Может, все дело в пироге?

      Парень сидел на краю какого-то здания, тоскливо свесив ноги и пустым взглядом смотря на десятиметровую высоту. Вряд-ли он думал покончить жизнь, ему на это силы воли не хватило бы. Он только и думал о том, через какое дерьмо его тело фильтровалось годами. Если так посмотреть, его жизнь-то и не была какой-то особенной. Его жизнь наполнялась только негативом, переживанием, страхом, обиды и грусти. Все, кто был ему так дорог, кем он дорожил — почему-то отвернулись от Миротворца. В голове только и крутились вопросы:              

«За что они так?»       «Почему?»       «Что я им сделал?»       «Это все из-за отравленного пирога, да?»

             Почему-то в голове только и крутился лишь один вопрос, на который хотелось найти ответ.              «А нужен ли я им был до этого?»              Почему только Потрошитель остался рядом, когда все отвернулись от дружелюбного мальчишки? Почему братец, что так яро отстаивал мнение младшего брата, — резко решил стать холодным и жестоким? Почему те, кому Миротворец мог доверить свою жизнь — так резко отвернулись? Тот факт, что парень подсыпал яд в пирог одного из хулиганов — не значит, что он плохой.              «Если вдруг ты хочешь, я могу выслушать твои проблемы.»              — Твердил он.              «Не беспокойся, все хорошо, я не буду тебя судить.»              — С улыбкой на лице говорил парень, протягивая свою руку помощи.              «Я ничем не примечательный человек. Поэтому, мне нравится слушать проблемы или истории других. Я не хочу чувствовать себя опустошенной частью человечества. Я просто хочу понимать и знать мир, понимаешь? Я хочу иметь представление людей, которых знаю или знаю но очень и очень плохо.»              Обрывки из памяти заставили мальчика вздрогнуть. Его дрожащая рука поправляет диадему с черным полумесяцем на не большой плите обруча. Золотистая вещица слегка съехала на лоб мальчишке. Но жаловаться на это, он не собирался. Его боковое зрение замечает оранжевые облака на розовом фоне. Неужели закат? Как давно Миротворец его не видел? Три. Четыре. Восемь месяцев? Он сбился со счета. Потрошитель давно не появлялся в деревне. Даже если он и писал: «О! Точняк! Я буду через недельку, жди, хаха!» это была ложь. Противная, едкая ложь, что разъедала кости паренька, заставляя чувствовать себя жалким.              — Н.. Нет. — Шмыгает он, поднимая свои ноги и обнимая колени, утыкаясь в них носом. Невольно, в голове начали промелькать силуэты старого знакомого. «Почему я привязался к нему?» — Бормотал парень, шмыгая носом, который, видимо, учуял здесь пыль. У Миротворца была небольшая аллергия на это. Поэтому, насморк мог придти неожиданно и быстро. Даже моргнуть не успевает. — Он меня не бросил. Он меня не бросил. Я хотя бы ему нужен. Я ему нужен, не так ли? Да. Да. Все хорошо. Он просто быстро находит дела. Приключения.              В его словах была нотка зависти. Сколько всего Потрошитель повидал за свою жизнь. Сколько всего он узнал. Сколько продуктов привез для маленького Миротворца. А теперь. Теперь, Миротворец то и дело, что плакал по ночам, беспокоясь о единственном друге. Тот даже начал подозревать, что раздражает его. Ведь, Потрошитель утерял свою привычку писать первым. Теперь, «доброе утро» и «спокойной ночи» пишет только Миротворец, получая безразличные ответы по типу: «Мгм, и тебе». Что происходит? Почему один решил уйти молча? Второй избавился предательством, подставив бывшего друга? Почему, третий, даже и не скрывал, что ему он и подавно не нужен был?              А вот что с четвертым? Четвертый смог попасть в сердце. Оба буквально души не чаяли. Но именно в один день, все кончилось ссорой и последними словами Амелии стали: “— Нам с тобой не по пути”. И та ушла, захлопнув дверью перед носом озадаченного пироголюба. Девушка исчезла с деревни, а затем и из жизни Миротворца, будто та и не рождалась вовсе.              Парень медленно закрывает глаз, представляя какой-то праздник. Его окружили любимые им люди. Знакомые, которыми он дорожил. Мама, брат, друзья, возлюбленная, жители деревни (которым он с особой радостью готовил) и самый на свете лучший человек, дядя, который приходил, сдерживал обещания, рассказывал, что видел. Миротворец слабо улыбается, представляя улыбки на лице тех. Даже были парочку человек, которые раздражались, когда видели лицо мальчишки. Мелиускуам и Величество. Один улыбался во все лицо и приобнимал второго своим крылом. Во взгляде читалось высокомерие и превосходство перед всеми. А второй вжался в самого себя, с прищуром и недовольством осматривая присутствующих душ. Он хмурился с каждой секундой, недовольно что-то кряхтя и бубня под нос, будто старый дед. Но даже этому радовался Миротворец. Те, кто раньше дружили с ним, до сих пор помнят о старой дружбы. Возможно, те жалели об этом, может, это вызывало у них дикую злость. Но они все же были друзьями.              — Они не забыли обо мне. Они все обо мне помнят. Вспоминают. — Тихо бормотал мальчишка, аккуратно и безболезненно стукая свой лоб по коленям. Миротворец закрыл один-единственный глаз, дабы лучи уходящего Солнца не ослепили глаз. Даже несмотря на то, что под повязкой и была кровавая пустота, Миротворец ощущал яркость солнца. Будто, правый глаз был на месте. За спиной он услышал тихое, но знакомое хихиканье. Тот игнорировал его, но стоило незнакомым шагам подходить все ближе и ближе, как Миротворец вздрагивает, слыша знакомый голос:              — Ты действительно считаешь, что кому-то нужен, да? ~ — Сладкая интонация в голосе эхом разнеслась по заброшенному зданию. Миротворец медленно оборачивается, смотря на крылатого пустым взглядом. На глазах паренька начались наворачиваются слезы от грядущего страха.              — Ну что же ты за наивное дитя. Только посмотри на себя. Такой жалкий. Глупый. Лицо такое детское. И всё равно, ты как-то держишься. Вот что значит «быть старым в душе»? ~ — Самодовольный смех эхом отозвался на заброшенном здании. Миротворец резко отползает от края, не в силах встать. Руки дрожали, от чего, тот слегка падал на обломки острых камней. Невольно шипя от некой боли, тот получил парочку ранений. Он не знал, что и ожидать от бывшего друга. Тот был непредсказуем. От слова — совсем.              Заметив, как жалко тот пытался отползти, Мелиус не успокаивался:              — Ахахаха! Ну ты посмотри на себя, клоп! — Усмехается тот, догоняя парня. Он наклоняется, нависая над мальчишкой. Его крылья вздрагивают от нарастающей радости. Мужчину забавлял растрёпанный вид Миротворца. Но вот Миротворец совсем был не рад появлению крылатого. Он касается левой рукой до головы и замечает, как диадема отсутствует у него на голове. А Мелиус так и не угомонился. — Но стоит подойти тому, кто тебя всей душой презирает, как ты сразу в испуге начинаешь вертеться. Ты пытаешься отползти, будто борясь за жизнь. Жалкий идиот, который путается лишь под моими ногами, мешает моим планам. Что же будет, если тебя увидят в столь жалком положении те, кто тебя ненавидят? Изобьют, нет?       Зрачок в глазу парнишки уменьшается до размера небольшой бусины и начинает дрожать. Он не знал, чего ожидать, чего он хочет ожидать. Надежда на добро в сердце мужчины у Миротворца исчезла. Сейчас в голове крутилась одна, жалкая мысль на подобии: ”Я хочу жить. Не хочу умирать от его рук.“ Но Мелиус продолжал гнуть свое. Говорил тот с широкой улыбкой на лице и высокомерным взглядом. — И знаешь, что самое забавное? – Спрашивает крылатый, слегка склоняя голову на правый бок. — Ты одинок. Ты продолжаешь верить в сказки на подобии: «Ой, люди сами тебя находят, у тебя на самом деле много друзей». А эти “друзья„ тебя ненавидят. Они желают тебе мучительной смерти. И оказался ты в этой ситуации по одной причине: Ты всего лишь никому ненужный мусор. Ты одинок. И будь ты умнее, не надоедливым мусором, ты бы сейчас сидел дома и готовил свои ядовитые пироги.       По заброшенному зданию эхом разнёсся очередной довольный смешок. Лучи Солнца начали попадать на лицо мальчишки и мужчины, слегка их ослепляя. Оно так прощалось с двумя людьми, сообщая о том, что на следующий день оно будет ярче прежнего. Но кого это волновало? Мелиус краем глаза замечает золотистый обруч, что был в виде золотой диадемы. Встав, он проходит по небольшим обломкам. На краях некоторых был красный градиент. Видимо, чужая кровь. Взяв головной убор, он начал крутить его в руках. Миротворец смотрит на действия Мелиуса.       — Хмм... Интересно, чей же это подарок, а, черепахолюб? – С сарказмом спрашивает тот и делает вид будто роняет. Миротворец пытается встать, но из-за дрожащего тела не получается. Ничего не получается. Для мужчины это казалось смешным. — Ах, точно! Как я мог забыть? Твоего мертвого папаши, м? А ты знаешь, что он был таким же одиноким гандоном, как и ты? Он был ещё той мразью. Избивал жену, брата, пытался тебя убить, когда ты ещё был в утробе. А потом, он резко пропал. Твой отец такой же жалкий и одинокий чмырь, как и ты. Ох, точно! Он также, как и ты – убивал людей. И его первое убийство было сделано благодаря яду.       Миротворец не слушал того. Старался не слушать, в попытках подняться и забрать диадему. Облокотившись о стену, тот поднимается. Его ноги тряслись, руки тряслись и он не мог произнести ни звука. Сделав один шаг в сторону бывшего друга, мужчина замахивается и кидает золотистую вещицу в пропасть, надменно смеясь.       — Не пытайся вызвать жалость. – Говорит тот, скрещивая руки на грудной клетке. Пустой взгляд Миротворца был направлен на пол, поэтому, отгадать дальнейшие действия было почти невозможно. — Давай, подходи. Что ты мне сделаешь? – Надменный голос усмехается, но вздрагивает, когда замечает, что мальчишка делает шаг за шагом, медленно подходя к крылатому. Крылья слабо вздрагивают. Неужели, Миротворец снова попытается сделать очередное убийство? Видимо, он забыл, что у крылатого.. Ам.. как бы.. крылья есть? Но подойдя к мужчине, чуть бы не в плотную, Миротворец обнимает того, обвивая талию руками и слегка сжимая. Квам с удивлением опускает взгляд. Объятия мальчишки были крепкими, неуверенными и ужасно грязными. В прямом смысле. Тот валялся в грязи словно свинья и теперь обнимает Мелиуса. Но.. Крылья снова вздрагивают и Мелиус неуверенно обнимает того в ответ. Минута молчания настала быстро и неожиданно.       — Эх... А ведь я говорил, что ты наивный как ребенок.. – Вздыхает крылатый. Он быстро хватает того за руки. Отцепляет от себя, сжимая кисти рук мальчишки и резким движением толкает в сторону края. Тот теряет равновесие. Кисти рук Миротворца отпускают и тот падает. Парень прибывал первую часть полета в шоке, смотря на довольно-улыбающееся лицо. Остальное..       Взгляд мальчишки становится усталым. Будучи в свободном падении тот будто бы обрёл спокойствие. Лёгкость тела. Тот слабо улыбнулся. Повязка слетела с глаза, от чего, воздух начал проникать в пустоту и обжигать. Невыносимо больно. «Эта боль пройдет, ведь так?». Парень расправляет свои руки, ловя ими воздух. Они были словно крыльями. Последние мысли Миротворца были:

«Не смотря на содеянное, я все равно вас всех люблю. Простите меня.»

      Миротворец соприкасается с землёй, ощущая резкую и невыносимую боль. По телу прошлась волна хрустов и дрожь. Мальчишка вскрикивает, а затем, замолкает, чувствуя, как силы покидают его тело. Медленно закрывая глаза, он видел, как на небе появлялись звёзды, как медленно темнело. Он больше не встретит рассвет, он не будет видеть прекрасную картину восходящего Солнца. Он не будет чувствовать, как лучи теплой звезды падают на его бледное тело. Он больше не узнает, кто смог бы полюбить его выпечку. И больше никогда Миротворец не увидит прекрасную мордашку своей любимой черепашки. Та, наверное, так и сидит голодная. Бедная..       Мальчик медленно закрыл свой глаз, напоследок его слеза пробежалась по виску. Голова склоняется в левую сторону и Миротворец оказался в темноте.                                          

Здесь так тепло..