Хëн, это плохая шутка

Всю ночь Хан провёл за написанием новой песни. Он так увлёкся, что даже не заметил, как наступило утро. Было около 6 утра и ехать в общежитие слишком рано, так что парень решил зайти в круглосуточный магазин за продуктами и позавтракать в студии. Как только Хан вышел на улицу, запах мокрого асфальта после дождя ударил ему в нос. Полупустые улицы Сеула порадовали Джисона, ведь никто из фанатов не увидит его в таком состоянии. Купив в магазине всё, что нужно было, Хан вернулся в студию. Закрыв дверь, он вдруг вспомнил о телефоне. За всю ночь парень ни разу не притронулся к телефону, так как выключил его. Джисон общупал все карманы, но так и не нашел то, что искал. Через мгновение он всё-таки вспомнил, что оставил мобильник на диване. Как только его телефон включился, пришло нескончаемое количество уведомлений от мемберов. Все волновались за него. Но Хан заметил кое-что странное: от Чана не пришло ни одного сообщение. На лидера это не было похоже, он бы в первую очередь написал парню. Джисона это насторожило, так что он решил поговорить с Чаном, когда приедет обратно в общежитие. Через пару часов Хан вернулся домой, где его ждал сюрприз в виде спящего Минхо за обеденным столом. Джисон старался быть максимально бесшумным, чтобы не разбудить хёна, но у него это плохо получилось. - Ты вернулся… Где ты был? Почему не отвечал? Что у вас там с Чаном произошло? Он вернулся сам не свой, даже с нами не поел, - накинулся на Хана Ли Ноу. - Я был на студии, телефон разрядился, а я не заметил. Стой, ты сказал про Чана. Я с ним вчера не виделся. А должен был? – взволнованно спросил Джисон. - Чани вчера поехал вслед за тобой. А когда вернулся был… странным. - Хён, прости, мне нужно поговорить с Бан Чаном, прости! В голове у Хана проносились сотни мыслей. И одна хуже другой. Парень бесцеремонно ворвался в комнату лидера и сразу напал на него с расспросами. - Хён! - Хани? Ты уже вернулся? С тобой всё хорошо? Выглядишь испуганным… - Хён, ты вчера ездил за мной на студию? Мне Минхо сказал… - парень так и не успел договорить, но лидер перебил его. - Я всё слышал. Думаю, ты это хотел узнать. Я знаю о твоих чувствах к Лино. Но ты не бойся, я никому не сказал. Давай лучше поговорим об этом. – спокойным голосом продолжил Чан. - Ты… Но… - Джисон опустился на корточки, закрыв руками голову, - ты не должен был слышать это. И как мне теперь быть? Бан Чан подошёл к парню, убрал руки с головы, тем самым открыв лицо Джисона. - Хани, - начал мягким голосом лидер, - всё нормально. Сказать по-правде, я был удивлён от услышанного, но послушай, как я и сказал на интервью: ВЫ – моя семья. Мне не важно кто тебе нравится, самое главное – твоё счастье. Я - твой хён, и ты в любой момент можешь прийти и высказаться мне, если тебя что-то тревожит. Хорошо?- Чан обнял Хана со всей теплотой, которой он только мог. Самое главное сейчас для Бан Чана – поддержать друга. - Чани-хён, я не знаю, что мне делать дальше. Лино… Его признание на интервью… Сто процентов речь шла не обо мне. - С чего ты так решил? Минхо такой человек, который просто так что-то говорить не будет. Если он сказал это на интервью, значит это было адресовано кому-то из нас. В обычной жизни он скорее всего бы побоялся сказать это, а на интервью подвернулся момент, чтобы признаться. Скажу честно, у него с этим проблемы… Получилось так себе. Хан засмеялся в знак согласия, лидер, увидев такую реакцию, тоже поддался эмоциям. Парни проболтали около двух часов и могли бы ещё дольше, но их разговор прервал, ворвавшийся в комнату, Чанбин. - ХЁНДЖИНУ ПЛОХО! Мы уже вызвали скорую…