Семь сказок

Осенью в Министерстве было довольно холодно. Третий год подряд в кабинете Гермионы Грейнджер висел «дежурный» свитер. Она надевала его по вечерам, когда большинство сотрудников покидали свои рабочие места, и она оставалась одна. Каминная сеть закрывалась ровно в 00:00, и это было практически единственной причиной, по которой Гермиона складывала бумаги в ровные стопки и уходила домой. Никто и никогда напрямую не задавал ей вопрос об одиночестве. Но оказываясь в компании Гарри, Джинни или даже Рона, уровень эмпатии которого был не так высок, она читала в их глазах беспокойство. Они считали, что ей одиноко и под любым предлогом вытаскивали в пабы, на матчи по квиддичу и семейные ужины, которых за последний год прибавилось, и как казалось Гермионе, причина была именно в ней. При этом одиночество ее не тяготило. Напротив, впервые за долгие годы, она явно ощущала, что ничего никому не должна. От нее больше не зависела жизнь и смерть близких - и это пожалуй было основным. Постепенно она снова научилась читать то, что нравится ей. Постепенно у нее дома появились растения, потому что наконец - то притупилось навязчивое ощущение, что в любой момент нормальная жизнь может закончиться. Постепенно она научилась спать. -Министр готов вас принять - Гермиона резко вскинула голову, взяла сумочку и зашла внутрь просторного кабинета -Добрый день, мисс Грейнджер! Рад, что вы смогли выделить время для того, чтобы встретиться со мной - она не видела Кингсли несколько месяцев и почему - то сейчас, глядя на него, ее не отпускало ощущение, что он прилично постарел - Присаживайтесь, прошу вас - он указал на стул прямо напротив себя -Добрый день, чем я могу помочь, министр? Есть какие - то вопросы по работе моего отдела? -Нет, нет, что вы. Доверяя вам его я был практически уверен в том, что выбрав в качестве руководителя саму Гермиону Грейнджер, ни на минуту не пожалею. И пока мой прогноз сбывается - он слегка засмеялся - мой вопрос несколько другого рода. Наверняка, вы слышали о том, что союзом министров и, конечно, лично мной было принято решение … - Кингсли повернул голову вправо и сделал тяжелый вдох, явно подавляя кашель - Извините, мисс Грейнджер. Так вот, мной было принято решение взять интервью у бывших сторонников Воландеморта для того, чтобы обнародовать их истинные мотивы. Это важный шаг, который поможет в будущем не допускать подобных ошибок. -Да, министр , я слышала о вашей инициативе, но не совсем понимаю, чем я могу быть полезна? - слегка растерянно спросила Гермиона -Дело в том, что людей, которые были максимально приближены к Воландеморту осталось не так много. Большинство из них либо погибли во время последней битвы, либо покончили с собой, либо получили поцелуй дементора. Что вы и так знаете. Я говорю это для того, чтобы вы понимали всю важность этого события для магического сообщества - он улыбнулся - и, конечно же, не смогли мне отказать. Опережая вас вопрос - да, те, кто был помилован были допрошены на следствиях, но информация, сказанная ими в зале заседаний не может быть обнародована. Поэтому у нас остается единственный вариант - они должны сами согласиться на то, чтобы детали их жизни стала достоянием общественности. И у нас есть доброволец, который согласен поделиться правдой, но с одним условием - интервьюировать его будете вы. Брови Гермионы взлетели вверх: -Это очень лестно, министр. Но я не писатель и не журналист, более того, такая исследовательская работа предполагает полное погружение, чего я гарантировать не могу … -Гермиона, постойте, вы не должны переживать о том, что текст будет не складным. Перед печатью его будут редактировать профессионалы. Нам нужны только факты, транскрипция, которую мы потом сможем расшифровать, понимаете о чем я? Это перевернет мир магии, позволит взглянуть на обратную медаль темной стороны, которую раньше люди могли увидеть только на страницах прессы. Да, последняя безусловно контролируется министерством, но вы знаете не хуже меня, что львиная часть фактов искажается, преувеличивается  только ради того, чтобы тираж был раскуплен. - Кингсли встал и подошел к тумбочке, наливая воду из графина в стакан -Хорошо, предположим я соглашусь, у кого я должна буду взять интервью? - Гермиона почувствовал азарт, осознание того, что она стала единственным условием сделки будоражило, ведь в конечном счете, состоится она или нет все равно зависело от нее -Ох, это Драко Малфой - Кингсли протянул Гермиона стакан - вы учились с ним в школе, мисс Грейнджер и наверняка помните его? «Я не стану брать интервью у Драко Малфоя» - первое, что хотела выпалить Гермиона. И она вполне могла это сделать, но было одно «но» - интерес, что именно она стала единственным условием того, что исповедь могла состояться. Какого черта Драко Малфою понадобилась именно она? Гермиона слишком хорошо себя знала и просчитала все возможные варианты - если она откажется, то промучается от любопытства всю ночь, а потом все равно согласится. Одиночество и спокойствие, которые так нравились ей каких-то десять минут назад разбились о рифы, внутри прямо в груди бились волны в такт ее собственному сердцу -Хорошо, я согласна. Когда нужно приступить? - Кингсли снова сел в кресло и расплылся в улыбке -Завтра, мисс Грейнджер, он будет ждать вас в 10:00. Портключ, который отправит вас в нужное место, вы сможете получить у секретаря - Гермиона встала, собираясь уходить, но прежде Кингсли ее окликнул - Гермиона, я желаю вам удачи, после того, как вы согласились, мне не так страшно признать то, что Драко Малфой  довольно сложный человек - его брови сошлись ближе к переносице, что явно выдавало сожаление Гермиона кивнула в знак благодарности и уже выходя из кабинета прошептала: -Кому, как ни мне, это знать