orange and blackberry.

— Чонгук, почему ты не говорил, что Мин Юнги работает в студии, куда ты ходишь почти каждый день? — Пак недовольно прожигает взглядом лучшего друга, ведь такого предательства явно не ожидал, — Вы правда ни разу не виделись за столько лет? — Хён, я правда ни разу не виделся с ним! Позже я спросил у Намджуна-хёна, и он сказал, что Юнги почти не выходит из своей студии. Рано приходит, поздно уходит, в общем трудоголик во всей красе, — парни неспеша спускаются на первый этаж, к столовой. Каникулы закончились, начался последний семестр, а значит и дел станет намного больше. Паку предстоит посещать танцевальную студию намного чаще из-за предстоящего школьного фестиваля, где парень пообещал выступить. На первый взгляд ничего сложного, но какой выбрать стиль, какую песню, какое настроение? Над всем этим предстоит ещё поработать. — Совсем забыл, Гук, сегодня иди в библиотеку без меня, мне нужно уже начинать работу над номером, выступление ведь через две недели, — садясь за дальний столик у окна, Чонгук приступает за еду, в то время как Чимин обошёлся лишь бутылкой воды. — Чимин-хён, ты снова ничего не ешь? — проигнорировав слова друга, Чон обратил большее внимание на то, что Пак снова ничего не ест. Когда в последний раз они вместе ели в кафе? В школьной столовой? Чимин в последнее время всё чаще отказывается от еды, аргументируя отсутствием аппетита или же срочными делами. Но любой уже мог догадаться, что это не простое стечение обстоятельств каждый раз, когда наступает время обеда. Пак снова тонет. Он слишком сильно похудел. Слишком. За прошлый месяц он скинул более пяти килограмм. Видел бы только Чонгук, как абсолютно все джинсы и брюки стали чертовски малы в талии другу. Смотря на исхудавшего Чимина хочется расплакаться, каждый раз перед важными мероприятиями Пак возвращается к своей водной диете. Из раза в раз. Чон больше всего на свете боится того, что однажды он не сможет вытащить друга из этого болота, и очень боится того, что однажды Чимин потонет в нём навечно. Расстройство пищевого поведения — тема, которую Чимин старается избегать при каждом удобном случае, но не так уж просто забыть то, как год назад Чонгук буквально возвращал к жизни лучшего друга, который потерял сознание после двух недель нездоровых диет и голодовок. А ведь тот одноклассник «просто пошутил», когда говорил Чимину, что ему стоит скинуть больше веса. Когда прямо в глаза с явной издёвкой спрашивал, зачем Пак танцует, если из-за лишнего веса это выглядит слишком нелепо и жалко. Чимин всё ещё не знает о том, как сильно Чонгук горел желанием сломать все кости тому однокласснику, как только услышал всё то, что рассказал Пак. Сколько бы Чон не пытался насильно кормить друга, сколько бы не пытался вразумить, все попытки были тщетны. — Хён, ты ел сегодня? — Да. — Что ты ел? — Гуки, не переживай, я хорошо поел сегодня. Ничего он не ел сегодня. Не ел сегодня, не ел вчера, не ел два дня назад. Чонгук не на шутку боится за друга, такими темпами ему просто перестанет хватать энергии не то, чтобы на танцы, да и на обычные действия тоже. Больше всего он боится снова обнаружить худого, как скелета Пака, потерявшего сознание в танцевальном зале. — Хён, умоляю, давай поедим после твоей тренировки. Когда ты закончишь? — хотя бы так, нужно постараться накормить друга хотя бы немного. — Гук, всё в порядке. Я обещаю, что поем после тренировки, и обязательно пришлю тебе фото, — Чимин, делая очередной глоток воды, хлопает друга по спине и выходит из столовой. Сегодняшний день будет нелёгким.

***

— Блять, почему?! — стеклянная бутылка из-под воды летит на пол, разбиваясь на мелкие осколки. Цифра на весах. Больная тема. — Блять, почему нихера не стало меньше? Почему… — крик сменяется шёпотом. Голос становится всё тише, глаза наполняются слезами. Блондин медленно опускается на колени, собирая осколки разбитой бутылки. Небольшой осколок больно впился в ладонь, оставляя после себя глубокий порез. Он быстро заживёт, Чимин обработает ладонь и заклеит рану пластырем. Но кто сделает тоже самое с его сердцем? Почему вставать на весы каждый день стало привычкой? Почему отражение в зеркале всегда было отвратительным, почему собственное тело всегда кажется омерзительным, почему всегда кажется, что вес недостаточно идеален? Ещё пару килограмм, и всё. Всего пару. — 53, как и на прошлой неделе, — посещение танцевального зала каждый день по пять часов минимум. Пришлось сократить смены в круглосуточном магазине. Ощущение, что Пака такими темпами просто уволят, но его это не волнует. Совсем не волнует. Тревогу и нарастающую с каждой минутой панику вызывает цифра на весах. Он снова не сбросил ни грамма, снова связка не получается идеальной, снова промах по битам, снова недостаточно хорошо прогнал номер. Всё снова валится из рук. Зачем танцевать, если это не приносит удовольствия? Танцы причиняют лишь боль. С каждым разом на сердце всё больней. Каждое взвешивание оставляет глубокий шрам где-то далеко внутри. А каждое посещение зала заканчивается истерикой, срывом. — К чёрту, пошло оно всё, — не выдержал. Снова не выдержал. Снова проявил слабость. Чёртов трус. Так трудно сбросить два килограмма? Так трудно вставить в номер всего лишь одну связку? Пак Чимин, что с тобой не так? Зачем ты этим занимаешься? В наушниках «A Little Death» by The Neighbourhood, тучи сгущаются, погода мрачнеет, будто олицетворяет внутреннее состояние парня. Он только вышел из студии, направляется к круглосуточному магазину в одной только чёрной футболке и серых спортивных штанах. Несмотря на лёгкий весенний вечер, температура заметно стала ниже из-за предстоящего дождя.

Make me feel like I am breathing

Feel like I am human

Dancing through the night

Блондин немного дрожит от прохладного ветра, но это не так страшно. Он быстро заходит внутрь магазина, идёт к полке с лекарствами и берёт заживляющую мазь, пачку пластырей, бутылку воды, уже пластиковую. Подходя к кассе, его взгляд привлекает коробка лекарств, которые точно смогут помочь. — Можно ту пачку тоже пробить? — в этот момент была совершена роковая ошибка. Анорексигенные средства. Попробуешь один раз, и уже не сможешь остановиться. Аналог наркотическим препаратам. Это то, что купил Чимин в том несчастном магазине. Он также взял пачку рамёна, заварил его, сделал фотографию для Чонгука, и выбросил чашку в первую же урну. Тем временем дождь дал о себе знать, он начал с мелких капель. Было бы неплохо, если бы он также и закончил. — Попью их пару недель, ничего страшного не случится, — открывая коробку таблеток, Чимин вытаскивает две пластины синих капсул, и засовывает в правый карман штанов. А после садится за столик, находящийся у магазина под небольшим навесом. Лучше переждать дождь здесь. Уже довольно поздно, завтра выходной день, никуда торопиться не нужно. Чонгук: Молодец, хён! Приятного аппетита~ Чимин: Спасибо, Гуки. Чонгук: Кстати, не хочешь послезавтра сходить со мной и Намджун-хёном в ресторан, а позже в кино на новый хоррор? Мы хотим отметить мой дебют! Ресторан? Кино? И там, и там Чимина будет ожидать еда. Что ж, посмотрим, насколько действенны будут новые лекарства. Тем более, лучший друг написал песню, его нужно поддержать. Чимин: Конечно, во сколько? — Чёрт, зонт Мин Юнги сейчас бы не помешал, — невольно произнёс Чимин, пока дождь ещё больше усилился, скорее перешёл в ливень, и по всему видимому затихать не собирается. Переждать полчаса под магазином не получится, придётся бежать до зала, ведь там Пак оставил все свои вещи, выйдя лишь за пластырями, коими так и не воспользовался. Рана начинает больно пульсировать. Но только ли на руке? — Пак Чимин, ты точно не мой сталкер? — знакомый голос раздаётся из-за спины, а позже в нос ударяет забытый аромат ежевики и чего-то ещё очень приятного. — Что? — Снова дождь, снова мы вдвоём, какая романтика, — с еле слышимым смешком произносит брюнет, присаживаясь за стол напротив Пака. — Ты сейчас серьёзно? — А что, ты не находишь эту атмосферу романтичной? — Честно, нисколько. Тем более, мне нужно возвращаться в студию. Подобные внезапные встречи стали входить в привычку. Каждая встреча с Мин Юнги по-странному приятная. Разговаривая с ним складывается ощущение, будто ведёшь диалог с давним другом. Совершенно не чувствуется дискомфорт. Будто наоборот? — Что ж, очень жаль. И жаль, что в этот раз у меня нет с собой второго зонта, — Мин встаёт из-за стола, подходя ближе к блондину, — значит, пойдём вместе до твоей студии. — Зачем? — Ты ведь сам только что сказал, что тебе нужно в студию, что за глупые вопросы, Пак Чимин? Нет, зачем Мин Юнги провожать Пака до студии? Зачем он отдаёт свой зонт, проявляет заботу? — Зачем тебе идти со мной? — действительно, зачем ему это делать? Нет своих дел в студии или на баскетбольной площадке? — Затем, что у меня теперь только один зонт. И мне не хочется, чтобы ты насквозь промок, заболел и умер, — брюнет берёт Чимина за руку и заводит под раскрытый чёрный зонт. Дорога до студии кажется впервые настолько долгой. Идти плечом к плечу с Мином по ночному дождливому Сеулу с песнями The Neighbourhood в наушниках. Атмосфера и правда особенная. Как давно ночной город стал настолько красивым? Как давно воздух стал настолько чистым? Как давно всё вокруг остановилось во времени? Как давно идти вот так с кем-то под одним зонтом стало настолько приятно? — Что слушаешь? — прерывая молчание, подал голос брюнет. — «Yellow Box» — Ох, это же The Neighbourhood? Я обожаю их, — с искренней улыбкой произносит парень, заглядывая в глаза Пака.

Balance my love

God knows

Something I don't

I got a feeling

— Хочешь послушать вместе? — Хочу. Зайдя в студию, Чимин и не заметил, как Юнги последовал за ним в зал. На полу всё ещё покоятся осколки разбитой бутылки и рюкзак блондина где-то рядом с ними. — Ты здесь точно танцевал? — иронично спрашивает Мин, разглядывая пол в зале. — Точно. Просто бутылка выскользнула из рук, — невольно Пак вспомнил, из-за чего бутылка «выскользнула». Со всей этой суматохой он и забыл обработать руку. — Ты поранился? — подойдя ближе к Чимину, брюнет вопросительно смотрит на изрезанную ладонь. — Не сильно, всё в порядке, — опомнившись, Пак достаёт из кармана штанов мазь и коробку пластырей. Одной рукой немного трудно открыть тюбик с мазью и коробку пластырей. Но парень упрямый, он сможет справиться в одиночку. — Дай помогу, — Не долго наблюдая за неудачными попытками наклеить пластырь, Мин опустился на корточки к Чимину, который присел на диван, стоящий в конце зала. Медленными и аккуратными движениями Юнги нанёс мазь на рану, стараясь как можно меньше касаться её, а после также аккуратно наклеил белый пластырь на такую же бледную кожу. — Спасибо, — поблагодарил Пак, принявшись в спешке собирать оставшиеся осколки, а после собирать свой рюкзак. — Смотри, не поранься снова, — сам же Юнги опустился на диван, наблюдая за Паком и параллельно печатая что-то в телефоне. Джун: Юнги, ты свободен послезавтра? Юнги: А что, на свидание позовёшь? Джун: Мечтаю. Парень тихо посмеялся, пока танцор напротив всё ещё занимался уборкой. Отношения у Намджуна и Юнги очень доверительные. Их сблизил общий путь и мечта, они вместе сбежали в Сеул и начали заниматься музыкой, прошли огонь и воду. Ощущение, что ничто и никто не сможет разрушить их дружбу. Джун и Юнги стали друг другу настоящими братьями, которых однажды связала общая страсть к любимому делу, которое связывает их и до сих пор. Джун: Так что, свободен? Юнги: Свободен. Джун: Чонгук позвал меня и своего друга в ресторан отметить нашу песню, а после на новый хоррор. Он спросил, не захочу ли я позвать кого-нибудь ещё. Юнги: А его друг случаем не Пак Чимин? Джун: Он, а что? Юнги: Ничего, я согласен. Выключив телефон, Юнги встал с дивана и направился к выходу из зала, заметив, что Пак успешно закончил уборку. — Пойдём? — Пойдём. Выйдя на крыльцо студии, парни заметили, что ливень и не думает прекращаться, а домой идти всё-таки надо. — Возьми зонт, Пак Чимин, — произносит Мин, укутываясь в свою кожаную куртку получше. Парень одет не настолько легко, как Чимин. На брюнете рваные голубые джинсы, свободная белая рубашка и кожаная куртка. Просто, но со своим шармом. И по традиции, завершающая образ изюминка — духи Jo Malone «Blackberry & Bay». — Не нужно, у меня ещё прошлый остался, да и ты ведь сам только в куртке. Я живу недалеко, добегу, — возвращая зонт владельцу, Пак надевает вторую лямку серого рюкзака на плечо, готовясь к пробежке. — Позже вернёшь, но всё же куртку ты возьми, — не давая времени на раздумия, Юнги быстро снимает куртку и надевает её на светлую голову, — Пока, Пак Чимин, — брюнет быстро спускается по лестнице и покидает территорию спортивного комплекса. — Чёрт, снова эта ежевика.

***

— Что ж, выпьем за нашу чудесную песню! — с яркой улыбкой произносит Чонгук, отбивая «пять» Намджуну, сидящему напротив него. Слева от Чона расположился Чимин, а слева от Джуна находится Юнги. — Выпьем! — чокаясь с ребятами, громко произносит Намджун. — Чимин-хён, поешь обязательно. Сегодня точно можно и даже нужно, — произносит расслабленный Чон сидящему слева блондину. — Можно, и даже нужно? — переспрашивает Джун, — что значит можно? — Ничего такого, не обращайте внимания, — быстро переводит тему Пак, подцепляя палочками готовую свинину с гриля. Знали бы присутствующие за этим столом, насколько тяжело же лезет этот несчастный кусок мяса в горло. Но у Чимина был план. Он выпил две таблетки перед выходом, в конце обеда отойдёт в туалет, а перед походом в кинотеатр, выпьет ещё таблетку. В таком случае всё будет в порядке? Ведь так он ничего не наберёт и всё будет в порядке? — Простите, мне нужно отойти, я скоро вернусь. Можете на улице меня подождать, — вставая из-за стола, произносит Чимин. Он собирается отойти не просто так. Снова два пальца в рот. Давно он не занимался подобным в компании друзей. Как же мерзко от того, что приходится врать лучшему другу о своём состоянии. — Хорошо, Чимин-щи, мы ждём тебя на улице, — радостно произносит немного подвыпивший Джун, уводя за собой Чона на улицу. Головокружение. В глазах темнеет, дышать становится всё тяжелее. Побочный эффект? А такие должны быть у этих таблеток? В чём же проблема? На глаза наворачиваются слёзы. Больно и неприятно, В глазах неприятно жжёт, желудок крутит, голова по-прежнему кружится. Блять. Медленно вылезая из кабинки, Чимин направляется к раковинам, чтобы умыться холодной водой. Честно, безумно отвратительно чувство в груди. Сердце хочется вырвать и оставить в этой же раковине. Очень больно, очень жалко. — Пак Чимин, что ты только что делал? — снова этот голос. Только теперь он совсем не весёлый. Будто слышны ноты беспокойства и недовольства? — Тебе в подробностях описать, что люди делают здесь? — настроение не из лучших. Вариантов оправданий немного. Но Пак точно понимает, что не горит желанием посвящать в свои психические расстройства того, кого знает совсем недолго. По правде говоря, было сложно даже признаться Чонгуку, пока однажды он сам не нашёл Чимина на полу танцевального зала без сознания. Но сразу вываливать все переживания какому-то Мин Юнги, танцор точно не горит желанием. — Не делай из меня идиота, я всё слышал. — Ты не думаешь, что немного стрёмно подслушивать то, чем занимаются люди в общественных туалетах? Всё со мной в порядке. Нас вообще-то ждут ребята на улице, — Пак очень постарался уйти от темы. По привычке. Он быстро достал нужную голубую капсулу и положил в рот, что не осталось незамеченным Мин Юнги.

***

Фильм не был особо страшным. Сюжет не зацепил, метка «хоррора» была поставлена зря. Фильм был о компании глупых друзей, которые отправились в заброшенный дом на окраине города в поисках приключений. Типичный фильм ужасов, который не тянет даже на 5 из 10. — Как вам фильм? — спрашивает Чонгук, выходя из кинотеатра, — Мне кажется, что какой-нибудь детектив был бы в сто раз лучше. — Согласен, мне не особо понравилось. Зря столько шума вокруг него навели, — допивая бутылку газировки, произносит Джун. Больше никакого алкоголя этим вечером. — Мне тоже кажется, что это не самая лучшая картина этого года, — Юнги решил поддержать беседу друзей, хотя сам мало что смыслит в фильмах и сериалах. — Чимин-хён, а ты как? У тебя всё в порядке? Выглядишь не очень, — прикладывая ладонь тыльной стороной ко лбу блондина, спрашивает Чон. — Всё хорошо, просто немного голова кружится, наверное из-за алкоголя, лучше мне не пить, — быстро отшучивается парень, нащупывая в кармане вибрирующий телефон. Пока парни дальше продолжают обсуждать только что просмотренный фильм, стоя у кинотеатра, Чимин отходит немного в сторону, чтобы ответить на входящий звонок. — Алло, нуна? — Чимин-а, мне позвонила бабушка из квартиры этажом ниже, она утверждает, что ты её топишь! — раздаётся обеспокоенный женский голос по ту сторону экрана. Чимин снимает квартиру у молодой знакомой своей мамы, которая живёт в Сеуле и любезно предоставила свою вторую квартиру Паку. Только вот ему не особо повезло с соседкой снизу. Бабушка совсем старая и постоянно пытается найти причины, чтобы выселить молодого парня сверху, который частенько мешает своими внезапными выступлениями посреди ночи. — Нуна, этого не может быть, меня нет дома с утра, — быстро придя в себя, заявляет парень. — Чимин-а, я понимаю, но пожалуйста, приедь и скажи об этом той бабушке лично, она от меня не отстанет! — Хорошо, сейчас приеду. — Ребята простите, но мне нужно срочно отъехать, — Чимин быстро оповещает друзей о возникшей проблеме, — Гук, возьми мой кошелёк. Сможешь кое-что взять для меня, когда будешь идти домой? — Конечно хён, я напишу тебе, когда пойду. — Спасибо, — Чимин быстро достаёт наличные из кармана джинс, суёт их в руки Чонгука и убегает к ближайшей станции метро. — Это не из кармана Чимина выпало? — Юнги поднимает с пола пластину с тремя голубыми капсулами из десяти и показывает парням. — Не знаю, не видели, а что? — в унисон отвечают виновники торжества и направляются к круглосуточному магазину за водой, — Хён, тебе нужно что-то? — Нет, спасибо. Я подожду вас снаружи, — было не трудно вбить название препарата в браузер, находящееся на обратной стороне пластины, — Анорексигенное средство, значит?