Сон или реальность?

Мэй-мэй лежит спиной на коленях Тайлера и еë уже почти не смущает их полу оголëнный вид. Девица еле-еле отклеивает руку от чëртового светлого кожаного дивана и поправляет ей голову Бэйкера, которой он начал заваливаться на Мэйлин. Тот улыбается, а Мэй Ли аккуратно целует его, получая ответную реакцию в виде небольшого танца языка. Мэй кладëт телефон, который находился в левой руке, рядом на диван и теперь свободной, второй рукой помогает себе поднять своë тело. Мэй-мэй аккуратно садится парню на колени, оставив небольшое расстояние между их телами. Шестнадцатилетняя Ли смотрела своей любви прямо в глаза, легонько улыбаясь. Одной рукой приéзжая скрестила свои пальцы с пальцами Нгуëна, а второй аккуратно провела по скрытому за трусами половому органу. — Что ты… — с остановкой произносит Тайлер, и девица тихо хихикает, а он убирает еë руку с себя. Мэйлин быстро просит отпустить еë, что парень послушно выполняет. Он быстро просовывает руку под колени Мэй-Мэй, второй рукой придерживая спину, и поднимает еë, чтобы развернуться и уложить на диван. Девушка смеëтся, пока Бэйкер не кладëт её ноги себе на плечи и не хватает еë руки одной рукой. Мэй Ли сильно засмущалась и отвернулась, но парень не остановился. Свободной рукой он аккуратно прошёлся подушечкой пальца по трусикам. Они были ярко-розовыми, с чëрными маленькими сердцами и чëрным бантиком, сами же трусы, если приглядеться, были сделаны маленькой сеткой, от чего выглядели, будто прозрачные. Нгуëн мягко спустился по половым губам вниз, от чего Мэй-Мэй дëрнулась и, освободив одну руку из хватки, закрыла еë тыльной стороной свой рот. — Мне продолжать? — мягко и заботливо спросил Тайлер, а получил лишь затуманенный взгляд, кивок и тихий, смущëнный «Угу». Мэйлин была уверена, если бы еë зрачки умели менять свою форму, они бы сейчас выглядели как крупные сердечки. Бэйкер непонимающе хихикнул и подвëл палец к влагалищу от чего Мэй Ли начала дрожать, будто получая разряды тока, а вторая рука появившимися мелкими рыже-красными когтями вцепилась в пальцы парня. Нгуëн зачарованно наблюдал за реакцией Мэй-Мэй и решил убрать обе руки. Мэйлин наконец смогла успокоиться сама и успокоить своë дыхание. Дрожь так легко не проходила, но осталась, хотя стала маленькой и плохо заметной. — Коть, — мягко, сквозь руку произнесла Мэй ли. — Да? — подвинувшись ближе к лицу девушки, спросил Тайлер. Рыжая аккуратно положила руку на его щëку и приблизила их лица для поцелуя. Почувствовав на себе губы парня, девица закрыла глаза, но услышала какой-то тихий свист рядом. Вкус чужих губ пропал, и Ли начала чувствовать невесомость. — Мэй-Мэй, вставай, уже почти час дня, — произнесла бабушка из-за двери в детскую комнату. Хранительница села на кровати, после встав с неë и потянувшись. Мэй коротко зевнула, вызывая этим действием неплотную пелену слëз на глазах. — Да-да, встаю. — сонно произнесла Мэй Ли, потянувшись за домашним худи и штанами. Нет, дома не было холодно для худи, да и то было не настолько тëплым, чтобы греть в морозы, просто это единственная вещь с карманом, ведь облегающие штаны были только с двумя задними обманками. Мэйлин прятала в карман на животе вэйп, ведь она хоть и взрослая, но всё ещë не восемнадцатилетняя. Мэй-Мэй взяла телефон и быстро воткнула в ухо один блютуз-наушник. Пока Мэйлин шла к двери, она успела включить музыку. На двери со стороны Ли висел календарь, который она благополучно проигнорировала. Четырнадцатое июля, четверг — мягко, тихим эхом произнеслось в голове Мэй Ли, она будто слышала как аккуратно ломаются маленькие кусочки вафель когда голос произносил твëрдые звуки. Девица встряхнула головой, как бы выкидывая эту странную мысль из себя. Мэй-мэй потянула за ручку двери и вышла из комнаты, закрывая за собой. Прошагав к ванной комнате, что стояла напротив еë комнаты, Ли щëлкнула замок. Мэй-Мэй подошла к зеркалу и, поправив волосы так, чтобы они не были хотя бы на еë лице, начала раздумывать на счёт сна. В голову рыжей лезли разные мысли, но для себя она выбрала на и более подходящую: «Я умерла во сне, и он закончился». После водных процедур и битв разума, где сражались «Ты всë ещë во сне, пойми» против «Ты уже умерла там. Нельзя умереть так странно, если ты не во сне», хранитель выдохнула, будто отдавая зеркалу все свои отвратительные поединки мыслей, что так часто любят заглядывать к неокрепший разум шестнадцатилетней девушке. Мэй-мэй простояла в раздумьях перед зеркалом ещë пару минут, пока не услышала знакомый бабушкин голос. — Дорогая, я приготовила куриное филе и битые огурцы. Вчера ты рано ушла спать, тебе наши гости передали печенья с предсказанием и яблоки в карамели. Но учти, сладкое после обеда! — Ву Ли тихо хихикнула и замолкла. Видимо, прошла на кухню. Рыжие волосы заплели в нелепый вьющийся хвост, что доставал чуть ниже ключиц. Направившись на кухню, Мэйлин заметила отсутствие старшей Ли. Хранительница пожала плечами, осматривая стол с ароматным обедом, хоть для неë это и завтрак. На деревянном столе, накрытом зелëной тканью с орнаментом панд на треугольных концах, стояли разного размера тарелки. Одна из них была квадратной формы с длинным дном и наполнена куриным филе с болгарским перцем и, по запаху, маринад здесь кисло-сладкий соус. Далее шла тарелка, напоминающая яйцо, сама же она имела плоское дно и была до верху забита битыми огурцами, любимой закуской Мэй Ли. А на последней большой овальной тарелке, отличающейся от других простых и белых тарелок своей прозрачностью и зелёным цветом, красовалась пара яблок, чей корявый вид выдавал то, что они сделаны вручную, и несколько небольших горок из 3-4 печенек с предсказаниями, которые сильно выделялись на фоне неравномерной карамели своей близостью к идеалу. От такой еды у вроде не давно совсем не голодной Мэйлин потекли слюнки. Всë выглядело так аппетитно, что уже совсем забылось о пропаже бабушки Ли. Мэй уселась на стул, по привычке поправив на нëм мягкую красную подушку. Взяв палочки, Ли потянулась за телефоном и зашла в интернет посмотреть новости и, может быть, написать кому-то. Она быстро, заранее, сфотографировала еду и, включив какой-то незамысловатый ролик, принялась к трапезе.