Чувство свободы

Метель выла за заиндевевшими окнами старого пошарпанного двухэтажного домишки, огороженного сломанным и сгнившим в некоторых местах, чуть покосившимся заборчиком, нагоняя какую-то тяготящую тоску, словно холодная липкая непонятная масса, осевшая где-то в лёгких. Двое девятиклассников лежали в теплых, но увы, чужих и неуютных кроватях, пустым взглядом прожигая потолок. Никто из них и не думал смыкать глаз, просто не могли. В горля застыл противный склизкий ком, мешая нормально дышать, заставляя жадно глотать воздух как только ребята неосознанно задерживали дыхание. Лица двоих не вырожали ничего живого и были бледны словно мел, лишь вздымающаяся грудь выдавала ребят за живых людей. – Тош... Это действительно произошло? - девушка первая разрушила холодную тишину, резво отскакивающую от совершенно чужих стен. Парень, что лежал напротив, лишь тихо угукнул, сглотнув. Читатель наверняка задаётся вопросом, почему же ребята так подавлены? Прежде чем ответить на этот вопрос, нам с вами придется углубиться чуть больше или, по иному, начать с самого начала. Они были счастливой семьёй. Мама, папа, младшая сестрица Оленька и старшенькие близнецы Антон и Антонина, где самым старшим всё же являлся Антон. Пускай разница между близняшками состовляли всего две минуты, но парнишка этим очень гордился и нередко подкладывал сестру, пытаясь ею порой покомандовать. Все они жили в согласии и понимании, даря друг другу любовь, заботу, поддержку и смысл жизни в общем, но увы, счастье парой лишь мимолётное явление и в конечном итоге всему рано или поздно придет конец, который и настиг счастливую когда-то семью. Всё началось с того, что отец изменил своей жене, что в конечном итоге привело к разводу. Дети остались с матерью, а всё потому, что бывший когда-то муж Карины, будем называть её по имени для болего удобства, считал детей ненужным мусором, который способен помешать его счастью с новой молоденькой девушкой. После такого удара мать бедных детей начала пить и приводить разных мужчин в дом. Тогда то и пришла вторая беда. Один напившийся ублюдок решил испортить девственное и незапятнанное тело Оленьки, в итоге перестаравшись и убив бедную девочку. Но и это был не конец... Карина совсем спилась, погрязжи в огромные горы долгов, за которые не в силах была расплатиться. Чуть поостывши в один прекрасный, как казалось бы близнецам день, женщина на трезвую голову, что было весьма удивительно, решила переехать в богом забытую деревню прямо по середине тайги в дом к своей покойной матери. Так и сделала. Живёт в этом ветхом доме семья уже неделю и за эту неделю Карина смогла найти новых мужчин, прыгая к ним в постель даже толком не зная о них ничего. Что касается Антона и Тони, то ребята всячески пытались поддержать друг друга, оставаясь на плаву только благодаря заботе друг о дружке. Ну и раз уж мы разъяснили наверняка тяготивший читателя вопрос, то я продолжу. – Слушай... А если нас в школе не примут одноклассники? - голос Тони слегка дрогнул, эхом разбежавшись по темным углам и застревая в липкой и крепкой паутине. – Не волнуйся, я буду рядом. - Антон повернул голову в сторону сестры, мягко улыбнувшись. – Да. Я тоже буду с тобой. - девушка улыбнулась брату в ответ. На кухне послышался громкий смех, а после цоканье стеклянных рюмок друг о друга. Стрелки неугомонных шумных часов давно перевалили за полночь, противно тикая в звенящей, как бы странно это не звучало, тишине, трелью отбивая в висках. Уснуть близнецы смогли только через час, в унисон засопев наперекор шуму с кухни и жуткой темноте, что так и выжидала момента кровавой расправы.

***

Брат и сестра тихо прошмыгнули мимо кухни, выбравшись наконец на улицу. Было темно, что глаз выколи и лишь лунный свет хоть как-то освещал заметенную белоснежным пушистым снежком тропку. Снаружи было куда холоднее, чем в доме. Мороз нещадно колол открытые щеки. Ребята неспеша шли меж темных древ, что будто кланялись к земле, словно пытаясь схватить несчастных детей. Темнота то сгущалась, то расступалась, открывая близнецам дорогу к отвратительному месту под жутким названием школа. – Холодно...- Тоня сильнее укуталась носом в колючий красный шарф, шмыгнув холодным носом. Брат согласно кивнул, поправив рукав потрёпанной куртки. Здание школы показалось перед глазами неожиданно, собственно это не удивительно, ведь от дома до школы ребятам не так уж и далеко. Близнецы неуверенно вошли в светлое помещение, сощурив от непривычки глаза. Сдав верхнюю одежду, брат с сестрой поспешили найти нужный кабинет и, отыскав его на втором этаже который, кстати, был по ощущениям более теплым чем первый, расположились на одном из немногочисленных подоконников, тихонечко переговариваясь и то и дело улавливая на себе колкие и в какой-то степени осуждающие, но в большем числе заинтересованные взгляды, невольно вздрагивая от нахлынувшей волны озорных мурашек по спине. Звонок неожиданно громко оповестил учеников о начале первого урока и вскоре в каридоре не осталось ни одного человека, стало до холодящей неуютности тихо. Близняшки переглянулись меж собою и неуверенно подошли к двери нужного кабинета, робко её отворив. Острые взгляды тут же вонзились в брата и сестру, прожигая будто бы каждую клеточку их дрожавших от жгучего страха тел. Хлесткий прицел пары глаз суровой и довольно своенравной на первый взгляд учительницы смерил двух ребят оценивающим взглядом, а после она громко и четко спросила: – Ребята, вы чего это по школе разгуливаете? Занятия уже начались. – А...мы новенькие, нам вот сказали к вам подойти. - Антон сглотнул. – Новенькие? Меня не предупредили. Ваши имена? – Антон и Антонина Петровы. - ответила уже Тоня, сжав покрепче руку брата. – Нет таких. Вы точно не ошиблись? – Нет! - в унисон ответили близнецы, одновременно матнув головой. – Вот ведь...понаберут студентов, а мне потом разгребай! Сейчас я им устрою! - и учительница выпорхнула из кабинета, громко хлопнув хлипкой дверью. Тоня прижалась к брату, со страхом рассматривая новых однаклассников, ну а те не стеснялись смотреть в ответ, перешептываясь и посмеиваясь, но это было не самым страшным в данной ситуации. Неажидонным поворотом событий стал чей-то противный и басистый, чуть хрипловатый, голос. – Эй, клоуны, ну-ка дернулись и доску вытерли! Реакции от ребят не последовало. Парень, коему принадлежала эта "умная" фразочка, насупился до такой степени, что прыщи на его жирной масляной роже налились гноем пуще того, что было до сего инцидента, и держу пари, ещё бы чуть-чуть и лопнули, выпрыснув содержимое прямо на потное лицо своего, так скажем "хозяина". – Вы чё, глухие? Я вам блять устрою прожарку, хуй сюда сунитесь, крысы городские! Тоня крепко сжала руку брата, шагнув чуть назад, а Антон грозно, пускай и с пляшущими туда сюда искрами неподдельного страха, смотрел на толстяка, сжав кулаки. В кабинет неожиданно зашла учительница и, посадив близнецов за последнюю парту, начала урок, который и так уже задержался на двадцать минут.

***

Весь день для Петровых прошел словно в аду. Бабурин, так звали того толстого амбала, всячески пытался разжечь в ребятах огонь отчаяния и злобы. То сок на Тоню "случайно" прольет, то в тетрадь Антона плюнет, но всё это были лишь цветочки. На большой перемене он толкнул Петрова на старосту их класса, Катю Смирнову, а после парни схлыстнулись и Антон хорошенько заехал ему в ухо. Близнецы тогда сразу поняли, им конец. И вот сейчас ребята неспеша шли по зимнему лесу, встречающему их уже словно долгожданных гостей в распростертые объятья огромных своих лап, фальшиво натянув милую улыбку. Не обнаруживая хулигана нигде по близости, брат с сестрой расслабились, выдохнув с облегчением, но поторопились с выводами, наткнувшись не на одного гопника, а сразу на трёх. Тоня тут же схватила руками рукав куртки Антона, зайдя ему чуть за спину, а Петров настороженно глядел на трёх хулиганов, прикрывая собой сестру. – Тоша, что нам делать..?