Наш рассвет

      Кажется, она слишком устала для всех нежностей, что зрели в израненной груди. А так мечталось об словах любви и поцелуях. Потом. Когда они насладятся прекрасным рассветом, держась глупо-глупо за руки. Сейчас хотелось просто помолчать вместе. Не кричать в одиночку над этой бестолковой болью и кусать ладони в надежде перебить привкус родно-чужой крови чертовки-сестры. Не посылать мысли в пустоту. Ничего не хотелось. Просто улыбаться как идиотка. Маки надеется, что её улыбка не отвратна.       Пока что они просто стоят на холме на краю города, откуда потрясающий вид на восходящее солнце. Плюшевый рассвет — по словам Нобары такой рассвет потрясающий, единственный. Ей это нужно видеть — их гарант свободы. Но другая смотрит на шрамы на лице красивой возлюбленной и снова влюбляется, как в первый раз. Как в первую встречу и её сладко-потрясающие «я уважаю тебя, Маки». И тихое в ответ «хех, взаимно».       Хотелось снова и снова прокручивать в голове её голос, да только вот она, рядом. Кажется, за время разлуки она одичала. Такая вот нимфа точно найдёт нить. Красивый рассвет, чтобы держаться за руки. Последний рассвет, чтобы держаться за руки во время сорванного расстрела софтовых девушек.       Нобара тихо-тихо шепчет, сжимая чуть крепче горячую ладонь: — Красиво, да?       Желание сделать ей предложение стало чертовски важным. Именно сейчас и этот плюшевый рассвет и их неумелые слова. И Маки говорит, вкладывая в них слишком много смысла: — Да, конечно.