила кофе на пустой желудок? — как-то по-отечески спросил Дауни — Как бы, у меня показ через несколько дней. Нельзя ни грамма набирать. — Но и голодать нельзя. Я и сбрасывал вес, и набирал мышечную массу. Поверь, питание… — Давай без лекций, пожалуйста, — я устало вздохнула — Вау. Пожалуйста? Хорошо. Так, что? Едем? — Дай я позвоню… Алессандро запретил мне выходить из машины, но разрешил быстро заскочить туда, чтобы забрать что-то с собой. Пока Роберт таскал меню из кафе мне в машину, а официант бегал туда-сюда принимая заказ, я переписывалась с Дамиано. Сказала, что все хорошо, он обрадовался, что я сказала «нет» голодовке и попросил поблагодарить Дауни за заботу о всех нас. Даже попросил поцеловать его в щеку, когда увидел фото, где актер с меню стоит согнувшись над моим сидением. — Алессандро сказал, что хвост отпал по дороге к отелю от твоего кафе, — я завершила вызов с охранником, который дежурил у входа в наш временный дом — Ужасная у него работа. Но хорошо, что все живы, — актер достал коробки из пакетов и по-хозяйски стал накрывать небольшой столик, — Огненное все, выбирай, что хочешь, — расставив одноразовую посуду, которую ему дали в кафе, он деловито пригласил меня на ужин — Спасибо, — я рассматривала блюда, которые были очень похожи на наши, — Глазами уплела уже всю эту красоту. Внешний вид достойный. — Эй, мне хоть что-то оставь, я еще толком не рассматривал ничего! — Дауни в шутку толкнул меня в бок, улыбаясь как на красной дорожке — Еще чего. Сеньорам нужно уступать, синьор Дауни, — я легонько поцеловала его в щеку — По-моему, ты промахнулась. Разве целуют не в губы? — актер вопросительно поднял бровь — Это не от меня. Дамиано попросил, — в доказательство, я показала ему сообщение — Микела, милая моя, — Роберт усмехнулся, — Я не знаю твоего языка. Но поверю. Твоему мужу я нравлюсь, его уважение ко мне видно за километр. — Он необыкновенный. И гораздо лучше, чем многие думают, — отложив телефон, я потянулась за кусочком пиццы, — Тонкая, как нужно. — Говорят, что это лучшая итальянская забегаловка. Хозяин принципиально не делает ресторан, чтобы узнать культуру его родной страны, могли люди с разными кошельками. — Это правильно, — я откусила кусочек горячей пиццы и закрыла глаза от удивления и удовольствия — Мик, все нормально? — Ммм, — я кивнула — Нет, судя по лицу, — он сделал паузу, — Ммм, уже заплакала. Неужели железную сеньору Давид может довести до слез кусочек пиццы? — Роберт, это почти копия… — Чего? — Такую моя мама делала в детстве. Только для меня она добавляла один секретный ингредиент. В остальном, — второй рукой я вытерла уголок глаза, где стекла единственная слезинка, — Это точно такая же… — А сейчас она перестала? — он усмехнулся, — Попроси ее? — Не шути над тем, чего не знаешь. Это низко. — А что не так? Я твою маму видел, она со мной тысячу фотографий сделала. Кстати, никогда бы не подумал, что она сама готовит. Ну не выглядит она домохозяйкой. — Ты не видел, — я резко замолчала — Видел, Микки. Сто процентов. — Это папина жена, но не моя мама, — я сделала несколько глотков красного вина, — А вот оно, действительно, домашнее. — Вы так похожи были! Никогда бы не подумал, что это твоя мачеха. Постой. А мама? — Знаешь поговорку: меньше знаешь, дольше живешь? — Ясно. Стервозная зазнайка вернулась, стоило упасть кусочку Италии в ее желудок, — хмыкнул актер, — А я подумал, что ты со мной можешь нормально разговаривать. — Если ты не будешь вести себя как вездеход, то смогу. — Хорошо, давай попробуем. — Хорошо, — повторила я, — И спасибо. От меня. — Вау. За что? — Роберт улыбнулся — Что не оставил одну и согласился подвезти. — Я всегда рад тебе помочь. — Для «всегда», у меня есть муж и охрана. Поэтому спасибо за сегодня. — Надо же. — Ну, что? — я устало поджала губы — Приятно от тебя слышать благодарность. — Это все вино и мамина пицца. — Ага. — Сядь сюда, — я указала на диван, — Мне будет удобней опереться на тебя. Твое вино меня слишком расслабило. — О, ради такого, без вопросов поменяю свой трон, — усмехнулся актер, следуя моей просьбе, — Могу и в кровать лечь. — Роберт! Мы немного посидели, пытаясь поговорить нормально. Я думаю, получилось. В какой-то момент мне даже удалось расслабиться и я задремала на плече у Роберта, пока тот что-то мне рассказывал. Дауни аккуратно взял девушку на руки и переложил на кровать. Спокойная, расслабленная, она казалась ему еще привлекательней. Не в силах сдержать свое желание прикоснуться, Дауни провел пальцами по ее щеке. Микела улыбнусь во сне, произнеся «Дами», обняла подушку и перевернувшись на бок, отвернулась от актера. Роберт провел рукой по ее плечу, на котором были татуировки в виде цветов. К своему удивлению, почувствовал там шрамы. Довольно много шрамов, которые были спрятаны под рисунком. Бабуля Микелы говорила, спросить о татуировках, и если девушка расскажет о них, то это станет важным шагом доверия. Цветы переходили по спине, сменяясь несколькими другими картинками, которые тоже, как оказалось, прикрывали шрамы. Актер быстро отдернул руку, когда услышал, что дверь номера открывается. — Tesoro, sono tornato! — Да тихо, ты, торнадо! — шикнул Дауни, приставив палец к губам, — Она спит уже. — Спит? Как хорошо! Роберт, спасибо вам! — Дамиано обнял нового друга, — Спасибо, что согласились присмотреть за ней. — Да без проблем, — актер улыбнулся, — Часто вы в таком режиме живете? — Случается, — парень посмотрел на свою жену, — Ей все еще трудно даются все эти «приключения». Микела хоть и держится железно, но на самом деле, очень боится. — Я заметил. — Хотите, оставайтесь с нами? Уже поздно, куда вам ехать в такое время? Здесь для чего-то, есть вторая спальня. — О, нет. Я допью и поеду. Все в порядке. Тем более, я живу не так уж и далеко. — Тогда, не торопитесь. — Приятно слышать, — актер улыбнулся и протянул певцу бокал его жены, — Составишь компанию? А то ощущение, что пью сам с собой. Домашнее, Микки одобрила. — С удовольствием, — парень взял бокал, — Тем более, завтра выходной. — Дам? Можно спросить? О ней? — Конечно, — Дамиано сел на край кровати, провел рукой по волосам девушки, из-за чего она едва заметно улыбнулась — За что она меня так ненавидит? Мы сегодня покричали друг на друга, я даже ее обидел словами. Но она сама виновата. — Не может Микела вас ненавидеть, — парень улыбнулся, а Дауни подлил вина в его бокал, — Может, сегодня она была не в духе, но ненависти, точно, нет. Ей тяжело даются гастроли. Микки привыкла, что у нас все боле менее стабильно, понятно и мы всегда рядом. Сейчас все меняется и ей трудно это принять, — он снова выпил все содержимое, — После того конкурса, где мы выиграли, многое перевернулось. Микела с детства привыкла, что изменения-часть плохого. Сами понимаете, дон, его работа. — Это понятно. Но без изменений, рост невозможен, — Дауни нахмурился и снова наполнил бокал артиста — Верно. Поэтому я, стиснув зубы, — Давид усмехнулся, — Терплю ее недовольство и даю ей время привыкнуть. — Я уже понял, что Микела и терпеть, пишется на противоположных сторонах, — актер засмеялся — Все мы не идеальны, — итальянец тоже затрясся от смеха — А вы когда-нибудь расставались, делали паузы? — Нет, нам повезло. Но один раз поссорились так сильно, что два месяца не разговаривали друг с другом. Тогда я и написал песню, на которую мы сняли с вами клип. — Вот так, — Роберт затанцевал внутри, — Ты провинился? — очередной раз американец наполнил бокал своего знакомого — Можно и так сказать, — парень сморщил нос, ему явно было неудобно, — Главное, что это не повлияло на наши отношения. — Слушай, я по себе знаю, — Дауни приложил руку к своей груди, — Среди фанаток есть такие красивые и доступные, что порой, отказать просто невозможно. Я лично, могу и воспользоваться этим. Или, коллеги по работе попадаются, сам знаешь, какие. — Они действительно, бывают слишком доступными, — парень поежился, — Но не рушьте у меня образ идеального семьянина, Роберт. Я в вас видел пример, как правильно жить и подниматься. — Это приятно слышать. Но бывают моменты, когда хочется чего-то посвежее, чего-то нового. Тебе всего двадцать два, неужели ты женился, причем, спустя десять лет дружбы, потому что действительно ее любишь? Извини, но я убежден, что это привычка, а не чувства. — Я действительно ее люблю, — Давид поднялся с кровати и взяв бокал вина, который по счету он не помнил, но сделал еще несколько глотков, — Когда я делал больно ей, хуже становилось мне, — он поджал губы, — Эта боль у меня, она периодически всплывает, выражаясь в ссорах на пустом месте. — Микела знает, что ты ей изменил? — Нет. Но видимо, чувствует. — Бабы чувствуют все, малыш. Даже то, чего нет, но о чем ты уже думаешь, — хмыкнул Дауни, довольный тем, что разговорил итальянца — Это точно, — парень закатил глаза и улыбнулся, — Постойте! Я не говорил, что… — Мне достаточно лет, чтобы понять все. — Верно, — Дамиано задумчиво посмотрел на Микелу — Признаться ей не хочешь? — Исключено, — довольно резко ответил Давид, — Ее это ранит не меньше, чем смерть брата и мамы. — Мамы? — Вы этого не слышали, — слегка пошатываясь, певец ткнул пальцем в друга — Да ты что! Ее папаша в таких ярких красках описал, что со мной сделает, если что-то в вашей поездке пойдет не по плану. Я и не слушаю, что ты говоришь, — актер сделал вид, что заткнул уши и застегнул рот на замок — Да уж. С ним только так, как вы показали, — певец сморщил нос — Слушай, мне теперь просто интересно, — Роберт поднял руки вверх, — Мы же с тобой на одной работе пашем, соблазны у нас одинаковые. Скажи, это была фанатка или может, ваша дама из группы? Клянусь, буду нем как рыба. — Это довольно личный вопрос… — Брось, тут все свои. Я и стены отеля, которые столько тайн хранят, — Дауни хитро улыбнулся, — Скажу честно, я пользовался своим статусом. И с партнершами по съемкам, и иногда с особыми фанатками. Не те, кто кричат на красных дорожках. Такие, знаешь, кто «подороже». — И Сьюзан это терпела? — Она не знала. В таких делах важно уметь не подставлять себя же. У тебя, как я понял, это получилось. — Получалось, — хмыкнул парень — Получалось? Это был не единичный случай? — Угу, — итальянец подошел к остывшей пицце, — Не всегда отпускала эйфория после концертов. — И кто она? — Дауни снова дополнил бокал парня напитком — Роберт! — Тсс! А то твоя жена проснется. У нас тут такая тема личная. Не девичьи разговоры. — Мужские, — парень серьезно кивнул — Верно. Так, кто эта девушка? — Почему вас это так волнует? — Как будто тебе не интересно, с кем я кувыркался, — Дауни хитро улыбнулся и прикусил нижнюю губу, вызвав смешок у Дамиано — Тем не менее, я не спрашиваю. — Скарлетт. Мы были вместе все съемки «Железного человека 2, » и первых «Мстителей». — Я так и знал, — парень заиграл бровями и покачал указательным пальцем в воздухе — Мальчик мой, в шоу-бизнесе это нормально. Так, что насчет тебя? Кто она? — Не скажешь? — Дамиано наклонился к Дауни и осмотрелся — Кому? — тот усмехнулся — Вот и я не скажу, — парень засмеялся в голос, присев на диван, — Оставим продолжение этой темы на другой раз? Я уже на ногах не стою, — он потер глаза кулаками, — Голова слишком легкая, глаза закрываются. — Отличная идея, — Роберту хотелось выбить из Дамиано признание, но он изо всех сил сдерживал себя, — Я тогда поеду. — Да. Поздно. Спасибо еще раз, что присмотрели за смыслом моей жизни. — Вау, какие речи. — Это правда, Роберт, — Давид пьяно улыбнулся, — И я сожалею, что когда-то отошел от нее. Не говорите ей, ладно? — Нем, как рыба, помнишь? — Обожаю вас, правда! — парень крепко обнял актера — Еще бы твоя жена меня обожала… — А? Я не расслышал. Повторите. — Я говорю, что от вас всех тоже, в восторге! Пока! — До встречи! Спасибо!