Я не знаю кто я

Человек, умиравший сотни раз, но всегда возвращавшийся к жизни. Человек, спасающий мир. Человек, который всегда верит в свою победу.

Дин спивает неизвестную какую по счёту бокал виски, и плотно впивается ногтями в хрупкое стекло. Пальцы белеют. Бобби и Сэм сразу поняли, что тот поник в свои собственные воспоминания. Они переглянулись, и словно мыслями обмениваясь, спорили, кто из них прервёт эту тишину первым. Сэм прочистил горло и сдался. – Ты в порядке? – Нервно теребя пальцы Проговорил Сэм. Он нахмурился, разглядывал брата, словно он мог получить ответы лишь посмотрев на него. Дин моргает, расслабляется, и ставит бокал на стол. – Какая разница, Сэм? – Он смотрит на своего младшего брата полным печали взглядом. Что-то между болью, печалью, и безразличием. Сэма это испугало, он боялся, что не выдержит такой взгляд на себе, но это уже далеко не первый раз. Нет. Сэм ошибался. Это был первый раз, когда он смотрел на него так. Он сглатывает, стискивает зубы, и где-то внутри надеется, что его брат переживёт это. Сможет пережить. И тогда он перестанет смотреть на него таким равнодушным, мёртво-отсутствующим взглядом. Они уже не одну кровь проливали, не впервые теряли кого-то, Дин сможет. Сэм был уверен, он сможет. Надежда всегда была его спасательным кругом. Всегда, во всех тяжёлых, казалось бы, неизбежных ситуациях. Дин улавливает его внезапный страх в глазах. Беспокойство. Но его это не заботит, не задевает, он знает. Знает, что Сэмми переживает за него, но ему все равно. Он не может помочь себе сам. Каким образом он должен будет убедить ещё и своего младшего брата? Он не настолько глуп. Не поверит, даже если и попытается отмахнуться. – Это неважно. – В конце концов нарушает он эту напряжённую паузу, и наливает себе ещё. Хватает бутылку, наклоняет её, и жидкость, словно как по волшебству, наполняет его бокал. Он смотрит на стакан, который держит в руке. Пьёт. И понимает, что Сэм, в свою очередь, смотрит на него. Должно быть, картина ужасающая. – Ну конечно. – Начал Бобби, – Ты только что потерял своего лучшего друга. – Насколько бы Бобби не пытался скрыть все свои эмоции, его голос был подавленным. Хриплым. Он был для них просто другом. Просто друг. К которому они все привыкли, и в скором времени забудут. Но не Дин. Он в конце концов встаёт, покидает стол, и направляется к себе в комнату. Никто из них не осмелился что-то сказать, все молча провожали его взглядом. Но Дин был уверен, что они это так просто не оставят. Он знает, что они ещё за его спиной продолжат шептаться. Знает, но не заметит. Ему было плевать. Он громко хлопает дверью, падает на свою холодную кровать, и смотрит на собственный потолок его комнаты. Смотрит. А мысли далеки от реальности. Вместо этого он вспоминает, как он умирает. Умирает в чистилище. В одиночестве. Он не смог спасти его. Не смог. – Не было возможности – Давала мысль надежду. Но она испарялась сразу же, как только он вспоминал его смерть. Выход был. Просто Дин не попытался. Не помог. Не спас его. Дин всего на несколько минут прикрывает глаза. Он пытается расслабиться. Не получается. Перед ним встаёт образ Кастиэля, который удивительно, и вопросительно смотрит на него. – И ты винишь себя в этом? – Голос отдаётся эхом. Дин остолбевает. Он здесь. Он жив. Он слышит его. Но реальность связывает ему руки и открывает глаза. Воспоминание не уходит из головы. Он пальцами сжимает своё одеяло, и ему уже кажется, что он добрался до матраса. Больно. Дин не замечает, как его слеза течёт по щекам, а губы дрожат, в попытках не зарыдать. Не показать свою слабость. Не дать себе такой возможности. – Боже, насколько же я глуп. – Всхлипывает он настолько тихо, словно боялся быть услышанным.

***

Следующее утро. И Дин расследует дело с Сэмом. Снова представляется ФБР, называет выдуманное имя, достаёт фальшивые значки, и улыбается. Как будто вчера его боль не пожирала вовсе. Он проходит в здание, и видит… видит трупы не людей. А ангелов. Глаза сожжены, а тело… тело остаётся телом. Оно лежит. Безживно. Без каких либо признаков жизни и существования. Дин смотрит на эту картину разом, и сжимает ладони. Он отомстит. Обязательно отомстит. Сэм сглатывает, как только понимает, кого это Дину напоминает. Дело не связано с духами или призраками. Ангелы. Дело, которое сбивает его с толку. Дин стискивает зубы, ощущая неизвестный прилив злости, ярости, наполнение новой вспышки боли, которая с головой заставляет затуманить разум. Он обещает. Он обещает себе, обещает Касу, что отомстит. Обещает. Что убьёт тех, кто нарушает порядок небес. Ведь именно по этой причине им пришлось отправиться в чистилище. И именно по этой причине, дело осталось нераскрытым. Это уже не первое убийство. Теперь Дин уверен, что тот, кто это сделал, поплатиться. Поплатится за жизнь Каса. Обязательно.

***

Кастиэль лежит на руках Дина без эмоций. Лежит, прикрыв глаза и уронив голову набок. Дин не верил увиденному. Всё кричал его имя, пытался разбудить его. Но было поздно. Это был обман. Кастиэль не спал, он мёртв. Слёзы шли сами по себе, словно Дин утратил контроль над собственным телом и позволял себе такую слабость. Все мысли его были заняты Кастиэлем, ни Сэмом, ни Бобби… никем иным, как собственным ангелом. Стало трудно дышать, словно не хватало воздуха, но он все продолжал держать его за руку, в слепых надеждах, что он хотя бы сожмёт её. Очнётся, и улыбнётся. Улыбнётся, оживёт, воздух заполнит его лёгкие, и он в конце концов будет жив. Этого не случилось. Он ощутил страшный холод внутри, и мир вокруг перестал существовать. Осталась только боль. Боль и одиночество. Кастиэль… Он мёртв….

***

И вот сейчас, Дин держит тренч своего лучшего друга, и смотрит. Всё отрицает, но пытается поверить в чудо. Ведь именно Кастиэль и был таким. Чудесным, необычным, прекрасным. Да, это так. И Дин не в силах этого отрицать. Он чудо, в сосуде обычного, симпатичного человека. Но его .. Душа. Это что-то с чем-то прекрасное, что Винчестер знал, что ни у одного, ни у другого, не будет такого тепла и света, как у его Ангела. Как его души. Этого никто не заменит. И именно сейчас, он сидит в своей собственной машине Импалы и позволяет себе сделать невозможное. Почувствовать одеколон Кастиэля. Наполнить лёгкие его запахом, и поникнуть в воспоминания снова. Сэмми всё равно велел ему остаться в машине до тех пор, пока он не вернётся. Всё что ему оставалось, это ждать.

***

Дин развернулся к Ангелу, смотрит на него, всё не понимает и напоминает ему в очередной раз. – Я стал исключением. – Говорит Винчестер. Смотрит на него, изучает, а Кастиэль отворачивается, не может посмотреть ему в глаза по неясным тому причинам. Почему он жив? Почему он дал шанс ему остаться на этой земле? Зачем он вытащил его оттуда? Он и вправду здесь только ради дела, или это что другое? Его используют? Или нет? Все эти вопросы были в голове, но он не мог их озвучить. Прозвучало бы странно, ведь тогда они не были настолько близки и знакомы. Однако, он все же хотел ответа. Но не получил. Он исчезает, стоит Дину всего лишь моргнуть. Взлет крыльев и простая, ночная улица. Лёгкий ветерок и луна, которая ярко светит.

***

Он находится в библиотеке у Билли. Он пытался покончить с собой, и у него почти получилось, но его эта женщина останавливает. Не даёт ему возможности оказаться в раю. Вряд ли Дин считает, что заслуживает рай. Было бы правильнее сказать - Ад. Они обмениваются взглядами, тишина, молчание. И лишь только Дин ухмыляется с болью в глазах. Смотрит, чего-то ждёт. Что можно сказать женщине, которая может забрать у тебя жизнь? Вернее, что можно сказать в глаза смерти? Что-то вроде: «Я не хочу жить, покончи со мной!» - так? Наверное. И это было бы просто, если бы он мог объяснить себе причину, почему пошёл на это. Потому что сам ответ он не знает. Он, наверное, просто хотел избавиться от этой боли…? Чувства вины? Такое может сойти за соотвествующий ответ на твой собственный суицид? Неизвестно. В конце концов, что удивляет Дина, так это то, что никто не собирался нарушать тишину. Она сидела за своим столом и молча изучала его, а Дину было настолько плевать, что он готов был вечно играть с ней в эти «Гляделки». Удивительно, что она не щелкнула пальцами, и не забрала его жизнь одним движением пальцев. Почему? Может быть, она сейчас его подготавливает к чему-то важному? Предстоит разговор? Что? Не понятно. – Чем ты отличаешься? – Внезапно говорит она. Вопросительно смотрит, словно бросает ему вызов, а Дин не понимает её вопроса. – Было столько возможности умереть. Демоны, Ангелы, Люцифер. Но ты выбрал самый лёгкий путь. И почему-то из всех перечисленных, тебя вечно воскрешали. Дин ухмыляется. Почему-то здесь он был уверен, что она затронула тему Кастиэля, который вечно спасал его, не давал умереть…а сейчас, она имеет ввиду, что Дин слишком просто собирается закончить свой путь. Даже если воскрешать, ему как казалось, было больше некому. – Я неважен. – Улыбается Дин самой привычной, и фальшивой улыбкой. Билли не повелась. Само естественно, что его глаза говорили о другом. Она была крайне удивлена ответом. – Разве? Дин хмурится. Что она имеет ввиду? Кастиэль ведь ему лучший друг, так ведь? Друг, который считал его семьёй. Возможно своим братом. А то, что он все время был с ним рядом…это естественно, разве нет? Щелчок. И Дин возвращается в реальность. Он жив. Воздух заполняет его лёгкие, и он с жадностью его глотает. Оглядывается, и видит перед собой Сэмми, который держит его за руку и мило спит у него на животе. Сладко, спокойно. Проблема в том, что он и понятия не имеет сколько прошло дней с тех пор, как он очнулся в больнице. Он здесь больше недели? Он переводит взгляд на свою правую руку, и замечает, что она забинтована. Кровь впиталась в бинты, а ещё, возможно, остались шрамы. Но он не чувствует боли. Наверняка вкололи обезболивающего. Несмотря на то, что он лежал весь забинтованный, и под наблюдением докторов, одна из симпатичных, все таки зашла к нему в палату, и вколола снотворного, как только начала замечать, что Дин не смыкает глаз, и не принимает попытки уснуть. И она зря это делает. Когда Винчестер пытался вернуться ко сну, его мучали кошмары. Кошмары о том, как Кастиэль погибает. От разных, чужих рук. От его собственных, и от глупых, неизбежных обстоятельств. К сожалению Сэм не поддержал Дина, и был согласен на такое решение. Винчестер не злился на брата, но был недоволен. А собственной болью он не мог поделиться. Уж слишком он считал это личным. И как только он стал ощущать, что снотворное стало на него действовать, он начал засыпать. Дин боролся. Изо всех сил боролся, чтобы не заснуть, но разве ему хватало на это сил? Нет. И он засыпает, медленно наблюдая, как мир расплывается, а в глазах становится все размытым. Голоса отдаляются, и он погружается в сон.

***

Тёплый ветер щекотал волосы Дина, и детские голоса доносились до него, что и стало ему причиной тёплой улыбки. Погода была солнечной, тёплой, а сидя на скамейке он мог позволить себе расслабиться. Сбоку от него такая-же, деревянная скамейка, на которой было… пусто. Никого. Он присел подальше ото всех, чтобы отдохнуть. Ему хотелось собрать все свои мысли в порядок, и расслабиться. Раскрывать одно дело - требует сил. А у него их не было. Затем, он ощущает, как кто-то сидит рядом с ним, и оборачивается. Сбоку от той скамейки сидел Кас. В своём знаменитом и привычном ему плаще, который говорил с ним. – Ты отличаешься. – Начал Кас. – Я поступаю так ради тебя, Дин. – Попытался объясниться он. Винчестер и вправду не мог понять, почему ангел стольким жертвует, совершает поступки, которым он не может найти ответа. Банального объяснения. Что значит «Ради тебя»? Дин нахмурился, и встречается взглядом с Кастиэлем. Долгий промежуток тишины, словно Винчестер сам должен разгадать его загадку. Подсказка это, или что другое, он не понял. Помнится ему, как Кас позвонил ему, чтобы поужинать, и они сидели вдвоём, за одним столом. Винчестер аппетитно кушал, а Кастиэль наблюдал. Точно, он же не ест. А то почувствует ещё себе там, молекулы. Ангел чертов. Дин жует, наслаждаясь тишиной. День его прошёл вообще к черту, и настроение у него было ниже плинтуса. Но он не собирался жаловаться. Даже не думал. Главное занять свой рот чем-то другим и все схвачено! Определённо. Однако, Кас этими синими глазами заставлял его слегка напрягаться. Он не был готов к тому, что его так пристально изучают. Сказать Кастиэлю об этом или нет, он не решился. – Как ты, Дин? – Задаёт вопрос он. Дин поколебался минуту, проглатывает, а затем, улыбаясь, убедительно проговаривает. – Великолепно! – Ухмыляется Дин, изо всех сил пытаясь убедить его. Винчестер знает, что он не Сэм, и его обаятельной улыбкой не подкупишь. – Нет, это не так. – Мягким тоном утверждает Кас. И черт, не прокатило, он прав. Он не в порядке, и врать ему, показалась идея очень глупой. Но попытаться стоило.

***

Сэмми сидит с Бобби за столом, и обсуждает что-то с ним наедине. Дину это было неинтересно. Он запирается у себя в комнате, и винит себя ещё больше. Голос Каса был просто удушающим приёмом, потому что это просто сбивало его с ног. Он утыкается в подушку. Снова видит его образ, и прячется. Больно. Опять. – Тебе не кажется что он… – Сэм напрягается. – Он поступает по инерции, но внутри он изменился. – Обьясняет он Бобби, в надежде что Дин его не слышит, и он снова спрятался за своей дверью. Идти к нему не было смысла, он не станет слушать его.

***

– Или мне лучше сказать… Это уже убило тебя. Ведь так? – Вопросительно смотрит она на Дина, читая его как открытую книжку. Зря они вообще начали это про Кастиэля. Потому что теперь он казался уязвимым. - голым, незащищенным. В конце концов, Билли вздыхает, и утвердительно заявляет. – Ты хочешь смерти. И это был удар ниже пояса. Она права. Дин сглатывает, едва ли сдерживая слёзы, которые так и просятся наружу. Он сжимает свои ладони, потому что злиться.

***

– Дин! – Последнее что он услышал, перед тем как отключиться, и уже после, оказаться в больнице.

***

Дин стоит у зеркала в ванной, и смотрит на своё отражение. Мерзкий, отвратительный слабак, который не способен был даже помочь своему другу. Настолько слаб, что не сделал очевидного. Он сжал руки, до таких пор, пока не ударил зеркало кулаком, а та, с треском лопнув, обрушилась на пол. Бьет, бьет, бьет, пока его костяшки не заливаются кровью, пока не начинают ныть мышцы, а в голове не начинает раздирать тупая боль. Всё внутри кричало от ужаса. Ему было плохо. Снова помнит, помнит, как Кастиэль погибает. Снова и снова на его руках. Раз за разом. Плачет, просит прощения, и сам не знал за что. Молился, хотя ему это казалось невозможным. Просил, чтобы он был жив… но нет. Помнит, как Дин в чистилище находит чужака, и допрашивает его, с целью найти своего ангела. Находит, вот только ушёл без него. Дин приходит в бешенство. Он охватывает своими ладонями девушку и сжимает ей горло. – Говори где они! – Кричит Винчестер. А та, невнятно о чём-то бормочет. Всхлипывает, плачет, но в глазах Винчестера была всего лишь безумие. Ярость. Гнев. И он был не в состоянии с ней справится. Тот, в ком он нуждался, больше не было в живых. Это убивало его с каждым днём. Сэм отошёл всего на пару минут, и вот, он пытается оттолкнуть своего старшего брата от незнакомки.

***

– Ты не спишь. – Обьясняет Сэм своему брату. – Думаешь, я не вижу, как ты в холодном поту просыпаешься? Не знаю, что у тебя кошмары? – Нахмурился Сэм. Дин не знал, что ответить своему младшему брату. Он был не в состоянии лгать. Он лишь играл со своими волосами, молча слушая, как брат его отчитывает. Пусть делает что хочет. – Лишён своих чувств. – Начинает Сэммиель – Беспробудно пьёшь. – Началось. – С раздражением вздыхает Дин, и закатывает глаза. Алкоголь между прочим единственное, благодаря чему он ещё не сходит с ума. Может быть, самую малость. – Но это не значит, что со мной что-то не так. – Отрицал Дин. – Чуть не покончил с собой. – Продолжал Сэм. – Да брось, Сэмми. Несколько порезов не убьёт меня, да и… Сама смерть против моей…гибели. – Усмехнулся старший брат. – Дин, ты говоришь о самоубийстве! – Внезапно психует Сэмми, и встаёт со стула. Ему вдруг начало казаться, что любой угол, даже кровать, станет неудобной. Он не узнавал своего брата. Тишина. Дин какое-то время смотрит куда-то вдаль, ухмыляется, а потом оборачивается и смотрит на своего взъерошенного, обеспокоенного брата. – И? – Вырвалось у него из губ. Такое безразличие в его голосе вызвало уйму мурашек по телу Сэма. Так страшно за брата ему не было никогда, если не считать тех моментов, когда они были при смерти от обстоятельств. Не от собственных рук и желаний. Дин внезапно встаёт, растягивает плечи, расслабляется, и молча подходит к Сэму. – Знаешь, у меня раньше получалось забывать о таких вещах.. – Задумчиво говорит он. – Что бы это ни было. – Теперь их взгляды пересекались, и каждый из них, думал Сэм, в это мгновение, видит не брата, а нечто другое. Их глаза походили на стеклянные линзы. Каждый из них видел что-то своё. – То, что сделал Кас.. – Продолжал он. – Я не могу забыть. – Тишина, и Дин пожимает плечами. – Я не знаю, почему. Помогло ли это как-то Сэму, он не знал, но он был напряжен. Его скулы, руки, плечи. Знает это, но ничего не делает, чтобы успокоить. Сэм собирается на охоту, но вместо того, чтобы взять с собой старшего брата, он берет с собой Джека. Сказать, как сильно это разозлило Дина, значит не подобрать никаких слов. – Дин, надеюсь, ты не будешь против, если мы с Джеком… Дин спокойно кушал свой шоколадный йогурт, молча слушая слова брата. Но Джек… «Мы с Джеком»? – Только не говори мне, что вы вместе. – Но Дин! – Что «Дин!» Сэм! – Крикнул Дин. – Что насчёт Каса?! – Напомнил Винчестер своему младшему брату. – А что Кас? – Он манипулировал им! – Напомнил Дин о прошлом. – Наобещал ему много всего хорошего, и он доверился! – Подошёл Дин вплотную к Сэму, все сильнее ощущая, как ярость овладевает им. – Знаешь, к чему это привело его?! Он мёртв! – Пауза, прежде чем Дин пытается осознать услышанное Сэма. И нет, ему не послышалось. Он и вправду… это просто игнорирует. – И, может, ты можешь забыть об этом…Но я не могу!

***

Ночь, капли дождя спокойно падали на стекло Импалы, и это пожалуй, было лучшее описание Дина и его души. Накричав на брата он покинул бункер, забрал ключи, и угнал на полной скорости от того места подальше, лишь бы больше не слышать. Не видеть никого на этом свете. Ему хотелось укрыться, но он знал, что это невозможно. Дождь не скроет его, не спрячет. Ему было некуда деться. Он достаёт телефон из кармана, заходит в «контакты» своего мобильного, и собирается набрать Бобби. Хотел он сообщить, что возможно заедет к нему, на время, возможно до завтрашнего утра…но вместо контакта Бобби…в первом списке был Кас… Дин стиснул зубы и сглатывает. Накрывает по новой, ему больно. Снова и снова, каждый раз. Он сжимает телефон до побелений пальцев, и долго решается что с этим делать. Разумно было бы удалить этот контакт, забыть всё, что с ним связано, но не мог. Рука не поднималась. И вместо этого он делает необдуманное. Нажимает на кнопку вызова и прижимает к уху. Надеется, верит, хочет верить. Что он ответит ему. Но он уже готов к тому, что вместо знакомого голоса, прозвучит автоответчик. Гудки идут. Долго. Слишком долго. Казалось, вечность. А слёзы внезапно идут по щекам, и Дин даже не понял, когда и каким образом слёзы шли ручьём. – Давай же, Кас… – Молит он, даже не понимая, как сильно дрожит его голос. – Ты нужен мне… – Всхлипывает Дин. Он уже был готов сбросить трубку, но вместо этого слышит: – Здравствуй, Дин.