Сломанное доверие

Бен приподнялся с дивана и отошёл к окну, спрятав от меня лицо. Он показался мне встревоженным, словно то, что он рассказал мне о суде, не было единственной новостью для меня. Эта неизвестность и молчание немного пугали меня, потому что я не хотела, чтобы моё настроение ухудшилось, или же жизнь. - Ты не спросила меня, зачем я пришёл к тебе, - он произнёс это шёпотом, отчего я невольно вздрогнула, потому что не знала, каков будет ответ, если я задам этот вопрос. - И зачем же? - я начала говорить с осторожностью, поскольку эта загадочность в его молчании и растянутости фраз означала лишь то, что он собирался сказать что-то ужасное, об этой черте его характера я вспомнила только сейчас. - Помнишь о несправедливом судействе? - Да. - Так вот, уберечь от тюрьмы с помощью денег родители его не смогли, зато смогли добиться того, чтобы его отпустили спустя время за якобы прилежное поведение. В тот вечер после выпускного я узнала, что родители Леона были богатыми и влиятельными людьми. И тогда я поняла, почему у него была возможность так ухаживать за мной, но я не осознавала зачем, потому что имея таких же родителей я не тратила их деньги впустую. Я ценила каждую копейку, которую они зарабатывали, чтобы обеспечить мне хорошее образование и дальнейшую жизнь. Я тогда пожалела о том, что не призналась ему, что тоже была из богатой семьи, потому что после этого вечера он стал разговаривать со мной по-другому - как с девушкой, которая должна радоваться тому, что попала в его семью. Мне не было обидно, поскольку это было весьма иронично с его стороны унижать того, о ком ты многого не знаешь. И даже когда Леон держал меня над пропастью за секунду до падения я не думала о том, что мои родители станут покупать судейство, ведь мы были честными людьми и знали, что нас должны были защитить. Должны были, но не защитили. Победили те, кто в жизни любил врать и откупаться от всего деньгами. - Знаешь, что самое странное? - Что? - И его и мои родители богаты, но почему-то меня так не защищают в суде, как его. Не означает ли это то, что деньги не играют большой роли? - Может, это потому, что твои родители честные? При таком раскладе все были на стороне тех, кто предоставил большие деньги. Ради этих бумажек люди готовы снять вину с преступника, а мы ведь не знаем, сколько ещё жизней он погубит. - Не говори так о нем. Вдруг я была первой и последней, с кем он так поступил? - я пыталась защитить того, кого не следовало, но я не думала, что Леон поступал так с каждой. - Мы этого не можем знать наверняка, - Бен подошёл обратно ко мне, чтобы сесть рядом. - Я поэтому и приехал, чтобы быть рядом с тобой. Я хочу защитить тебя, если он соберётся найти тебя и отомстить за то, что ты боролась за правду. - Бен... - Не говори ничего, Элли. Я не откажусь от своих слов и чувств к тебе, - Бен охватил моё лицо ладонями, чтобы я посмотрела ему в глаза. Такой взгляд у него был и в тот вечер, когда он собирался признаться мне в любви. - Я люблю тебя и буду всегда рядом, что бы ни произошло. Я испытала дежавю, когда он нежно поцеловал меня и не потребовал целовать его в ответ. Всё происходило точно так же, как и тогда, из-за чего мне казалось, что в эту самую секунду должно было произойти нечто ужасное. Но мой страх не подтвердился, и все было хорошо; все было так же тихо и спокойно. - Я хочу всегда быть рядом, чтобы иметь возможность защитить тебя в любое время, - я знала, что он говорил правду и не могла отвергнуть его слова и его самого. - Я и в тот раз говорила тебе, что буду с тобой, - нас прервал стук в дверь, который был очень неожиданным для нас обоих. Я, конечно, думала над тем, что это могла быть сиделка или врач, но они редко стучали в дверь, что я даже забыла о том, что это могло произойти. Больше всего меня пугало то, что это был Леон, который захотел отомстить мне, по словам Бена, но этот страх развеился, когда я услышала, как вставили ключ в замочную скважину и отперли дверь. В номер вошли врач с сиделкой и попросили прерваться меня на процедуры, потому что пропускать ни одну из них нельзя. Бен не стал возражать и сел за стол на кухне, чтобы подождать меня. Как и обычно, я не могла понять, что делал врач, ведь я ничего не видела и не чувствовала, а как бы мне хотелось это ощутить и понять, что все эти время и деньги, потраченные на меня, были не в пустую. Когда врач закончил массаж, он сказал, что придёт вечером и что у меня обязательно все получится. Мне нравилось то, что они верили в меня, когда я сама не могла поверить в свои силы. Может быть, и правда из-за этого ничего и не получалось. В первую очередь верить должна была я, а уже затем другие люди. Так всегда происходило со всеми. К тому моменту, когда Бен мог вновь поговорить со мной, сиделка подошла ко мне и сказала: - Время прогулки, Элли. - Можно лучше я с ней пойду? - я не ожидала, что Бен захочет прогуляться с мной, потому что он не знал, как вести себя рядом со мной в таком обличии, но возможно это действительно не мешало ему доказать мне, что я была как все. - Это могу делать только я, потому что за моей пациенткой нужен глаз да глаз! - Я это знаю, я смогу присмотреть за ней. Ничего плохого не случится, я Вас в этом уверяю. - Как я могу быть уверенна в этом? Тем более я не знаю, можно ли Вам доверять, мистер, - она скрестила руки, показав свое упрямство, которое немного забавило меня. - Поверь мне, ему можно доверять, - я взяла её за предплечье и убедительно кивнула, чтобы она поверила мне. Она хорошо знала о том, кого не следовало впускать в мой номер, поэтому она и боялась отпускать меня с кем-либо на улицу, хотя никто до этого и не приходил. Она неохотно согласилась на его просьбу и отпустила нас. Я прывыкла к тому, что мы с ней выходили из отеля и каждый раз гуляли по одному и тому же пути, который я давно выучила. Но в этот раз я знала, что мы пойдём в другие места, потому что я не собиралась говорить Бену дорогу, мне было интересно, какие места он выберет для меня. Мы провели долгую прогулку в Венсенском лесу, насладившись тишиной и красотой природы. Обычно меня возили по городу, и здесь я была в первый раз, чему я была очень рада. Я хотела отвлечься от городского шума и сожалеющих взглядов в мою сторону, которые не позволяли мне забыть о том, кем я стала. Но зато в этом месте мне удалось это сделать, и, возможно, в моем сознании появилась мысль о том, что я все-таки смогу преодолеть себя и встать на ноги. Бен отвёл меня в оживленное кафе, не смотря на то, что я сильно сопротивлялась этому, хотя это было очень глупо с моей стороны. Мне предстояла огромная работа над собой, чтобы вскоре вновь стать общительной. А тем временем, мы сидели на террасе и пили кофе, которое было невероятно ароматным и вкусным. Мне даже было непривычно, что в этом месте моя душа не была обеспокоена тем, что думали другие обо мне. Здесь никто не обращал внимания на моё состояние, словно я и не сидела в инвалидной коляске. Это не могло не радовать. - Тем, кто бегает по утрам в том лесу, очень везёт, - я опустила голову, чтобы не расстраивать Бена своим грустным взглядом. - Они счастливчики только потому, что видят эту красоту во время пробежки каждое утро. - Помнишь, как мы бегали в парке по утрам? - Бен оживился, чтобы начать произносить мотивирующие вещи, которые я безусловно хотела услышать. - Помню. Это было весело. - Ну вот. Совсем скоро мы вновь начнём бегать по утрам. Главное верить в это. - Ты так в этом уверен? - Более чем. Вот увидишь - мы даже длинные марафон выдержим. Главное, что мы сделаем это вместе, а это намного легче, чем преодолевать все в одиночку. Я не устану это повторять! - он подарил мне широкую и искреннюю улыбку, которая помогла мне снять все сомнения с его речей. - Ты прав. Ты чертовски прав. Впервые за это долгое время мучений я поверила в себя. Поверила в свои возможности и в то, что мы действительно сможем сделать абсолютно все, только нужно верить. Ведь вера в себя уже определила множество судеб, и определит мою. Ведь даже если я останусь инвалидом - меня никто не выгонит из парка или общественного места, потому что я человек, который имеет право жить, не смотря ни на какие трудности. Вроде бы, эти мысли были слишком очевидны, но мне понадобилось столько времени, что осознать и поверить в это.