Спасение или смерть?

      Сугияма обнимала себя хвостом, завернувшись в мягкий плед. Она мирно спала, пока ей снилось, что у неё причуда, позволяющая иметь бесконечный запас еды.       Её сладкий сон был прерван, когда Айзава сдёрнул с неё плед. Она недовольно рыкнула, накрыв голову подушкой.       — Рей, тебе пора собираться.       — Нет! У меня даже будильник не прозвенел!       — Меня это не волнует. Вставай.       — Отстань.       Мужчина тяжело вздохнул и резким движением поднял её на руки, перекинув через плечо. Он потащил её в ванную, а она стала несильно бить кулаками его по спине.       — Отпусти!       — Прекрати вести себя как ребёнок.       — Прекрати вести себя как гиперопекающая и агрессивная мамочка!       — Что?       — Что?       — . . . — Шота дёрнул бровью и поставил её перед раковиной. — Ты идёшь в академию вместе со мной. Я знаю, что ты проспишь, если я оставлю тебя.       Айзава вышел из ванной и пошел на кухню. Рей лишь недовольно застонала, прежде чем умыться.       Когда оба собрались, они вместе пошли в академию. По пути в школу, мужчина начал с девушкой разговор об их отношениях, а точнее ввёл некоторые правила. В академии она должна вести себя как его ученица, а не соседка по квартире. Они не друзья, и не кто-либо другой. Только учитель и ученик. И желательно об их совместном проживании тоже лишний раз не трепаться. Естественно, Рей это не нравилось, но она всё-таки согласилась. Выбора у неё особого не было.       Сугияма не знала, чем ей заняться, поскольку до занятий ещё куча времени. Да и Айзава не хотел оставлять её одну, потому что боялся, что она разнесёт академию. Поэтому без лишних слов и объяснений привёл её в учительскую, разрешая тихонько посидеть рядом.       Войдя в учительскую, Рей увидела, что половина учителей уже на месте. Однако увидев, кем именно были эти учителя, она потеряла дар речи.       — Хизаши? Каяма? Какого чёрта!? — Её громкость не уступала громкости Сущего Мика. Она просто уставилась на них, а челюсть отвисла от шока. Цементос и Тринадцатая растеряно взглянули на шумную ученицу. Ямада и Немури говорили с каким-то полутрупом, от вида которого по коже пробежались мурашки. Они повернулись к ней и дружелюбно улыбнулись. Айзава молча сел за его стол, готовясь к первому уроку.       — Приветик, Рей! Как дела? — Героиня 18+ подпёрла голову рукой, лукаво улыбаясь и наслаждаясь реакцией.       — Как дела!? КАК ДЕЛА!? Ты серьёзно? — Её хвост распушился и метался из стороны в сторону, пока внутри неё бушевала целая буря эмоций.       — Сугияма, успокойся. — С губ Айзавы её фамилия прозвучала как-то холодно. Она слегка вздрогнула, поскольку привыкла, что он звал её по имени. Рей чувствовала себя так, словно они сильно отдалились. Это вызвало ещё больше эмоций.       Цементос и Тринадцатая совершенно не понимали, что происходит. А тот самый "Полутруп" смотрел на кошко-девушку с некоторым обеспокоенным выражением лица.       — Да ладно тебе, Рей. Ты чего так удивляешься? Разве ты не знала, что мы тут работаем? — Хизаши вопросительно изогнул бровь.       — Откуда мне это знать?       — Разве Айзава не сказал тебе?       — Нет! — Она дёрнула кошачьим ухом в раздражении.       — Она не спрашивала. — Шота лишь пожал плечами, заранее заполняя журнал на сегодня.       — Пиздец.. — Пробормотала под нос девушка, запуская руку в свои волосы и опуская взгляд.       — Следи за словами. — Всё так же сдержанно сказал Айзава, ведя себя так, словно ничего не происходит.       "Полутруп" хотел подойти к ней и что-то спросить, но увидев её взгляд, он замер, не понимая, что не так. Сугияма сузила голубые глаза, которые пристально смотрели на него изучающим и холодным взглядом.       «У него запах Всемогущего. Их цвет волос и глаз похож. Даже рост примерно одинаковый. Они родственники?»       — У вас есть брат? — Она склонила голову набок. Некоторые из учителей наблюдали за происходящим, а кто-то продолжал работать, не желая отвлекаться.       — Аэм, нет? — Он растеряно моргнул, почесав затылок.       «Тембр голоса схож. Слишком много совпадений. Если они не братья, то значит...»       — Ты отец Всемогущего? — Спокойно спросила она, убив этим вопросом всю учительскую. От такого мужчина перед ней закашлялся кровью.       Рей почуяла его панику, её кошачий нюх уловил запах его страха. Это вызвало ещё больше подозрений. Он слишком долго молчал и нервничал.       — Сэр?       — Да... — Он забормотал, обречённо опустив голову, пока некоторые его коллеги пытались сдержать смех.       — Тогда тоже иди нахер. Вы меня бесите.       — . . .       — Ты не любишь Всемогущего? — На неё взглянул Цементос.       — Стоп, так ты та девчонка, о которой говорил Всемогущий!? — Спросил кто-то другой из учителей.       — В смысле? — Она склонила голову набок, приподняв бровь.       — Не важно. — Подал голос мужчина перед ней, вытирая руку от крови платком. — Так что ты имеешь против ме.. То есть против моего сына?       — Он псих. Чё он вечно лыбится? Махина 2 метра с кучей мышц улыбается 24/7! Это же стрёмно. И вообще, он у меня моего противника отобрал! Я только хотела тому придурку лицо снести, а тут это недоразумение решило меня "спасти"! Бесит. — Рей скрестила руки на груди, недовольно хмурясь, пока все смотрели на неё. В этот момент сзади неё стоял только что вошедший Снайп.       — Что я пропустил?...       — Ничего. — Буркнул Тошинори, не желая выставлять на показ его проблемы в отношениях с этой кошко-девочкой.       — Сугияма, будь вежливее. И ты вообще не должна была в драки ввязываться. — Айзава недовольно покосился на неё.       — А что мне оставалось делать!? Ждать, пока меня об стенку размажут? Самооборона не запрещена.       — Зная тебя, оборона нужна преступникам, а не тебе... — Шота тяжко вздохнул, устало потирая переносицу.       — Сочту за комплимент. Зато я могу за себя постоять. — Она гордо ухмыльнулась.       — Кстати, откуда вы друг друга знаете? — Тринадцатая откинулась на спинку её кресла, смотря на Рей, Айзаву, Ямаду и Немури.       — Долгая история. — Шота не желал обсуждать это.       — Она у него живёт, а мы помогаем иногда за ней присматривать. — Беззаботно выдал Хизаши, крутясь в кресле, однако замолчал и сел нормально, увидев недовольный взгляд друга.       Сугияма села рядом с Немури, молча наблюдая за её работой, а затем и беседуя с ней. Обычно кошко-девушка держалась подальше от этой женщины, дабы избежать лишних вопросов, но сейчас ей было слишком скучно.       Остаток дня она всё ещё ходила немного в шоке от того, что почти все её знакомые это либо её учителя, либо одноклассники. Одноклассники, видя её отстранённость и задумчивость, особо её не трогали. Хотя некоторые всё равно пытались либо подружиться, либо докопаться, однако все успешно были посланы далеко и надолго.       После занятий Рей вынуждена идти на подработку, после чего побаловала себя сливками и легла спать.       На следующий день она надеялась посидеть себе тихо в сторонке. Но у Бакуго были другие планы. Он начал приставать к ней с какими-то вопросами, пытаясь превознести себя любимого. Но в итоге был успешно послан на языке матов, после чего эти двое чуть не подрались, что аж стул в кого-то улетел, из-за чего у Айзавы уже нервный тик готов начаться. Он сделал им замечание. Голова шла кругом от умения Рей постоянно находить на свою задницу проблемы.       В другой день она поругалась с Иидой. У них был опрос по истории культуры. Естественно, девушка ничего не учила. Нафиг ей это надо? Она что, будет описанием памятников злодеев пиздить? Это тупо. Но у Ииды было другое мнение. Поэтому Тенья тоже пошёл нахер. А потом и Рей... Но уже в учительскую для серьезного разговора с Айзавой.       Сугияма пообещала быть хорошей девочкой, но на выборах старосты написала в листочке вместо имени одноклассника следующее: «Отмените эти ваши уроки и дайте мне поспать!». И снова выговор от Айзавы. Но зато получает от него внимание, верно?       В последний учебный день на этой неделе она опять же отличилась. У них был урок со Всемогущим. И её лицо надо было видеть... Она хотела выйти в окно от такого, ибо ну какого черта!? Она могла смириться с тем, что её учителя — это её друзья и недо-родители. Она могла принять то, что те, кто её всегда бесили – это её одноклассники. НО ВСЕМОГУЩИЙ!? Так ещё и его батя здесь! Ну что за пиздец?       «Кстати... А почему отец Всемогущего ничего не преподает, но он постоянно тусуется в учительской?»       Герой №1 заметил на себе её пристальный взгляд, отчего он нервно сглотнул и перестал объяснять тему. Её глаза слегка сузились, пока она размышляла о данном вопросе. А мужчина паниковал из-за непонимания ситуации. Такое чувство, будто она его сейчас сожрёт... Она что-то знает? Почему так смотрит? Не, ну реал страшно!       Вечером в эту же пятницу Айзава ушёл в патруль. Кошко-девушке было скучно, поэтому она решила наконец возобновить общение с парочкой преступников. Написав им, Рей направилась к дому Рио, где они были.       Троица вместе посмотрела фильм. Сначала все были напряжены в силу их прошлых проблем в общении друг с другом, но потом всё улеглось. Все пожаловались на свои проблемы. Рио как обычно пытался шутить и флиртовать, из-за чего Лин постоянно бомбило, а Рей вообще потом свалила под шумок.       Однако вернувшись домой, девушка почувствовала чужой запах в квартире. Её зрачки сузились, она бесшумно прошла вглубь квартиры, прячась в темном коридоре. Выглянув из-за угла, она почувствовала вспышку ревности.       Айзава был на кухне, держа на руках белую кошку, гладя её и кормя. Рей, конечно, любила кошек, да и сама к ним относилась. Но мириться с тем, что её Айзава уделяет время кому-то чужому, а не ей, она не собиралась.       Её руки сжались в кулаки, а хвост гневно метался из стороны в сторону. Неприятный осадок остался в её желудке, на груди скреблись кошки. Она попятилась к выходу и ушла так же незаметно, как пришла.       Рей шла в сторону дома Рио, держа в руке пакет с едой, чтобы оправдать своё отсутствие походом за пищей для троих. По пути она снова встретила того голубя. И очень зря он попался ей на глаза... В него тут же полетел камень. Птица пыталась улететь, но удар пришелся по её крылу. Однако Сугияма даже не взглянула на странного голубя. Стиснув зубы, она вошла в дом её друга, решив переночевать там, лишь бы не видеть, как Айзава улыбался кому-то другому.