Автобиография суккубы

      Итак, то о чём так долго говорили большевики, пардон, суккубы и партия, извините, корпорация, свершилось! Квартет «багровых сестёр» готовился отправиться в рейд в самую защищённую, после рая, цитадель света и благочестия, чтобы сеять вечное, тёмное, развратное. Монастырь святых Люсинды и Ксении, как уже говорилось, была для суккуб как Измаил. Правда, совратительниц было только четверо, а не 31 тысяча, да и монахини до численности гарнизона турок не дотягивали, но сравнение было уместно. Монахини были не самыми опасными врагами. Пусть это прозвучит цинично, но они служили инферналам, скорее кормовой базой. Опасность представляли ангелы и серафимы, бдительно следящие за спокойствием монастыря, вера людей, наполняющая дух монастыря силой и настоятельница монастыря – Строгая Екатерина. К этому рейду все участницы относились по разному.       Ичиаафиюли готовилась к азартному, опасному, но весёлому шабашу. Афсиихап просчитывала возможные пути отхода. Она сомневалась, что их миссия удастся полностью. До поры, до времени, пока эффект внезапности не будет утрачен. Дальше нужно будет повышать напор и активность иначе придётся быстро делать крылья. Глосангаасвич считала, что рейд получится скомканным и скорее больше показательным, чем настоящим порнорестическим актом. В целом она была спокойна и даже, как обычно, слегка сонной. Аргалии собиралась принять участие в настоящей битве. С одной стороны операция «Святые шалавы» была ангельски опасной, как бесноватый серафим, что весьма беспокоило «багровую сестру». С другой стороны она мечтала сойтись в поединке с такой личностью как Строгая Екатерина. Азарт был отличительной особенностью суккуб. И чем дольше они жили, тем азартнее становились. Все четыре суккубы были известны тем, что от них уже давно никто не уходил. Все разовые контрактники почти сразу брали затем вечные контракты, пусть и с другими суккубами. Могучие демоны почтительно раскланивались с ними, поскольку если не оказать почтительность такой дамочке, то можно было обнаружить её у себя в логове с их необоримым «Высосибо» и это в лучшем случае. Демонологию в корпорации преподавали крепко. Серафимы злобно зыркали на пролетающих мимо, но не задирались, а ангелам вообще что-то попадало в глаз. Все четверо носили звание «багровых сестёр». Афсиихап даже работала в спецсобе. Остальные отказывались от этой службы по разным причинам. Аргалии была занята тем, что видела миссией своей жизни, у Ичиаафиюли не хватало дисциплинированности и желания выполнять приказы, а Глосангаасвич считалась слишком ленивой. И последнее обстоятельство особенно удивляло, поскольку ленивые суккубы звание «багровых сестёр» не получали. Так или иначе но единственное, что объединяло этих суккуб было звание «багровых сестёр» и крепкая дружба идущая ещё со времён «средней школы».       Подготовка суккуб была разной. Ичиаафиюли так и не научилась летать как следует, а потому передвигалась верхом на Россетрахе. Этот членолётик, попавший к суккубе, когда ещё был размером с малую вечерницу, вырос до размеров косатки и мог переносить на себе до четырёх девушек. Внешне, правда, он напоминал дракона. Большая голова, чёрный цвет толстой кожи, костяная булава на кончике хвоста, как у анкилозавра, спина покрыта роговыми наростами, делая его похожим на крокодила, а лапы венчают когти, способные рвать металл. Из ударного оружий можно отметить могучую струю желтоватого цвета и сгустки белого очень клейкого вещества. Сама суккуба из оружия ничего, кроме кинжала не взяла. Хотя можно было не сомневаться, что в вагине наверняка что-то припрятано. Афсиихап полагалась на магию и свой огонь. На груди в оправе висел грубо огранённый аметист и можно было не сомневаться, что он превращён в кристалл силы. За спиной торчал огнемётный трезубец. Глосангаасвич перевязала своё тело многочисленными лентами с вышитыми амулетами от святой силы, а на пояс повесила связку сонных зелий. На себя она взяла прикрытие отступления. На плече сони сидела её питомица, летучая мышь Мушка. Девушка уверяла, что понимает её крики и взяла с собой в качестве разведки. Аргалии тоже полагалась на свои силы, но амулетов не взяла, намереваясь при необходимости «заправиться» на месте. В качестве оружия ближнего боя при ней был боевой кнут, которым она научилась пользоваться сперва для ролевых игр, а затем уже и для реальных боестолкновений.       Защитная экипировка у девушек была одинаковая. Глухой шлем с прорезями для глаз и рта, чтобы быть защищёнными от «Святого слова» , бронетопчик, кольчужная мини юбка, защитные перчатки и сапоги. Можно было сказать, что сапоги и перчатки были из металла, но они были из зачарованной кожи адских кабанов, - жутких бесов из самых тёмных углов инферно, которым все огненные мечи ангелов могли служить разве что зубочистками. Доспехи были покрыты металлическим окрасом, чтобы девушки могли различить друг-друга в рейде не только по крыльям. Аргалии щеголяла сиянием серебра, Ичиаафиюли блестела золотом, на Афсиихап защита темнела благородной медью, а на долю Глосангаасвич досталась белизна платины. Довершали одеяние суккуб багровые плащи с капюшонами.       Также каждая суккуба взяла для усиления защиты по одному из своих рабов. Аргалии отправилась с Агни. Чёрный, трёхметровый, антропоморфный дракон, вооружённый ятаганом и небольшим щитом, умел давать отпор, когда в этом появлялась нужда. С Ичиаафсиюли был Грег, представлявший из себя нечто похожее на минотавра, только в одежде цвета хаки с автоматом и несколькими гранатами на поясе. Кто-то отнёсся к заданию намного серьёзнее, чем его легкомысленная хозяйка. Афсиихап прикрывал Стоунвал. Больше похожий на ангела, только с кожаными белыми крыльями и рогами вместо нимба, двухметровый гигант вооружился ледяной пушкой, похожей на базуку и своими отточенными навыками астрального айкидо. Соню Глосангаасвич защищал раб по имени Броун. Он имел медвежьеподобную внешность, размеры среднего мамонта и мог унести хозяйку в зобу. Оружия с собой он не имел, но его шипастый панцирь, скрывавшийся под густой шерстью, звериная сила, острые клыки и яд, которым он отплёвывался из второй пасти на груди, являлись сильным барьером на пути ангельских мечей и серафимовских стрел-молний.       По плану выдвигались следующим порядком. Впереди шли суккубы со своими питомцами и вооружением. Агни и Стоунвал прикрывали девушек с воздуха, Грег и Броун оставались на земле, выполняя роль зениток и обеспечивая отход в пекло в случае срочной эвакуации. Сам план был авантюрным. Благодаря внедрённому агенту четвёрка «багровых сестёр» проникала в келью к связной и использовала её тело для соблазнения и совращения ещё трёх сестёр. Затем при помощи послушниц или своими силами суккубы начинают насиловать на яву или во сне монахинь более старшего звена. Аргалии была выбрана в качестве совратительницы и насильницы самой настоятельницы. Ичиаафиюли брала на себя её заместительницу. Она также должна была помочь Аргалии с совращением Екатерины или с отходом, если план окажется провальным. На всю операцию выделялось шесть дней. Кроме того давалось очень строгое указание: в плен не сдаваться. В случае провала лучше отходить. Поимка «багровых сестёр» грозила корпорации нешуточным скандалом. А так всегда можно выставить нападение, как своеволие «диких» суккуб. Рейд проводился с целью повышения статуса корпорации, поскольку в последнее время её влияние пошатнулось. Требовался дерзкий налёт на извечных врагов пекла. Требовалось показать, что похоть и разврат куда круче убийства и воровства. Потому что воровать и убивать каждый может, а вы попробуйте одолеть врагов как мы! Широко раскрытым ртом, голой грудью и голой промежностью. Слабо? То-то же.       Суккубы ещё по разу посетили своих «вечников», у кого они были, пообещали вернуться через недельку, если те себя будут хорошо вести и напоследок оттянулись сразу в трёх снах. Иоши в этот раз ограничился только тремя видами «подготовки матерьяла», то есть убил суккубу трижды, не прекращая сношения с нею. По возвращении пообещал, что придумает такой шедевр, что суккубе и не снилось. После чего запер три тела Аргалии в чулане.       В назначенный час небольшой отряд уже стоял в лучах заката на небольшом холме и рассматривал открывавшуюся им картину. Дух монастыря был силён, но молод. Выглядел он как молодая целомудренно одетая женщина, которая, правда, была как бы «разлита» по всему монастырю и только иногда пыталась приобрести некую антропоморфность. Пришлось немного подождать. За час до полуночи прозвучал призыв и перед отрядом открылась чёрная воронка в которую не задумываясь прыгнули суккубы и Россетрах с Мушкой. В одной из келий воронка имела выход и вскоре девушка-послушница отдавала своё тело Аргалии. Суккуба хищно улыбнулась, скидывая с себя одежду и поглаживая розовые створки одержимого ею тела:       - Умница! А теперь расслабься и получай наслаждение.       Атака была стремительной и внезапной. Четыре одержимые монашки быстро начали разводить бардак в монастыре, входя в кельи к сёстрам и совращая тех не без помощи суккубьих чар. Некоторые из совращённых не могли сразу остановиться и продолжали предаваться греху уже без помощи инферналок. Глосангаасвич первая покинула захваченное тело, ранее соблазнённой Аргалии послушницы и отправилась по снам монахинь, смущая их души непотребствами. Россетрах проникал в сны только с помощью Ичиаафиюли, зато смог одновременно охватить сразу шесть послушниц. Это дало ему столько энергии, что вскоре он смог их по-настоящему подвергнуть насилию и получить яркий отклик. Несчастные жертвы лежали без сил, словно поражённые сонным параличом и могли только мысленно молиться не то о прекращении насилия, не то о продолжении. Влияние дикого, но похотливого разума членолётика постоянно сбивало стройность мыслей. Само дитя природы беспечно носилось по монастырю, поощряя всех совращённых и совращая новых. А вот Аргалии и Афсиихап, объединившись, устремились на поиски своей главной цели. Иногда перед ними появлялась Мушка, указывая направление. Правда, Афсиихап сменила «лошадку», захватив после небольшой стычки тело одной старшей монахини.       Однако очень скоро произошло то, о чём предупреждала пламенная подруга. Дух монастыря осознал, что странные эманации похоти, это не атака снаружи, где он заметил четырёх бесов, а атака изнутри. Пекло нанесло страшный удар оттуда, откуда никто не ждал. Так что очень скоро началось противодействие. Двери в кельи в астрале оказывались замурованные кирпичом, тела монахинь накрывались защитными куполами, через астрал пролетел зловещий колокольный звон. Нечисть боится колокола вовсе не из-за звука или несомой им божественной кары. Колокол, это сигнал ириалам, что требуется их помощь. Во многих местах артефакты веры подняли святое пламя, жгущее инферналов. Всё чаще на пути к келье настоятельницы встречались ловушки и защитные знаки. Кроме того суккубы стали получать отпор и от самих монахинь. Те, кто был постарше и поопытнее оказались намного крепче духом и верой. Кроме того среди них встречались и фанатички. Кое-кто даже проснулись и пошли наводить порядок в яви. Однако суккубы успели изрядно подзаправиться энергией. Громкие звуки набата и тянущиеся из стен руки говорили, что времени у «багровых сестёр» осталось очень мало.       Внезапно Аргалии резко вскинула руку, останавливая Афсиихап.       - Тихо. Чувствуешь?       - Да. – Афсиихап вздрогнула, впереди было что-то истекающее благостью и светом.       Объяснить эти чувства было сложно, но опытная суккуба сразу поняла, что дело скверно. – Но разве такое возможно? Это ведь не Екатерина?       - Не она. – Аргалии сделала шаг назад. – Оно приближается.       - Я скажу девчонкам чтобы уходили? – Афсиихап тоже обладала развитой интуицией.       - Да. Срочно! Отзывай всех! Сворачиваем операцию! Я попытаюсь задержать, что бы там ни выходило. И пускай парни готовят отход.       - А ты?       - Уходите, я сказала!       - А чего это ты командуешь? Я тоже «багровая» вообще-то. И своих не бросаю.       - Когда в пекло вернёмся, тогда и будем сиськами меряться! А сейчас, собирай девчонок!       Голос Аргалии прозвучал как стальной колокол и её подругу тут же как ветром сдуло. Сама Аргалии осталась в переходе между кельями, медленно отступая спиной вперёд, не отрываясь глядя на поворот из-за которого шагало что-то яркое, жгущее, слепящее. Но такой силой мог обладать только святой. Однако разведданные чётко говорили, что святых поблизости быть не должно. Внезапно по спине пробежал огонь, Аргалии резко развернулась и поняла, что оказалась в ловушке. С другой стороны появилась фигура исполненная света. У суккубы мелькнула запоздалая мысль. С двух сторон её зажимали сами святые Люсинда и Ксения, вернее их души. Но разве такое возможно? Куча верных свидетелей сообщала о том, что видели как души святых уходили в Свет. Да и мёртвые души не сияют так ярко. Помянув всех поверженных демонов ада суккуба изготовилась к битве. Тут ворожба уже не подействует. Слишком много света. Любая атака просто сгорит под напором такого количества света. Хотя капля и рябь давали ей тень шанса ускользнуть из сжимающихся клещей под прикрытие лунного щита. Аргалии сняла с пояса боевой кнут и со свистом рассекла им астрал. Щелчок заставил фигуру приостановиться, но не остановил полностью. А из-за поворота уже появилась вторая носительница света, укрытая целомудренными одеждами, протягивая руки к инферналки, будто зомби из фильма ужасов.       Несколько секунд суккуба прикидывала шансы и примерялась к тому, куда ей нанести удар, чтобы уйти наверняка. Возникла даже мысль пробить стену и уйти напрямую через неё, но его величество случай решил за неё. Позади одной из фигур резко надвинулась аура тьмы, а затем свет был приглушён прорвавшимися струями чёрного пламени. Уже не тратя времени на раздумья Аргалии применила «каплю и рябь», прикрылась «лунным щитом» и прошмыгнула мимо поражённого сгустка света, щёлкнув кнутом в направлении спасителей. Кнут почти сразу натянулся и суккубе только и оставалось, что крепче сжать рукоять, когда её словно на скоростной лебёдке вытянуло в коридор позади противницы.       Спасителями Аргалии оказались Агни и Афсиихап. В два огня, один из своей пасти, вторая из своих вил, они ударили по фигуре святой и затем вытащили суккубу, за кончик её кнута.       - Отходим! – Аргалии щёлкнула кнутом и тройка быстро унеслась по переходам, от преследующей их врагини.       - Арга, что-то пошло не так! – Попыталась на бегу объясниться краснокожая подруга. – Над монастырём внезапно появилась целая когорта ангелов. Им удалось загнать в монастырь всех наших мужиков. Они сумели найти нашу засаду. Теперь они собираются прижать нас к душе монастыря и просто либо размазать по астралу, либо взять в плен.       - Яйца свои пусть в руки возьмут. – Ответила Аргалии останавливаясь. – Нам в пекло нельзя. То ли наша разведка оплошала, то ли шпионская сеть ириалов оказалась с более мелкими ячейками. Афси, ты ведь тоже опытный рейдер. Понимаешь, что происходит?       - Думаешь когорта оказалась здесь не случайно?       - Как знать? Монастырь этот не прост сам по себе. Возможно находился под особым надзором. Или в корпорации не все дырки членами заняты, вот и утечка информации образовалась. Смита недавно за жабры взяли. Я же и взяла. Может ещё один крот завёлся.       - Если сейчас уйдём в пекло может спасёмся.       - Спастись спасёмся, только оставим след при этом. Уйти отсюда теперь можно только по каналу экстренной помощи. Где остальные?       - Не знаю. – Афсиихап тревожно огляделась. – Но здесь нам оставаться нельзя.       - Твоя правда. – И Аргалии устремилась вниз, поясняя на ходу. – Во-первых, мы теперь не сможем отвертеться, что это были какие-то случайные суккубы. След их приведёт прямиком к головному офису. Во-вторых, тут стоит вопрос престижа. Багровые сёстры, это не просто титул, пусть и неофициальный. Они были очень осторожны и дальновидны. И поэтому ни одна из них ещё не была схвачена ириалами и не пала в битве с ними. Всегда их били свои же ударом в спину. Пока люцика и лиличку не кинули в Свет.       - У тебя есть какой-то план?       - Нет. Но я отсюда не собираюсь уходить добровольно и без боя сдаваться не буду. Даже не так, я дам им бой, а сдаваться не подумаю вовсе.       - Ну так и мы поступим. А что насчёт плана?       - Для начала соберём всех наших вместе и посмотрим, что мы имеем в арсенале. А самое главное нам надо выбрать командира отряда и слушаться его как родную маму до конца миссии. Хватит этой демократии. Сейчас не время и не место.       - Я согласна слушаться тебя. Мужики пойдут со своими хозяйками. Осталось только договориться с Ичиа и Глосангой.       - Раз Ичиа нас всех пригласила на эту «прогулку», то ей и ответ держать. Хотя зная её могу предположить, что что-то решать придётся всё-таки мне. Глосанга откажется быть ведущей в ультимативной форме.       Суккубы тем временем спустились в подвалы, где Афсиихап заметила подруг и их рабов вместе с Мушкой и Россетрахом.       - А вот и они, сейчас узнаем, как им твоя идея.

***

      Жизнь с Вениамином была прекрасна, однако я стала замечать, что мне всё сложнее становится управлять его судьбой. Постоянно начали появляться так называемые «ножницы». Что это такое? Это такой момент, когда жизнь человека может прерваться. Честно говоря я была против этого. Ну да, у меня появился бы уже раб и мой дворец стал бы больше похожим на нормальное жилище, а не на избушку ведьмы, но я то рассчитывала хотя бы лет на десять. Всё-таки сексуальная энергия только что из под мужика она намного вкуснее, питательнее и полноценнее, чем у раба, по сути – мёртвой мужской души, даже после их обесовления. Когда я поделилась этой проблемой с Иинаро, она, печально вздохнув, ответила:       - Тяжело не увидеть ножницы, когда вокруг твоего контрактника свистят пули и осколки, а неподалёку разрываются ракеты.       - Какие пули? Причём тут ракеты? Он в офисе работает.       - Арга, а ты новости вообще смотришь? – Иинаро с удивлением посмотрела на меня. – Обычные новости. Из мира яви.       - Честно говоря нет. – Я вдруг поняла насколько же я отстала от жизни. Даже пробираясь через астрал я старалась использовать тайные тропы, чтобы пореже сталкиваться с ириалами. А в свободное время занималась обучением. Управление судьбой очень мощное «колдунство», но чтобы им пользоваться приходится попотеть, подтянуть теорию. И уж если вашему контрактнику постоянно приходится корректировать судьбу, то вот вам и практика. Однако сил это забирает просто неимоверно много. – Знаете всё не досуг.       - Понятно. Так вот, война идёт.       - Какая война?       - Ну смертные её называют третьей мировой. Я даже очередной вечный контракт не хочу брать. Знаешь, больно видеть как твой контрактник умирает, даже если ты знаешь, что он не исчезнет, а просто поселится здесь в твоём доме. – Бывшая наставница грустно улыбнулась.       Что ж её можно понять. Дело в том, что мы, суккубы, искренне влюбляемся в человека с которым заключаем вечный контракт. Причём настолько, что даже разовые контракты с другими мужчинами не можем брать, ведь это как бы получается измена. То есть рабов своих мы тоже любим, но измена рабу изменой не считается. Всё-таки раб он не живой. Я сама не очень люблю слово «раб» и даже мысленно называла их мужьями, хотя это абсурд, ведь в пекле нет института брака. Конечно, разовые контракты мы всё-равно берём, имея вечного контрактника, но только если нас призывает женщина. То есть с женщиной, это уже и не измена как бы. Просто девичьи посиделки. Как помощь подружке. Временной, но всё-таки подружке.       Понятное дело, что на самом деле суккубе очень больно видеть, как её контрактник покидает своё тело. Так же больно, как и видеть его с другой женщиной, слышать от него признания в любви не в свой адрес. Мы, суккубы, верные подруги, но при этом ещё и очень ревнивые. Не перечесть историй, как суккуба изводила девушек и своих контрактников, если уличала измену. НЕ могу сказать, что к рабу чувства тухнут. Просто раб он твой, НАВСЕГДА (не совсем навсегда, но это не важно). У меня даже появилась грубая такая аналогия. Представьте, что вы на работе пьёте в обед чай из чашки. Всегда из одной и той же чашки. Эту чашку вы купили именно для того, чтобы пить чай на работе и она никогда не была у вас дома. Из магазина сразу на полку в комнате отдыха. Возможно, что кто-то тоже пьёт из вашей чашки, пока никто не видит. Но вот вы сменили работу и забрали чашку с собой. По какой-то причине вы оставили её у себя дома, а на вторую работу купили новую чашку. Из одной вы пьёте чай на работе, из другой дома. Обе чашки вами любимы, но за чашку на работе вы волнуетесь немного больше. Потому что вы не знаете, что там с ней происходит, пока вы её не видите. А чашка, что находится у вас дома, она по умолчанию только ваша и всё что с ней происходит, происходит с вашего дозволения и по вашей воле.       Аналогии всегда ложны, но тем не менее позвольте вас заверить я всех своих вечных контрактников люблю одинаково. Но нам с курсов вбивали одну простую «истину». Сердце у суккубы большое и она любить может кого-угодно в любых количествах. Но измена с контрактником, это не измена, это работа. А вот контрактник не имеет права вам изменять. Потому что это всё-равно, что на половине работ клиент просто сменит фирму. Непорядок. Вам сложно понять? А мне сложно объяснить. Для этого нужно стать суккубой и внутреннее противоречие тут же пропадёт.       Когда я немного отошла от шока полученного после известия о войне, я решила задать ещё несколько вопросов.       - И давно идёт война?       - Года три уже. Ох, чует моё сердце они вскоре и атомное оружие пустят в ход.       - Погодите! Но ведь это не правильно! Надо срочно остановить эту войну! Любой ценой! – я вскочила. – Ведь так мужчин может не остаться! Буккускорпоратион должна вмешаться. Если мы не остановим войну, мы потеряем своё влияние.       - А что мы можем сделать? – Иинаро сделала глоток чая, а потом указала мне на стул. – Чего вскочила? Сядь обратно. Как ты себе представляешь операцию по остановке войны? Захватить умы толстосумов, банкиров и других властителей мира и заставить их прекратить войну за их интересы? Пойми, кровь, это тоже деньги. Капиталист не остановит войну, скорее уж подкинет дровишек. Все эти меценаты, изобретатели, гуманисты, которые возглавляют список «форбс» делают деньги на смерти людей. Им война выгодна. Это империалистическая война. Чтобы остановить такую войну, надо сменить систему. Не выбить пару шестерёнок и скрутить десяток болтов, а сменить систему.       - Но… – Я села, поникнув головой. – А как же сломать систему?       - Солдаты должны повернуться к врагу спиной. Причём это должны сделать солдаты всех армий. – Иинаро уставилась вдаль и сузила глаза, её голос стал глухим и жёстким. – Спиной друг к другу и обратить оружие против своих правительств. Уничтожить тех, кто будет их защищать, этих цепных псов режима и, наконец, убить правительства, а затем построить новое общество на новых принципах экономики.       - Это навряд ли получится. – Кисло ответила я. – Люди будут сражаться, пока не перебьют друг друга.       - Так один раз в истории уже получилось. – Иинаро встряхнулась и снова приняла обычный вид, даже позволила себе улыбнуться. – Первая мировая война привела к тому, что воюющие солдаты устали воевать и начали поднимать бунты, убивать офицеров. У парижской коммуны не получилось, а у большевиков получилось. Армия перешла на сторону революции и революция победила. Вспомни историю. У нас в пекле было нечто похожее.       - Вы считаете, что на смену капитализму должен прийти социализм?       - Как вариант. А что? Первобытно-общинный строй сменился рабовладельческим строем, тот, в свою очередь, сменился феодальным. А потом и феодальному строю на смену пришёл буржуазный строй. По сути – капитализм. Всё меняется со временем.       - Но революция всегда приводит к гражданской войне. А значит должно пролиться ещё больше крови. А я считаю, что любая война, даже самая маленькая, должна быть закончена как можно скорее.       - Что поделать? Любая революция приводит к реакции, но потом всё-таки, берёт вверх. Это нормальное развитие человечества. Просто когда смена парадигмы происходит в течении веков и вся эта кровь размазана тонким слоем по времени, это не так ужасает. И это не то, о чём ты должна думать. У тебя есть контрактник, вот и занимайся им.       - Да такими темпами у меня контрактника не останется скоро. То есть он будет, но уже здесь, а не там. Я даже женские разовые контракты не могу спокойно брать. Постоянно работаю с его судьбой. Неужели мы, в пекле, не можем остановить эту войну? Мы же вроде как сами виноваты в том, что началась третья мировая война. Разве не так? Разве не волны ненависти и гнева от нашей революции в пекле разожгли эту войну?       - Нет. Люди и сами бы уже начали убивать друг друга. А волны из пекла только подтолкнули их к этому. Знаешь, если ты в лесу найдёшь тлеющие угли ты можешь их затоптать, залить водой, а можешь подкинуть охапку хвороста, чтобы оживить огонь. Просто до этого человечество хлопало себя по карманам, ища спички, а мы подкинули им горящих головёшек. Так что не так уж и сильно мы виноваты. В этом лесном пожаре. Над столом повисла неловкая пауза. Я сидела, сжавшись на стуле, и пыталась придумать способ остановки войны. Не может быть, чтобы инферналы, которые контролируют половину астрала (вторую половину контролируют ириалы) оказались настолько беспомощными и бесполезными.       Внезапно меня охватило пламя. Я сразу не поняла, что происходит. Вскочив с места, почувствовав жгучую боль и отметив пляшущие языки я попыталась погасить его. Иинаро остановила меня, схватив за плечи и встряхнув. Я смотрела на наставницу широко раскрытыми от боли и страха глазами. Глядя в них Иинаро сказала:       - Твой контрактник! Пламя, это знак угрозы! Спеши к нему! Даже если он уже умер, тебе нужно успеть перехватить его раньше дикой нечисти. Иначе может случиться так, что вместо раба, ты получишь беса с ограниченными способностями.       Угроза? Умер? Я поняла, что слишком долго игнорировала то, что находится в мире яви. Едва наставница отпустила меня, я взвилась в воздух и устремилась к Вениамину. Как я летела… В астрале нет воздуха и он не гудит в ушах при падении или в полёте, но мне удалось достичь того порога скорости, когда эфир астрала начал искрить. Так что кроме пламени угрозы меня окружило облако искр. Представляю как я выглядела во всём этом плазменном «великолепии» вкупе с безумным взглядом. Я рвалась через пространство и ткань между мирами, чтобы успеть подправить судьбу контрактника, отвести в очередной раз зловещие ножницы.       Поскольку я теперь летела не тайными тропами, а напрямую через астрал, я заметила насколько же сильно он изменился. Сияющих «окошек» живых душ стало намного меньше. Многие громады городов, похожие на горные кряжи, сильно просели. Везде виднелись толпы так называемых «гоблинов», духов местности, подвергшихся воздействию разрушающих сил. Длинные потоки бледных теней, душ умерших, бредущих в Свет. Чёрно-алые лучи ненависти и ярости смешивались с желтоватым туманом боли. Кучи диких бесов пирующих на зловонных кучах страданий и потерь. И ириалы, бессмысленно пытающихся отстоять места культов, судя по состоянию душ монастырей, храмов и часовен – безуспешно. Мир был погружён в отчаянье и страх, как же я могла этого всего не замечать?       Наконец я обнаружила Вениамина. Он был жив и шёл домой с работы. Время вечернее, солнце уже зашло за горизонт. Живой! Но почему я всё ещё в огне? Я проверила нити судьбы и ужаснулась. «Ножницы» находились так близко, что я уже ничего не успевала сделать.       - Не-е-е-ет!       Я опоздала. Неподалёку грохнул взрыв и осколок от снаряда пробил висок мужчине. Я потом узнала, что ракеты регулярно прилетали в город, но обычно после заката обстрелы прекращались. На этот раз что-то пошло не так. Словно парализованная я могла только наблюдать, как тёмный кусок смерти несётся прямо к пульсирующей под смертной оболочкой душе человека, которого я искренне любила. Когда я подлетела ближе, то только и успела, что перехватить на руки именно душу мужчины. Его тело прошло через мои руки и рухнуло на землю, там, в мире яви. Именно в этот момент огонь погас, а в груди что-то кольнуло ледяной стрелой.       - Ох, вот это грохот. – Вениамин помотал головой и попытался встать, вернее вырваться из моих объятий. – Надо же, уже ночью стреляют, сволочи. Чтоб им в аду гореть. Девушка, отпустите меня пожалуйста, я тяжёлый, да и вам наверное неудобно.       - Ты уже не такой уж и тяжёлый. – Я выпустила мужчину и отошла на один шаг назад. – Прости, не успела.       - Вы о чём? – Вениамин заозирался вокруг, на его лице проявилось сильное удивление. Он некоторое время рассматривал меня, сначала. А потом его взор упал ниже… - Что это с тем человеком? Ранило взрывом? Надо вызвать скорую. Женщина, ну что вы стоите? Девушка… девушка? – Только сейчас он обратил внимание на мои рога и крылья. – А это у вас костюм? Сегодня хеллоуин? Не время для праздников. – Перехватив мой потерянный взгляд и ещё раз глянув на тело упавшее лицом вниз, Вениамин недоверчиво помотал головой. – Надо же мужчина так похож на меня. И куртка такая же и залысина. Но я же… А вы тогда, получается, Аргалии? Та, суккуба с которой у меня контракт? Но вы же сказали, что минимум на десять лет.       - Сказала. – Я досадливо цыкнула. – Сказала. Ты не заметил насколько ты стал удачлив?       - Заметил. Я даже думал, что переживу эту войну.       - Ну вот ты её не пережил.       - Но ты обещала.       - Во-первых, я не обещала. В контракте это не прописано. – Я с жалостью посмотрела на мужчину. От моей правой руки к его шее уже тянулась едва видимая тоненькая струйка серого дыма. – Я любила тебя. Нет. Я до сих пор люблю тебя и потому старалась, изо всех сил старалась сохранить твою жизнь. Но я не могла постоянно быть при тебе. Мне нужен был совет наставницы и я отлучилась буквально на пару часов. Я не знала, что идёт война. Как-то даже в голову не приходило. Только всё удивлялась, почему нити твоей жизни так и норовят порваться. Когда я узнала, что ты в опасности, то понеслась к тебе на крыльях ветра. Но не успела. Ты у меня первый вечный контрактник. У меня ещё не хватает опыта.       - Я понимаю. – Мужчина попытался разогнать струйку дыма, ставшую гуще и плотнее, но на не развеялась. – И что теперь? Куда мне? В ад?       - Не совсем. Хотя это совсем рядом. Ко мне домой. Во дворец… - Я немного замялась. Официально мой дворец всё ещё назывался «дворцом Аргалии», хотя броское название я ему давно уже придумала. – Во дворец Алой страсти. Ты ведь теперь мой раб. По контракту. В это время дым окончательно превратился в цепочку, одним концом лежавшую в моей руке, вторым крепившуюся к, внезапно материализовавшемуся на шее мужчины, ошейнику.       - Раб? – Вениамин растерянно посмотрел на своё лежащее на асфальте тело. – Не думал, что умру вот так. А ведь у меня через неделю день рождения должен быть. Но, видимо, уже не будет.       - Пошли уже. – Я слегка дёрнула цепочку. – Не могу стоять и смотреть на твоё тело. Оно было таким горячим. Души, к сожалению, намного прохладнее. И сильно не переживай о своей посмертной судьбе. На плантациях горбатиться не придётся.       Я чувствовала себя очень странно. Только что я едва не разрывалась от горя и вдруг почувствовала какой-то странный покой. Даже не знаю почему. Казалось, что я сделала какое-то доброе дело, например, подобрала на улице котёнка и взяла его домой. В пекло я летела с мужчиной на руках. Души смертных весят очень немного. Если бы он находился у меня на руках, пока я была в смертном теле, я бы вообще не почувствовала бы его веса. А так он весил как ребёнок. По ощущениям не больше десяти килограмм. Так что я долетела до дома без особых усилий. Всю дорогу мы оба молчали. Я решила дать время мужчине привыкнуть к тому, что он уже не совсем живой, а самому Вениамину и сказать было нечего. Дворец изменился. Оно и понятно, после того как контрактник попадает в рабство после смерти своего тела, дворец немного увеличивается. Теперь он был каменным с красной черепичной крышей. Вдоль круглого здания шла галерея, а с двух сторон вверх рвались две башни. Что ж уже похоже на достойное жилище для суккубы. Веня смотрел на дворец скептически.       - Это и есть твой дворец?       - Внутри он больше, чем кажется. – Буркнула я, и прошла ко входу, держа мужчину на цепочке. – А тебе надо будет мыть там полы, протирать пыль и бежать ко мне по первому требованию. Сам понимаешь, что в твоих интересах, чтобы он был поменьше.       Внутри, посреди залы снова обнаружились коробки. Пара с последнего разового контракта и четыре серебряных, от корпорации. Одна выглядела особенно массивно. Но я кинулась не к ним. А прошла по дворцу, якобы проводя экскурсию для своего раба… простите, но я в дальнейшем буду называть его мужем. Мне проще чувствовать себя хозяйкой гарема, а не рабовладелицей. Итак, я проводила экскурсию для Вениамина, а заодно сама смотрела, что у меня появилось.       - Веня, о том, что произошло поговорим потом. Когда будет не так уж сильно болеть. Время ещё будет. А пока познакомься с моим дворцом. Это центральная зала. Она же зал для оргий. Нет, кровать здесь не поэтому стоит. У меня тут стоит вся мебель, потому что я жила одна. А теперь, конечно, всё это надо будет разнести по комнатам.       - Я эту кровать и этот шкаф не передвину. Они даже с виду тяжеленные.       - Ну куда ты их собрался двигать? Тут двери не такие уж и большие. Их надо будет разобрать и собрать в другой комнате. Так, здесь у нас выход на галерею. Она идёт вокруг всего дворца, кажется.       - А чего же так не уверенно? – Мне показалось или Веня смеётся, видя, что для меня планировка дворца – секрет?       - Ты не смейся! Я тут почти не бываю. Видел почту, что скопилась в зале? Ну коробки. Видишь, не разобраны. Потому что я то у тебя, судьбу тебе выправляю. То у наставницы, набираюсь опыта и знаний. Оценил бы лучше мою заботу о себе. Так. А теперь поднимемся на башню.       В каждой из башен было три комнаты, по одной на каждом этаже. А под крышами со шпилями находились обзорные площадки. Хотя правильнее их было назвать дозорными, наверное.       - Как прекрасно наше пекло с высоты мышиного полёта. – Пейзаж каменного леса и лавопада мне показались очень романтичным. Жаль соседей ещё не было, а потому было скучновато. Ну ничего, лиха беда – начало.       - И мне здесь придётся проторчать целую вечность? – Мужчина поморщился. – Не люблю я чёрный и красный цвета. Мне больше нравится сочетания зелёного и голубого.       - Не волнуйся. Чаще всего ты будешь видеть телесный цвет. – Усмехнулась я, направляясь к лестнице. – Пойдём, надо обсудить ещё один важный вопрос.       Разобрав коробки я обнаружила там небольшую статуэтку, собственный бюст в натуральную величину, и открытку, где меня поздравляли с первым рабом. Было бы с чем поздравлять. Ещё были шезлонг, пара лёгких складных стульев и столик для пикников. Такой можно поставить на веранде, когда она у меня появится, и пить с подружками чай. От корпорации в основном были сувениры, вроде картины два на три метра. На ней суккуба с семью рогами тянулась к обнажённому юноше, прикрытому простынкой. Тот с тревогой смотрел на инферналку, цепляясь одной рукой за простынку, второй опираясь о землю в позе полулёжа. Над парочкой склонились ветви растущего рядом дерева, а на заднем плане поднимались белые стены какого-то замка. И даже был виден участок голубого неба. Так что Вениамин мог любоваться сочетанием голубого и зелёного в промежутках между работой.       Когда коробки были разобраны, мы сели на раскладные стулья у собранного чайного столика, я заварила чай и даже сама сервировала стол. Конечно еда тут только для удовольствия и различных эротических игр, ибо на хрена вам еда, если вы обычная мёртвая душа или даже инфернал. Что-то есть иногда надо, но пока ни я, ни Вениамин в еде не нуждались. После ритуального глотка чая я начала беседу.       - Веня, ты теперь мёртв. Но смерть ни есть конец, это всего лишь пересадочная станция. Так что привыкай к тому, что ты теперь будешь жить, но жить в несколько ином состоянии.       - Я согласен. А ошейник снять можно?       - Потом. И вообще, пойми это всего лишь символ. Обживёшься немного у меня и я его сниму. – Я не стала объяснять, что понятия не имею как снять ошейник с его шеи. Ремешка или замка там не было. – Ошейник, пока, это защита тебя от похищения. У нас тут много любителей свеже-умерших душ. Я сейчас о другом. Дело в том, что ты не сможешь жить в пекле в таком виде. Эманации тьмы и выжигаемых грехов начнут тебя менять. В конечном итоге ты станешь бесом.       - Это такой маленький ублюдок с рогами, широким ртом и бешеным характером?       - Из твоего списка могу гарантированно тебе пообещать только рога. – Я поняла, что мужчина пытается острить. Видимо для того, чтобы чувствовать себя более живым. – Чтобы я могла их тебе обламывать периодически. Бесы, это просто низшие инферналы. Но когда они служат кому-нибудь сильному, например, суккубе, они могут иметь большие размеры и силу. В зависимости от того, что мне понадобится. Дело в том, что ты всё-равно начнёшь меняться. Но в самом начале я могу тебе помочь.       - Правда? А что, изменения это так опасно?       - Скорее уж хаотично. А я могу сделать так, что ты примешь ту форму, которая тебе понравится больше всего. Я вот знавала одного беса, так он был похож на забавного поросёнка с руками и большими яйцами.       - И что я могу выбрать любую форму?       - Абсолютно. В пределах разумного, естественно. Помесь скорпиона и слона мне тут не нужна.       - А форму тентаклей я могу принять?       - Конечно. – Я на самом деле не знала можно ли изменить человеческую душу настолько. Но уже не хотела ронять свой авторитет в глазах мужа.       - Гигантского осьминога?       - Легко.       - Кучу длиннющих тентаклей соединённых единым разумом? И чтобы щупальца были разными для разных игрищ с твоим… вашим телом.       - Тебе лишь бы поиграть с телом. Привыкай к тому, что это я буду играть с твоим щупальцевым телом. Ладно, будут тебе щупальца. К тому же, что и мне они нравились.       - Аргалии…       - Госпожа Аргалии!       - Конечно. Госпожа Аргалии, я ещё хотел спросить одну вещь. А вы не собираетесь отыграться на мне за то, что я вас в снах иногда убивал и даже съедал?       - Собираюсь. Хотя знаешь, есть и убивать я тебя не стану. Я собираюсь тебя карать анально.       - Ух, тогда мне нужно срочно превратиться в щупальца, чтобы нельзя было покарать анально.       - Эх, молодо зелено. Запомни, в одной из щупалец я оставлю попную дырку. Чтобы всегда иметь возможность покарать тебя анально.