Прости меня,ТэТэ

      Перелет прошел хорошо, всего 8 часов, и вот ты в Сеуле. Дедушки встретили Джимина и Тэхёна в аэропорту.       — Боже, сыночек, ты так исхудал. Тебя, что Мингю, совсем не кормил? — накинулся пожилой омега на сына.       — Пап, все хорошо, это просто моя норма в весе, — дабы успокоить взволнованного папу произнес Джимин.       — Да какая к черту норма? Милый, поехали домой. Тэ пропустил все то, о чем говорили взрослые.       — Пап, я схожу в дютифри, куплю что-нибудь попить, — произнес омега, когда на него обратили внимание. Тэ отошел.       — Пойдет, Джим, -сказал папа омеге.       — А как же Тэ? — удивленно спросил он.       — Он — уже взрослый мальчик, сам справится, тем более, у него есть деньги. Найдет выход из ситуации, — к удивлению для всех, сказал отец омеги.       Но, к несчастью для Тэ, папа согласился, он не понимал, что говорит, потому что был подавлен ссорой с мужем. Тэхён вернулся с банкой колы в руках на то место, где их встретили дедушки, но никого там не обнаружил. Он был взволнован и не понимал, что происходит. Выбежав из аэропорта и потерявшись в толпе, знакомых лиц он не обнаружил.       Тэхён, почему то, всегда приходил к мысли, что дедушки, с папиной стороны его, не любят. Может, это, из-за того, что родители поженились против воли родителей папы? Или есть другая причина такого отношения? У него с собой была пара купюр, ручная кладь из самолета (рюкзак), и севший, от звонков папе и дедушкам, телефон. Время было около восьми вечера. Тэ не знал адреса дедушек, так как был там один раз. И единственный адрес, который он знал — торговый центр. Поймав такси возле аэропорта, омега назвав адрес, поехал. Попросил у водителя такси зарядку, чтобы, если, что хотя бы номер заказать, так как карта была в телефоне. Подъехав к месту назначения, поблагодарив водителя и расплатившись за поездку, он направился в торговый центр.

***

      Утро — на часах время 7. Будильник звонил непонятно в какой раз. Чонгук пришел домой в пятом часу, а после бурной ночки в клубе, никто не встает на учебу к 8 утра (Чон не исключение). Только он хотел выключить будильник, как в комнату ворвался папа.       — Гуки, уже утро пора вставать… Фу, Чон Чонгук, ты хоть, когда пьешь, не забывай про последствия, — папа указал на запах перегара. — Ты сколько выпил вчера? — в недоумении спросил омега.       — Пап, не ворчи, голова и так раскалывается, — и правда голова трещала так, будто сейчас по швам треснет, — лучше принеси мне водички, — он ехидно улыбнулся.       — Эх, ладно, сжалюсь над тобой, — Джин пошел на кухню. Вернувшись с подносом, на котором — стакан с водой и блистер с таблетками. — Смотри, солнце, держи стакан и таблетку обезболивающего, — сказал он, давая сыну поднос.       — Пап, а сколько время? — спросил Чон.       — Половина восьмого, а что?       — Сколько?! Я опаздываю, у меня важный тест, меня препод убьет, если я не приду, — сказал Чон, нервно вскакивая с кровати, забегая в ванную. Приняв душ, почистив зубы и приведя волосы в порядок, выбежал из уборной, залезая в шкаф.       — Пап, а ты Юна уже разбудил? — надевая одежду, спросил Чон.       — Чон, Юнги уже давно в универе, у него там какие-то дела, — спокойно сказал Джин.       — Это хорошо. Надел на себя черные джинсы с дырками на коленях, черную футболку и бомбер, тоже черный. Чон был красив и даже очень — двойное веко, темные, как мгла глаза, ровный нос, прямые брови, смягченные черты лица, мягкие губы. Рост — 181 сантиметр, длинные ноги, изящные тонкие пальцы. Учится в элитной школе, является в ней же «королем школы», живет в богатой семье.       Что касается личной жизни, с этим все сложно, нет, конечно, он встречался с многими. К слову, его самые длинные отношения длились не больше месяца. Он никогда первый в любви не признавался, не чувствовал себя нужным, как человек, а не мешок с деньгами.       — Папуля, я побежал, люблю тебя, — сказал он, чмокнув папу в щеку, и убежал, одев свои черные конверсы.