Ну здравствуй, моя ведьма

      Тишина во всем доме и только слышен стук каблуков о кафельный пол. Эсфель шла быстрым шагом по коридорам большого поместья. Ведьма была явно чем-то раздосадована, она сжимала подол платья в кулаки, отчего на дорогой ткани оставались мятые островки. Коридор был украшен живыми цветами, которые были выращены в саду, а некоторые служанки собрали на полях. Большие окна впускали в дом яркие лучи полуденного солнца. Некоторые окна были распахнуты, отчего шторы от легкого летнего ветра развивались, создавая впечатления загадочного танца. Стены были украшены картинами, Геральд заказывал их лично у семейного художника, который не одно поколение запечатлел род Виллиамов.        Для портретов рода была выделена целая стена в поместье, на которых красовались все Великие лекари семейного древа. Но одно место пустовало, как Эсфель узнала по слухам, что распространяли служанки, на свободном месте должен был висеть портрет Элизабет Виллиам. Она должна была стать следующим Великим лекарем, но предала свой род и сбежала с обычным лестным охотником. Эсфель все узнала из слухов и подслушанных разговоров работников дома. Портрет был уже начат, и оставалось лишь сделать последние штришки, но Элизабет покинула отчий дом и отправилась писать свою историю жизни сама. Больше ведьма ничего не знала про прошлую жизнь матери.       Мысли все возвращались к её прошлой жизни, к счастливым и радостным моментам, когда она была обычным беззаботным ребенком, училась у матери колдовству и травничеству. Её мать безжалостно сожгли в собственном доме как когда-то сжигали ведьм в древности, пока люди не поняли, что колдуны и ведьмы могут быть полезными и с помощью их силы можно свершить многие дела. Лет двести назад было много переворотов, во главе которых были ведьмы.       Встав около открытого окна и вдохнув свежий воздух, Эсфель привела мысли в порядок и направилась в кабинет Геральда, куда он её вызвал для серьезного разговора. Остановившись перед массивной деревянной дверью, Виллиам расправила складки на платье и выпрямив спину, ведьма уверенно постучала по двери. Не дождавшись разрешения, девушка вошла в кабинет дедушки. В нос сразу ударил мощный запах трав. Пахло горькой полынью, лавровым листом, лавандой и некоторыми эфирными маслами, сделанными из ели. В тоже время, пахло спиртом, йодом и мятой. В этом кабинете Геральд создавал лекарства, экспериментировал с травами и настоями. К нему ехали графы со всего королевства, пару раз бывал и сам король.       Геральд сидел в своем кресле за столом, и перебирал письма, на некоторые он отвечал, а другие отправлял в камин, не удосужившись прочесть, не то что уж ответить. За почти тринадцать лет проведенных рядом с Геральдом, она заметила, что лекарь постарел. В волосах затаилась седина, а на лица залегли глубокие морщины от постоянной работы. Мужчина поднял свой тяжелый взгляд, снял очки для зрения и устало потер переносицу.       - Здравствуй, Эсфель. - он говорил тихо, вымученно и устало.       - Здравствуйте, дедушка. - ведьма слегка приподняла уголки губ, дабы сделать мимолетное представление, будто она рада его видеть. - Вы звали меня. Что-то случилось?       - Скоро твое двадцатилетие, художнику пора начинать твой портрет. - Геральд не любил эти не нужные разговоры, он всегда начинал разговор по делу, это единственное, что навилось Эсфель в нем.       - Хорошо. Что-то ещё или я могу идти? - девушка не осознанно снова начала сжимать платья, выдавая свою тревожность. - Сегодня вечером приезжает граф Виндзор со своим сыном. Они решили посетить твое двадцатилетие и узреть церемонию посвящения.       - Какую ещё церемонию посвящения? - юная ведьма устремила свой недоумевающий взгляд на Геральда, который в свою очередь принял удобную и расслабленную позу в своем кресле. - Вы не упоминали ни об одной церемонии.       - В твой праздник, ты станешь следующим Великим лекарем, я передам тебе этот титул. - мужчина поправил галстук на шее и встал на ноги, обходя стол. - Я не хотел тебе этого говорить раньше, так как не был уверен, но теперь, все решено. - он встал спиной к Эсфель и устремил свой взгляд в окно, Геральд наблюдал за тем как летали птицы, а садовник стриг кусты.       - Я вас поняла. - пальцы рук дрожали, как и голос ведьмы, но сделав несколько глубоких вдохов, все встало в норму, кроме сердца, что пытавшееся выпрыгнуть из груди.       - Все должно быть идеально, ты ведь это понимаешь? - Геральд говорил медленно, растягивая слова, будто пропитывал их ядом. - Не опозорь меня, Эсфель. - мужчина лишь слегка повернул голову в сторону своей внучки, и снова устремил свой взгляд в окно.       - Да, понимаю. Я вас не подвиду.       - Тогда ступай. - Геральд небрежно махнул рукой в сторону ведьмы, давая понять, чтобы та быстрее покинула его кабинет.       - До свидания. - Эсфель поклонилась дедушке, но тот продолжал стоять спиной к ней и даже не видел её жесть вежливости.       Лишь только покинув кабинет Геральда, Виллиам смогла вздохнуть свободно. Ноги ватные, руки дрожать как у пьяницы из таверны, а кровь отхлынула от лица. Отойдя на безопасное расстояние от кабинета, Эсфель запустила пальцы в свои густые и черные волосы, которые были аккуратно собраны зеленой лентой. Помассировав руками голову, тем самым приводя себя в чувства и ослабляя головную боль. Эсфель была в полнейшем непонимании. Без каких либо эмоций, девушка пошла медленным шагом в свои покои, которые находились в южной части особняка.       Зайдя в свою комнату, девушка заперла дверь на ключ. Каждый раз после даже небольшого диалога с Геральдом, ведьма чувствовала себя подавлено и безисходно.       Прошло несколько часов, после разговора с Геральдом. Пару раз служанки стучались в дверь девушки, приглашая в столовую на обед, а потом на полдник, но на каждое приглашение Эсфель отвечала: "Спасибо, я не голодна". Лишь под вечер, Виллиам решила выйти из своего убежища и пойти не в столовую, а на саму кухню, чтобы отведать своего любимого тыквенного пирога с пряностями. Тихо зайдя в "сердце" дома, она встретилась взглядом с тетушкой Майей.       Добрая и милая женщина, от неё всегда пахло вкусной выпечкой и духами, сделанными из роз и меда. Женщина была той, которая выхаживала Эсфель с того самого момента, как только та появилась в поместье. Она умывала девочку, кормила, читала той сказки на ночь и рассказывала ей о своей жизни. Тетушка не имела детей, а муж умер тридцать лет назад. Тетушка Майя приняла Эсфель как свою дочку, женщина всегда в детстве приглядывала за Виллиам, гуляла с ней по саду, держа её маленькую ручку в своей. Даже тогда, когда маленькой Эсфель снились кошмары, то женщина всегда успокаивала её, принося с собой теплое молоко с травами и медом, чтобы девочка оставшуюся ночь спала спокойно.       -Здравствуйте, тетушка Майя. - Виллиам лучезарно улыбнулась и прошла в глубь кухни, занимая место рядом с печью, которая не гасла как ей казалась веками, в ней всегда что-нибудь да готовилось.       - Ох, здравствуй моя милая! - женщина отвлеклась от замеса теста и протерла руки тряпкой, чтобы обнять девушку.       - А остался тыквенный пирог? - спросила та со скромной улыбкой на устах.       - Конечно, я знала, что ты рано или поздно придешь сюда! - Майя тепло улыбнулась и нежно обняла девушку, согревая её своим теплом.       - Вы меня слишком хорошо знаете.. - ведьма с удовольствием ответила на объятия, затем села за стол.       - Сейчас я тебе все приготовлю, а ты пока расскажи, почему устроила голодовку сегодня днем? - женщина отвернулась от Эсфель, доставая кусочек тыквенного пирога и положила его в печь, чтобы тот немного согрелся, а пока тот грелся, Майя начала заваривать свой фирменный чай, с лепестками лаванды и мяты, он одновременно успокаивал и освежал, то что нужно сейчас юной ведьме.       - Да тут и рассказывать не о чем, он как всегда... - девушка тяжело вздохнула, опираясь подбородком о руку, в ожидании еды. - Я не очень хочу сейчас говорить о нём, извините.       Майя с понимание кивнула и поставила чай на стол, рядом с ведьмой. Виллиам взяла кружку в руки, обхватывая её всеми пальцами, дабы согреться. Запах стоял волшебный, аромат лаванды забрал все внимание себе, но вот когда время доходит до вкуса, то тут мяте нет конкурентов. Добавив ложечку меда, Эсфель подождала когда он раствориться и сделала глоток, от удовольствия ведьма закрыла глаза и довольно промычала, тем самым показывая свое восхищение.       Через пару минут и тыквенный пирог с пряностями стоял перед Виллиам. Отломив кусочек, девушка почувствовала яркий вкус горицы с гвоздикой, но поживав ещё немного раскрывается вкус самой тыквы, а за ним легкие нотки мускатного ореха.       - Я добавила в этот пирог немного лестных орехов, сегодня их доставили, как тебе?       Лучше или старый рецепт был вкуснее? - тетушка села на против Эсфель и пила       крепкий настой, для желудка, девушка когда была маленькой, решила попробовать напиток, но тут же скуксилась, будто съела целы пучок полыни, тетушка Майя тогда громко смеялась и ещё долго припоминала девушке тот случай.       - Этот пирог чудесный, мне очень нравится, готовьте его пожалуйста почаще... - ведьма с мольбой в глазах посмотрела на женщину.       - Хорошо-хорошо, если ты пообещаешь, что перестанешь пропускать приемы пищи. - Майя погрозила пальцем и широко улыбнулась.       - Я постараюсь. - Эсфель виновато опустила глаза и начала водить пальцем по краю кружки.       - Так, моя милая тыковка, мне надо закончить с тестом, Геральд приказал к утру напечь булочек с лесной черникой, я пойду работать дальше, а ты пока не съешь все, не смей выходить из-за стола. - тетушка посмеялась и направилась к столу, на котором стояла большая миска, где уже женщина начала месить тесто.       Виллиам кивнула головой и тоже улыбнулась, продолжая жевать чудесный тыквенный пирог.       Пока девушка ела, она уже в сотый раз разглядывает кухню. Вот на стене висят куча сушеных трав, их тетушка Майя добавляет в еду и выпечку, а вот в углу стоят корзины с фруктами и овощами, которые каждое утро приносит мальчишка из деревни. У его семьи свой сад, Геральд заключил с его отцом договор, чтобы тот каждое утро отправлял корзины со свежими продуктами к ним на кухню. За рыбой и мясом, тетушка Майя сама ходила на рынок, она лучше всех знала какое мясо брать, а какая рыба была самой свежей, ей даже удавалось угадать в какой из рыб есть икра.       Поблагодарив за пирог, Эсфель вышла из кухни и направилась к выходу из дома. На улице уже вечер, но солнце пока не планировало уходить за горизонт. Накинув на плечи плащ, Виллиам вышла из поместья и побрела по улица городка, улочки широкие, по ним всегда бегали и играли в дети. Всегда шумно и оживленно, но чем дальше идешь, тем меньше народу, многие бояться выходить за пределы города, так как нечисть не дремлет, и любит пугать местных жителей. На окраинах живут чаще всего колдуны и ведьмы, такие же как и сама Эсфель. Многие жители их боятся, обходят стороной дома, да и стараются не разговаривать с ними.       Виллиам гуляла без цели, просто наслаждалась теплой погодой. Небо окрасилось в яркие цвета, тем самым подарив людям красочные виды. Спокойным шагом, ведьма уходила с людной улочки, сворачивая в переулок в котором всегда царила тишина и покой. Эсфель шагала, а мимо неё проплывали вывески и всякие магазинчики, которые она уже в сотый раз наблюдала, эту улочку она знала как свои пять пальцев, именно эта дорога вела в её любимое место, а точнее в лавку трав, под названием: - "Травы Наринэ".        Об этом месте знают не многие, а если уточнять,  то только те, кто занимается целительством или колдовством. Это место она нашла сама, чисто по случайности, Эсфель преследовала чарующий запах трав, она будто оказалась в своей мастерской, именно по этому её и привлек данный магазинчик.  В нем, она познакомилась со стариком, который являлся хозяином лавки - Мистер Авгур. Ведьма со стариком познакомилась около пяти лет назад, когда та в первый раз зашла в его лавку, мужчина с первых дней относился к ней с теплотой, будто та его внучка. Эсфель этого старичка полюбила всем сердцем, он был для неё родным человеком, она обращалась к нему ласково "дедуля". Виллиам прекрасно знала, что может обратится к Авгуру за любой помощью, советом или просто поделиться переживаниями. Эсфель уже как пару минут стояла на пороге перед уже знакомыми дверями, и вдохнув родной запах трав, ведьма толкнула дверь и колокольчик, что висевший над ней издал мелодичный звук, который разнесся по всей лавке.       - Добрый день, дорогой гость, вы оказались в магазине трав -"Травы Наринэ", я могу вам чем-нибудь помочь?- старик проговорил эту фразу из под столешницы, и не видел, кто именно вошел в его лавку, но как только он выглянул, так сразу на его старом лице озарилась улыбка. - Внучаааа... - протянул он с нежностью. От этого слова, у девушки в груди разлилось тело, её никто так не называл, кроме него, даже собственный дед.