Сбежать, чтобы выжить.

Джулия проснулась от каких-то стуков в дверь, лениво посмотрела на дисплей телефона. Десять часов только. Сафронов, что ли забыл тетрадь с домашним, тогда, почему ключами не может открыть? Девочка подхватив на руки Мию, осторожно приблизилась к двери и тут же резко отпрянула от неё. Какого чёрта там её бабушка стоит? Как она вообще узнала, где она? Твою мать, это Москва, как вообще поняла, где её искать. Мия только разъяренно зашипела, выгнув спину дугой. Девочка только в панике соображала, где у неё телефон и тихо отступа обратно, только набирает комбинацию цифр, Сережа ведь оставлял ей свой номер на всякий случай. — Алло, Юля? Подожди. А ну заткнулись, уроды, я с девушкой разговариваю! — рявкнул он, и гул на заднем фоне тут же прекратился. — Бабушка пришла, — только проговорила она. — При… Подожди, в смысле? Как она… — Серёж, я не знаю, — он услышал в её голосе всхлипы. — Юль, успокойся, продержись десять минут, я уже еду, иду. То есть бегу, твою мать! Джулия только зажалась в угол комнаты. Нет, она не хочет обратно. Не хочет, не к ней, не туда. Как она вообще узнала, где она обитает? Только сейчас увидела, что было десять пропущенных от мамы, и столько же эсемесок. Но содержание у них все в принципе было одинаково, какого чёрта она сбежала, и чтобы добиралась домой. Нет! Она не хочет снова туда! Только не к нему! Джулия даже не понимала, чего она сейчас боялась больше, своей ненормальной бабки, или отправиться ТУДА. Наверно всё равносильно. Но ведь её правда не тянуло снова в «семью». Её же там откровенно никто не любил. Пока отчим не приехал у них с мамой были ещё плюс минус адекватные отношения вроде, по крайней мере ей это так казалось. А потом он приехал, ей порой казалось, что женился на ради мамы, а ради неё. Когда он появился, она сразу как-то отошла на задний план. И все какие-то проблемы, стали лично её, просто между мужчиной и дочерью, она выбрала первое. А потом появился брат, который видать брал пример с обоих, и для неё стала нормально терпеть все его идиотские выходки, порчу своих вещей. Она там не кому не нужна была, её там никто не любил. Тут было всё по-другому. Почему было так, что чужие люди проявили какого-то большего участия в её жизни. Ей было очень обидно, она была бы рада, если бы мама ей написала, но не так, как сейчас. Типа, какого хера ты сбежала идиотка, где теперь искать, у нас проблемы будут. Её вообще ничего не волнует, кроме каких-то там проблем с органами, это бесит. Она бы хотела, чтобы их отношения стали, как прежде, до этого дурацкого отчима, который всё испортил, в прямом и переносном смысле, у неё было мечты потерять девственность в одиннадцать лет из-за педофила, который теперь живёт с ними в одной квартире, и от которого мать ещё родила. Хотя ей сейчас казалось, что их отношения всегда были такими, просто не было отчима, который грубо говоря развязал эту цепочку насилия. Сейчас же она думала, что у них в принципе никогда не было хороших отношений, но от этого было не менее обидно. Почему она выбрала постороннего чувака, а не её? Она услышала какие-то крики за дверью, а после чего увидела Сергею, тот на ходу разделся и только крепко прижал к себе. — Юль, Юль, тихо-тихо, всё хорошо. Уже хорошо, тебя никто не обидит, слышишь? Всё, всё хорошо, — он только заметил, что она даже не вырывалась, неужели доверять начала, или он попал в тот самый круг избранных? — Серёж, я ей правда ничего не говорила, — только всхлипывала девочка. — Знаю, Юленька, знаю, давай подумаем об этом потом, хорошо? — подхватил её на руки вместе с Мией и у нёс в гостиную, должно же ведь быть в этом дне хоть что-то хорошее. Он только разрезал торт и разлил горячий шоколад. Как раз из-за этого было десять минут. Тем более он не сомневался в своей победе. Какая-то наркоманка, которая явно не вменозе. Тут два варианта, либо пригрозить отцом и ментами, либо спустить с лестницы, к счастью обошлись без второго варианта, а может и жаль, что всё-таки его не применил. Всё равно на него не заявили бы. Чёрт. Как же он испугался за неё. Он подумал всё, хана Юле, особенно помню о том, что вчера говорили по телику. Он даже не подумал, как вообще нашли квартиру, он подумал, если там был бы отчим, то судьба Джулии была бы очень не завидной. Называется оставалось порадоваться тому, что это была бабка, хотя приятного было мало, она капец, как испугалась. Он прекрасно понимал, почему, пять лет быть секс-рабыней и куклой из сексшопа, а потом побег и нет адекватных родственников. И всё равно, как она узнала, ладно пусть с этим это предки сегодня разбираются. Ему казалось, что он так не бегал с того момента, как случайно поздоровался в осиным гнездом, в глуине души, какая-то часть его говорила, что боятся нечего, это всего лишь бабка, на которую, если дунуть, то развалится, и ничего по сути такого она сделать не может. Максимум кнопки в лифте поджечь, но чёрт возьми, с другой стороны, ему было максимально стрёмно. От торчков можно, чего угодно ожидать. А если она под чем-то? То простыми ударами в дверь всё явно не закончится. Да, и даже, если бы ничего не произошло, он не мог бы просто оставить Джулию здесь, всю нафиг трясущуюся от страха. Просто, смотря на неё, было какое-то нереальное чувство защитить. Он даже не знал, с чем это было связано, то ли с тем, что он знал её историю, и она была от начала и до конца ужасной, то ли просто потому, что она выглядела максимально беззащитной. Он ещё вчера разговаривал с родителями по поводу её, это было очень поздней ночью, когда девочка уже спала. И их решения пока его даже очень радовали. Что они начинают думать, что можно было бы оставить её у себя, что при сложившихся обстоятельствах, у нет даже адекватных родственников, по крайней мере, если они даже и были, то никто ничего о них не знал. А в какой-нибудь интернат не хотелось бы её определять, ей ведь была нужна помощь, психологическая, а там вряд ли захотят такое оказывать. А он очень бы хотел, чтобы она осталась, он кается привязаться к ней успел, но он точно бы не хотел, чтобы она уходила. Джулия только удивленно посмотрела на него, когда он поставил кружки с горячим шоколадом и тортом. — Решил, что после этого, должно произойти что-то хорошее, — девочка только смущенно улыбнулась и осторожно положил небольшой кусочек себе в рот. — Слушай, я ведь совсем ничего не знаю о тебе, — проговорил Сергей, стакиваясь с её недоумевающим взглядом. — Ну в смысле, чем ты увлекаешься, всё такое, — а мысленно подумал, были ли это вообще хорошее решение спросить её о прошлом, где кажется был только отчим и больше ничего. — Ну вообще я увлекаюсь одеждой всё-такое, — она смущенно улыбнулась. — Не знаю, просто это хотя бы что-то реальное. Просто типа знаешь мама с отчимом только это поощряли, и то, как поощряли, они вообще хотели, чтобы я поступала типа куда-то на туризм, для меня это скучно. У тебя, также? — резко спросила она. — Нет, к моему счастью. А кем стать, я честно как-то об этом не думал, я понимаю, одиннадцатый класс, знать надо. Ну я выбрал предметы, которые самые легкие для меня. Общага, историю, я сам думаю может на юрисприденцию, как отец. А ты типа сама, куда хочешь поступить-то? — Ну мне хотелось бы на дизайнера, или вообще парфюмера. Только с последним всё сложное. — Да? Почему? Ты ведь кажется шаришь в этом. — Да, как сказать-то… Просто, чтобы быть парфюмером, надо же уже сейчас как-то тренироваться в этом. А мама с отчимом говорили, что типа это глупости, типа, где я потом буду. В общем всё очень сложно. В принципе, как-то не сильно прислушивалась к моим желаниям. — Юль, можно вопрос? У тебе всегда, такие отношения с мамой были? — Я не знаю, мне кажется теперь, что всегда. Просто знаешь, отчима не было, она как-то в принципе не обращала на меня внимание, я не знаю, между нами просто никогда хороших отношений не было. А потом он появился, а ещё брат, как бы ну… Четвёртый лишний, — она поджала губы. — Тебе вообще повезло с родителями, они у тебя такие классные. — Юль, я тут знаю одно местечко, думаю тебе понравится. В общем собирайся и пошли, — заметив её удивленный взгляд только улыбнулся. — Не бойся, тебе там понравится. Джулия только сжимает его руку, когда они оказываются в центре, в шумной и огромной толпе. — Всё хорошо, — тихо говорит он ей на ухо, и пытается не взвыть от её хватки. Заходят кажется в какой-то антикварный магазинчик. Сафронов только улыбается, он буквально чувствует, куда впиваются глаза девушки. — Упакуйте, — только говорит расплачиваясь картой. — Серёжа, — она только крепко обнимает его за шею, держа в руках серую шляпу самого Дэвида Боуи. — Но, как? — Просто, я же сам его фанат. Ты ведь в курсе, что у него был концерт в Москве? — Да, помню он приезжал сюда в 1996, только он сказал, что здесь было отвратительно. — Короче, хозяин этого магазина, сидел тогда в вип зоне, был тем самым новым русским, и я не знаю, как но он смог как-то эту шляпу у него купить, я когда узнал сразу проверил её, оказалось не подделка, решил, что тебе понравится. — Спасибо, ты вообще очень классный, — она тут же смутилась, будто сказала что-то лишнее. — Ты тоже, Юль, пошли, — и они сели в такси. Джулия улыбнулась, никто до этого из парней не делал ей таких подарков, да что там подарки, просто к ней очень не многие относились по-человечески. Но сейчас смотря на него, она не ощущала никакой опасности, и это честно было очень классное чувство. Просто до этого всё её доверие к мужскому полу и вовсе не было. Она прекрасно понимала, что не все такие, как отчим, но легче как-то не было. А тут Сергей просто всеми силами пытается ей доказать, что по крайней мере он не такой. Ему можно верить. И ей хотелось, и она пыталась. Хотя, если честно было очень сложно, ей до сих пор было не сильно комфортно оставаться с ним наедине, она умом понимала, что в этом нет ничего страшного, он не такой, но попробуй объяснить это своему восприятию, которое за пять лет просто отвыкло спокойно реагировать на то, чтобы спокойно оставаться с мужчиной наедине. Ей сейчас порой казалось, что её разрывало на части, вроде она и как-то совсем понемногу начала ему доверять, понимала, что он не даст в обиду, что сегодня очень ярко продемонстрировал утром, но с другой стороны прошло просто пару дней, и она просто не могла полностью сказать себе, что он офигеть, какой хороший. И за это она очень сильно винила себя, потому что Сергей ведь правда пытался показать, ей что он не такой, как её отчим, но ей до сих пор было сложно поверить. Ей порой казалось, что вечно будет такой, не доверяющей, и наверно у неё ничего с ним не получится, потому что его просто выбесит всё это, что полностью пытается перед ней раскрыться, а она нет, не может это принять. Ведь не кому не нужна девушка, которая вечно тебя в чём-то подозревает, что ей постоянно нужно доказывать, что ты хороший, а не плохой. Она ненавидит себя чёрт возьми, ей тупо мерзко от того, что она такая, но она просто ничего не может с собой сделать. Этот страх, чёрт возьми, да она даже к его отцу относится с предосторожностью. Вот нафига ему такая больная, она ему наверно ничего не может дать, она не знает, как это сделать. Не знает. Не знает, как переступить через себя. Через свои страхи. Очередная ночь, Сафронов не спал, снова телик. — Срочная новость! В Петропавловск-Камчатск найдено тело Натальи Моисеевой девушке было пятнадцать лет. Ей также было нанесено множество ударов ножом. Это уже второе убийство девушки за два дня. Сергей посмотрел на фото. Это тот же, что и вчера убил? Но внешность вообще разная. Ярко-красные крашенные волосы, светло-карие глаза. Огромные обручи в ушах. Чёрт, главное, чтобы Джулия не узнала он только поплёлся в свою комнату.