Будь моим смыслом

— Чонгук-и. — слышится приятный нежный голос. такой ласковый, наполненный искренней любовью — Мой мальчик уже совсем большой. Мужчина, одетый в праздничную одежду, смотрит прямо на 6 летнего мальчика и улыбается так нежно, заражает своей улыбкой. Чонгук искрится от счастья. Он оглядывается. Вокруг цветные шары и коробки с бантами, он сидит за столом, полным разных любимых вкусностей маленького омеги. Папа, сидящий рядом, не сводит радостной улыбки с сына, у которого сегодня день рождения. Слышится скрип двери и Гук обращает на нее свое внимание. Оттуда появляется ещё один мужчина, чуть постарше, одетый также празднично. Он несёт в руках торт с 6 свечами и также улыбается, ставя сладость прямо перед сыном, целуя любимого мужа в макушку по привычке. После подходит к сыну, тиская того за пухлые розоватые щёчки, после также чмокая малыша в макушку, вдыхая аромат орхидей. — У моего принца сегодня день рождения! Какой ты у меня красивый. Весь в папу. — лепечет отец мальчика не сводя с того взгляда и крепко обнимая любимого сына «Слишком нереально» проносится в голове юного мальчишки, прежде чем все тело охватывает резкая жгучая боль. — Ты совсем ахуел сученыш мелкий?! — крик оглушает и в то же время возвращает в реальность. Мужчина, что несколькими мгновениями ранее представал в образе счастливого отца, стоит перед 16 летним парнем с толстым солдатским ремнем в руке и прожигает того разъяренным взглядом. Вот и причина этой боли, что до сих пор не даёт младшему до конца прийти в чувства. Вместо улыбки звериный оскал. Чон несколько секунд находится в полном оцепенении. Он лежит на полу, скорчившись от боли. В ушах ужасный звон, картинка перед глазами плывет, не давая точно разглядеть своего мучителя, но это и не нужно. и не хочется, голова раскалывается, будто ее только что ударили чем-то. или подросток просто упал на пол, потеряв сознание от слишком сильного удара. Сон. мечта. бред. что это было, он точно не понимает. Но точно осознает, что те секунды, когда парень был явно не в этом мире, было лучшим за этот день. Чонгук продолжает неподвижно лежать, чуть дергаясь от каждого удара, что проходился по телу парня так безжалостно, будто Чон не живой, будто ему вовсе и не больно. Омеге страшно, но виду не подаёт. Знает, что слезы лишь раззадорят отца, что будет только больнее. Он просто смирился и ждёт, когда это закончится. Чонгуку 17 лет. Он учится в 10 классе и терпит подобные побои почти каждый день на протяжении последних восьми. или девяти лет. Он точно не помнит. Он помнит только странную ссору родителей. Помнит крики своего папы. Помнит, как прячется под кровать, когда впервые видит своего отца злым в тот день. Что тогда точно произошло, он не знает и спрашивать боится или просто не хочет. Но с той ссоры жизнь мальчика кардинально изменилась. Когда-то безумно любящих друг друга родителей, будто подменили. Они начали смотреть на сына с презрением, ненавистью, как на чужого. Маленький омега долго не понимал, что он сделал не так. Винил себя за происходящее. Старался стать лучше, чтобы родители его полюбили. Учился хорошо, посещал разные секции, занимался делами по дому. Но все было тщетно. К 15 годам он сдался. Скатился по учебе, ввязался в плохую компанию, начал пить и курить. Он понимал, что нет разницы, чем он занимается. Не просыхающий никогда отец все равно изобьет его. Почему? Чонгук не знает точно, но в одном уверен. Это доставляет ему удовольствие и Чону мерзко. Мерзко видеть эту довольную улыбку и искру в глазах, что смотрят сверху на беззащитного парня, безжалостно избивая того, будто так и нужно, будто так и должно быть. Проходит 20 минут, прежде чем мужчина лет 40 успокаивается и кидает предмет избиения на пол к ногам омеги. Он берет в руки бутылку спиртного и уходит в другую комнату, оставляя сына лежать избитым на холодном полу кухни. Находясь в полу сознании, Чонгук встает с пола и медленно идёт в комнату, опираясь рукой о стену. Больно. Физически и морально. Он падает на кровать и смотрит в потолок, начиная беззвучно смеяться, игнорируя жгучие слезы, что пробежали по щекам. — Умереть в свой 17 день рождения от рук собственного отца. Чонгук-а, да ты неудачник, — шепчет себе под нос парень, истерически смеясь, и уже через мгновение начиная рыдать. но не издавая ни единого звука, потому что знает: отец услышит. Монстр придет и подарит новых синяков. Замечательный подарок. Успокаиваясь постепенно, парень смотрит на свое отражение в зеркало, натягивает улыбку и тянется к тумбочке, доставая оттуда разные пластыри, мази и прочие медикаменты. Проходит время, прежде чем парень успевает полностью «залатать» себя и вновь упасть на кровать, погружаясь в сон. В сон, что может спасти от этого кошмара хотя бы на пару часов. А потом. потом нужно прибраться в доме, сходить в магазин, купить продукты, приготовить ужин, потому что отец пьян, а папа… Папа на работе. Отец бросил свое престижное место заместителя одной крупной компании, после той ссоры с папой парня и вся семья висит на старшем омеге. Последний зарабатывает не так много, но им хватает. Хватает на то, чтобы купить продукты на нормальный обед, хватает чтоб покупать хорошую одежду и хватает даже для того чтобы покупать алкоголь для своего мужа. Он знает про то, что тот бьет его мужа, но старается на это время уйти в другую комнату, делая вид, что не замечает, как альфа избивает его родного сына. Почему он так делает? Каждый раз задумывается Чонгук и надежда на то, что папа любит его, и ему жаль, что так происходит, не покидает парня. Чонгук хочет быть счастливым, хочет, чтоб все было как раньше, но разве бывает все так, как мы хотим? Нет. И Чон в этом убеждается каждый день. На часах примерно 7 вечера, когда парень встаёт с кровати, заглушая болезненный стон. Отец постарался на славу, избивая сегодня сына и Чонгук это чувствует. Всем телом. Он достает косметичку и начинает замазывать следы от побоев, он натягивает улыбку, берет в руки старенький побитый телефон и проверяет уведомления. На лице появляется искренняя улыбка, когда он видит одно единственное за день сообщение. — С днём рождения, Чонгук. Надеюсь, ты повзрослеешь и начнёшь учить мой предмет, — Парень тихо посмеивается со столь глупых надежд, но на душе становится так тепло. Ким Тэхен альфа 26 лет и единственный учитель, который не презирает Чонгука. Он всегда терпит его наглые выходки, а Чона это только раззадоривает срывать старшему уроки. Ему нравится видеть, как учитель просто кипит от злости, но не может ничего сделать. Чонгук не понимает, что точно чувствует к учителю. Тэхен относится к нему хорошо, но не больше. А Чонгуку и этого вполне достаточно, чтоб считать учителя своим другом. — Надейся, Тэхен-и, — отвечает Чонгук с ухмылкой на губах и переводит взгляд на окно. Смотрит, как медленно плывут облака по ясному небу и… улыбается. Искренне улыбается, а потом понимает, что это просто его учитель, с которым он попрощается через год и больше никогда не увидит. Улыбка исчезает с лица, будто ее и вовсе не было. Омега разворачивается и выходит из комнаты, параллельно осматриваясь в надежде не встретить монстра, а следом и вовсе покидает квартиру, направляясь в продуктовый магазин. Солнце неприятно слепит глаза, и Чонгук искренне злится. Его злит, что в столь ужасный день солнце слишком яркое. Все слишком веселые, слишком жизнерадостные. И от этого тошнит. Либо где-то в глубине души подросток просто завидует им. Завидует бабушкам, сидящим на лавочках и так беззаботно обсуждающим каждого прохожего. Завидует парочкам, что ходят, держась за руки, и не видят никого вокруг. Но больше всего он завидует тем радостным и счастливым детям на площадке, и не знающим, что такое настоящая взрослая жизнь. Чон даже невольно засматривается, как к одному из малышей подходят родители, обнимают его, дарят какую-то конфету и уводят домой. В груди что-то неприятно щемит и омега отворачивается, продолжая свой путь в магазин, прокручивая в голове список продуктов, полностью выбрасывая из своей головы сцену на детской площадке. Чонгук тоже так хочет. Он хочет, чтобы его любили, но не позволяет себе об этом даже подумать. Нет. Он уже взрослый, справится со всем и один. Ему никто не нужен. Наверное. Омега проверяет свой кошелек, высчитывает мелочь, завалявшуюся в кармане, подходит к кассе, выкладывая продукты и прося у продавщицы пачку дешевых сигарет. — Чонгук, может, не будешь курить ты же еще школьник, здоровье свое погубишь только, — слышится безразличный холодный женский голос. «Как будто ей есть до этого дело» — думает Чонгук, прежде чем оплатить всю покупку. Нет. Продавщице все равно и парень это знает. Он получает заветную пачку сигарет и прячет ее обратно в карман, возвращаясь обратно в квартиру с пакетом продуктов. — Чонгук-и, далеко собрался? — слышится знакомый голос за спиной. Парень не оборачивается, знает, кому этот голос принадлежит и только ускоряет шаг. Чон Хосок. — Ну, куда же ты… Я же просто поговорить с тобой хочу. Или ты меня боишься? Слишком мерзкий смех слышится за спиной и у Чона мурашки по спине пробегают. Только не Хосок. только не его шайка. Хосок двоюродный брат Гука. Альфа того же возраста и по совместительству одноклассник Чонгука. Гук не из тех нежных омег, что боятся таких хулиганов и бегут куда прочь. Парень с легкостью смог бы навалять любому альфе и отправить того в больницу, но не Хосоку. Не племяннику его жестокого отца, которого он любит больше, чем собственного сына. И вот Чонгук прикрывает свои глаза и останавливается. Ему страшно, хочется сбежать, хочется прибить парня за спиной, размазать по асфальту. Омега сжимает ладонь в кулак и тяжело выдыхает. Нельзя поддаваться эмоциям. Он стоит так несколько секунд и вслушивается в шаги за спиной, что становятся только громче. Слушает злой смех нескольких парней. От них несет алкоголем и сигаретами. Так всегда. Чонгуку даже кажется, что это просто их естественные запахи. Он оглядывается. Никого. И медленно поворачивается всем телом к парню за спиной, закусывая губу. Буквально через мгновения парня схватывают в крепкие, но холодные и абсолютно бесчувственные объятья. Хотя нет. Не совсем бесчувственные. Они пропитаны ненавистью и злостью. — С днем рождения, братик. — Слышится низкий голос, обжигающий ухо и Чонгук неожиданно вздрагивает, не пытаясь оттолкнуть старшего брата, а того только забавит поведение младшего, он жмет хрупкое тело крепче и вдыхает запах орхидей с шеи брата. Снова смех, а Чон еле на ногах стоит. Он явно не в этом мире. Он даже почти не живой. — Гук-и, что за лицо? Не рад видеть своего брата? Или расстроен, что я без подарка? В голосе нет никакой теплоты и заботы. В глазах искры величия и Хосок только ухмылку растягивает, смотря прямо в глаза парня на голову ниже того, что бегают по крепкому телу альфы и явно не понимают произошедшего. — Наш смелый Чонгук боится? Как же так? А в школе такой смелый, — Смеется еще один альфа, стоящий за спиной Хосока и закуривает сигарету. Низкий рост, мятные волосы и усмешка, не спадающая с лица. Мин Юнги — лучший друг Хосока. — Тебя поздравили, не хочешь спасибо сказать? — Идите нахуй, — рычит Чонгук, сжимая ладонь в кулак и резко развернувшись, идет к дому с одной лишь мыслью — сходить в душ. Он хочет смыть все прикосновения к своему телу. Ему слишком противно, слишком мерзко. Его не пытаются остановить или поймать. Его отпускают, и омега облегченно выдыхает. Собирается с мыслями и возвращается обратно в квартиру.