your issues

Феликс с самого детства увлекался фотографией и съемками. Пока все в его возрасте тратили время на вечеринки, наркотики и прочие вещи, в которых австралийский парень не видел смысла, он развивался в операторской деятельности и занимался фотографией, в надежде, что в будущем это принесёт ему большой успех. У него была поддержка в виде его парня, который был с ним, кажется, также с самого детства. В памяти Ли остались воспоминания о том, как они ещё несмышлёными детьми вместе играли на пляже, убегая от прибывающей к берегу воды, а после строили замки из нагретого солнцем песка. И только в старшей школе их «дружба» переросла в нечто большее. Оба поняли, что больше не могут просто быть обычными друзьями детства, как их одноклассники, открылись друг другу с новой стороны и решили создать свою историю. Которая закончилась, не успев начаться. Отец его парня умер от неожиданно настигшей его болезни, и бразды правления бизнесом семьи передались в руки ещё юному, только-только познавшему жизнь парню. Хван Хёнджин бросил школу, но по-прежнему был рядом с Феликсом, будто ничего не изменилось. Оба были по уши влюблены друг в друга и строили совместные планы на будущее, ставили цели, даже путешествовали вместе. И казалось бы, все было просто идеально. Никто из них никогда ни на что не жаловался, и в мыслях такого не было. Их семьи были знакомы, хоть Феликс был не таким богатым, как Хенджин. Каждый одобрял их союз. Но продлилось это недолго. Спустя два года после того, как Ли закончил школу, они разбежались. Вот так просто. Без какой-либо особой на то причины. Мелкие ссоры перерастали в большие, бурные, которые заканчивались тем, что младший игнорировал звонки парня неделями. Они стали рушить жизни друг друга, сами того не желая. Феликс хотел больше развиваться в своей деятельности, но не мог полностью посвятить себя этому, пока пытался решить проблемы с парнем, а другой поднимал с нуля все то, что построил когда-то его отец. А потом Хенджин будто охладел и вычеркнул Феликса из своей жизни. Хван с головой окунулся в работу, перестал звонить, писать и они больше не говорили об их совместном будущем. Некогда идеальная пара распалась, и они стали друг другу никем, а окончательно это произошло, когда австралиец вернулся на свою родину. Конец истории. Горевать долго не пришлось. С того момента, как Феликс улетел, они больше не общались. Младший сменил свой номер и хотел начать жизнь с чистого листа, желая также вычеркнуть все хорошие воспоминания. Он понял, что лучше будет ненавидеть Хенджина, так как тот сделал его несчастным, разрушил и его жизнь тоже. Как веснушчатый и хотел, он продолжил заниматься любимым делом, благодаря чему в свои двадцать шесть лет работал в известном агенстве, которое сотрудничает с моделями, и собирался открывать свою компанию. Он заместитель директора, его фотографии разлетаются по миру и он имеет неплохую популярность и востребованность. Можно сказать, что на нем держится почти всё, и получил он эту возможность по чистой случайности, но держится за неё всеми руками и ногами, благодаря за это судьбу. Но он никак не ожидал, что возможность, которая скоро ему подвернётся, закончится тем, что он встретит человека из своего прошлого, и он будет не в силах оторвать взгляд от бывшего парня и справиться с нахлынувшим наваждением. — Ли Феликс, — черноволосый смаковал его имя на языке и пронзительно смотрел прямо в глаза. — Я так рад снова тебя видеть, — хитрая ухмылка не сходила с его красивого лица, а живот младшего скрутило.

• • •

— Эй, Феликс, у меня для тебя новость, — Чан резко ворвался в дверь его кабинета, в котором младший решил провести уборку. Благодаря Чану веснушчатый и оказался здесь и сейчас имеет то, что имеет. Старший подобрал его возле какого-то дешевого бара, когда Феликс шёл с палёным алкоголем в руках и из его глаз непрекращающимся потоком лились слёзы. На улице уже было достаточно поздно и немноголюдно, только луна и пара фонарей освещали дорогу, но именно в этот момент Чан решил выйти на пробежку, чтобы насладиться прохладой вечера и расслабиться после тяжелого дня. И он не мог просто пройти мимо человека, который явно нуждался в помощи. Так Феликс и оказался в его доме, после стал снимать у него комнату и очень удивился тому, что Бан так же, как и он, занимается фотографией, да и к тому же работает в модельном агенстве мечты ген-директором. Такое знакомство было только на руку младшему, и за небольшой промежуток времени они стали очень близки, будто были знакомы всю жизнь. — Хён? — Феликс поднялся из-под стола, убирая с пола кучу разбросанных листов бумаг и каких-то «важных» документов. — Что такое? Прошу, скажи, что это что-то хорошее, — он проскулил, когда посмотрел на Чана и увидел на его лице какое-то странное выражение, которое могло значить абсолютно все что угодно. — Ну, тут как посмотреть… — старший закрыл за собой дверь и сделал поникший вид. — Нет! Я не хочу больше ничего слышать, — Ликс закрыл уши и как маленький ребёнок стал что-то бормотать. В последнее время на него навалилось слишком много дел и он разгребал проблемы, возникшие со слишком требовательными девушками-моделями, которым постоянно что-то, да не нравилось. Выходных у него не было слишком долго. — Можешь выдохнуть, это явно хорошая новость для тебя, — старший улыбнулся и взял руки Феликса в свои, заглядывая в его тёмные глаза. — Мы получили ответ из Парижа от бренда одежды, который никогда ни с кем не сотрудничал. По-моему ты писал им на почту пять раз от моего имени. — Что? — Феликс чуть не закричал, но Чан успел прикрыть его рот рукой. Его глаза сильно расширились от удивления, готовые вот-вот выпасть из орбит. — Так, спокойно, а то ты сейчас перевозбудишься от одной только мысли об этом, — брюнет поиграл бровями и отпрянул от парня, когда его укусили за руку. — Айщ, ну сколько можно кусаться, ты как пиранья с мелкими зубками. — Бе-бе-бе, — Феликс показал язык, а после обнажил свои клыки. Ребёнок, ей богу. — Так, погоди, их ответ пока не известен? Но они бы не стали просто так нам писать, верно? — осознание только сейчас настигло его и он захотел пищать от радости. Но вместо этого он напрыгнул на старшего и повис на нем, обхватывая за крупные плечи. — Да-да, тебе бы нашу почту почаще проверять, я забрал кучу конвертов, хотя этим вообще должны заниматься ассистенты. И да, кстати, по-моему съемки у них запланированы уже через пару дней, —  брюнет обхватил его за талию и с трудом отлепил от себя, пока тот держался за него мёртвой хваткой. — В смысле через пару дней? — блондин засуетился и сам отошёл от парня, чтобы начать носиться по всему кабинету. — Боже, а как все успеть? Это же нужно купить билеты, собрать команду, подготовить оборудование, — он обхватил лицо руками и простонал, останавливаясь возле кресла, на которое он благополучно упал. — Да чего ты так занервничал? Нам нужны будут только Хьют и Кит, я предупредил их заранее. На вот лучше, открой, — пытался успокоить его старший и протянул в своих руках загадочный конверт. Феликс подвинулся на кресле к парню и дрожащими руками взял чёрный бархатный конверт, на котором золотыми буквами было написано «Saint Tropez», да у них даже обычные письма оформлены красиво. Он несмело раскрыл его, достал крафтовую бумагу и принялся читать аккуратный почерк. «Здравствуйте! Я агент бренда «Saint Tropez» и рад Вам сообщить, что директор согласен на сотрудничество со всеми Вашими условиями. На почту уже выслан файл, с которым необходимо ознакомиться, и если возникнут вопросы, звоните на номер *******. Самые лучшие модели Франции будут позировать для Ваших объективов. Ждём Вас в столице. Перелёт и проживание будут оплачены нами». — Бог ты мой, — Феликс подскочил с кресла и начал топать ногами, как самый счастливый ребёнок. — Это явно благодаря нашей последней фотосессии для журнала, все были в восторге и отзывались о нас как о самой лучшей компании. — Ну, как видишь, все будет оплачено, так что нам остаётся только сказать другим сотрудникам и выдвигаться, — старший похлопал его по плечу и забрал письмо из рук. — Пойду тогда расскажу остальным. — Хорошо, — блондин лучезарно улыбнулся и тыкнул его в бок, пытаясь больше не пищать от счастья. Ему было уже двадцать шесть, но он все ещё вёл себя как ребёнок, радуясь всему, что происходит вокруг него. И эта черта в нем была просто обворожительна, хоть и бывало бесила иногда. В такие моменты он чересчур прилипчив. Чан оставил его одного и у Феликса было время, чтобы выдохнуть и все осознать. Он заглянул на эмейл друга и увидел файл, о котором говорилось в письме. У него было слишком много доступностей из-за занимаемой им должности. Кликнув на него, перед ним открылся просто огромный текст с различными пунктами, каждый из которых нужно прочитать. Контракт, скорее всего, будет подписан уже на месте, но уже сейчас он может прочитать условия бренда. Много раз они заключали с кем-то контракты, но в этот раз это был другой уровень и облажаться не было права. Прочитав каждый пункт и подпункт, он прикрыл глаза от усталости, наконец смог закончить с бумагами и ответить на претензии со стороны бывших моделей и наконец был рад тому, что сможет не только отлично поработать и увидеть много знаменитых моделей, но также и посетить свой любимый город, в котором бывал всего раз в своей жизни, но этот единственный раз оставил слишком много воспоминаний для него. Как хороших, так и плохих. Но все же хорошего было больше. Все несказанно обрадовались такой новости, хоть это и значило, что незаконченные проекты придётся заморозить на какое-то время. Всё-таки сотрудничество включало в себя работу в Париже и Феликсу там придётся остаться на длительный срок, так как он главный фотограф, чему он нисколько не протестовал, а был только рад. Сменить обстановку никогда не бывает плохо, тем более французский его любимый язык и знает его он на достаточно хорошем уровне. В самолёт с собой он взял слишком много всего. Перелёт предстоит долгий, поэтому он создал кучу плейлистов, взял две книги и фотоаппарат, чтобы пересмотреть свои любимые фотографии. Порой Ли любил окунаться в прошлое, которое также дарило и неприятные ощущения, но зато давало понять, что он живой и может чувствовать. Лучше ощущать боль, чем вообще ничего. На его карте памяти хранились совместные фото с Хенджином, которые несмотря ни на что он не стал удалять. Рука просто не поднималась. Хван слишком красиво смотрелся в кадре его объектива и словно был рождён для того, чтобы стать моделью, а не сидеть в обычном кабинете и раздавать указания подчиненным. Именно это его и сгубило, разрушило их отношения. Он перестал по-настоящему жить, не видел радости и стал разрушать жизнь Феликса, срываясь на нем из-за каждой мелочи. Младший пытался помочь, очень этого хотел, но перестал пытаться, когда понял, что это просто бессмысленно. Хенджин карьерист и не поставил бы его в приоритет. За эти годы Феликс не нашёл кого-то хотя бы на капельку похожего на того парня, которого он знал ещё в детстве. В старшей школе все было прекрасно, даже очень. Вместе они делали все в первый раз, совершали ошибки, росли, думали, что так будет всегда. Ли не смог больше начать новые отношения, так как его хрупкое сердце ещё держало в себе Хенджина, как бы ни прискорбно это было осознавать. Первое время он надеялся, действительно надеялся, что Хван найдёт его, ведь он когда-то обещал ему никогда не оставлять его. Но он так и не пришёл за ним. А Феликс стал жить дальше. Собрал себя по кусочкам и начал с чистого листа. И ведь парень стал счастлив, хоть это может и была лишь иллюзия, ведь его труды ценили и сейчас он летит в город своей мечты. Но странное предчувствие чего-то плохого не оставляло его. Стараясь его игнорировать, он надел наушники, включил первую песню в плейлисте и закрыл глаза, погружаясь в спокойный сон. — Черт, почему так холодно, — это было первое, что сказал Чан, когда они наконец вышли из аэропорта. Никто не был готов к тому, что дождь польёт как из ведра, но Феликсу нравилось даже это. Парень не прочь был промокнуть сейчас под ливнем, потому что ничто не омрачит его прекрасное расположение духа. — Эй, Ёнбок, а ты чего такой радостный, а? — старший посмотрел на своего друга, пока тот бегал от лужи к луже, держа на спине уже промокший рюкзак. Феликс ничего не ответил. Он понимал, что скоро работа накроет его с головой, поэтому развлекаться у него точно не будет времени. Все, чего он хотел, это успеть выделить себе денёк на то, чтобы рассмотреть город, в котором так давно не был. Будто только вчера он ходил по улице, на которой ел вкусные круассаны вместе с любовью всей своей жизни. А это было много лет назад, но до сих пор не стерлось из памяти. На самом деле ему не терпелось приступить к работе и познакомиться с новыми людьми, увидеть всех моделей, о которых ему говорили на протяжении всего времени и хвалили, но был какой-то особенный человек, который будет сниматься для обложки журнала. И конечно же, заниматься этим будет главный фотограф - Феликс. Для него это был новый уровень, работать с известными лицами всегда приносило ему волнение и радость. Поэтому он хотел поскорее заселиться в отель, разложить все свои вещи и провалиться в сон, чтобы проснуться на следующей день в идеальном расположении духа, встретиться со всей командой и направиться в компанию для знакомства и подписи контракта. Но его планы нарушил Хьют, монтажер, который предложил отметить их успех и выпить в местном баре. Отказы не принимались. А алкоголь для Феликса - страшная вещь, ведь его может унести уже с одного бокала безобидного шампанского. Все прекрасно знали об этом, и они были жестоки, очень жестоки, и собирались просто напоить бедного блондина, убеждая его в том, что просто хотят, чтобы тот расслабился. Ага, как же. Последний раз он пил вместе с Чаном, и в этот последний раз он снимал его со стола вусмерть пьяного, пока тот пытался танцевать, хотя еле стоял на ногах. После этого Ли поклялся себе, что больше ни капли в рот не возьмёт. Сам Чан не должен пить, он же, мать его, спортсмен. Но видимо какой-то неправильный, хоть алкоголь его почти не берет. Зачем пить тогда - не понятно. — Как я буду три месяца жить во Франции без вас, — Феликс смахивал с глаз слёзы и хныкал, выпивая при этом очередной шот. — Хотя знаете что, я вернусь и открою свою компанию, а вас переманю к себе, чтобы этой грымзе не повадно было, — он расплывается в пьяной улыбке и шепчет эти последние слова, наклоняясь к монтажёру и редактору, чтобы Чан не услышал. Блондин хотел было выйти на танцпол, но его заботливо остановили и дали намёк на то, что ему сейчас там явно не место. Мало ли что, распластается ещё посередине и ушибется прямо лицом об пол, а потом будет психовать из-за того, что у него огромный синяк на лбу. Было, проходили. Ли говорил какой-то пьяный бред, пока остальные допивали последние коктейли, собираясь на выход. И конечно же, Феликс сказал, что может идти сам. Правда неважно, что он споткнулся у двери и упал на землю, при этом успевая смеяться и затыкать рот, когда из него вырвалось икание. — Я сам, сам поднимусь, — он отмахивался от рук и его очень веселила данная ситуация, правда мозг уже немного прояснялся. — И вообще, опять меня напоили, как я завтра перед всеми покажусь в таком виде, — брови хмурятся и он выпячивает нижнюю губу, продолжая смеяться и слегка шататься. — Не переживай, холодный душ тебя спасёт, — Чан взял его под руку и уже мысленно хотел себя ударить из-за того, что снова забыл о том, как его друга уносит с одного стакана чего-то даже минимально крепкого. — Блять, ага, и кто мне поможет, ты что ли? — съязвил он и тыкнул ему в грудь. Благо спустя десять минут все четверо уже были на подходе к отелю и Ли смог выдохнуть, осознавая, что скоро он ляжет в постель. Правда завтра просыпаться ему уже хотелось не так сильно, как пару часов назад. И все же работа не ждёт. Ещё хоть раз он послушает кого-то и выпьет с кем-то..

• • •

— Да твою мать, выключите этот идиотский рингтон, — Феликс с трудом разлепил свои глаза в поисках ненавистного источника звука, который бил по его голове. Он нащупал телефон возле своей подушки и увидел на экране незнакомый номер. — Ли Феликс, слушаю. — Наконец-то ты ответил. Я мобильник где-то посеял, не могу найти. У нас десять минут осталось, ты там в чувствах вообще? — младший услышал знакомый голос брюнета и мигом подскочил с постели. — О господи, да-да, я сейчас спущусь, — он скинул трубку и начал проклинать вчерашний день за то, что он послушал остальных и пошёл в этот чертов бар. Лучше бы поехал как все нормальные люди после самолёта в свой номер, принял расслабляющий душ и лёг спать. Теперь ему нужно собираться за пять секунд, а он ведь так хотел презентабельно выглядеть в первый день. Кто вообще пьёт перед важным рабочим днём? Хоть ему уже и двадцать шесть лет, но он по-прежнему остаётся идиотом в такие моменты. Наспех он почистил зубы, нанёс увлажняющий крем на лицо и абрикосовый бальзам на губы, а волосы успел лишь быстро расчесать. Несмотря на то, что вчера у него был весёлый вечер, сейчас он выглядит довольно неплохо. Правда глаза чуть-чуть опухли, но это ничего. Надежда лишь на то, что сегодня ему не предстоит переснимать просто всех моделей. Спасибо привычке за то, что уже с вечера он подготовил себе выглаженную одежду и хотя бы это ему поднимает настроение. Ли надел белую футболку и клетчатую рубашку поверх неё, а также светлые свободные джинсы, не забывая при этом о своих любимых кольцах, которые он снимал лишь на ночь. Прикинув, что у него есть ещё пару минут, он нанёс на шею и руки свой лучший парфюм, взял небольшую сумку с фотоаппаратом и объективами для него, а после вышел из номера, чтобы поспешить ко всем на ресепшн, думая о том, что отвесит Чану парочку щелбанов за то, какой он непредусмотрительный друг. — Всем доброе утро, я рад, что мы с Вами наконец встретились в такой обстановке и можем обсудить детали, — агент бренда стоял перед всеми и начал рассказывать о том, что включает в себя сотрудничество. Чан что-то записывал, остальные работники внимательно слушали, а блондин подпер голову рукой и запустил ее в свои волосы, потихоньку засыпая. Поспал он от силы часа три, потому что всю ночь боролся с тошнотой из-за выпитого алкоголя, а также думал о том, что ему не хватает близкого человека рядом с собой. В такие моменты на него накатывает сентиментальность и он думает о подобных вещах, надеясь, что когда-нибудь почувствует себя так же хорошо, как это было раньше. Вспоминать прошлое для него всегда больно, но лучше чувствовать хотя бы это, чем не ощущать вообще ничего. Парень свыкся с тем, что этот пройденный этап нужно оставить позади, ведь он ещё так молод и только налаживает свою жизнь. Всего год назад он съехал от Чана в собственную квартиру, небольшую, но свою. Для полного счастья ему не хватало кота или ещё кого-то, кто заполнил бы его душевную пустоту. Но пока он ограничится лишь котом. — Что ж, тогда, если все понятно, прошу проследовать за мной в съемочный павильон, — из мыслей Ли выдернул громкий голос агента Мишеля, и он с трудом поднялся с жёсткого стула. Окружающая обстановка помогла Феликсу окончательно проснуться и выкинуть свои ненужные мысли. Все было чересчур светлое и чистое, в коридорах, по которым они шли, стояли мягкие пуфики, а также были большие вазы с различными растениями, которые заполняли собой пустоту и разбавляли своим ярким цветом белые стены. Парню казалось, что они обошли всё здание, пока шли до нужного им павильона. Он успел рассмотреть даже картины на стенах и заглянуть в другие небольшие оборудованные зоны, отмечая, что обязательно должен увидеть все. Панорамные окна выходили прямо на Эйфелеву башню, до неё было словно рукой подать, и Ликс думал о том, как ему несказанно повезло, что он находится здесь в данный момент. Наконец, они дошли до пункта назначения, и перед австралийцем открылся павильон, который был почти как вся его маленькая квартирка. Поодаль стояли модели, девушки и парни, которые переговаривались между собой, а рядом с ними был фуршетный стол с закусками и напитками. Сейчас то блондин и понял, что с утра ничего не ел, когда услышал урчание в животе, который посылал сигналы о том, что пора подкрепиться. Стало как-то нервно. Он сжал лямку сумки и бегло осматривался по сторонам. — Тут будет проходить почти вся наша работа, а с завтрашнего дня начнутся официальные съемки, — Мишель рукой обвёл всю комнату и перевёл взгляд на австралийца. — Ли Феликс, ваш фотоаппарат ведь с собой? — Д-да, конечно, — как-то нервозно ответил он и раскрыл сумку, чтобы достать оттуда оборудование. — Отлично, я хотел предложить уже сегодня немного влиться в работу, чтобы после было легче. Все модели только "за" и ждали именно вашего прихода. — Оу, что ж, да, я согласен, — Ли подумал, что убегать некуда и проще облегчить себе всю дальнейшую работу и уже сегодня познакомиться со всеми. — Тогда приступим, — агент радостно улыбнулся и хлопнул в ладоши. — Девочки и мальчики, прошу в гримерную. — Псс, Чан, — парень подозвал друга к себе, — а ты контракт уже подписал? — Нет, сказали позже, когда владелец придёт. — Владелец? — У Феликса глаза были по пять копеек. — Я не знал, что он тоже придёт.. — Ах да, забыл тебе сказать о том, что он также будет сниматься и вроде как будет главным лицом на сайте бренда, — он как-то хитро прищурил глаза и посмотрел на Ли. — А что такое, боишься? — Да нет, я профессионал вообще-то, — он закатил глаза и гордо поднял голову. — Просто я думал, что он уже в преклонном возрасте.. — Фел, ты как писал вообще им, если даже не знаешь, что люди сменились, — Чан приобнял его за плечи и пошёл вместе с ним в сторону комнаты для персонала. — Ч-чего.. — только и сказал веснушчатый, когда Бан открыл дверь и перед младшим открылось небольшое помещение с двумя диванами, зеркалом в пол и столами с едой. — О боже, наконец-то пища, — он забыл о том, что говорил раньше, и радостно подбежал к столам. Чан смотрел на него как гордый отец, пока Феликс заваривал себе рамен, а после стал уплетать его за обе щеки. Они ничего не говорили, но им было комфортно и в тишине. Бан не ожидал, что когда пристроит его на свою фирму, Ликс удивит его настолько, что сможет подняться с самого нуля до его заместителя. Блондин всегда оправдывал свои слова и повышал квалификацию, желая сделать себя ещё лучше, никогда не останавливаясь. Именно это упорное рвение вперёд восхищало Чана, ведь когда-то он был таким же. И в какой-то степени благодаря младшему они сейчас находятся здесь, ведь он был лучшим. — В данный момент я очень счастлив, — Феликс довольный сидел на диване и хлопал себя по животу. — Правда меня не покидает странное чувство. — В каком смысле? — Чан с интересом взглянул на него и сел напротив в позе лотоса. — Не знаю даже, как объяснить, может это просто паранойя из-за масштаба всего этого, — парень шумно выдохнул и откинул голову на спинку. — Расслабься, думаю все будет отлично, когда я возьму в руки фотоаппарат и вольюсь в работу, ты же меня знаешь. Я полностью отключаюсь и будто попадаю в свой мир. Это не передать словами даже, процесс настолько сильно меня захватает, — блондин всегда с любовью рассказывал о своём любимом деле и у него глаза светились от того, как он поглощён всем этим. — Мне так хочется поснимать что-то на природе. Последний раз, когда я это делал, по-моему был, когда мне было восемнадцать. Хорошее и больное время одновременно. — Ты должен это отпустить, Ликс, —  Чан всегда с беспокойством смотрел на него, когда речь заходила о чём-то подобном. Именно он поддерживал его, когда в тот вечер Феликс рассказал обо всем, что его гложет. Незнакомцу всегда легче выговориться, чем кому-то близкому. Он не знает тебя, не знает твоих знакомых и у него точно нет причин разбалтывать это кому-то ещё. Но именно после этого, после того, как веснушчатый открылся и впустил кого-то в свою душу, они стали очень близки. С самого первого дня и до сих пор. — Я всегда вытащу тебя из любого дерьма, но я не хочу чтобы повторилось то, что было пять лет назад, — они почти никогда не обсуждали случай, из-за которого Феликс сорвался и чуть не отравился таблетками. Это было решение, принятое на эмоциях, и когда младшему стало лучше, он долго плакал и благодарил Чана, что тот оказался рядом, ведь тот раз мог оборвать его жизнь. — Забудем об этом, ладно? Такого точно не произойдёт, я взрослый мужчина и взвешиваю все свои решения. По крайней мере теперь. — Окей, но ты же знаешь, что я рядом, да? — Конечно, — он завалился на друга, пока тот кряхтел под ним и говорил, какой он в последнее время тяжёлый. Они услышали стук в дверь и подскочили от испуга. Это был лишь их рекламщик Кит, который пришёл, чтобы позвать парней и оповестить о том, что пора начинать. Как Феликс и думал, когда он взял в руки свой фотоаппарат, то сразу почувствовал в себе уверенность. Он уже успел сфотографировать одну девушку и парня, давал указания, как лучше встать и какую позу принять, успел узнать их лучшие стороны и даже посмеялся во время процесса, сделав пару забавных снимков. Блондин был несказанно рад тому, что атмосфера стала очень лёгкой и люди были приятными. Они точно отлично сработаются. Во время этого остальные работники ушли выполнять свои обязанности, им показали их рабочие места, а Чан ушёл за кофе. Австралиец не заметил, как пролетел почти час, и он был бы рад закончить со всеми моделями, которые остались, а их было еще две. Энергия вырывалась из него сплошным потоком и он готов переделать сто дел одновременно. Когда он улыбнулся и подозвал следующую девушку к себе, решил, что будет фотографировать ее на стуле, на что она охотно согласилась, дверь сзади открылась и он услышал громкие шаги. Ли обернулся и готов был поклясться, что это все происходит нереально. Из двери в чёрном костюме шёл Хенджин, а сзади него шёл охранник и агент с какой-то папкой. Феликс бы ущипнул себя, да был не в силах что либо сделать, потому что он был настолько удивлён, что даже говорить ничего не нужно. И он даже не знал, что и думать, только надеялся на то, что это не тот самый владелец, который сменился совсем недавно, как сказал ему Чан. Вокруг него будто все замерло, он только смотрел на то, как его бывший парень, почти никак не изменившийся с их последней встречи, только волосы отстриг и они будто стали чуть темнее, шёл в его сторону, но кажется не обращал на него никакого внимания. В этот момент ворвался Чан и он чуть не уронил стаканы с крепким кофе. Брюнет пытался отдышаться и испуганно косился на друга, все так же стоя у входа. Конечно же он понял, что это был бывший парень Феликса, именно поэтому он сломя ноги скорее побежал к нему, ведь знал, что сейчас начнётся какой-то пиздец. Это не может быть обычным совпадением, будто все было подстроено специально. Но об этом они поговорят позже. Сейчас ему нужно было спасать младшего, пока он стоял весь бледный с камерой в руках, готовый вот-вот потерять сознание. — О, а вы наверное и есть Бан Чан? — Хенджин почти дошёл до Феликса, но обернулся и увидел брюнета. — Рад встрече, я приехал для подписи нашего контракта и посмотреть на то, каких людей вы мне предлагаете для работы, — он отчеканивал каждое слово и выглядел слишком безэмоционально. — О, да, конечно, — Чан за секунду сделал спокойное выражение лица и подошёл к ближайшему столу, чтобы поставить на него стаканы с кофе. — Я уже успел познакомиться с вашими специалистами и хочу сказать, что вполне доволен. Никак не мог найти вашего хваленого фотографа, и кажется это он, верно? — Хван снова обернулся, чтобы взглянуть на Феликса и он впервые улыбнулся, отчего младший задержал дыхание и чуть не уронил свой фотоаппарат. От греха подальше он убрал его в сумку. — Верно, — Чан не мог понять, что за игру он ведёт, ведь точно знал, что Феликс является их фотографом. — Тогда подпишем и мы свободны? — Думаю, что на сегодня да. Вы наверное уже знаете, что рабочий день начинается в девять и я буду ждать вас завтра на съемках. Обговорим все подробнее в моем кабинете? — черноволосый дал указание агенту и он ушёл первый, а за ним и Хенджин. — И да, фотографа с собой захватите. Идите по коридору вперёд и первая дверь направо. Они оставили их, а Феликс наконец смог вдохнуть воздух и сесть на ближайший стул, который должен был быть предназначен для модели. Зря он думал о том, что это никак на нем не отразится, ведь он ничего никогда не забывал, по сей день думая о своей первой любви. Правильно говорят, что она навсегда остаётся в твоем сердце, где-то глубоко, но все же остаётся там намертво. Парень всего лишь хотел жить спокойно, что у него отлично получалось все это недолгое время, а сейчас все то, что он строил, сооружая вокруг себя стену, снес Хенджин, когда вошёл сюда. Он лишь раз одарил своим взглядом младшего, но этого хватило, чтобы Феликс замер, не в силах сказать ни слова. Он точно выглядел глупо в его глазах, ведь ясно было, что Хван отпустил его ещё тогда. Правда какого черта все совпало так, что они встретились именно здесь и сейчас. — Эй, ты в порядке? — Чан подбежал к нему и обхватил его за плечи. — Нет.. да.. не знаю, — блондин хлопал глазами и старался сфокусироваться на друге. — Почему? Почему сейчас, когда все только наладилось, я.. — он не договорил, потому что Чан сгрёб его в свои объятия и положил голову младшего на своё плечо. — Тихо-тихо, не паникуй, хорошо? Мы обязательно со всем этим разберёмся, но сейчас ты не должен показывать, что тебя это как-то волнует, понимаешь? — Феликс показал кивком, что понял. — Сейчас мы зайдём в его кабинет, подпишем все, что необходимо, а ты будешь стоять за мной и не смотреть на него. Мы придём в отель и спокойно все обсудим. — Хорошо, — Ликс всхлипнул и поднял голову. — Я попробую. Его кабинет отличался от остальных помещений. Он был темный, посередине стоял деревянный стол с компьютером и кресло, на котором восседал Хенджин. Он с самого детства был перфекционист до мозга костей, поэтому здесь все сложено по своим местам и даже две ручки лежат на столе в определённом месте, абсолютно ровно. Феликс всегда любил обращать внимание на детали и пока стоял за Чаном успел рассмотреть все вокруг. Кабинет был небольшой, на маленьком столе возле дивана лежали журналы в идеально ровной стопке и две бутылки минералки с налитой в них водой до горлышка, на столе с компьютером также было что-то вроде ежедневника и рамка с фотографией, которую он не увидел. Друг ещё раз прочитал все с начала до конца, взял притянутую ручку и поставил свою подпись. Те же действия повторил и Хенджин. — Поздравляю нас, надеюсь, с успешным сотрудничеством, — Хван протянул руку для пожатия. — И да, кстати, вот лично подготовленный мной документ для фотографа с личными указаниями. — Хенджин достал из ящика листы бумаги, а Феликс только сейчас вспомнил о том, что по контракту проведёт здесь три месяца. Он уже думал о том, что нужно сделать для того, чтобы сократить этот срок. Хотя это было невозможно, это ведь одно из условий. Блондин старался держать себя в руках, правда старался, но это было слишком тяжело, когда Хенджин смотрел на него и протягивал ему личный договор. Ему уже страшно его читать, но это необходимо сделать. Чан был рядом и смотрел на него взглядом, в котором читалась поддержка, что чуть-чуть придавало сил. Ликс почти не дрожащей рукой взял документ у Хвана и коснулся его пальца, из-за чего по телу будто ток прошёл. Перед тем, как он опустил голову для прочтения каждого пункта, он поймал взгляд бывшего и ему стало ещё страшнее, ведь смотрел он так, будто прямо сейчас Феликс будет подписывать приговор на свою смерть. Наверное так и было. Младший бегло проходился глазами по тексту и на него накатывалась паника. Пока что все вроде неплохо, как и должно быть, базовые указания. Но на последней странице, когда он уже хотел оставить свою подпись, он остановился и нервно сглотнул. • «Запрет на отношения на время действия контракта» • «Выполнение всех просьб и поручений ген-директора на время действия контракта» • «Проживание в специально выделенном месте на время действия контракта» Он поднял взгляд, полный непонимания, на Хвана и увидел на его лице выражение полного контроля и подчинения. Все это сделано специально и Феликс придумывал проклятия, потому что в нем проснулась ненависть к этому парню за то, что он в очередной раз портит все хорошее, что есть в жизни младшего. Веснушчатый гневно посмотрел на него, чтобы тот точно понял, насколько он его ненавидит, и подписал этот чертов контракт. — Прекрасно, — Хван улыбнулся и поднялся из-за стола. — Жду завтра в девять без опозданий. Вы явно не хотите получить штраф от меня, правда? — в его взгляде не было ничего доброго. Боже, ну потянуло же Феликса написать им. — Конечно же, — ответил Чан, на что Хенджин кивнул и прошёл мимо них, останавливаясь возле Феликса, который стоял возле двери. Он обдал его шею и ухо тёплым дыханием, а все, что хотелось младшему - это сбежать. Прямо сейчас и без оглядки. Но Хван не дал этого сделать, когда повернулся в его сторону. — Ли Феликс, — черноволосый смаковал его имя на языке и пронзительно смотрел прямо в глаза. — Я так рад снова тебя видеть, — хитрая ухмылка не сходила с его красивого лица, а живот младшего скрутило. — Скажи мне, что я сплю и это просто очередной кошмар, — только зайдя в номер, Феликс плюхнулся лицом в кровать и зарылся в одеяло. — Прости, но к сожалению, это все правда, — Чан сел на край постели и похлопал по кокону из одеяла, который соорудил младший. — Ты как вообще? Что чувствуешь? — Я даже не знаю. До этого момента я смирился, ты знаешь, после того ужасного случая я будто заново родился, но теперь.. — Ли вытянул голову и задумчиво посмотрел на друга. — Это все так неожиданно, я не был готов к такому повороту. Три месяца я здесь точно не протяну. — Ты и не должен. Я все что угодно сделаю, даже если потребуется в суд пойду, но не допущу больше, чтобы ты был в том состоянии, в котором я тебя нашёл. — Боже мой, ты лучший, — Ликс всегда был и будет благодарен тому, что встретил своего лучшего и самого близкого друга. — Я знаю-знаю, — Феликс всегда любил к нему липнуть, а сейчас это стало даже чаще, потому что они жили раздельно. — Но тем не менее эти дни предстоит провести с ним лицом к лицу. Ты справишься? — Я должен, — блондин выбрался из одеяла и направился в ванную, чтобы умыться. — Иначе это значит, что все годы моих попыток прошли даром. Сегодня ночью он точно не будет спать спокойно. Когда Чан ушёл в свой номер, после того, как они долго разговаривали и ели заказанный ужин, Феликс почувствовал одиночество, которое накрыло его с головой. В Австралии он всегда спал в обнимку с любимой плюшевой игрушкой, да-да, в душе ему все так же десять, но как назло он не взял ее с собой из-за сборов в спешке. Он думал о том, как он сладко спал после выпитого алкоголя, но все равно точно не притронется к нему, вспоминая также и о том, как чуть не проспал утром все на свете. А ему точно не хотелось получить штраф, тем более от Хенджина. Мало ли что этот тип может сделать. И все же было интересно, совпадение это или нет. Чан сказал ему о том, что считает, что все это не просто так. И ведь действительно все было подозрительно. Бизнес Хвана никак не был связан с брендом одежды. Это абсолютно две разные вещи, ведь его отец держал сеть заправок в Корее, а его сын лишь увлекался модельной деятельностью, когда Феликс фотографировал его и постоянно говорил о том, что тот просто создан для того, чтобы стоять в объективе и быть на обложках журнала. Во время их отношений старший пару раз ходил в разные агенства, но вылетал из-за того, что ему попросту не хватало времени совмещать все это вместе. Правда успел насобирать маленькое, но портфолио. Что произошло за столь долгие годы, что он сейчас владеет известным брендом во Франции? И ведь брюнет также сказал о том, что владелец сменился совсем недавно. Ликс думал только о том, что Хенджин просто хочет насолить ему и подпортить жизнь, а после также исчезнуть, ничего не сказав. Семь лет назад они расстались даже не попрощавшись, Феликс просто быстро собрал все свои вещи, написал одно сообщение черноволосому, на которое так и не получил ответ, а лишь надпись «прочитано», сел на самолёт и улетел. Ведь там ему делать было больше нечего. Он лишь попрощался со своей мамой и сказал, что поживет у отца. Его ждали большие перспективы и он никогда не жалел о том, что бросил все и решил начать новую жизнь. Правда ему снова придётся сталкиваться с ним, но Ли справится. Он взрослый парень и ему просто нужно пережить это, а после он постарается меньше видеться с ним. С этими мыслями он лёг в постель и провалился в сон, не забыв поставить будильник, чтобы получилось нормально собраться и быть подготовленным ко всему.

~ ~ ~

Работа кипела полным ходом, что очень радовало Феликса, ведь он мог полностью влиться в процесс, что на какое-то время расслабило его и он откинул все мысли на задний план. Уже было пять часов вечера и за все прошедшее время он ни разу не пересекся с Хенджином, что давало ему надежду того, что все будет не так плохо и сложно. С утра он подготовил свое рабочее место, прошёлся по их расписанию и плану, а после дождался моделей, пока их готовили к съемкам. Со всеми было приятно работать и он действительно нашёл общий язык с ними, что отличалось от того, что было в Австралии. Здесь люди кажутся высокомерными и зазнавшимися, но на самом деле таковыми не являются. Все прекрасно смотрятся в кадре и Феликс успел забыть о том, что главная модель для обложки и их сайта - Хван. Сегодня Ликс решил долго не думать с тем, что надеть, и остановился на простом объемном белом худи, черных штанах и такого же цвета бомбере, так как погода в Париже уже была достаточно холодная, как и подобает осени. Его светлые волосы уже довольно сильно отросли и корни нужно подкрасить, но ему нравился этот своеобразный переход от темного к светлому. Он уже может завязать их в маленький пучок, что и сделал сейчас, чтобы волосы не лезли в глаза. С Чаном они тоже пока не виделись, ведь каждый был занят своей работой, но они договорились о том, что сходят в местное кафе, которое находилось недалеко от этого здания. Феликсу уж очень хотелось попробовать блюда, которые он не ел уже много лет. Объявив перерыв в десять минут, он вышел и подошёл к кулеру с водой, так как жажда была просто ужасной. Он работал не переставая с самого утра и только сейчас почувствовал усталость, а до конца рабочей смены осталось ещё полтора часа. За это время он успеет закончить со всеми своими обязанностями и наконец встретится с другом и проветрится. — Так-так, прохлаждаешься? — Хенджин разрушил всю идиллию своим появлением. Феликс надеялся, что им не придётся разговаривать, либо хотя бы сократить их общение до минимума, чисто по рабочим вопросам. — Я просто пью воду, тебе то что, — огрызнулся Ли и старался быстрее допить из стаканчика, чтобы уйти. — А ты все такой же бойкий, но не можешь устоять передо мной, мне нравится, — говорит почти шёпотом и подходит к нему. — И пахнешь так же, как раньше, — он дернул его за руку к себе, из-за чего Феликс чуть не уронил стакан и ойкнул. — Малыш. — Воу-воу, руки убери от меня, — выпаливает он и старается вырваться из хватки. — И не смей так называть меня, понял? Что за цирк устроил. — Цирк? — Хенджин на мгновение сделал вопросительный взгляд, а затем ухмыльнулся. — Ах, ты про то, что вам слишком неожиданно наконец ответили на письма и согласились на сотрудничество? Моя заслуга, признаю. Ты рад? — Рад? — уже повышает голос блондин и всплескивает руками, отходя от парня на шаг. — Ты положил огромный болт на меня несколько лет назад, а сейчас возникаешь передо мной, будто мы незнакомы, и я должен быть рад? Да пошёл ты, Хван Хенджин. — Все сказал? — этого ненормального явно забавляла вся эта ситуация, потому что его выражение лица даже не сменилось, оставаясь таким же надменным и высокомерным. Когда-то он не был таким, но Ли уже кажется это каким-то волшебным сном. — Да, все, — Ли сам от себя не ожидал, что вообще сможет с ним заговорить после всего этого. — Проваливай, прошу, просто уйди из моей жизни наконец, как сделал это раньше. — Мне никто не нужен, кроме тебя, — на мгновение лицо старшего принимает жалостливое выражение, а Феликс повелся и сам чуть не подошёл к нему. — Я так скучал по тебе. — Да пошёл ты, — просто и четко говорит блондин. — Ты нужен был мне тогда, но не сейчас, — желчь сочилась из его рта, но ему было плевать. — А ты не думал о том, что у меня кто-то мог появиться, м? Да просто о том, что ты мне уже не нужен. Заруби себе на носу, что мир не крутится вокруг тебя, — глаза Хенджина сверкали и было не понятно, что он испытывает. — Мы оба знаем, что никто не подойдёт тебе так же, как я, — Хван кажется пропустил мимо ушей все то, что говорил Феликс, и продолжал говорить о своем. Он заводился из-за того, как Ли злился и показывал свои зубки. — Пф-ф, знаешь что, если ты не хочешь уходить, то я пошёл. Перерыв почти окончен, — австралиец хотел задушить этого высокомерного парня, но при этом отмечал то, что ему пиздец как идёт быть таким. Ощущение власти и превосходства ему точно подходит. — Далеко не уйдёшь, малыш, — шёпотом сказал Хван, когда Ликс развернулся, чтобы вернуться за свою работу. — Не забывай, что я буду позировать перед тобой, — прокричал Хван в его сторону, когда Ликс развернулся на своих двоих и поспешил закончить работу.

• • •

Следующая неделя пролетела на удивление очень незаметно, исключая тот самый день, когда Феликсу наконец пришлось снимать Хвана. Он не виделся с ним какое-то время, но иногда встречался с ним взглядом, и прежде чем успевал отвести глаза, замечал дразнящие подмигивания в свою сторону. Он спокойно жил, но в один день он приехал на рабочее место и оповестил его о том, что они начнут фотосессию прямо сейчас. Это вызывало в нем странные чувства. Блондин хоть и ощущал ненависть, но не мог отрицать то, что все же часть его сердца до сих пор тянулась к этому парню, а противиться этому было очень тяжело. С одной стороны он терпеть его не мог, а с другой скучал по тому, что было раньше. Адекватная его сторона часто выигрывала, но Феликс боялся проявить слабость. Когда младший увидел Хвана в одежде, которую ему подготовили для съемки, он не мог оторвать свой взгляд. Конечно же, он был сказочно красив. На нем красовалась одежда его бренда, что до сих пор казалось очень странным. Феликс до сих пор не мог понять, как он перешёл от владения заправками к этому, и что вообще произошло, что парня привело сюда. Как он и ожидал, в объективе черноволосый смотрелся просто прекрасно. Австралиец даже забыл на миг о том, что перед ним стоит его бывший, и просто наслаждался видом. Никто никогда не будет лучше него. Ни одна модель, ни один человек. Феликсу было неловко давать какие-то указания парню, но тот все без слов выполнял, что также было как-то очень неожиданно. Он долго заострял своё внимание на выглядывающих из под белой рубашки выпирающих ключицах, его тонких запястьях и скулах. Когда-то у него была возможность и право касаться его, но этого больше не будет и нельзя допустить. Такое ощущение, будто для Хвана это какое-то скучное занятие. Он делал это так легко, менял эмоции за секунду, но когда камера отдалялась от него, то он снова становился гордым засранцем с каменным лицом. Закончили они быстро, что немного расстроило блондина. Старший был настоящим профессионалом, раз у них не возникло никаких трудностей. А после этой фотосессии они опять не виделись, а Феликс только и делал, что постоянно просматривал сделанные фотографии, думая о том, как он будет смотреться на обложке журнала. Его очень интересовало то, где он будет жить все эти три месяца, ведь уже завтра его команда улетает обратно, а он остаётся здесь. Сам парень понимает, что снимать номер в отеле слишком дорого, но пункт в контракте его как-то пугал. Уж лучше бы он потратил много денег на отель, чем жил в каком-то предоставленном Хенджином месте. Чан все это время пытался его успокоить и говорил о том, что черноволосый ему ничего не сделает, Феликс просто должен выполнять свою работу. Ну, а если будет слишком тяжко, то они точно что-то придумают. Расставаться с другом очень не хотелось, особенно сейчас, когда он даже не знает, что его ждёт дальше. Всю эту неделю он не только постоянно находился в студии, но и выезжал на съемки в разные точки Парижа, проводя фотосессии прямо на улице, за чем охотно наблюдали прохожие и восхищались работой. Он бы мог закрепиться здесь, пустить корни, ведь он просто обожал это место. Но об этом парень подумает после того, как со всем разберётся. Вечером пятницы Феликс попрощался с ребятами, не стал провожать их в аэропорт, решив снова остаться в студии, чтобы чем-то себя занять перед тем, как он отправится в отель. Он предвкушал все то, что ждёт его на протяжении трёх месяцев. Ему очень сильно хотелось попробовать себя во многих новых вещах, что он и собирался сделать за все это время. Блондин не собирается из-за какого-то парня терять отличную возможность завести много знакомств, рассмотреть город и сделать классные снимки, которые останутся на память. Он собирается не только работать, но так же и порадовать себя, потому что вряд ли когда ему ещё удастся вырваться на такое долгое время. Было бы намного лучше, чтобы под боком был кто-то, кто вместе с ним разделил бы все это, но он заверял себя в том, что все и так хорошо. Чан написал о том, что они садятся на самолёт, поэтому спишутся уже после прилёта. Феликс в ответ отправил ему милый стикер и собирался ехать в отель, так как слишком устал за последнее время. У него впереди было два дня выходных и он ждал, когда же Хван скажет ему, где веснушчатый будет жить оставшиеся три месяца. Было уже достаточно поздно, поэтому конечно блондин был один в студии и ему пришлось выключать везде свет. Он зашёл в помещение для персонала, чтобы взять свои вещи и увидел на столе стопку журналов, которые тут до этого не лежали. На обложке был изображён черноволосый, видимо какая-то одна из старых фотосессий. Феликс и раньше думал о том, почему никогда не видел до этого журналы с его изображением. Даже в интернете не было его фотографий. Не сказать, что он искал, но все же он уже столько крутится во всем этом, должно было всплыть что-то хоть раз. Было очень много вопросов, но мало ответов, которых он и не получит, ведь интересоваться сам точно не будет. Каждый нашёл своё место в жизни. Наверное, им просто не судьба быть вместе. Если бы они не разошлись тогда, то это случилось бы после. Они не смогли пройти тот период, значит отношения были не такими крепкими, как всем казалось. И именно сейчас Феликс наконец осознал, что эти три месяца будут последними, когда он может увидеть Хенджина. Не знает, какие это чувства ему доставляет, но как-то же он жил до этого все эти годы, значит получится и дальше. И неважно, что настоящего счастья у него нет. Он взял себе один экземпляр, выключил свет и закрыл двери на замок, а после вышел из здания, выпуская изо рта пар от холодного воздуха. Ему предстоит вызвать такси и снова вернуться в одинокий, холодный номер отеля. Блондин достал телефон из сумки, чтобы зайти в приложение по вызову водителя, но его ослепил свет фар вдалеке. К обочине подъехала чёрная машина, силуэт которой он видел только благодаря паре уличных фонарей. Блондин прищурил глаза и услышал звук открывающейся двери, а после стук каблуков, приближающихся к нему. — Ну привет, — парень подходит ближе и Феликс узнает в нем Хвана. Шумно выдыхает, то ли от облегчения, то ли от усталости и принятия того, что постоянно будет натыкаться на него. — Чего стоишь задницу морозишь? — Собираюсь поехать в отель, — спокойно ответил Ликс, совершенно не имея сил на какие-либо препирательства с ним. — Зачем отель, если я выделил тебе специальное место? — улыбнулся Хенджин и подошёл ближе, чтобы взять сумку Ликса из его рук, на что он получил удивлённый взгляд от него. — Залезай в машину. Блондин закатил глаза, но все же сразу послушался его, так как сам понимал, что сейчас лучше просто согласиться, ведь тот все равно просто так не отступит. Он подумает обо всем позже, сейчас ему хочется лишь отдохнуть. В салоне его машины он почувствовал тепло, исходящее от печки, и понял, что не зря сейчас выбрал именно этот путь. Пока Феликс ожидал бы такси, то успел бы замерзнуть, поэтому он заверяет себя, что думает лишь о своём комфорте, а не просто о том, что хочет быть рядом с черноволосым, даже если это и тяжело. — Нравится? — поинтересовался Хван, когда заметил, как Ликс осматривает салон машины. Он промолчал о том, что заметил в его сумке журнал с его изображением, но отметил это, улыбнувшись самому себе. — Заткнись и поехали, — выдохнул младший, прикрыл глаза и откинул голову на спинку сидения, а Хенджин лишь усмехнулся и нажал на педаль газа. Дороги были свободны, отчего парень мог хорошо разогнаться и Феликс сразу вспомнил о том, как раньше они катались по ночному городу, а после занимались любовью на водительском сиденье, когда заезжали в безлюдное место. На глаза невольно навернулись слёзы, ведь они потеряли все это, но блондин протер их тыльной стороной ладони и посмотрел в окно, наслаждаясь открывшимся перед ним видом. Мимолетно они пролетали все здания, а после Ликс увидел Эйфелеву башню, которая светилась в ночи, и он улыбнулся, потому что это был его любимый вид. Когда-то они поднимались на самую верхушку башни и смотрели на открывшийся город перед ними, наслаждались розовым закатом и это одно из самых лучших воспоминаний блондина. Все в этом городе связано с Хваном. С самого начала веснушчатый понимал это, но старался отрицать. — Помнишь, как мы проезжали здесь когда-то, а ты как маленький ребёнок смотрел на неё, будто исполнил самую заветную мечту детства, — напомнил Хван, ровно держа руки на руле, но сам он поглядывал на парня. — Да, помню, — только и ответил Феликс, ловя взгляд старшего на себе. — А жаль, — добавил он и отвернулся к стеклу, не увидев реакцию черноволосого. На удивление, оставшуюся дорогу они ехали молча. Черноволосый внимательно смотрел на дорогу, иногда поворачивая голову в сторону Феликса, пока тот не видел и наблюдал за видом. Кажется, Ли уснул, потому что он резко открыл глаза, когда они ехали по гравию подъездной дорожки к какому-то дому. Спросонья он не мог понять, что происходит, а потом вспомнил, что Хенджин должен был привезти его в место, где будет жить на время действия контракта. На участке горели светильники и работала автоматическая система полива. Этот дом был больше похож на какой-то особняк, слишком круто для обычного фотографа. Тут не хватает бассейна и фонтанов, хотя кто знает, возможно они есть, просто ещё не успел увидеть. — Ты не голоден? — интересуется Хенджин, когда они выходят из машины и ступают по дорожке в дом. После этого вопроса Феликс понял, что действительно сейчас не прочь съесть что-нибудь, потому что в последний раз ел только хлопья на завтрак. — Да, немного, — этот неловкий разговор слишком давит на младшего и вообще это странно, что они спокойно идут рядом друг с другом, но они будто только-только познакомились и ощущение, что Хван пригласил его на свидание и не знает, как и что делать. — Я попрошу что-то быстро приготовить, ты же по-прежнему любишь лёгкие салаты? — он открывает перед ним дверь и запускает в дом. — Да, — Ликс заходит и вдыхает цветочный аромат. Он замечает при входе несколько пар обуви и некоторые аккуратно сложенные вещи. Погодите.. — Это же твой дом, верно? — А что, тебя это смущает? — прикусывает губу Хенджин и снимает лаковые туфли. — Ты.. — нахмурился Ли и отошёл дальше от парня. — Ты все с самого начала спланировал, да? И я по-твоему должен жить с тобой? — Не кричи, прошу — тихо говорит Хван и скидывает с себя пиджак, оставаясь в одной рубашке, с которой снял запонки и расправил рукава. — А у тебя разве есть какое-то другое предложение, малыш? — Прекрати меня так называть, — шипит младший. — Если ты думаешь, что я не в силах снять себе квартиру, то ты ошибаешься. Уйди с дороги, — он хотел было дойти до двери, но его остановил Хенджин, который за мгновение поднял Феликса и положил на своё плечо, пока тот ничего не понял и успел лишь крикнуть. — Будь хорошим мальчиком, слушайся меня, — проговорил Хван и на его лице сейчас точно изображена надменная ухмылка. Феликс боролся с его хваткой и бил по спине, но все было зря. Смысла кричать и говорить что-либо не было, поэтому он просто распластался на его плече слабым телом и ждал момента, пока он поставит его на пол, чтобы ударить по его достоинству. Они зашли на кухню и блондина посадили на барный стул, пока Хван ушёл куда-то на несколько секунд, по-видимому, чтобы попросить приготовить поесть. В доме было душно и Феликс сейчас с удовольствием бы снял толстовку, которую надел из-за холодной погоды, но под ней ничего не было, а раздеваться перед этим придурковатым он точно не будет. В голове пронеслась мысль о том, как бы Хенджин выглядел без этой рубашки, но он ударил себя по щекам, прогоняя эту глупость. — Чего бьешь себя? — Ликс подпрыгнул, когда сзади него возник парень и напугал его. — Могу ударить тебя, хочешь? — гневно зыркнул Феликс искрящимися глазами. — О, ты уже готов? Я помню все наши игры в постели, но не думал что ты.. — Оставь это при себе, — перебил его Ликс, из-за чего Хван не успел договорить и лишь ухмыльнулся каким-то своим мыслям. — Ну и, какой у тебя план? Ты же понимаешь, что я не буду жить у тебя? — Я хочу, чтобы ты меня поснимал, — сказал спокойно Хенджин, когда облокотился о столешницу. — А вот насчёт последнего мы ещё посмотрим, — он облизал нижнюю губу, на что Феликс только фыркнул. — Хорошо, я все сделаю, но после я сам найду себе жильё, — блондин спрыгнул со стула и подошёл ближе к старшему, ощущая себя маленьким по сравнению с ним, хотя рост не сильно отличался. — Давай так, — Хван наклонился и обдал дыханием его лицо, — Если мне все понравится, то ты можешь уезжать хоть сегодня куда хочешь. — А если нет? — младший сглотнул, когда Хенджин опустил взгляд на его губы, а после посмотрел в его глаза. — Тогда ты останешься здесь, со мной, — Хван схватил его за затылок и Феликс испугался, что сейчас он его поцелует, но тот лишь уткнулся в его волосы, пока блондин зажмурил глаза, а после отпустил его. — Сейчас будет готов ужин, подожди ещё немного, — сказал он и оставил его одного с бешено бьющимся сердцем. Спустя пять минут на стол было подано мясо и овощной салат. Старшего так и не было, но Ликс не стал ждать его, быстро подкрепившись, чтобы после осмотреть дом и вообще найти этого парня, чтобы поскорее сделать, что он хочет, и свалить отсюда. Он точно не собирается здесь оставаться, мало ему приключений на его задницу. Парень был уверен, что сможет сделать идеальные снимки, поэтому выигрыш был у него в кармане. Он сразу поднялся на второй этаж по винтовой лестнице, почему-то подумав, что Хван должен быть где-то здесь. Коридор был длинный и видимо тут также было много комнат, что собственно и не удивляло Феликса. Только зачем ему одному такой огромный дом, да ещё и в Париже - не понятно. Пройдя чуть вперёд, блондин услышал шум воды и понял, что кажется черноволосый принимает душ, поэтому прошёл ещё чуть дальше, открывая каждую дверь, чтобы найти его комнату. В этом доме потеряться можно. После нескольких попыток он наконец попал в тёмную комнату с приглушённым светом и точно понял, что это нужное место. Он закрыл за собой дверь и вошёл в комнату, видя большую кровать и столик возле неё, на которой стояло два бокала с шампанским, свечи и ягоды. Феликс улыбнулся этой глупости, потому что раньше парень всегда делал что-то приятное для него, но после он вспомнил, что здесь вообще для другого. Он просто выполнит просьбу Хенджина и все. Он сел на мягкую постель и закинул себе в рот ягоду, но точно не будет притрагиваться к шампанскому. Блондин посмотрел в окно и все ещё не мог понять, почему Хван предпочёл жизнь в небоскребах такому особняку, окна которого выходят на лес, а не на огромный город. Видимо за эти годы многое поменялось, хотелось даже расспросить об этом, но понимал, что не стоит. Ликс встал и подошёл ближе, чтобы всмотреться в ночной вид и огромный хвойный лес, который раскинулся возле дома. Вернее даже сказать, дом стоял возле леса. Его занятие прервал звук открывающейся двери и Хёнджин, который держал в руках полотенце, а на нем была уже другая рубашка, более свободная, и чёрные брюки. Капельки воды стекали с его коротких волос и попадали на лоб и белую рубашку, оставляя на ней следы. У блондина перехватило дыхание. Хван выглядел слишком сексуально в таком вроде обычном образе. И если ему нужно будет фотографировать его в этом, то Феликс уже начинает сомневаться в успешном выполнении задачи. — Все рассмотрел? — улыбнулся черноволосый и в последний раз провёл полотенцем по волосам, а после откинул его на кресло. — Кхм, не понимаю, зачем тебе такой огромный дом? — Феликс сразу перевёл тему, отворачиваясь от парня, чтобы привести мысли в порядок. — Почему бы и нет, если я могу себе это позволить, — просто и коротко ответил парень. — Т-так, как ты хочешь, чтобы я тебя снял? — нервно пробормотал Феликс и сжал в руках камеру, которую успел достать из сумки. — Знаешь что, я передумал. Запиши меня на видео, — у Хенджина в глазах чертики плясали и он облокотился о стену возле двери, не спеша заходить дальше в комнату. — Ладно, — его уши слегка порозовели от мысли о том, что Хван вообще собирается делать. Старший подошёл к небольшой колонке и включил тихую мелодию на фон, которая подходила под атмосферу, царившую вокруг них. Феликс не понимал, душно ему от того, что в доме очень тепло, или же из-за парня перед ним. Хенджин сказал ему начинать, а младший дрожащими руками нажал на кнопку и старался ровно держать камеру. Хенджин плавно двигался под приглушенную музыку. Он провёл одной рукой вдоль тела, затем второй, и остановился на шее, слегка сжимая ее. Комнату освещал лишь свет, исходящий от огоньков свечей, а также подсветка, которая располагалась вдоль всей стены. Сейчас Ли очень хотелось выпить, потому что наблюдать такое было выше его сил. Хван закатал рукава белоснежной рубашки ещё выше. Завёл руки за голову и плавно крутил бёдрами, а капли воды тем временем продолжали стекать с его волос, поэтому он расстегнул три верхние пуговицы, чтобы они спадали на его ключицы и текли вниз по груди. Феликсу хотелось снять с себя эту чёртову толстовку, но его руки были заняты. Когда Хван начал дальше расстегивать рубашку, младший почувствовал, как в его брюках стало тесно, но он старался максимально игнорировать это. Ему хотелось рукой провести по этим влажным волосам и торсу, который Хенджин уже успел оголить, полностью снимая рубашку, откинув ее в сторону. На нем остались лишь чёрные строгие штаны на ремне, который он также стал снимать плавными движениями. Ликс перестаёт слышать музыку, сосредоточившись на том, как старший держит в руках кожаный ремень. Хван прекрасно видит, как действует на него, но продолжает лишь активнее двигаться, чтобы свести с ума веснушчатого. — Феликс, ты в порядке? — с ухмылкой поинтересовался он, когда за камерой увидел покрасневшее лицо парня. — Прошу, выпей, — указал пальцем на бокалы с шампанским, и Ликс на удивление послушал его, держа одной рукой камеру, а другой хватаясь за бокал со светлой жидкостью с пузырьками. Он опустошил его залпом и шумно выдохнул, когда Хван перестал двигаться и провёл пальцами по своим волосам, укладывая их назад. — Это все? — блондин больше не может продолжать, потому что ему крышу сносит от того, как старший двигается и как он смотрится на камере. Он бы пересматривал это всю жизнь, но чувствует, что если взглянет хотя бы раз на отснятый материал, то потеряет сознание и больше не очнётся. — Все? — на секунду он задумался, а после засмеялся. — Ликси, мы только начали, — медленно приближается он и забирает из рук камеру, устанавливая ее на комод перед кроватью. — Неужели ты не хочешь продолжить? — прислоняется к его шее и вдыхает сладкий запах, а после полизывает кожу, слыша прерывистое дыхание. — Терпеть тебя не могу, ты знаешь? — пытался четко сказать Феликс, когда черноволосый завёл тёплые руки под его толстовку и обхватил талию. — Правда? — дыхание сбилось у обоих, пока Хёнджин продолжал делать что-то невообразимое с его шеей, покусывая и посасывая, оставляя тёмные следы. — Д-да, — хнычет блондин и впивается руками в его плечи, переводя взгляд на по-прежнему включённую камеру, которая стояла на темном комоде. — Ты козел, все спланировал с самого начала, но не думал обо мне семь лет назад. — Ты не знаешь, что тогда было, — Хван с причмокиванием отрывается от такой сладкой шеи, напоследок целуя яремную вену. — Тебе необходимо было начать жить свою жизнь. Ты был несчастен, — он посмотрел в его кофейные глаза и провёл ладонью по скуле, поглаживая большим пальцем. — Да я был самый счастливый, мне нужно было только чтобы ты был рядом со мной, — возбуждение Феликса пропало и сменилось на тоску о потерянных годах, которые они могли провести вместе. — Если бы ты не уехал от меня, то не имел бы сейчас такой успех, — Хенджин кусает себя за губу, приближаясь к лицу парня, пока их не отделяют друг от друга миллиметры, — я хотел, чтобы тебе было лучше, ведь видел, как ты хотел связать жизнь с фотографией. — Но зачем нужно было делать больно обоим? — Феликс опускает голову, которую придерживают ладони старшего и поднимают вверх. — Ты ведь даже не попрощался со мной, не ответил на мое сообщение. — Потому что знал, что это не конец. Если бы я тебе ответил, то не смог бы отпустить, но я должен был, — он осыпал поцелуями его лицо, не дотрагиваясь до губ. — У нас не было будущего тогда. — А сейчас? — младший завороженно смотрит на него блестящими от наступающих слез глазами. Хенджин не отвечает, лишь впивается в пухлые губы желанным поцелуем. Они ждали этого слишком долго, мучительно долго, но это стоило того. Хван кладёт одну руку на его затылок и притягивает к себе, пока младший мычит в поцелуй и обхватывает нижнюю, а затем верхнюю губу, поочерёдно посасывая их. Ли держал его за плечи, пока по его телу проходил разряд тока, а в животе завязывался узел от ощущений. Ни с кем больше он не чувствовал подобного. Он прижимался к голой груди парня, а от этого хотелось быть ещё ближе, поэтому он быстро расправился со своей мешающейся толстовкой, швыряя ее куда-то назад. Не отрываясь от губ друг друга, Хенджин придерживал его за голову и повалил на постель, оказываясь сверху него, поудобнее устраиваясь, не забывая о том, что их снимает камера. Хван проводит тонкими пальцами по подтянутому телу Феликса, сжимая уже набухшие соски, из-за чего парень под ним сильно извивается и тихо-тихо стонет. Похоже только младшему было неловко делать это во время съемки. Он знал, что никто кроме них не увидит это, но все же подобного никогда не делал. Хотел поцеловать Хенджина, но тот резко отпрянул от него, чтобы поднять что-то с пола. В руках старшего оказался тот самый кожаный ремень. — Ты доверишься мне? — старший расправил его и завёл руки младшего за голову, пока тот непонимающе смотрел на него и даже не успел ничего ответить, когда его запястья оказались сцеплены. — Х-Хенджин? — молвит он, задыхаясь, одновременно пугаясь и предвкушая продолжения. — Тише-тише, — прошептал черноволосый, когда тот пытался выпутаться, но попытки были тщетны. Он обвёл взглядом его тело и оттянул край брюк, расстёгивая пуговицу, чтобы стянуть их с его ног. Феликс чувствовал, как теперь все его тело покрывалось мурашками от действий старшего. Он хотел закрыться от него, но тот развёл его ноги в стороны и прислонился лицом к животу, плавно ведя носом все ниже и ниже, останавливаясь возле боксеров, зубами стягивая их вниз. От этого зрелища член Ликса моментально встал и затвердел, когда освободился от тесной ткани белья. — Такой чувствительный, — старший аккуратно сжал головку пальцами, а Феликс выгнулся и хотел руками зарыться в его волосы, но не мог, так как они были заведены наверх. От подчинения он чувствовал, как тепло разливается по его телу и разум постепенно дурманился, будто он выпил слишком много алкоголя. Его трясло от переполняющих эмоций и он прогнулся в спине, когда Хенджин обдал холодным воздухом его член, а после вобрал головку и остался в таком положении. Старший исподлобья смотрел на веснушчатого, пока пухлыми губами обхватывал его и начинал постепенно двигаться, заводя член за щеку, а после проводя по стволу языком. Ли пьянел от одного лишь взгляда на Хенджина, пока он находился между его ног. Тот сосал усердно, увеличивал темп, когда слышал от Ликса довольные стоны и просьбы продолжать. Он заглатывал глубже, принимал без остатка, выпускал член, чтобы провести по нему губами, облизать головку, а после снова вобрать до самого конца, из-за чего он касался задней стенки горла. Старший позволял Феликсу трахать его рот, пока по его подбородку текла слюна и он помогал себе рукой. Ноги младшего вздрагивали, когда Хенджин вбирал его слишком глубоко, при этом неотрывно смотря прямо в кофейного цвета глаза, из-за чего Феликс чувствовал, как на него накатывает разрядка, которая вот-вот обрушится на него сильным потоком. — Х-хён, я сейчас.. — Ли был не в силах сказать что-то, лишь извивался на постели, а Хван не дал ему кончить, выпустив член изо рта, на что получил недовольное мычание. — Детка, я сниму с себя штаны и доставлю тебе ещё большее удовольствие, — он провёл языком дорожку вдоль его подтянутого торса и остановился возле соска, обхватив его губами, слегка посасывая. — Ты от меня никуда не денешься, — он прикусил его и младший пискнул, но не мог ничего сделать, так как его руки были по-прежнему сцеплены между собой. Все что он мог делать - это мычать, извиваться под ним и просить не останавливаться. — Какой же ты, — шипит и надувает губы, не придумывая какого-то остроумного прозвища парню. — Ты хотел сказать, какой я горячий? — его глаза потемнели от возбуждения и он полностью сел на младшего, расстёгивая пуговицу брюк. — Я знаю, Ликси, но поверь, ты ещё более сексуален. Особенно, когда не можешь пошевелить своими тонкими ручками, — наклоняется к его уху и прикусывает его, опуская голос до шепота, из-за чего блондин прикрывает глаза и слегка приподнимает корпус, чтобы ещё больше соприкоснуться с ним. — Нетерпеливый. Наконец, Хенджин снимает с себя оставшуюся одежду и привстает с младшего, чтобы дотянуться до тумбы возле кровати и достать оттуда тюбик со смазкой. Феликс сглотнул, когда увидел в его руках эту баночку и понял, что скоро почувствует его внутри себя. Парень давно не растягивал себя сам и уже успел позабыть, как это делает Хван своими длинными и тонкими пальцами. — Хочу кое-что сделать, — говорит неожиданно старший и откладывает смазку в сторону, слегка перемещая Феликса в другую сторону, чтобы все лучше смотрелось в кадре, а после опускается вниз, кладя тонкие ноги Ли на свои плечи. — Что ты.. ох, черт — хрипло говорит Феликс, когда чувствует, как Хван прислоняется влажными губами к его входу. Он плавно проходит языком по промежности, а Ликс весь сжимается от новых ощущений. Парню казалось, что тело больше не принадлежит ему, когда старший стал вытворять невообразимые вещи своим языком. Черноволосый растягивает его им, толкается внутрь, раздвигая ягодицы в стороны, чтобы помочь себе. — Боже, Хван, я сейчас кончу, — Феликс сейчас бы прикрыл свой рот руками, чтобы заглушить вырывающиеся стоны, да не может. Он был слишком уязвим, старался не смотреть на то, как старший смотрится в его ногах, пока облизывает колечко мышц и снова входит в него языком, а после отрывается, оставляя тонкую ниточку слюны. Хенджин с удовольствием бы попробовал его с ног до головы, но в его планах было сделать так, чтобы после сегодняшней ночи Феликс ходить не мог и точно никуда не сбежал от него, поэтому он в последний раз проходится языком, кусает бедро и поднимает голову, снимая его ноги со своих плеч. Не в силах больше мучать ни себя, ни младшего, Хван наносит на пальцы смазку, слегка прогревает ее и тут же вводит указательный во влажный проход парня. Феликс громко стонет от неожиданности и выгибается, кричит о том, чтобы он развязывал его руки, но черноволосый только сильнее трахает его пальцем, растягивает стенки и подготавливает. Сам Хенджин наслаждался этим видом, ввёл второй палец и сам думал, что кончит только от того, как Ликс стонет под ним. Блондин насаживался на его пальцы, выкрикивал что-то нечленораздельное, когда Хенджин попадал по простате, повиновался его движениям и был полностью в его власти. А после он почувствовал пустоту, не успел даже открыть глаза, как Хван приставил головку члена ко входу и резко ввёл его внутрь. — А-а-х, — Феликс попытался подавить стон, но выходило плохо, потому что старший нещадно входил в него, пока что не вставляя до самого конца. — Малыш, не сдерживай себя, — низким голосом сказал Хван и вошёл под другим углом, когда закинул одну ногу младшего себе на плечо и пальцами впился в другую. По их телам проходилась горячая волна удовольствия. У австралийца уже горло болело из-за непрекращающихся стонов, а хуже все стало, когда Хенджин наклонился к его уху и стал прерывисто дышать прямо в него. Он опускался к его шее и целовал ее, пока резкими толчками входил в него, заполняя до самого конца, попадая прямо по комочку нервов. Старший стремительно набирал темп, желая выбить всю душу из парня и раствориться в его сладких стонах. Музыка по-прежнему звучала из колонки, но она смешалась со звуком стонов и шлепков тел друг об друга. Наконец он сжалился над Феликсом и освободил его руки, поэтому тот стремительно обхватил его за плечи и начал царапать их, не в силах сдержать в себе все ощущения. — П-прошу, больше никогда.. — Ликс пытается сказать что-то важное между его грубыми и рваными толчками, — не бросай.. Хенджин понял его даже если он не смог договорить до конца, пока полностью терялся в наслаждении, тянулся к пухлым губам старшего и получал заветный поцелуй. — Я скучал, блять, так скучал, — рычит Хван и сжимает руки на его талии, из-за чего на ней точно останутся слегка заметные следы. В глазах Феликса скапливаются слёзы, то ли от ощущений, то ли от сказанных слов, но тем не менее старший целует его прикрытые глаза, а после слизывает скатившиеся слёзы. Он в последний раз толкается в него до упора, из-за чего Ликс первый видит вспышку перед глазами и растворяется с его именем на губах, а черноволосый делает ещё несколько толчков, чтобы после кончить внутрь. Он смотрит на то, как Феликс блаженно растекается по кровати, по-прежнему держит его за плечи и слегка дрожит, а его тело будто становится ватным, парящим где-то высоко над землей. Хенджин выходит из него, целует в лоб и ложится рядом, пытаясь отдышаться. Тянет австралийца к себе, чтобы тот удобно устроился у него на груди, которая часто вздымается от загнанного дыхания. — Ты в порядке? — спрашивает Хван через какое-то время, когда понимает, что Ликс довольно долго молчит. — Все прекрасно, — тихо отзывается он и приподнимается, чтобы посмотреть на парня. — Я ещё никогда не был так счастлив. Они лежали в объятиях друг друга и понимали, что жизнь каждого из них ничего из себя не представляет, если в ней не будет любимого человека. Все эти годы каждый из них выстраивал ее, но все время не хватало одной самой важной детали - любви. Феликс для Хенджина - настоящее счастье, которое дороже любых денег и бизнеса, а Хенджин для Феликса - самое лучшее вдохновение и смысл существования. — Похоже, мне придётся задержаться здесь ещё надолго, — хрипло говорит Ликс, чувствуя, как вот-вот провалится в сон. — Извини, я очень хочу спать, но завтра обязательно подыщу себе квартиру. — Ага, конечно, — шепчет на ухо старший и осторожно привстает с кровати, кладя Ликса и укрывая одеялом его, а сам подходит к комоду и отключает запись на камере парня.