Вечерняя Звезда

Она ждала его, пусть сначала и были слова ее отказом, пусть сомнения одолевали эллет, не позволяя с первой встречи подарить сердце свое. Арвен взвешивала после все тщательно, думала много, ходила по садам Лориэна, куда вновь отправилась, погостив у отца, и пыталась ответ найти в шуме ветра в листве, в голосах птичьих, в плеске воды в родниках. Ответ был давно в сердце эллет, и наконец на губах появился, когда, решившись, Арвен поговорила с отцом. Она знала, что Элронд не будет счастлив от выбора дочери, отец любил ее и не хотел расставаться с ней, а ее брак с человеком неминуемо означал разлуку с семьей, но также Элронд не мог прямо запретить Арвен делать выбор, лишь просил задуматься и тянул время. Война способствовала тому, чтобы их с Арагорном разводили обстоятельства, мешая долгим встречам, когда тьма стала сгущаться, Арвен отправилась обратно под защиту царства своей бабушки, куда не могло проникнуть зло, и в Лориэне ей приходилось общаться не только с одной Галадриэлью. Вечерней Звезде не были в тягость беседы, она дружила с многими эльфами, но когда эллет приняла окончательное решение, что суженым ее будет Арагорн, разговоры с мужами из эльдар стали приобретать нежеланный Арвен подтекст. Возможно, отец старался чаще оставлять ее в мужском обществе, надеясь, что эллет приглянется другой, тот, кто проживет вместе с ней все эпохи мира, возможно, бабушка надеялась на то же самое; гордая дева-нолдор хорошо отнеслась к Арагорну, но король Гондора, потомок Исильдура и Надежда эльфийского народа — это одно, а муж ее внучки — другое. — Я просила вас не тревожить меня, — резкость в голосе вызвана усталостью от частого желания видеть ее. Арвен закрывает дверь своих покоев и выдыхает: внимание Фаоэльтира начинает тяготить ее, но и отвергать его прямо было бы нехорошо, да и прямых предложений пока не поступало. Его род дружен с Галадриэлью, он не так плох, будь он Арвен, как брат, она бы вовсе не испытывала сложностей, но… но было сложно. — Я же просила! — стук в дверь заставляет Арвен слегка повысить голос, но стучал не Фаоэльтир. Эльф из дозора (принцесса смутно припоминает его имя) бледнеет при виде ее, и Арвен тут же пугается: кто? Сейчас идет война, в войне сражаются почти все, кто дорог ей, лишь Келебриан и Галадриэль в безопасности. Кто мог пострадать, почему зовут ее? — Что произошло? — Арвен берет себя в руки, выпрямляя спину. Эльф тяжко вздыхает. — Был ранен воин из рода дунэдайн. Больше тот может ничего не говорить. Арвен закрывает глаза на пару секунд. Вдох, выдох, держаться. — Он жив? — Да, миледи, рана глубока, но воды Лориэна излечат его. — Отведите меня к нему, — просит Арвен. — Миледи, владычица Галадриэль не желала бы, я думаю, — начинает эльф, но Арвен перебивает его, и не просит уже, а требует: — Отведите меня к нему! Ее впускают и эллет садится у постели воина, растерянная и испуганная. Он выздоровеет, обещала Галадриэль, но пока Арагорну нужен отдых и сон, Арвен помочь ничем не в силах, но ей радостно уже от того, что может увидеть любимого и удостовериться в том, что он жив. Касаться эллет мужчины не решается, даже если отведет прядь волос с лица, может разбудить — пусть спит. Арвен сжимает руки в замке на коленях. «о великая Элберет, дай ему сил, верни его мне, прошу»