Умиротворение тревог

Лето пролетало незаметно, а в Ичиго-Ша было всё так же спокойно, как и во все остальные летние дни. Многие девушки уже стали возвращаться обратно в общежитие перед началом учебного года, где на улицах возвышенности холма Астрэя стояла музыка августа: ветер шелестел возле тонких и уже чуть пожелтевших ветвей деревьев... В общежитии стояла такая же тишина, что так заполоняла все стены жилого здания на протяжении этого лета. Нагиса была всё это время с подругой и на отрез отказывалась оставаться одна, что показалось для Тамао очень странным и новым, ведь зная Нагису сколько она помнила этот учебный год, то её лучшая подруга никогда не ходила одна, а иногда, вовсе исчезала с вида, появляясь под самый вечер. Но такое поведение явно смутило подругу с того момента, когда она приехала обратно в Астрэй, увидев девушку в сломленном состоянии. Нагиса ходила за ней по пятам, а иногда даже не хотела покидать их комнату, лишь только в компании своей подруги девчонка могла уходить куда-либо, но то как сизоволосая заметила, что её подруга, словно бы, избегала комнату отдыха, ещё больше удивляло Сузуми... Она видела, как Нагиса менялась с каждым днём, словно её подменили, словно это был уже не тот близкий человек, которого она когда-то знала. Она всё ещё помнила, когда утром зашла в комнату и увидела перед собой свою подругу, которая была чем-то подавлена и расстроена. После этого момента Аои заметно замкнулась в себе, она перестала часто шутить и улыбаться, как показалось то Тамао, а так же, перестала интересоваться чем-то новым для себя. В молчаливом и тяжёлом безмолвии длинноволосая девчонка всё это время только и делала, как поддерживала Аои, понимая, что у той могло твориться на душе от чего самой делалось больнее, наблюдая за тем, как Нагиса замыкается где-то в себе, словно не замечая этого мира... Каждый такой её день был пыткой для подруги, а иногда она хотела спросить, хотела закричать на неё, только, чтобы та прекратила свои странные и не естественные выходки, но, всё же, девчонка терпела. Она лишь терпеливо ждала наступления сентября, надеясь, что та в это время уже сможет зажить так же, как и тогда. Каждую ночь Сузуми замечала, как рыжеволосая вставала с постели и уходила в комнату отдыха, а после возвращалась обратно, уже мирно засыпая. Однажды в таком её очередном ночном похождении, Тамао встала с кровати и направилась за подругой, что так и не заметила её, следуя к комнате отдыха, а когда та дошла, то затавшаяся девчонка, наблюдая за Нагисой, встала у двери, тихо слушая плачь Аои, от чего ей хотелось выскочить из этих дверей и тут же успокоить свою лучшую подругу, лишь бы та больше не страдала, терзаясь неизведанными для Тамао отголосками болезненной памятью. Но она только тихо оставалась на месте, слушая, как девчонка что-то играла на клавишах рояля в своём же тихом плаче, который девушка слышала сквозь ноты музыки, стоя возле двери. «Что же ты такое натворила, о чем не хочешь даже говорить?» – прошлось в голове у девушки, что стояла возле тёмного коридора, дожидаясь конца этой грустной игры. Вот уже спустя несколько недель, что они проводили в Ичиго Ша, Тамао всё так и оставалась такой же разбитой, в терзающем молчании наблюдением за своей подругой, в угасающей надежде, что Нагиса однажды когда-нибудь, да расскажет ей о случившемся поздним летом, надеясь на каждые мнимые секунды дня в гибельной замкнутости того молчания. Девчонка сидела в своей комнате и смотрела в окно, наблюдая как ратуша Астрэя издавала звон курантов по всему холму, где на обширном дворе во всю стоял август, и к этому времени года уже потихоньку заселялись некоторые студенты из разных академий, вновь заполняя общежитие какой-то жизнью. Она так стояла и слушала звук пения птиц, а после услышала как кто-то вошёл в комнату, и неосознанно подрйдя к своему столу, она задумчиво посмотрела в сторону от чего вошедшая в том же молчании Нагиса обернулась к подруге, предугадывающе улавливая ту сверкающую в незаметности надежду о скрытой мучительными днями того безмолвия правде, ибо прекрасно осознавала сама: какую боль могла приносить подруге своей замкнутостью, на данный момент, Нагиса. — Нагиса-тян... Где ты была? — тихо и так де пониеше спросила её стоявшая возле стола Сузуми, пока пламенноволосая в той же тихой печали взглянула на свою подругу. — Возле озера... – в опущенных глазах ответила ей Нагиса, чуть сглатывая на конце слова, хоть и понимала зачем туда ходила и чуть постояв в застывших секундах звенящей тишины, Тамао обернулась к окну, как вскоре прервала эту долгую и уже раздражающую тишину. — Вот как... Может, тогда... — хотела было уже произнести ей девчонка, как Аои молчаливо и едва ли заметно мотнула в сторону своей головой, давая понять своей подруге о конце этого ответа, поскольку сама понимала почему, всё же, ей приходилось молчать, делая прежний вид выдуманной стабильности. «Пока сама не разберусь с этим, она ничего не должна знать...» – неохотно прошлась обессиленная мысль в голове у Аои, и так ничего не ответив, она опустошенно просила свой поникший взор в сторону приоткрытого окна, едва выдерживая режущие минуты наставшей тишины. — Нагиса-тян... — задумчиво выпалила в тихой тонации своего голоса Тамао, не отводя своего синего взора со своей подруги, сохраняя эту воющую и такую же безмолвную песню тишины их комнаты. ************************************* В тишине комнаты отдыха, чьи высокие в широте стены продолжали держать в себе то непоколебимое молчание, изредка, загоняя сей пропитанной памятью куда-то очень далеко, в такое же глубокие забытие прожитых кем-то дней, к чьей атмосфере президент давно уже как свыклась, совершенно не замечая подобных отголосков в прошлое вокруг себя, в отличии от самой Шизумы, которая вела с такой тревожной напастью, чуть-ли не каждую секунду однотипный спор ухода из вне окружающей её реальности, не переставая мельком завидовать своей подруге, пусть и Этуаль знала почему у темноволосой представительницы Миатору такие стальные и в одно же время хрупкие стороны непоколебимого характера. Едва отвлекаясь от заполнения лежавших на столе документов, она мельком обратила свой задумчивый взор в сторону Шизумы, что стояла в пустой тишине этой комнаты отдыха возле краев чёрного рояля и с каким-то глубоким выдохом, она села за стул, приподняв гладкую крышку с белоснежных клавиши музыкального инструмента, преподнеся свою руку над ними, пока в незамеченном молчании в её пропитанных тяжёлым раздумиях глазах читалась какая-то тревога и печаль, что Шизума так же беспрекословно продолжала скрывать перед другими. — Шизума... — как-то мягко и в то же время недоумённо посмотрела на неё Рокудзо, не отводя своих жёлтых глаз с длинноволосой девушки, чей опечаленный взгляд был направлен в пустоту этой тишины и делая глубокий вдох, понимая, что не сможет унять трепещущий стон своего сердца, что за последнее время только и болело от непонятной ей тоски, её аккуратная ладонь резко легла на клавиши рояля, начав свои неторопливые движения в тянущих нотах резко начатой мелодии, помогая вести минорные ноты второй рукою, от чего по комнате, тотчас раздалась громкая и тревожная музыка, пока Этуаль сидела в каком-то напряжении, нервно играя и ловко перебирая тонкими пальцами по белоснежной клавиатуре инструмента. Она закрыв глаза на мгновение, пыталась унять в себе столь гложащее чувство, что пылало в ней с самого утра. Грустная и затрагивающая до глубины души музыка усилилась в стенах аудитории, на что Шизума слегка приоткрыла глаза, о чём-то задумавшись, не переставая играть свою рабсодию тоски и тревоги. В её глазах были видны блестящие слёзы, что она так не хотела выпускать в наружу, а лишь держала внутри себя. Руки нервно задрожали в этой безумной и красивой игре, но Шизума так не собиралась останавливаться, а лишь смотрела на корпус музыкального инструмента, пытаясь унять в себе накопиашийся пыл. Её глаза блестели от сдержанных слёз, а сердце так же продолжало нервно колотилотиться в непонятной ею тревоге. Опуская свой задумчивый взгляд на последней тянущей ноте, переполненной будущими чувствами той неизвестной растерянности, бледная аристократическая ладонь девушки незаметно смахнула несдержанную струйку слезы, чей талый след плавно прошёлся по её холодной щеке, пока резкий для Ханадзоно голос сидящего президента не вывел её из терзающей идиллии, утерянных в молчании дней далёкой середины лета. — Весьма затрагивающе... И так на тебя не похоже, Шизума... — в глубокой интонации растерянной задумчивости произнесла ей старшеклассница, изредка, боясь малейшей памятью вернуть себя в далёкое прошлое ушедших с терзаниями дней, на что Шизума опустошённо приостановилась в своем взгляде на светлое тянущими лучами окно, так и не вымолвив и слова, уже в тихих шагах направляясь в сторону выхода комнаты отдыха, устремив свой невзрачный взор к широкой, лакированной лестнице, пересекая эту черту порога. — Может мне стоит помочь тебе? Ты заметно устаёшь, Шизума. — уже строго протягивая последние слова выпалила ей девушка, привставая со своего места, отложив позабытые бумажные листы в сторону длинных столов, терпеливо ожидая какого-нибудь ответа от девушки, пронзающе осознавая нечто неладное, что могло терзать саму Этуаль. — Не думала, что ты на это согласишься... Миюки. — в едва наигранной речи выпрямляясь в поечах ответила ей Шизума, так и не осмеливаясь показать президенту совета излишней эмоции в закрытых прядях своего лица. — Просто подумала, что тебе там нужна будет помощь. — ровно и столь спокойно ответила ей желтоглазая представитель, пока взгляд её подруги туманно был направлен в сторону дальней стены коридора, так и пытаясь заглушить в себе остатки гложащих мыслей стучившего, несмотря на давность тех утраченных событий. ************************************ Восходящей зарёй дневного свечения, что попадало яркими лучами в затихшую комнату, заметно расцветало: на ветвях деревьев уже начинали петь утренние птицы, а луч солнца пронзал купол главной Ратуши Ичиго Ша. Нагиса медленно выдохнула и неспешно подошла к окну, чуть открывая форточку, запах свежего ветерка тут же ударил ей в нос, задевая своим дунавением лицо девчонки и закрывая глаза, словно пытаясь уловить хоть что-то приятное для себя, она из последних сил пыталась настроить себя на лучшее, отчаянно пытаясь найти в себе то самое лекарство от душераздирающей памяти и собственного же оторжения случившегося. Прохладный ветерок вновь обдал её тело своим вздохом заметно уходящего лета, посте чьего дыхания, она посмотрела вдаль, где виднелись деревья со всего холма, так и не понимая собственного беспокойства всех прожитых ею дней. — Не хочешь со мной сходить до библиотеки, Нагиса-тян? — раздался позади Аои знакомый голос её подруги, на что девчонка так и не обратила своего внимания, опустошённо пронзая светящийся горизонт закрытого деревьями небосвода, от чего взгляд Тамао вновь изменился в растерянности всего ей непонятного, с одним и тем же вопросом, так и томясь каждой секундой проведённой этим безмолвием – «Что же могло произойти? И когда это могло случиться?» — опечаленно выдохнув в пустоту, она осторожно привстала с краешка своей кровати, тихими шагами направившись к стороне двери в последний раз, в далёкой надежде обратив своей тревожное внимание в сторону Нагисы, она уже хотела было покинуть эту тишину молчаливой комнаты, пока растерянный голос Аои не заставил девчонку обернуться назад. — Тамао-тян... — чуть недоумённо посмотрела на неё Аои, торопливо делая свои шаги к сизоволосой, на чей резкий ответ согласия девчонка слабо улыбнулась ей. — Хорошо, тогда я заберу ключи от корпуса у президента Рокудзо. — скрытой улыбкой наигранной радости ответила ей Сузуми, в последнем ожидании обернувшись назад в сторону Аои. — Тогда, я буду ждать тебя возле моста библиотеки. — тихо вымолвила ей Нагиса, замечая лёгкий кивок со стороны своей подруги, а после чего едва скрывая в себе душераздирающую дрожь, она торопливым шагом направилась к стороне лестничной площадки, уже не замечая перед собой ничего кроме как единственной мысли – сбежать от себя. Но как бы ей того не хотелось ,и как бы она не пыталась избавить себя от раздерающей пустоты душевных увечий, Нагиса прекрасно осознавала, что все её такие попытки – обмануть себя, были невозможны и не постижимы. «От правды не уйти....» — колко прошлась её терзающая мысль, от которой, словно бы, как на зло поднимались вверх когда-то упущенные и выгоревшие ею воспоминания о произошедшем в комнате представителя трёх школ, от чего ей делалось лишь больнее, тихо чувствуя малую долю вины из-за случившегося. Тихо останавливаясь на середине одинокой тропы, она устало направила свой измотанный той памятью взгляд в сторону сходящейся книзу тропе, куда попадали золотистые лучи палящего солнца, сквозь звонкий распев спрятавшихся в ветвях деревьев птиц в потоках мирного дыхания лёгкого ветра, который плавно заставлял колыхаться её пламенные волосы, что чуть путались в его окрыляющих потоках свободными и распущенными прядками мягких волос, из-за чего Аои чуть досаждающе отбросила их позади своих плечей, с неудобной непривычки жалея, что всё же не завязала их в привычный всем хвост, продолжая наблюдать за одинокой местностью в звуковых потоках речного шума лазурной глади озерных вод, временами, посматривая поверх низкого холма в сторону отдалённого здания библиотеки едва забываясь о своём приходе сюда. — Шизума... — тихо произнесла темноволосая девушка, пристально глядя в сторону остановившейся на полпути Этуаль, чей взор был направлен в сторону стоявшего в близкой дали силуэта, дрожаще сжимая свою ладонь от внутренних срывов, которые девушка едва удерживала в себе, так и не заметив чуть недоумённого взора со стороны рядом стоявшего президента, что тянула между собой эту вставшую ноту прежнего всем молчания, не замечая позади себя торопливый цокот чьих-то судорожных шагов. — А... — в тяжёлой отдышке начала было Тамао, держа в обеих руках лёгкую кипу книг в той же попытке перевести своё дыхание в прежнюю норму — Президент Рокудзо-сама... — недоумённо посмотрела на неё сизоволосая, пока взгляд старшеклассницы отдалённо перешёл к стороне Шизумы, что так и стояла на своём месте в молчаливом мгновении шелестящего ветра, чьё раздумие так и оставалось загадочным происждением для обеих стоявших. — Сузуми-сан не сможет помочь мне в читальном зале, немного? — терпеливо протягивая тишину, всё же, произнесла ей темноволосая девушка, оборачиваясь в сторону Тамао, которая растерянно бросила свой взгляд на старшеклассницу. — Да... — едва уверенно выпалила ей девчонка, на что Шизума повернулась к своей подруге лицом, явно предугадывая и осознавая, что её неприглядные эмоции, всё же, могли быть замечены, как то было видно в глазах самого президента Миатору, которая мельком бросила свой взгляд жёлтых глаз к стороне озера. — Если что, мы будем в библиотеке, с желанием помочь советую присоединиться. — ровной тонацией протянула ей Миюки, на что длинноволосая представитель чуть виновато опустила свой взгляд, на долю секунды разжимая свою ладонь с кулачка, пока правая рука её подруги осторожно прилегла ей на плечо, заставляя ту взглянуть на неё своим замеченным в печали взглядом, чего Шизума, на данный момент, не желала показывать, но всё же ответила тем же, взглянув на президента. — Я могу тебе не говорить об этом? — тихо спросила её девушка без единого желания признавать свои тревоги в глазах других, на чей вопрос, Рокудзо, вновь направила свой взор к стороне озерного прибоя. — Тебе решать... — в последний раз сказала ей девушка, отходя в сторону ожидающей обеих представителей Сузуми и подозвав к себе стоявшую девчонку лёгким кивком к стороне переднего моста, она в последний раз окинула взглядом Этуаль, молчаливо покидая её компанию, от чего старшеклассница так и утопала в глубине летящих ею раздумий медленно спустившись вниз к травянистой поляне речной местности. ************************************* Мягко приземлившись на травянистую поверхность шелестящих ветров, она устало наблюдала за сверкающем на солнце лазурным горизонтом растикающих от ветра речных вод, временами, отдаляясь от обволакивающей реальности, почти забывая о прежних делах, что движили ею изначально до прихода в сие умиротворение, от которого Нагисе казалось, словно бы, она стала свободной от цепких и душащих её летящими днями гнетущих мыслей, от которых девчонка неосознанно начинала находить в случившемся свою вину произошедшего. «Верно... Не уйди я тогда, этого всего бы не случилось...» — в попкорном спокойствии признавала себе то Нагиса, мимолётно вслушиваясь в летящую тишь прохладных ветров, что соприкасались с зелёной листвой лесного шелеста, уже предагадывающе вслушиваясь в сторонние шаги, которые раздались позади от девчонки. — Я не помешаю... Прости... — тихо вымолвила ей старшеклассница, чьи пепельные и пышные локоны длинных волос невольно путались от лёгких касаний ветренной тиши, с тихой болью окидывая взглядом Аои, что неосознанно повернула на неё свою голову, пока девушка осторожно присела на зелёный край холмистой местности, в кратком расстоянии от Нагисы. — Ши... Этуаль-сама... — чуть удивлённо протянула ей рыжеволосая, на что взгляд Этуаль в той же прежней ей задумчивости пал к стороне голубоватого и едва видного горизонта реки, пытаясь собраться с остатками изнуренных сил не сказать чего-либо лишнего, ибо пылко осознавала всю вину перед девчонкой с последнего срыва в сторону Аои. — Останься... — внезапно для Нагисы тихо и едва слышно выпалила Шизума, мягко соприкоснувшись своей ладонью с её теплой рукой, от чьего касания, девчонка заметно покраснела, отводя свой смущённый взгляд в левую сторону высоких ветвей, так и мечась со стороны в сторону от сей неловкости перед девушкой, подавая на свой ответ слабым кивком, на что холодная и аристократическая ладонь старшеклассницы аккуратно сплелась с пальцами Аои, умиротворенно задерживая в себе это лёгкое и уже приятное ей спокойствие. — Скажи... Тебе одиноко? — тёплым шёпотом произнесла ей Шизума рядом с её пламенным виском, осторожно убирая колосистую прядку её волос в сторону плеча, от чьего действия Нагиса смущённо посмотрела на неё, не о пуская сплетённой руки Этуаль из своей ладошки, неожиданно для себя же ощущая прилив внутреннего спокойствия, словно бы: все переживания и тревоги для неё исчезли в одно мгновение. — Мне... — в том же стеснении и такой же слабой растерянности произнесла было Аои, пока тёплое дыхание Этуаль, вновь не прошлось по её окрае мочки ушка, в том же близком шёпоте. — Мне, да... — сдавленным голосом тихо прошептала ей Шизума, что несказанно заставило Нагису вновь впасть в прежнюю волну того короткого забвения, едва задумавшись, она все же заставила обратить себя взгляд в сторону девушки, в чьих глазах читалась нескрываемая боль сдержанных слёз, что сверкали в её зелёных глазах. — Одиноко... — в той же сдавленности произнесла ей пламенноволосая, на чей ответ Шизума грустно обратила свой взор к высокой верхушке небесного отлива, вслушиваясь в стоявшую тишь ветренных потоков, чувствуя как тревожно и столь кампульсивно сбивалось её собственное сердце, пока Аои чуть нервно пыталась собраться с собственными же мыслями, заметно желая её утешить, так и не сводя своих янтарных глаз в солёном отблеске с печального выражения лица Этуаль. — Шизума-сама... — дрожащей тонацией вымолвила Нагиса, мягко прижимаясь к девушке в близком объятии, которые были созданы её собственной инициативой, нервно дрожа в своём охвате собственных рук, без единого желания отстраниться, на что плавная ладонь девушки ласково прошлась по её спине, осторожно притягивая Аои к себе ближе, успокаивающе оставляя тёплое дыхание на её виске, с тихим и глухим шёпотом «Я рядом...», давая спокойствию вновь исцелить прожитые долгими мыслями раны, так и не выпуская из своих рук девчонку, что в долгом молчании прильнула в тёплых объятиях к ней. — Я не хочу, чтобы ты страдала... — в том же успокоении ласково прошептала ей Шизума, на что взгляд Аои в горькой печали остановился на ней, так и не размыкая своих обьятий, щекотливо чувствуя, как гладкие кончики её нежных рук мягко проскользили по своей щеке, заботливо собрав горькие капли стекающих слезинок, давая в долгом молчании прийти в себя Нагисе, которая неосознанно с детским интересом, чуть пропустила её непослушную прядку тяжёлых локонов её пепельных волос сквозь свои пальцы, понимая что по сравнению с ней, их больше никто не мог так близко коснуться, как это было сейчас доступно для самой Нагисы. — Останься со мной... — тихо вымолвил ей голос старшеклассницы, осторожно оставляя своё близкое дыхание на приоткрытых губах девчонки, терпеливо удерживая короткое расстояние между ними, лишь касаясь своим дыханием в лёгком поцелуе, что сплеталась у обеих воедино, в потоках погасших тревог и тяжёлого страдания, которое было пережито обеими и только исцеляющее дыхание того близкого поцелуя гласило о прекращении долгих терзаний ушедших дней. — Я люблю тебя... — тихим шёпотом произнесла Шизума, осторожно коснувшись губами пламенного виска Аои, что умиротворённо задремала в её тёплых руках, наконец обретая так долгожданный обеим покой: покой истинной любви...