I wanna be your

Иван редко следил за модными трендами, за музыкой тем более. Просто попадалась песня — и он её слушал. Если нравилась, то добавлял в плейлист. У Феди же всё обстояло сложнее. Если нравилось — он искал буквально всю информацию об исполнителе, будь то один певец или певица, дуэт, группа, кавер на чьё-то старое исполнение (это тогда было отдельное представление, когда Басманов сидел с включёнными гаджетами и с очень внимательным видом то по очереди, то одновременно включал песни для «сравнения» качества). И вот сейчас Грозный, сидя на кухне за кружкой крепкого кофе, наблюдал, как парень, заплетя волосы в высокий хвост, начинает готовить ужин. Он только в домашних облегающих штанах от старой пижамы, в ушах — наушники, где музыка играет настолько громко, что Иван боится, как бы его подопечный не оглох окончательно. И так его просьбы об уборке в комнате не слышит, так ещё и это. Но подниматься со стула мужчина не торопится. Кофе не допито, да и в принципе следить за движениями юноши очень интересно. Они то плавные и по-кошачьи элегантные, то резкие, быстрые. Бёдра покачиваются то в одну, то в другую сторону. Грозный улыбается, тянется и поглаживает ладонью тонкую, кажущуюся хрупкой, талию. Потом гладит соблазнительные ягодицы через штаны. — Ванюш, всё хорошо? — парень снимает один наушник и оборачивается. На лице играет улыбка, образуя ямочки. В глазах пляшут огоньки. — Всё отлично, душа моя. Только вот если ты меня оставишь без ужина, танцы будешь показывать бабушкам со двора. — Понял, не дурак, — Федя разворачивается обратно к плите, теперь только покачивая головой в такт мелодии. Грозный отвлекается на звонок по работе, но мысленно всё равно продолжает возвращаться к словам песни, которая так понравилась Басманову. Группа... Какая же группа? Вроде что-то с недавним Евровидением, связано и вроде фаворты. «...I wanna be a sex toy, i wanna be your teacher...». Закончив диалог, мужчина вернулся на кухню и обнял Басманова. Парень отложил в сторону телефон с наушниками и прижался спиной к тёплому и очень родному животу. — Ты там с кем? — Малюта. Завтра нужно будет подъехать, труп посмотреть. Голова вообще в хлам, кишки нару... Ай, Федя! Ты так мне все ноги отдавишь. — А нечего про ужасы перед едой, — буркнул Федя, выключая конфорку. Хоть сам юноша и учился на следователя-криминалиста, ко всем тонкостям работы пока ещё не привык. Да и практика у них будет только на четвёртом или пятом курсах, а ему бы на третий поступить и не слететь. Грозный прижал парня к себе, покрывая поцелуями шею и щёки. Басманов развернулся в объятиях и обнял любовника за шею. — Танцы перед дворовыми бабушками отменяются, ужин готов. — Давай он сначала остынет... Поддерживая Федю под попу, Иван поднял парня и понёс в сторону спальни. Басманов ещё по дороге начал целовать шею и грудь, оглаживая плечи и зарываясь пальцами в волосы на затылке. Грозный положил юношу на кровать, раздел и начал поглаживать встающий член. Федя раздвинул ноги, откидывая голову назад и из-под полуприкрытых век наблюдая за действиями своего любовника. — Федюнь... — М..? — Слушай, а как та группа называется, которую ты слушал? — Måneskin, они итальянцы... Ааах... Басманов выгнулся, притираясь к руке Ивана и, поджимая ноги, кончил. Грозный вытер руку и Федин живот, поцелуями слизывая сперму с чужого члена. Федя откинул волосы назад и прижался к Ивану, который лег рядом. Положив руку ему на грудь, юноша начал поглаживать и когда мужчина обнял его, то расслабленно улыбнулся. — А ты зачем про группу спрашивал? Тоже хочешь послушать? — Нет, просто когда я уходил отвечать на звонок, у тебя из наушника прозвучала строчка «I wanna be your sex toy, i wanna be your teacher». — И? — Басманов с лёгкой полуулыбкой сел на Грозного и поцеловал его в губы. — Ну... Хочу исполнить первую часть этой строчки. — Тебе больше подойдёт вторая...