На всё готов ради тебя

Хуа Чен бы никогда не смог причинить Се Ляню боль. Он скорее сам на себя руки наложит, чем позволит этому случиться. Хоть он и прекрасно понимал, что Его Высочество невероятно силен в физическом и духовном плане, но это знание всегда перечеркивается воспоминаниями из того треклятого храма. Столько столетий прошло, а демон всё никак не забудет всю ту пережитую боль, что нельзя сказать о самом боге. Для него это словно ничего не значащее событие, одно из многих, что преподнесла ему судьба. И это заставляет демона постоянно напоминать, чтобы он был аккуратен, не лез на рожон и хотя бы немного заботился о своем состоянии, хоть он и бессмертный. И его извечное «я не чувствую боли» просто доводит демона. Нет, он не позволит тому больше причинять себе вред, чувствует он там что-то или нет. Хуа Чен просто не позволит. Вот поэтому сейчас он и лежит под ним готовый на всё, а тот лишь растеряно хлопает глазами не зная, что делать. — Сань Лан? — Да, Гэгэ? Его Высочество нервно облизал припухшие от поцелуев губы и стремительно покраснел. — Я… Ты это… Я думал все будет несколько наоборот… — Гэгэ, всё хорошо. Я хочу этого…— демон нежно провел рукой по щеке бога, словно хотел этим движением успокоить его. — Ты…ты уверен? — Абсолютно. — Хуа Чен решил для себя, что единственный способ не сделать Се Ляню больно — это самому занять позицию снизу. Либо так, либо ограничиваться исключительно поцелуями, но это вряд ли было бы возможно. Демон притянул своего бога вновь, накрывая его губы своими. Поцелуй сразу же стал глубже, а одежды на телах постепенно становилось всё меньше и меньше. Видеть свое божество столь открытым было выше сил демона. Хотелось покрыть его белоснежную кожу поцелуями и чтобы на ней расцвели красные, как бутоны следы. И в этом он ограничивать себя не стал. Вздохи и полустоны заполнили комнату в доме Блаженства. Дарить друг другу наслаждение жаркими поцелуями и прикосновениями было прекрасно, но долго на это у них выдержки не хватит. Для Се Ляня подобное впервые, как и для него самого, но Хуа Чен как более осведомленный максимально старается не торопится и даёт ему полностью расслабиться, чтобы он чувствовал себя более свободно и менее неловко, как в самом начале. Они изучали тела друг друга руками, губами, глазами. Стонали от соприкосновения членов и утопали в наслаждении. Такими темпами демон даже не заметил, как его уже откровенно лапают за задницу, он хотел было уже сказать про несдержанность, как его ухо опалило жарким дыханием. — Скажи мне как…что мне делать? — голос Се Ляня звучал хрипло, а взгляд словно пожирал. От этого зрелища перехватило дыхание, но ещё больше от осознания, что именно он довел своего бога до такого состояния. — Гэгэ, я не только скажу, но и покажу. — он оставил лёгкий поцелуй на его губах и быстро отстранился чтобы взять со стола бутылочку с маслом. Хуа Чен обратно устроился на широкой кровати, посмотрел на Его Высочество и вылил масло себе на руку. — Смотри внимательно Гэгэ и запоминай… — демон ухмыльнулся и перевернулся, открывая Се Ляню прекрасный вид. Он облокотился на руку, соблазнительно прогнулся в спине и выпятил задницу, раздвигая ноги пошире для хорошего обзора и проник пальцем в тугое колечко мышц. У Его Высочества перехватило дыхание, а член отозвался пульсирующей болью, но тот этого даже не заметил, будучи полностью поглощенным действием перед ним. Хуа Чен всё больше растягивал себя, добавляя пальцы и поглядывая за реакцией бога. — Гэгэ…хочешь попробовать? — голос демона дрожал, собственно как и он сам. Се Лянь отозвался мгновенно, словно только и ждал когда ему уже дадут сигнал к действиям. Он вылил масло себе на руку, как делал это демон и заменил его пальцы своими. Раздался стон. Се Лянь замер, лихорадочно думая, что сделал что-то не так, пока не почувствовал, как на его пальцы насаживаются самостоятельно. Хуа Чен был готов кончить только от его пальцев и осознания того кому они принадлежат, но держался, желая почувствовать большее. Он поднял затуманенный взор на своего бога и прохрипел: — Гэгэ, ты можешь уже…войти в меня. Пожалуйста, Гэгэ… Если у Се Ляня и была хоть какая-то выдержка, то сейчас она окончательно треснула по швам. Он вылил еще масла себе на руку и распределил его по члену. Стоило только головке немного проникнуть внутрь, как Хуа Чен почувствовал острую боль. Он попытался расслабиться, дыша глубже через раз, но та нарастала с каждым движением. — Сань Лан? Тебе больно? Мне прекратить? — Се Лянь чувствовал как тот сильно его сжимает и как дрожит его тело. Он уже собирался выйти из него, как демон в одно движение насадился полностью. Раздался громкий стон, демона или бога, а может и их вместе. Из Се Ляня словно выбили весь дух, слишком много ощущений накрыло разом, что он не удержался и чуть ли не упал на демона сверху, придавливая собой, но вовремя успев подставить руки. Хуа Чен от его движений застонал и упал грудью на кровать, сильнее выпячивая зад, заставляя проникнуть в себя ещё глубже. — Гэгэ… — стонал демон, намекая тем самым чтобы тот начал двигаться. Первые движения были робкими, Се Лянь всё ещё боялся причинить тому боль, но заметив как Сань Лан постепенно начинает расслабляться, тот стал двигаться более уверенно. Вскоре комната наполнилась звуками стонов и шлепков кожи о кожу. Чувство боли сменилось наслаждением и теперь они полностью отдавались друг другу. Но каково было удивление Хуа Чена, когда Се Лянь полностью перестал себя сдерживать и стал просто неистово втрахивать его в кровать. Вот что значит воздерживаться 800 лет и наконец дать себе поблажку, это просто сносит крышу. Хуа Чен уже находящийся на грани начинал молить своего бога о том чтобы тот не останавливался. Оргазм накрыл их волной и ещё какое-то время они просто лежали в обнимку постепенно приходя в себя. — Сань Лан, прости…я был не сдержан и причинил тебе боль… — Се Лянь провел пальцами по его бедру, где уже начинали проявляться синяки. — Ваше Высочество… Гэгэ, тебе не надо ни за что извиняться, мне всё понравилось и эти следы мне тоже нравятся. Что бы ты не сделал, я был бы не против. — Но… — Никаких «но». — перебил его демон. — Я люблю тебя Гэгэ и всё связанное с тобой для меня ценно. — он его обнял его, клятвенно заверяя. — Хорошо, раз ты так говоришь, то ладно и…я тоже люблю тебя, Сань Лан. — он накрыл его губы в лёгком поцелуе.