Автобиография суккубы

      Монастырь грохотал, трещал, выл, распространяя смесь ароматов канализации и ладана. Перепуганные послушницы большей частью бросились прочь, в поле к дороге, не надеясь уже на прочность монастырских стен. Внутри остались только старые фанатичные монахини во главе с настоятельницей. Внутри, где буйствовали проснувшиеся силы ада. Говорят, что монастырь вырос на месте древнего языческого капища и казалось, что древние боги решили вернуть себе утраченное. Но не древние боги сходились в битве с ангельским воинством, а всего лишь четыре могущественнейшие суккубы при поддержки своих мужчин и питомцев взламывали эту цитадель благочестия за честь родной корпорации. Хулиганская выходка вылилась в полномасштабную бойню. Если бы сражались не ангелы с бесами, а люди, то по светлому воинству уже пролетел бы приказ: «Пленных не брать!» Хотя изначально хотели взять. Взять за мягкие места и допросить с пристрастием, а потом поставить кое-кого на место.       У кабинета Строгой Екатерины, где хранилось самое сердце (вернее лимбическая часть сознания) духа монастыря разворачивались драматические события. В мире яви по коридорам текли зловонные ручьи нечистот, а штукатурка в самом кабинете промокла и полезла трещинами, вскрывая начертанные на стене священные знаки. В воздухе, сквозь непереносимую завесу канализационного амбре пробивалась струя мёда, ладана и озона. Атмосфера была так напряжена, что пространство то и дело разрезали короткие трещащие разряды. В мире астрала же разгоралась жаркая схватка. Чудовищное существо, напоминавшее смесь дракона и кита-убийцы, поливало стену жёлтой струёй, намереваясь пробить защиту. На него надвигалась антропоморфная фигура сияющая непереносимым светом, намереваясь помешать существу закончить свою разрушительную миссию.       Афсиихап без устали выпускала одну струю чёрного пламени за другой из своих вил, но свет незнакомки только немного затухал в момент удара. В ответ то и дело отлетали шары света, похожие на шаровые молнии, от которых приходилось уклоняться. Глосангаасвич кинула под ноги супостатки несколько склянок со снотворным, надеясь, что испарения зелья если не усыпят, то сильно угнетут её. Но свет сжигал чёрное колдовство ещё до того, как зловредные капельки поднимутся в воздух. Исиаафиюли предприняла несколько атак с кинжалом, но получила только несколько ожогов и лишь слегка смогла приостановить угрозу. Последним её козырем была заначка во влагалище. Но она, подобно Наполеону при Бородино не решалась вводить в бой последний резерв вдали от пекла.       Однако вскоре раздался чудовищный шум в тылу. Броун, который заставлял сгусток света всё-таки уклоняться от его ядовитых плевков, сначала заворочался от того, что в его спину полетели боевые молнии подоспевших ангелов, а затем вынужден был развернуться, чтобы отразить атаку серафима. Такую атаку колючий панцирь беса уже не выдерживал. Плюнув на всё Ичиаафиюли всё-таки извлекла из своей «запазухи» гранату, похожую на Ф-1. Вырвав кольцо она кинула её в стену кабинета с криком:       - Да е@ись оно всё слоном!       Казалось бы, не лучше ли кинуть данное оружие под ноги ангелам, чтобы пробить пути отступления? Но Ичиаафиюли не была бы самой собой, если бы не решила прорываться в самое сердце врага, не просто в «пасть дракона», а в самый «желудок». Суккубы едва успели пригнуться, когда грянул гром… то есть взрыв. В мире яви штукатурка и иконы от стены отлетели как шрапнель, оставляя голый кирпич. В астрале стена, подпорченная Россетрахом, рухнула и небольшой отряд ворвался в святая святых. Вокруг было столько икон, талисманов, знаков веры и прочих источников небесного света, что все почти сразу почувствовали жжение.       Граната была начинена знаменитым демонитом. Самим созданиям пекла он не причинил особого вреда, разве что слегка оглушил. А вот ангелов отбросило назад. Серафим устоял, но на несколько секунд его свет ослаб и он вынужден был отступить, сопровождаемый мощным хуком от Броуна, который, казалось, вообще не почувствовал взрыва. Святая тоже отступила, потеряв часть света. Даже на миг можно было увидеть женское лицо искажённое недоумением и гневом (праведным конечно же, ага). Однако чёрный дым мгновенно растаял, среди такого количества знаков веры. С одной стороны, суккубы теперь могли добавить к своему сопротивлению питомца Ичиаафиюли, с другой стороны они оказались в тупике. Афсиихап даже высказала ей всё, что думала по этому поводу:       - Ичиа, ты лучше бы пути отступления нам расчистила? Вот что теперь делать будем?       - Начнём совращать монастырь. – Усмехнулась «жизнерадостная моль». – Я сейчас и начну. Девчата, вы часика два-три только продержитесь.       - Оставь это на Глосангу, а сама становись в линию! А то из неё боец никакой.       Суккуба перехватила вилы, грозно посматривая на подруг, но вскоре была вынуждена признать, что поторопилась с выводами насчёт их «спящей» подруги. Сонные зелья, не действующие на святое безобразие оказались эффективны против ангелов. А вскоре заснули не только они. Сразу несколько голосов, поддерживающих ириалов молитвами, смолкли. Часть зелий пролетели через астрал и разбились в кельях монахинь, показав свою эффективность и против смертных душ.       Однако всё ангельское воинство, кто ещё оставался на ногах, в том числе и серафим, отступили в сторону. В пролом стены вошла святая. Она собралась зажать инферналов в комнате и собой буквально пригвоздить их к горящим иконам и знакам. Её уже не могли сдержать ни огонь из вил, ни белые плевки и жёлтая струя членолётика, ни даже сила и яд Броуна. Видимо ириалы решили пойти ва-банк, да и силы жительниц пекла были уже на исходе. Тяжёлые ожоги на коже суккуб и бесов дымились, становясь всё глубже, шире и уродливее. Адские боли мешали толком размышлять и принимать решения и только закалка «багровых сестёр» и гонор удерживали инферналов от того, чтобы закричать.       Когда казалось, что исход уже предрешён раздался сильнейший шум, а сама святая дёрнулась, словно от удара током. Через тылы ириалов прорывалось три боевых беса. Чёрное пламя, заряды тёмного льда и отборный многоэтажный мат, прокладывали дорогу к окружённым. А позади ударного клина летела Аргалии, едва не переполненная силой, держа перед собой зеркало. Свет ириалов, отражаясь от зеркала, пробивал в ауре монастыря дыры, ослаблял молнии и глушил ангельский свет. Ириалы начали отступать, они оглядывались назад и стало понятно, что они ждут на помощь второй свой «танк». Заметив это, суккуба расхохоталась:       - А-ха-ха-ха! Ждёте напарницу, этой мрази? Она лежит в подвале, осквернённая мочой, потом и смазкой. Причём своим потом, своей мочой и своей смазкой! Обкончавшаяся как последняя шалава! Радуйтесь, ириалы! Теперь у вас есть своя шалава! Святая шалава! А-ха-ха! Только вот её сила уже не жгёт нас, а греет!       Ириалы попятились. В монастыре всё меньше слышалось молитв, часть когорты спала мёртвым сном, а одна из сильнейших воительниц выведена из строя. Да и инферналы от души (которой у них вроде нет, но всё-таки) покуражились над противником. В последнем резком движении Аргалии преодолела расстояние до святой и направила несколько заклятий в неё. Зеркало обратило свет врагини в серебристое свечение луны и защита супостатки рухнула. Пока ириалы пребывали в замешательстве суккуба соединилась со своими «однополчанками» и начала командовать:       - Глоса, зельем её! Ещё осталось?       - Последняя. – Соня бросила свой снаряд. На этот раз сонное зелье сработало безотказно.       - Ичиа, она твоя! Это простая смертная. Ну может не такая уж и простая, но она смертная. Потом объясню, а пока заставь кончить эту сучку. Глоса, совращай дух монастыря, а я, Афси и мальчики, прикроем. - Аргалии развернулась к остаткам небесной когорты. - Ну что, ириалы, кто ещё хочет суккубьего тела?       - Арга, молодец, что спасла нас, но не вызовут ли ириалы на подмогу ещё пару когорт или даже легионов? – Забеспокоилась краснокожая подруга.       - Вызовут. – Суккуба облизнулась уже прикидывая кем бы из ириалов закусить. - Поэтому мне нужна будет парочка пленных. Броун, подбери вон тех, спящих. Мне нужно будет ещё немного энергии.       - Что ты задумала?       - Увидишь. Хочу устроить вечернее шоу, но если понадобится – выступлю раньше. И извините, что припозднилась, по пути пришлось остановиться, чтобы перекусить.       - А что мой камушек? – Афсиихап покосилась на кристалл силы на груди подруги.       - Ещё пригодится. – Усмехнулась Аргалии. – Но пока придержим его за пазухой.       Ириалы решили перейти к переговорам, видимо поняли, что ситуация явно вышла из под контроля. Вперёд вышел серафим с протянутыми вперёд руками, показывая, что он безоружен.       - Давайте прекратим эту битву! – Начал ириал. - Я вижу, что пекло прислало «багровых сестёр». А значит в деле замешена «Буккускорпоратион».       - Просёк, сука. – Прошипела Афсиихап, но выкрикнула другое. – Какие корапченые буки? Не слышали о таких! И я не багровая, а алая! Мы вольные суккубы! Мы относимся к порнористической группировке «Трахибан»! И требуем освобождения наших сестёр из райского плена! – Суккубы действовали по старой схеме: если поймают, отрицать всё!       - Можете говорить, что угодно, но я узнал одну из ваших подруг. В смертном теле её звали Людмила. Или просто Люська!       - Так Люська, это Людмила? – Аргалии недоуменно приподняла бровь, обращаясь к самой себе. – Кто бы мог знать? – И уже громче спросила. – А ты кто такой, чтобы опознавать суккуб по их смертному прошлому?       - Я никогда не забуду как она пыталась меня изнасиловать! – Серафим вздрогнул, видимо воспоминания так и не покрылись пеленой забвения. – И не пытайтесь отрицать это! Она была за это арестована и трое суток провела в КэПэЗэ!       А вот это был уже нежданчик. То, что смертный смог стать ириалом не удивляло. В конце-концов они пополняют свои ряды почти как суккубы, только выбирают людей «почище». И учат, соответственно, другому. То, что парень смог стать серафимом и сохранил при этом память удивительно, но в мире много чего удивительного есть. Если всему удивляться, то и сойти с ума недолго. Но сама ситуация была скверной. И даже если серафим узнал её, то как он смог опознать в них «багровых сестёр»?       - Ты же говорила, что Люська провела в ментовке пару часов и менты просто поржали. – Шёпотом уточнила Афсиихап у Аргалии.       - Брешет, пернатый червяк. – Также ответила ей подруга, после чего снова обратилась к серафиму. – Не-е-ет! Это не наша Люська! Наша бы изнасиловала бы и тебя, и всё отделение милиции да не по одному разу!       - Пусть так. Но вам не отвертеться, что вы именно «багровые сёстры»! А такие имеются только в корпорации пекла «Буккускорпоратион»! Предлагаю вам сдаться. Оставьте Екатерину в покое и сложите оружие. Мы обещаем вам жизнь и соблюдение прав военнопленных. Даже разрешим вам совокупляться с вашими рабами. И вернём домой после того как утрясём все бюрократические формальности. Посмотрите здраво на вещи! Сюда уже несётся усиленная когорта, а ваши силы явно истощены. Вам не устоять.       - А теперь послушай меня ты, петух переросток! – Аргалии встала перед серафимом на расстоянии недостаточным для броска, но достаточным, чтобы не пришлось кричать, дабы быть услышанной. – Отвечаю по пунктам. Мы не знаем никаких багровых сестёр, мы не знаем никакой корпорации. Сдаваться мы не собираемся, ваша Катька, или как её там на самом деле зовут, пока не кончит никуда отпущена не будет. Не смейте называть наших мужей рабами, наша «Люська» не ваша «Люська», а вся ваша когорта, когда явится сюда, будет утоплена в сквирте и сперме! И если вы сдадитесь нам, я обещаю, что мы не будем вас сильно насиловать и отпустим домой, почти не испачкав ваши ауры похотью. Мы, воины лунного света, представители радикальной группировки «Трахибан»! Нам стало известно, что в плену ириалов томятся настоящие шалавы, наши сёстры – Люсинда и Ксения, несправедливо обвинённые в том, что они святые. Мы требуем выдать нам сестёр и сложить оружие. Пока наши условия не будут выполнены мы будем развращать этот монастырь!       - Боюсь тогда придётся считать, что наши переговоры провалились. – Серафим покачал головой. – Вечером от вас останется только кучка мелких бесов.       После этих слов он скрылся за поворотом коридора. Афсиихап вопросительно посмотрела на вернувшуюся Аргалии. Та, поигрывая зеркалом, сказала:       - Не будут они ждать вечера. К вечеру мы и монастырь совратим и Екатерину.       - Так это не святая? Это и есть Строгая Екатерина? – Афсиихап кивнула головой на душу спящего существа в ауре которой билось алое пламя совращающей её суккубы.       - Екатерина вторая. Первая лежит в подвале. Или уже пришла в себя. – На удивлённый взгляд подруги она пояснила. – Они обе в мире яви выглядят одинаково, структуры их душ тоже. Либо это фантастически похожие близнецы, либо клоны.       - То что их две, это уже более чем странно. – Заметила Афсиихап. – Но когда Екатерина получила силы святой, да ещё такого уровня?       - Надо взять того серафима. Он явно знает больше чем нужно.       Внезапно из коридора послышался какой-то шум. Аргалии тут же собралась.       - Ага. Пришли в движение, я же сказала, что вечера они ждать не будут. Приготовиться к обороне. Не подпускайте их к Глосе. И подготовьте парочку ангелов, мне потребуется много энергии, да и Афси тоже.

***

      Знакомство с новым контрактником, это маленькая история. Так что стоит рассказать подробнее разобрать как я познакомилась с Франсуа и кто он вообще такой. Прежде чем взять контракт следовало бы сначала посмотреть, а что за человек собирается тебя призвать. Но обстановка в мире удручала. Количество мужчин резко снизилось. Война первым делом уносит именно их. А тем кто остался было резко не до секса. Уровень агрессии вырос, уровень либидо упал. В основном нас призывали женщины, чтобы пережить трудные времена и получить хоть немного тепла и ласки. Ведь мы являлись в их сны под видом их мужей и любовников. И поэтому очередной вечный контракт от мужчины я схватила не задумываясь.       Тут пришлось решать две задачки. Во-первых, мне бы следовало быть при мужчине постоянно. Война дело такое, что всякое может случиться. Как показал случай с Веней вообще всякое. То есть совсем всякое. Так что мне, возможно, придётся быть с ним 24 на 7 вытаскивая его из под зловещих «ножниц». Но есть и второй момент. У меня же есть Веня. И он будет скучать. Жалко его. К счастью выход мне подсказала Иинаро. Во-первых, она обязует своих новых воспитанниц по очереди ходить ко мне, чтобы приласкать его. А во-вторых, есть ритуал, позволяющий такому мужу на время занимать разум контрактника. Проще говоря я могу его вызвать к себе на короткое время и во сне с ним помиловаться. А мужчина только возбудится и запомнит некий неясный сон о суккубе, которую сношает тентакль. Кстати отличный способ подготовить его к следующему сну, где я уже отдамся его фантазии.       Ожидая вызова я затискала Веню. Может сразу и не скажешь, но я обожала своего первого мужа. Мне нравилось нежиться в его щупальцах. Когда я отправлялась на разовые контракты, то сильно по нему скучала. И дело не только в сексе. Веня всегда готов был мне помочь, сделать массаж, переставить мебель, налить чаю и так далее. Мне нравилось просто лежать с ним в обнимочку и смотреть какой-нибудь фильм. Если фильм был порнографический, то наши посиделки заканчивались бурным соитием. Что не мешало нам повторить ещё разок после небольшого перерыва. И вот теперь я оставляю его на продолжительное время одного, присматривать за хозяйством, пока либо Франсуа разделит судьбу Вени, либо в мире станет поспокойней.       Когда я явилась на призыв, то обнаружила себя в туалете казармы. Это было неожиданно. Какой-то военный, воровато оглядываясь, завершил ритуал, а затем зачистил место будто опасался индейских следопытов. Хотя скорее всего он опасался начальства. Честно говоря, заметив место, куда я попала, я приуныла. Чёртовы «ножницы» скоро будут мне сниться в кошмарах. С другой стороны я уже прокачала скил управления судьбой, как знать, может в этот раз всё произойдёт не так трагично. Когда мужчина лёг спать по звуку отбоя, я смогла проникнуть в его разум тут же. Просто удивительно, что он уснул едва его голова коснулась подушки. Видимо их тут гоняют так, что они едва ли не падают к моменту отбоя. Это не очень хорошо. Такие люди редко видят сны. Я не стала торопить сон этого контрактника, успеется. А пока следовало исследовать то, что мне досталось и с чем придётся ближайшее время работать.       Человек выглядел заурядно. Но вот его воспоминания, окрашенные всевозможными эмоциями, создали интересную картину. Это был обычный человек, призванный в армию как только началась война. Войну он ненавидел всей своей душой и мечтал уничтожить врага, ведь это из-за него началась война. Из-за такого же простого работяги по ту сторону линии огня, а вовсе не из-за собственных толстосумов, которые скоро лопнут от денег, но тем не менее гребут их и гребут, желая, стать ещё богаче, чем есть. Да, пропаганда сильно на него подействовала. Я сняла несколько сетей, похожих на паучьи, чтобы слегка прояснить взор мужчины и поубавить его ненависть. Надо уже снижать уровень агрессии и усталости. А то солдаты восстанут против своих же командиров, как порой бывало и бывает. Мужчину звали Франсуа. Это куда же меня забросило? Впрочем у суккубы никогда не бывает языкового барьера, на всех известных языках как птицы щебечем и соблазняем. Франсуа был офицером, лейтенантом. Он давно не получал известия от родных и даже не знал живы они или уже нет. А ещё он очень любил лошадей. Даже состоял одно время в конном клубе, заботился о копытных и мечтал им потихоньку присунуть, но пока не решился, ограничиваясь мастурбацией в стойлах, пока никто не видит, кроме коней и лошадей, но к этому он относился спокойно. Кажется я знаю, что у него будет за фантазия. Когда началась, наконец, фаза быстрого сна я смогла проверить свою догадку. Лишь бы сигнал тревоги сейчас всё не испортил.       Я оказалась на поле в образе лошади. Вот так сюрприз! Ладно. Но как мне заставить мужчину подписать контракт? Пришлось вмешаться в сон. Я просто изменила форму. Все фетиши мужчины находились в задней части животного, а передняя оставалась полностью в моей власти, так что я приняла образ кентаврицы. Надеюсь такой облик его удовлетворит? Франсуа вышел на поле из густого тумана, который стелился по земле, открывая только небольшой пятачок земли вокруг меня. Он был одет в военную форму, слегка поношенную, но всё ещё крепкую и ладную. А он хорош. Война войной, а военные не вызывают у меня негатива. Всегда подтянутые, всегда печатают шаг. Такому отдаться, одно удовольствие. Жаль, что сейчас все военные бреются начисто, чтобы противогаз плотно прилегал к лицу. Франсуа бы пошли роскошные усы. Вскочил бы на меня и был бы вылитый Будённый. Я подошла к нему и протянула ему контракт, сопроводив его вежливой, но уставной улыбкой. Не спрашивайте, что это значит, это из разума мужчины выскочило такое определение, стоило мне только улыбнуться. Некоторые его мысли я могла слышать.       - Приветствую славного воина. Суккубу вызывали?       - Эм… да. – Франсуа потёр подбородок глядя на меня. – Но я не думал, что есть и такие.       - Мы же можем воплотить любую фантазию, любой фетиш, а для этого мы все такие разные.       - Честно говоря я не верил, что вы существуете. И это что, сон?       - Какая разница. Подпишите контракт и можете седлать меня и скакать куда душа пожелает.       Я хлопнула себя по крупу. Моё лошадиное тело было не таким длинным и высоким, как у настоящих животных. Зато мужчине будет удобнее охаживать меня со стороны хвоста. Франсуа задумчиво взял у меня контракт, рассеянно перелистнул его и наконец достал из воздуха ручку.       - На весу не удобно, а есть столик или…       Я развернулась к нему крупом, приложив сверху планшет. Мужчина удовлетворённо кивнул и на моём заду, как на столе, уложил планшет и наконец подписал контракт. Делал он это не спеша и немного скучающе, но я чувствовала его возбуждение. Как только подпись была поставлена Франсуа тут же остался без одежды и, маслянно улыбаясь, погладил мои лепестки:       - Я слышал, что лошади не испытывают удовольствие от спаривания. Надеюсь с кентаврами это не так? Мне хочется быть хорошим жеребцом для такой кобылки.       Контракт упал на землю, но это было уже не важно. Теперь им хоть задницу вытирай, силу свою он от этого не потеряет. Я задрала хвост и оглянулась на мужчину через плечо.       - А я слышала, что у коней секс длится десять минут, но из них семь уходит на эякуляцию. Надеюсь, что с тобой это не так? Мне не хочется скучать ничего не делая, хотя я не против большого количества семени.       После подписания контракта в моей груди разгорелось тёплое чувство, которое очень быстро опустилось в область паха. Когда это произошло с Вениамином я этого не заметила, поскольку одновременно пережила избавление от тела. Теперь же могла оценить все прелести того как влюбляются суккубы. Иинаро рассказывала мне, что иногда мужчина может понравиться суккубе и без контракта. Так она получила Пигвина. Возможно и я однажды похищу мужчину, который мне понравится без контракта, и буду медленно склонять его на «тёмную сторону», просто, чтобы остаться с ним навсегда. Однако я была счастлива, что мужчина, с которым я проживу долгую жизнь, будет вызывать у меня нежные чувства.       А мужчина, тем временем не терял времени. Он гладил меня между ног, разминая вход и проверяя наличие жидкости и одновременно поглаживал свой ствол, который на глазах превращался из обычного человеческого в конский. Ох, вот это проказник! Мой хвост тут же обхватил его орудие и стал потирать его, помогая быстрее подняться.       - Ну что, воин, посадишь уже своего дружка в моё седло?       - Раз уж ты так просишь… - Мужчина слегка пощекотал головкой мою текущую щёлочку, а затем надавил и медленно ввёл внутрь. Одним длинным движением. Я чуть не задохнулась от удовольствия. Правда моим органам пришлось срочно менять место и растягиваться, но я справилась с этим и приняла мужчину целиком.       - О-о-о-о-о-о!!! Да-а-а-а-а!!! Взнуздай меня-а-а-а-а!       Франсуа не ответил, он только шлёпнул меня по крупу и сделал пару фрикций, после чего в моём рту появились удила, а на лицо легло несколько ремней, в том числе и шоры. Мужчина рассмеялся и шлёпнул меня по крупу уже вожжами. Я взбрыкнула и ему это понравилось. Так что вскоре он нещадно стегал меня, чтобы я была поактивнее. И не смотря на это мне было очень приятно. Правда вскоре ему уже стало всё-равно, что я чувствую. Он больше сосредоточился на своих ощущениях. Понятное дело, что я получила управление своими ощущениями и выбрала сторону наслаждения.       Я ещё не успела достичь своего пика, а шлепки по крупу уже прекратились. Франсуа увеличил темп, но при этом снизил амплитуду. Меня это вполне устраивало. Кроме того я уже не могла помахивать или вертеть своим задом, поскольку мужчина зажал меня как в тисках, так что я стала гладить и мять свою грудь, тоже сосредоточившись на своих ощущениях, но старалась «держать руку на пульсе», следя за тем, чтобы мужчина не терял возбуждения и удовольствия. Для меня же секс в таком состоянии уже давно стал более приятным, чем в обычном теле. Всё-таки живая душа для демоницы может дать больше, чем мёртвая. И даже больше, чем мужское тело может дать женскому. Под конец я даже заржала. Оргазм в таких снах двоякий. Один из них это наш, натуральный суккубий оргазм, а второй, этот тот, когда этого захочет мужчина (если он захочет). Оба довольно ярких, так что в этом плане мне тоже нравился вот такой секс в снах мужчины.       Однако секс одним кончанием не закончился. Я ощутила, что моё анальное колечко тоже намокает. Мужчина хочет, чтобы я потекла и там? Неужели его мечты намного развращёнее, чем я могла бы подумать? Оказалось, что да. Горячее полено пролезло мне в кишку, а на спину опустилась тяжесть горячей плоти. Я оглянулась и увидела, что Франсуа тоже превратился в кентавра. На мой взгляд он пояснил, опуская свои руки на мои перси:       - Так удобнее мять сиськи.       - А я думала, что ты зоофил. – Томно протянула я.       - Я тоже так думал. Но ты так красиво и развратно стонешь, что я понял, так стонать не может ни одна лошадь. И это не шуточно так заводит.       Мужчина снова начал двигаться, но теперь он хотел, чтобы «кобылка», то есть я, «обкончалась как последняя шлюшка». Я не знаю, как кончают последние шлюшки, но та волна экстаза которая меня накрыла едва не вынесла меня из сознания мужчины. Если бы не контракт, так бы, наверное и произошло. Осколки мыслей мужчины доносились до меня с его резкими толчками и все они были грязными, влажными и перчёными. Я едва могла двигаться и только содрогалась всем телом во время оргазмов. Мои передние ноги подогнулись и я рухнула вниз, а вот мужчина приободрился.       - О-о-о! Как же ты хороша. Что скачки утомили тебя? А-а-а-! Не волнуйся я скоро тебя тоже догоню-у-у-у! Какой же классный у тебя круп. Давно мечтал отыметь подобный.       - О-о-о-о! А-а-а-а-а! Я уже на пятый круг…. А-а-а-ах! иду-у-у-у! О-о-о-о!       Я не кривила душой, не пыталась поднять мужское самолюбие. Я действительно кончала уже пятый раз. Всё-таки желания мужчины – закон для суккубы. По крайней мере при жизни. Вторую порцию семени мужчина сливал уже на моё обессиленное тело, лежащее у его ног. На деле я получила большую дозу энергии, но фантазии мужчины требовали того, чтобы я обессилила от подобной «скачки».       - Ну, как себя чувствуешь? – Мужчина явно рисовался передо мной. В яви он не мог покрасоваться перед женщинами. Слишком рано попал в круговерть и опыт был в основном с проститутками за деньги. Конечно, как военный, он привлекал внимание девушек, но больше был привержен карьере, а когда началась война было уже не до этого.       - Великолепно! – Протянула я, валяясь перед ним. – Чувствую себя грязной шлюхой и мне это нравится. Жду повторения. Или ты сможешь предложить мне что-то другое.       - А я буду ждать предложений от тебя. – Усмехнулся Франсуа, принимая вид обычного человека. – Хотя у меня тут родилась одна идея, но боюсь с кентаврицей она не сработает.       - А с кем бы ты хотел?       - Слушай, я вот что хотел узнать. Ты же суккуб? А они вроде выглядят по-другому.       - Ну я же тут для того, чтобы воплощать твои фантазии.       - Хм, понятно. А можешь показать мне свой истинный облик?       - Могу. – Я поднялась на ноги. – Но так как мне придётся идти против твоих желаний, как только я покажусь тебе в своём настоящем облике, свидание закончится. Ты готов?       - Мда. Думаю на сегодня хватит.       - Хорошо. Тогда смотри и я сразу прощаюсь с тобой до следующего отбоя.       Через секунду я стояла перед мужчиной в своём истинном обличии. Дав ему полюбоваться собой пару мгновений я избавилась от потёков пота и спермы, а затем заставила проявиться на себе «рабочую форму». У каждой суккубы есть любимый стиль в одежде, в которой они предпочитают передвигаться по пеклу, между клиентами или от/к клиента/у. Был он и у меня. На шее я носила амулет который делал меня незаметнее для взглядов ириалов. Грудь прикрывало обюстье тёмно-фиолетового цвета, чьи чашечки были украшены парочкой крыльев летучих мышей, выполненных из бронзы. От них вниз шла пара ремешков, цепляющихся за стильные трусики в тон. Несмотря на их минимализм, они полностью скрывали мой «треугольник любви», промежность и часть попки. Длинные перчатки до середины плеча закрывали мои руки, а латексные чулки того же цвета покрывали мои ноги до середины бедра. Я старалась выбрать одежду в тон волосам, но потеменее.       - Нравлюсь? Или лошадью выглядела краше? – Я не спешно развернулась, позволяя мужчине увидеть себя полностью. Пусть знает, что берёт. Так сказать видит товар лицом.       - Ух ты. Даже лучше чем я представлял. – Франсуа выглядел заинтересованным. – Вот к этому надо было приделать конский круп! А что это на животе? Я подумал кружева.       Мужчина обратил внимание на мою татуировку над лобком. Но прочесть ему пока было не дано. Надпись была сделана на русском и на суккубьем языках, а переводить ему значение вот так сразу я не собиралась. Поэтому просто улыбнулась и растаяла в тумане. Не всё сразу, мой милый Франсуа. Не всё сразу. У нас впереди ещё много времени и много интересных экспериментов. Вени я поведала тайну этой надписи только на третий месяц нашего знакомства.       Пока мужчина досматривал последние сны я быстренько слетала домой, чтобы убедиться, что там всё в порядке. Веня был уже не один, но едва увидел меня тут же бросил суккубу которую тискал в своих объятиях и весь обмотался вокруг моего тела. Пришлось его приструнить. Впрочем юная суккуба не обиделась. Юное создание по имени Эхраасия лишь завистливо вздохнула. Я же вынуждена была вернуться к контрактнику, но перерд этим по быстрому приласкала тентакля.       Надеюсь он не будет сильно скучать. Конечно он выполнял необходимую работу по дворцу. Ту же уборку, истребление неистребимой пыли, мелкий ремонт, но мой дворец ещё не был большим, а сад я разбивать не спешила – успеется. Но я знала, что когда делать совсем нечего, даже сексом и массажем ублажать некого он постоянно придумывает новые формы щупалец, также ведёт страничку в «Всуккубе» и продолжает изобретать игры. Его даже взяли тестировщиком игр, исправителем багов и лагов. И он мог это делать одной половиной щупалец, второй ублажая меня. Я объяснила Эхраасии как следует относиться к нему. Если захочет тебя изнасиловать, лучше отдайся. Он тебя всё-равно изнасилует. Он и меня то слушается только в девяти случаях из десяти. С тяжёлым сердцем я вынуждена была уйти. Мне было сейчас несколько труднее. Ведь Франсуа мне нравился ещё до заключения контракта, а теперь я была в него влюблена. Я утешилась тем, что смогу в спокойные ночи призывать Веню и разминаться с ним перед тем, как начать игры с Франсуа.       Вернулась я в аккурат к сигналу тревоги. Ох, Франсуа, ну почему ты не ракетчик? Сидел бы где-нибудь в бункере, нажимал бы кнопки. Но ты служишь в мотопехотных частях. Я села в разуме мужчины, сама ощущая себя за рычагами бронемашины. Нити судьбы протянулись передо мной, как паутина чудовищного паука, а над ними зависла грозная тень в виде креста – печально знаменитые ножницы. Значит не учения. Хотя и на учениях солдаты, бывает, гибнут. Я сосредоточилась. Гибель контрактника совсем не входит в мои планы. Подумаешь ещё одна комната во дворце. Зачем она мне? Мне и в разуме мужчины хорошо. Управление судьбой очень сложная вещь, просто титаническая работа, но каков результат? Франсуа повёл подразделение в самое горнило бойни. Он так уверен в себе? Или ему одна встреча с суккубой стоила того, чтобы пожертвовать жизнью.       По рукам пробежал ток, а потом меня охватил огонь. Пришлось приложить усилия, чтобы продолжить работать с судьбой. Когда тебя охватывает огонь, то твоя аура превращается в гипсовый кокон, который мешает тебе действовать. Ох, это было близко! Но на этот раз мне удалось подстроить удачу. Франсуа споткнулся и упал на землю, над ним просвистел осколок снаряда. Пули начали сбиваться с полёта, у противника заклинивало оружие, ракеты сбивались с курса, глохли машины, ветер бросал в глаза противника горсти песка и пыли. Сам мужчина то и дело падал, перекатывался, его шатало, отбрасывало в сторону взрывной волной, иногда темнело в глазах и он откладывал очередной бросок пережидая в укрытии огневой шквал. Меня ещё дважды охватывал огонь. К концу боя, когда полк Франсуа прорвался через первую линию обороны противника, он получил ранение кисти и был отправлен в полевой госпиталь. Раненый, но живой. Остальное не важно. Ну, Франсуа, этой ночью я выдою тебя досуха!       Зачем он так рисковал? Что это было? Краш-тест для суккубы? Кстати, а если разом ранить всех военных, хотя бы на неделю война остановится? Госпитали, конечно, будут переполнены, но зато все останутся живы и люди хоть немного отдохнут. Жаль я не могу прямо сейчас спросить об этом мужчину. К сожалению мне пришлось сильно потратиться за это время, спасая бестолковку контрактника. Ладно, пара ночей и я смогу ему проедать плешь, даже когда он бодрствует. А через месяц я смогу с ним общаться, даже если у меня уже ни на что не будет сил. М-да утро началось не с кофе. Если бы я была в физическом теле, то уже не раз бы вытерла пот со лба.       До того, как мужчина добрался до своего первого сна я вызвала Веню и пока он делал мне массаж, в том числе и внутренний, я успела ему пожаловаться… насколько это мне удалось с полным его щупальцами ртом. Веня, потеряв речевой аппарат после трансформации общался со мной при помощи планшета. Он набирал текст на сенсорной клавиатуре, а техника уже произносила слова. Жаль я так не могла. Веня пользовался мной целиком, а у меня уже не было сил, чтобы его приструнить. Даже руки было не освободить. Но до первого сна Франсуа он всё-таки вернулся во дворец алой страсти.       На этот раз я встречала мужчину в своём натуральном виде. Осмотрев его я покачала головой:       - И вот нужно тебе было обязательно взять эту линию обороны. Ты трижды чуть не умер!       - Так это ты была моим ангелом-хранителем? – Улыбнулся он, обнимая меня за талию. Здесь, на территории сна его рука была в порядке.       - Скорее уж я была суккубой-охреневший. Ты себя совсем не бережёшь. – Я решительно опустила его руку со своей талии на голое бедро.       - А разве не в твоих интересах, чтобы я поскорее отдал тебе свою душу. – Франсуа передвинул ладонь ближе к моей промежности, не отрывая взгляда от моего лица и груди.       - Дурак. – Я обняла его за шею и поцеловала. – Я же люблю тебя. Я суккуб, я не умею по другому.       - Ладно. Я просто делал свою работу. Но сегодня я тебя по настоящему порадую. Ты ведь любишь извращения? Ты вроде должна воплощать все мои фетиши, но может тебе больше нравится классика?       - Нет. – Я слегка отстранилась от мужчины. – Я не очень жалую классику. Это довольно скучно. Так что давай, раскрой мне свои самые грязные фетиши.       - Я хочу сделать это в движении. Это будут скачки. Но на этот раз ты будешь жокеем.       То, что произошло дальше меня изумило. Такого видеть мне ещё не приходилось. Франсуа превратился в коня, с конским же членом но только на спине. То есть это было, так сказать, моё седло. Интересно и как это яйца не стали стременами? Яйца остались на прежнем месте, что странно. Раз уж начали фантазировать на всю больную похоть, так зачем останавливаться? Ладно, пока сойдёт, потом я его научу «правильным» скачкам. Пришлось сперва погладить себя между ног и проверить рукой твёрдость «седла». А ну как не прочно закреплено? Вообще-то я хотела с ним серьёзно поговорить, но раз мужчина хочет скачки, будут ему скачки. В конце-концов он в госпитале задержится и время у меня для разговора ещё будет. С другой стороны как мне отговорить его не рисковать? Не выполнять приказы? Хорошая идея, но не выполнимая.       Итак я «вскочила в седло», вернее вскочила на него и смогла легко принять такой размер в себя. Кажется я начинаю привыкать к тому, что мои контрактники любят большие размеры. Веня недавно меня растягивал так, что я ощущала себя резиновой куклой в которую запихивают газовый баллон. И это ещё было просто приятно, но потом Франсуа поскакал. Меня подбрасывало то вверх, то вниз. Руки оказались связанными за спиной, так что держаться я могла только ногами. Я едва не вылетала «из седла», но каждый раз меня что-то удерживало. Похоже мужчина раздул кончик члена, чтобы я удерживалась своим мышечным «корсетом»! Это было волшебно.       А потом туман, окружающий нас как и в прошлый раз, развеялся и я увидела, что мы несёмся по какой-то сельской местности. Яркий день и на меня глазеют удивлённые фермеры и автомобилисты, дальнобойщики и полисмены. Это было так необычно, нестись вперёд, ощущая потоки встречного ветра и ловя на своём похотливом шлюшьем теле осуждающие и восхищённые взгляды. При этом в тебе постоянно двигается огромный поршень из горячей плоти. Мне ещё были свойственны небольшое смущение и вместе с тем постыдное удовольствие от такого публичного разврата.       Сельская местность сменилась городом. И тут людей было побольше. За мной даже увязалась парочка дронов. А когда мы выскочили на площадь, я увидела, что на огромных экранах, показывают меня. Без крыльев, хвоста и рогов. Просто развратная женщина, сидящая на коне голой и явно сношающаяся с конём. Пусть и с таким странным. Ох, я тут же вспомнила что такое стыд. Мне было так стыдно и так при этом хорошо, что я не сразу поняла, что все эти чувства я испытываю благодаря желанию мужчины. Как же я была ему сейчас благодарна. Такая буря эмоций меня скорее уж радовала, чем огорчала.       Под конец Франсуа выскочил на ипподром, где я обошла всех жокеев на два круга и кончила перед финишной чертой. Мой жеребец заполнил меня белым нектаром уже за ней. Потоки семени стекали по моим бёдрам и по бокам коня. А мои фетиши звучали так громко, что заглушали крики с трибун. Я ещё не слезла с коня а ко мне уже подбегали журналисты, протягивая к моему лицу микрофоны и дилдо. Эти меня скорее уж повеселили. Фетиши мужчины меня радовали. Но поговорить мне удалось с ним только в следующем сне.       На этот раз мы оказались в стойле, на диване. Странный такой диван для кентавров. Накрытые пледиком мы нежились в объятиях друг друга и смотрели какое-то бестолковое шоу по телевизору. Что-то там мелькало, что-то кричало и смеялось, я не обращала на это внимания. Подобная хрень во снах оказывается тем чем и является на самом деле: безмозглым, ярким, шумным, кривлянием. Погладив мужчину по груди я начала разговор:       - Франсуа, я не хочу, чтобы ты пострадал. Как я уже говорила, не в моих интересах, чтобы ты пал смертью храбрых в скором времени.       - Почему? Так ты сможешь меньше выполнять мои желания и раньше получишь себе раба.       - Да не в рабах счастье. Если хочешь, я тебя могу вообще отпустить через сто лет рабства. Снова родишься в новом теле. Хочешь? Правда, карма будет порченной.       - А что, можно и так?       - Да. Есть три срока когда «вечный» контракт можно закрыть или продлить. – Я начала играть с пальцами мужчины. – Сто лет, тысяча, две тысячи и пять тысяч.       - А почему такие странные сроки? А если я хочу остаться с тобой навсегда? Вдруг мне понравится жить в рабстве?       - Ну-у. Такие правила. Честно говоря я и сама не очень понимаю. Просто через сто лет ты начнёшь превращаться в беса. Это при условии, что до этого времени ты будешь сопротивляться этому. А так как бес уже не совсем человеческая душа, то требуется подтверждение контракта.       - А через тысячу лет я в кого превращусь?       - Да ни в кого. Просто люди такие странные, что начинают задумываться, а стоит ли им подписывать контракт на всю вечность?       - Тогда почему бы не оформить контракт на сто лет и просто каждую сотню лет его продлевать?       - Вот ты странный! – Я внимательно посмотрела в лицо Франсуа. – После заключения контракта суккуба влюбляется в контрактника. То есть ты мне и так понравился, но после этой подписи... – Я отвела глаза в сторону, изображая смущение. – А ты хочешь, чтобы я тебя отпустила? И ведь чем дольше у нас служит человеческая душа, тем труднее нам потом расстаться с ней.       - А знаешь как говорят? Отпусти бабочку. Если она вернётся, значит она твоя, а если улетит, значит не была твоей.       - Слушай ты, бабочка, а не боишься, что тебя стриж сожрёт, если ты в моих руках не останешься? - Проворчала я. – Скажи спасибо, что мы не демоницы. Те без любви забивают контракт и ты реально надолго у неё задерживаешься. Мы, суккубы, в этом плане добрее.       Франсуа на это не ответил, а только рассмеялся и погладил меня по голове.