Просто посидим в тишине

      Мышонок забежал в щель под дверью изолятора для буйных. Мы с Дином разочарованно вздохнули. Босс и Брут переглянулись и кивнули друг другу. — Что ж, пошли ловить мышонка.       В маленьком помещении карцера мы хранили старые стулья, ящики с документами и какой-то другой ненужный хлам. За последний год ни одного буйного заключенного не попадалось, и мы решили заполнить пустующее пространство.       Мужчины закатали рукава и принялись вытаскивать комоды и стеллажи в коридор зелёной мили. Дин протянул мне швабру, но я решила, что убийство мышонка в мои планы не входит, поэтому решила помочь боссу и Бруту. — Эвелин, прошу, сядь где-нибудь, а то раздавлю тебя ненароком, как мыша, — запричитал Брут, когда чуть не отдавил мне ногу в то время, когда я вытаскивала старый стул. Его слова вызвали улыбки босса и Дина, а я же, сделав вид, что насупилась, забралась на стол и стала следить, чтобы мышонок не проскочил мимо Дина.       Через некоторое время замечаю, что уже не слежу за мышонком, а наблюдаю за Брутом. Он носил самые тяжёлые вещи. Когда он помогал Полу вытаскивать шкаф, я невольно проскользила взглядом по его мощным рукам, — он закатал рукава рубашки по локоть.       Я знаю, что это неприлично, что следует забыть о том, что Брут уже давно нравится мне. Буквально с самой первой минуты нашего общения. Я видела в нём все те качества, вплоть до характера, какие бы хотела видеть в своём мужчине. Но он был вдвое старше меня. Знаю, Брут относится ко мне, как к младшей подопечной, за которой стоит приглядывать больше, чем за остальными. Он чувствовал ответственность, как и все с момента моего появления. Знаю, он сделает всё, что я попрошу, поможет, даст совет. И вряд ли он хоть раз посмотрел на меня, как на девушку, которая могла бы его заинтересовать.       Мне ни в коем случае не хотелось смущать его и тем более рушить наши тёплые дружественные отношения, поэтому я зареклась молчать.       Я ещё раз взглянула на Брута и вдруг встретилась с ним взглядом. Всего пару мгновений я не могла отвести глаза, но как только начала чувствовать, что краснею, взглянула на Дина. — Ты упустил мышонка, — заметила я, спрыгивая со стола и подходя к карцеру. — Нет, ни я, я следил за порогом всё время, — начал оправдываться тот. — Тогда, где же он? — спросил Пол, осматривая помещение карцера для буйных. — Вот чёрт. Маленький мышонок оказался умнее трёх мужиков, —произнёс Брут.       Но, как бы не старались, мышонок сумел-таки ускользнуть. Сложив всё обратно, мы вернулись к своим обязанностям. Весь оставшийся день я старалась не попадаться на пути Бруту. Всё таки та ситуация выглядела очень двусмысленной и мне надо было время, чтобы перестать смущаться даже при мысли об этом.       На следующий день мышонка всё-таки нашли.       Я находилась в служебном помещении. Гарри и Билли Дог отпустили меня на перерыв, и я, поедая яблоко, читала сегодняшнюю газету. Недавно сваренный кофе уже начинал остывать, а комната наполнилась его ароматом.       Дочитав и отложив газету на стол, потягиваюсь, блаженно вытягивая ноги, бросаю огрызок в сторону урны и попадаю прямо в корзину.       Только собираюсь поднести чашку кофе к губам, как вдруг… из коридора раздался душераздирающий вопль и звуки удара. Затем Гарри закричал: — Перси! Перси, ты с ума сошёл?!       В попыхах ставлю чашку на стол, чудом не расплескав кофе на, лежащие рядом документы. Подрываюсь с места и машинально хватаюсь за палку, висящую на поясе, выбегая в коридор. Даже не успеваю рта открыть, как замираю в недоумении. Перси в истерике бегает по коридору зелёной мили с мусорным ведром в руках. Размахнувшись этим самым ведром, Уэтмор бросил его на пол и тут я заметила мышонка, ловко увернувшегося от удара.       Хах, а этот приятель хитрюга! — Перси, перестань! Ты напугаешь заключённых! — крикнула я, но перекричать визги Уэтмора было невозможно, тот орал, словно сирена.       Мышонок вновь ринулся к карцеру и исчез под его дверью. Перси с разбегу врезался в неё, а затем принялся искать ключи, при этом отменно и громко понося маленькое создание. — Перси! — ещё раз попыталась я, но тот не слышал.       В блок ворвались босс и Брут с дубинками наготове. — Что?! — воскликнул запыхавшийся Полл. Ого, значит крики Перси было слышно далеко за пределами блока «Е». — Перси нашёл мышонка, — констатировал поражённый Гарри. Ну а что тут было ещё сказать. Это выглядело очень странно. Не понятно, чем была вызвана такая бурная негативная реакция на обычного маленького безобидного мышонка. Но это Уэтмор, кто ж разберёт, что творится в его глупой голове.       Перси уже начал со злостью выкидывать первые вещи из карцера. Я с сожалением смотрела, как аккуратно сложенные мною стопки со старыми делами летят на пол. — Он где-то спрятался! Но я найду его, и раздавлю эту вонючую тварь! — зло приговаривал Уэтмор. — Эй, Перси, мы уже пытались это делать, — окликнул его Брут. — М-м? — Перси не расслышал и обернулся. — Я сказал, что… — Брут бросил взгляд на Пола и меня. Босс многозначительно поднял брови, а я подавила улыбку, понимая, что задумали коллеги. — Что ж, попробуй, думаю, у тебя получится достать этого мышонка. ***       Через полчаса Перси, весь взмыленный, стоял на пороге карцера и озадаченно изучал его пол. — Перси, — позвал Пол, подойдя ближе.       Я присела на корточки, собрала листы рассыпанных старых дели и аккуратно сложила их в ящик комода. Увидев мои действия, зная, как бережно я укладывала их вчера, разбирая по алфавиту, Брут покачал головой и зло взглянул на Перси. Я буквально ощутила, как зверюга напрягся. — Я ловил мышь, ослепли? — Перси явно тоже был зол: на мышь, на себя, что не смог прибить его сразу ведром с мусором. И сейчас не очень контролировал, что говорит. — Ты напугал нас, что мы чуть не обосрались, и перепугал всех заключённых, — сообщил Гарри, с укором оглядывая потного Уэтмора. — Ну и что?! Здесь не детский сад, да будет вам известно, — бросил Перси. — Хотя вы именно так с ними и обращаетесь! — У них и так большой стресс, нельзя нагнетать обстановку ещё больше, — говорю я.       Перси закатывает глаза. — И ты туда же, вечно носитесь с ними, как с младенцами. — Под стрессом можно легко сорваться, причинить вред себе и окружающим, — настаиваю я. — Поэтому, наша работа — это не крик, — добавляет Пол нарочно тихо. — Воспринимай это место, как отделение интенсивной терапии. — А для меня это ведро с мочой и тонущими в них крысами! Вам не нравится, м-м? Мне плевать на всех вас!       Брут, стоящий около меня резко срывается с места, в два больших шага преодолев расстояние между ним и Перси, одной рукой хватает его за шиворот и с силой прижимает его к металлической двери карцера. — Давай-давай! Ударь! — Уэтмор поднимает руки. — Ударь и станешь безработным!       Могучая ручища Брута сжимает шиворот Перси с такой силой, что костяшки пальцев побелели. Знаю, он многое терпит, но оскорбление в свой адрес и адрес своих коллег… это слишком. — Брут, — подхожу к мужчине и кладу ладонь на его плечо. — Не надо.       Зверь, которого вывести из себя было довольно трудно, скосил на меня глаза, затем вновь взглянул на Перси, но отпустил. — А ты, убери здесь всё, — приказал босс Уэтмору. ***       На следующий день я осматривала камеры заключённых и проверяла их самочувствие. — Мисс Босс, — тихо позвал меня Коффи. Меня так звали многие заключённые, хотя и других прозвищ было не мало. Надо признать, что некоторые особенно наглые могли отпустить в мой адрес нечто нелицеприятное, но обычно всё заканчивалось парой фраз, так как на Зелёном миле все думали совершенно о других вещах.       «Мисс Босс» меня прозвал Питер Максимофф, осуждённый наёмный убийца. Он выполнил заказы на двенадцать человек, за что и получил электрический стул. Он был уже в возрасте и называл меня «Мисс Босс» или внучкой. Так и пошло.       Делакруа научил этому прозвищу Коффи. — Да? — я подошла к Джону. Тот сидел на кровати, лицо у него было заплаканным. — Сегодня мышонок вновь выбежал из-под двери, — загадочно произнёс он. — Ничего от тебя не скроется, — улыбнулась я. Мне с каждым днём не верилось, что он мог совершить то, в чём его обвинили. Конечно, я прочитала дело Джона Коффи. И наблюдая за ним, общаясь с ним, мне становилось его так жалко, ведь это была ошибка, я уверенна. Но сделать ничего уже нельзя. И этого… большого ребёнка посадят на электрический стул. ***       Походя мимо камеры Делакруа, вижу то, что вызывает сперва удивление, а затем умиление. Недолго думая, направляюсь к служебному помещению. Заглядываю туда, чем привлекаю всеобщее внимание. — Вы не поверите, — заговорчески произношу я и скрываюсь за дверью. — Что, Уэтмор опять отчудил? — напрягся Пол и вместе с Брутом и Дином бросился за мной.       Но стоило им подойти к камере, где сидел Делакруа, как на лицах моих коллег появилось изумление. По плечам француза, выполняя команды своего нового хозяина бегал тот самый мышонок, которого так безуспешно пытался поймать Перси. — Это Мисте Джинглс, — подсказала я, с улыбкой наблюдая за довольным Делакруа. ***       Следующий день был днём Уильяма Уортона. Да, это был именно его день, его триумф на Зелёной миле ощутили все, особенно Дин, которого с особым наслаждением душил новый прибывший.       Когда босс разлёгся передо мной на полу от сильного удара в область паха, пришлось действовать решительней, выхватив пистолет и направив на Уортона. Тот лишь расхохотался и принялся отпускать в мой адрес всевозможные ругательства, пока не получил удар по шее дубинкой от Брута, вовремя подоспевшего к нашей заварушке.       Уложив бессознательного Уортона на койку, все разошлись по своим делам. Перси ушёл писать рапорт о случившемся, хотя, думаю, он ни слова не напишет, что струсил и застыл, как вкопанный, когда Дикий Билл душил Дина, босс лежал на полу, подкошенный ударом в больной пах, а я целилась в Уортона.       Я же вместе с Брутом повела Дина и Гарри ко врачу, а босс остался на миле.       Сев возле кабинета врача, потираю лоб ладонями и глубоко выдыхаю — такие отмороженные попадают к нам крайне редко. Обычно люди подавлены и хотят побыть одни, но Уортон. Это просто комок нервов и сумасшествия. — Ты как? — рядом присел Брут, снимая фуражку. — Впервые целилась в человека сегодня и даже рука не дрогнула.       Я пожала плечами. — Это всё на эмоциях было, адреналин и всё такое, — я вытянула руки перед собой.       Брут нахмурился, увидев, как сейчас они трясутся. Неожиданно его большая тёплая ладонь накрыла мои холодные пальцы и сжала.       Я почувствовала, что щёки начинают покрываться румянцем. Зачем он так поступает, лучше бы ничего не говорил вообще. — Если тебе будет тяжело, то так и скажи, мы всё поймём. Многие не выдерживают. Тем более ты ещё так юна.       Усмехаюсь. — Вы так хотите от меня избавиться, Мистер Хауэлл? — уже давно я так не обращалась к нему. Брут отпустил мою руку. — Я не это имел в виду, — он откашлялся. — Мы все беспокоимся. — Спасибо, но, да будет вам известно, — я передразнила манеру Перси, на что губы Брута дёрнулись в улыбке. — Вы от меня так просто не отделаетесь.       Я встала, поправив блузку, подхватила фуражку и зашагала обратно на Милю.