let's try it?

Вы давно гуляли по осенней Москве? Давно ли наблюдали за тем, как падают листья в парках? Как по утрам спешат на работу люди, теплее закутываясь в свои шарфы допивая остатки кофе из Starbucks. Давно наблюдали ли вы за огромным количеством машин, которые как пчелы в улье катаются туда-сюда? А люди в метро? Нет, ну вы видели их? Буквально сонные мухи! Так и норовят сесть на теплое место в вагоне и поспать еще пару остановок. Солнце, кажется, уже не хочет просыпаться так рано и буквально каждый день оттягивает этот момент на подольше. Пока нет еще таких морозов, но люди старшего возраста уже натянули на себя шапки и пару футболок под свитера. Отходя от дома на какое-то расстояние и выйдя на более-менее оживленную улицу, мы без труда определим, кто эти люди и куда они спешат в столь ранний час. Вот пошла женщина лет 30, явно спешит в офис – это видно по строгой «офисной» юбке карандаш и папке с документами в руках, а вот, за ней следом, бежит мужчина в классическом костюме и размахивает руками на обочине – явно ловит такси. Бабушки спокойно гуляют со своими питомцами около домов, а дети бегут в свои школы. Но, есть один тип людей, которых мы вычисляем из далека – это спортсмены. Они всегда сосредоточены, в руках у них сумка с формой и прочей атрибутикой, а в ушах наушники. Что их заставляет подниматься в такую рань – известно только им самим, мы же просто гадаем, смотря на них, каким видом спорта они занимаются. Юная девушка с сумкой наперевес вышла из дома, направляясь в Хрустальный. Сегодня ее день начнется также, как и вчера, и позавчера, и даже две недели назад. Пост с охраной, холл, раздевалка, лед – все своим чередом. «Хрустальный» - для кого-то это просто слово, просто «имя прилагательное» в русском языке. Но есть все же в этом слове все же что-то такое родное, что не каждый человек поймет, не каждый оценит всю фундаментальность этого слова. Для кого-то оно стало именем нарицательным, но для кого? Да для тех самых девочек, которые на протяжении уже нескольких лет входят в это здание как в родной дом. Если бы люди на улице не оглядывались на людей в пижаме, то эти девочки точно бы не заморачивались над внешним видом, а приходили бы в пижамах, чувствуя себя абсолютно спокойно, словно дома. Зелёная стеклянная дверь, кирпичная кладка и синяя вывеска – вот это «Хрустальный». Идеальный лед, белые бортики и флаги, весящие над головой – вот это «Хрустальный». Узкие коридоры, стенды с грамотами, кубками и медалями – вот это «Хрустальный». Пройдя пост охраны, Саша шла по уже такому родному коридору в женскую раздевалку. Она знала здание наизусть, каждое окно, каждый листочек на стене буквально въелся ей в память и стал таким родным. Открыв дверь в раздевалку, девушка тепло поприветствовала одногруппниц и направилась к своему излюбленному уголку в другом конце комнаты, складывая вещи на лавочку и готовясь к очередной долгой, но такой любимой тренировке. В раздевалке всегда была приятная атмосфера, девчонки постоянно что-то обсуждали, так было и сейчас. Вот Камила Валиева рассказывает очередную шутку, понятную только ей, и заливается смехом. Вот Алёна Косторная, которая пытается объяснить всем причину смеха Камиллы. Вот Алина Загитова, восхищающаяся привлекательным торсом какого-то актёра и показывающая его остальным. А вот Женя Медведева, или как её в шутку называли младшие девчонки – «мама Женя», бросающая ревнивый взгляд на свою девушку и всем видом показывающая своё недовольство от увиденного на экране. И, наконец, Даша Усачёва и Соня Акатьева, которые очень эмоционально пытаются что-то объяснить Майе Хромых. Но Саша всегда ждала одного единственного человека, без которого не только никогда не начинала тренировку, но и, наверное, не представляла своей жизни. Этим человеком являлась её лучшая подруга – Аня Щербакова. Дверь резко открывается, и в неё влетает опаздывающая Анюта, которая сразу мчится обнимать Трусову в знак приветствия и только после этого здоровается со всеми остальными. До тренировки остаётся уже чуть меньше пяти минут и девушки всей компанией готовятся выйти на лёд. Выход ко льду был за дверью, и Саша это знала, но каждый раз, как только девушка опускала ручку и открывала дверь, сердце замирало как в первый раз. Лед манил ее своей чистотой, а девушка, поддаваясь чарам, бежала к нему на коньках по резиновой дорожке. Нет ничего прекрасней, чем слышать скрежет собственных коньков об недавно залитый лед, просто музыка для ушей, такой необходимый наркотик для каждой фигуристки.