Остров

«Ну кто же знал, не утонув — я попаду на этот остров.

Берегу на берегу твоих волос густые волны.

Так приятно укрывала бирюзовым одеялом.

Я раскрылся, умирая, но к тебе опять ныряю.»

Впереди — только бескрайние просторы космоса. Рядом — потерянные, поникшие Морти и Рик. Позади — раскрывшиеся прошлое его (или не его?) дедушки. От цитадели остался один островок. Им ничего не остается, как просто ждать, непонятно чего: либо, когда на Рика снизойдёт озарение, либо от голодной смерти (или кислород кончится раньше?) Близкое дыхание костлявой не волнует его так, как прежде, слишком уж часто они пересекались. Обычно, в такие моменты жизнь проносится перед глазами, сегодня, правда, это была жизнь его Рика. Он доверил ее Морти, а взамен Морти доверился ему. Мальчик облокачивается на приборную панель и скатывается по ней вниз, то же проделывает напарник. На экономном режиме отопление работает на минимуме и приходится прижаться к друг другу и накрыться одним халатом. Морти давно не виделся с Риком, интрижка с двумя воронами, длилась, как ему кажется, вечность, иррационально, как будто солевой наркоман, он наслаждался этой вынужденной близостью: теплом, голубыми волосами, которые касались его плеча и щекотали шею, Морти делает глубокий вдох, словно собирается нырнуть, и улавливает запах Рика, он пьянит мальчика лучше любого алкоголя, и на несколько минут Морти позволяет себе расслабиться. Неужели он и вправду создан ради прощения?

"Я не знал, не утонув: меня прибьёт на эти камни.

Издевается песок — он то ли порох, то ли сахар.

Кровоточат мои шрамы под холодными лучами.

Светят инопланетяне, притворяются глазами.

Я не знал, не утонув — не захочу я сплюнуть море.

Захлебнувшись в пене смерти, наслаждался вкусом соли."

Рациональной частью своего разума он понимает, что это ненормально. Их отношения (чем бы они не были) абьюзивны и нездоровы. Новая информация только доказала на что способны Рики ради Морти, прогнившая система цитадели стоила больших жертв. Морти вспоминает ту мясорубку, что устроил «Злой» Морти и он может понять обе стороны конфликта. Но какой смысл сейчас об этом рассуждать, когда Морти уже сделал свой выбор? Так, как обычно принимает решение — сердцем. Морти любит Рика и это, кажется, заложено в его ДНК и вырезано на сердце еще при рождении. Как бы не было больно Морти, сколько бы раз он не подвергался унижениям от Рика, которые ранят его сильнее ножа (буквально, у него была возможность сравнить), он все равно не может перестать его любить. Это так же естественно для него, как и дышать. Он сжимает руку Санчеза и нарушает затянувшееся молчание: — Я люблю тебя, Рик. Можешь сделать что угодно, и я не брошу тебя. — Морти готов поклясться, что на него посмотрели, как на ангела. — Я не заслужил тебя, Морти. — Рик сжимает ладонь Морти и подносит к губам. Затем мальчик ощущает поцелуи на щеках, макушке, веках, подбородке и носу. Рик останавливается и смотрит в глаза Морти: — Морти, я долго об этом думал. На этот раз я хочу обойтись без манипуляций, повышения голоса, и мета ироничными, сбивающими с толку, речами о капитализме. Когда, кстати, заметь «когда», а не «если». Когда мы выберемся из этого дерьма мы обязательно поговорим об этом и установим границы, возможно, даже запишемся к психологу, но только к не земному, прошу. Но сейчас… Сейчас мне это чертовски нужно, Морти… Я могу тебя попросить об поцелуе? — За пару секунд молчания у Рика, кажется, раз десять остановилось сердце. Мужчина отводит глаза. — Если что, то никакого давления, пес. Морти едва заметно кивает и кладет руки на плечи дедушки, медленно приближаясь к его губам.

"Спи и плачь, прекрасный странник — утонуть не будет поздно."