.
Ты был для меня дороже нефрита.
Глаза твои, словно два лазурита,
В которых никогда люди не зябли.
Похожи с тобой были мы как две капли.
Но ты всегда больше меня светился,
Я будто тень подле тебя крутился.
А я тебя всегда видел ангелом,
Что для меня был недосягаемым.
Братской любви я в тебе не чаял,
Ради тебя готов сделать был шаг отчаянный.
Мог бы принять и твою смерть,
Чтобы ты жить мог много лет.
Но сразила тебя, не меня, болезнь.
(Какая же выпала ей честь!)
Ты умер, оставив меня одного.
В одиночестве падаю я на дно.
Память о тебе фотография грела лишь.
Надеюсь, грех ты мне мой простишь?
Братец, прости, но ты всех мне дороже.
Жизни других людей так ничтожны.
Вылетит птичка с шелчком кнопки затвора,
Забрав с собой душу людского сора.
Я сделаю целую «живую» галерею,
Если это снова сделает тебя смертным.
Но, Братец, что ж встреча наша так далека?..
Каждый день захожу в фотомир я,
В надежде увидеть там тебя.
Но вижу только копии людские,
От которых тошно уж становится сильно.
Я готов отдать титул аристократа;
умирать
Снова и снова, если так надо.
Саблей пронзить пару тройку людей,
Собственноручно разобрать цитадель.
Готов я на все ради жизни твоей.
В жертву принести готов больше смертей.
Но на самом ли деле вернуть тебя просто…
Если стался я монстром?
