Его любимая игрушка

-Ну так что? Пойдёшь? - Динь выжидающе смотрит на Вини,что уже неделю ходит сама не своя. После того как Тень принесла Рэйчел, всё в лагере вдруг переменилось. Точнее так казалось Вини. Казалось, что переменился не только Питер, который последние дни отдалился от неё и его вообще редко было видно в лагере, но и Потерянные будто притихли. Они были всё также приветливы и привязаны к девушке, но их поведение стало более ... Унылым?. Питер, дабы Вини не сильно поддавалась общему упадку настроения и немного забылась, попросил Динь чем-то развлечь её. А фее ничего не осталось кроме как придумать занятие для девушки. И выбор пал на сбор трав. В них всегда была нужда. Ведь потерянные- те же мальчишки, пусть многим уже перевалило за несколько веков, но они оставались мальчиками. Мальчиками,что не захотели взрослеть. И они, как самые настоящие дети, постоянно калечились и иногда даже болели. А Динь, скорее как заботливая старшая сестра, чем мамочка, готовила им отвары и мази от многочисленных болячек. Вини растерянно кивает. В её мыслях вертятся всего несколько слов, касающихся небезызвестного товарища. Её тревожило поведение и отдаленность Пэна. Внутри всё ныло и тянуло к нему. Когда Питер был в лагере, а это преимущественно перед отбоем, он не подходил к девушке, сидел напротив, но никак не рядом. Он хоть и пытался держаться от неё подальше, но его взгляды всегда были на ней. Он не мог отвернуться, когда зелень его глаз гармонично сталкивалась с её карими омутами. Он смотрел. Смотрел тоскливо, смотрел так будто держится из последних сил. Вини уже пыталась с ним поговорить, хоть как-то пересечься, но было очевидно,что Пэн избегал её. Девушка хотелось взвыть. Пусть это было крайне глупо с её стороны, но от тяжести всей ситуации, которую Вини разложила как: они переспали, больше она ему не нужна - на предплечье красовалась парочка новых порезов, менее глубоких,чем предыдущий, но достаточно, чтобы остался шрам. Как бы там не было, как бы Вини не понимала всей ситуации, она знала на что шла. Знала,чем это может быть чревато. Но всё равно пошла к нему. Добровольно отдалась ему вся. И душой и телом. От тяжёлых мыслей,Вини вздохнула и прикрыла глаза. Бессонница и кошмары снова стали её «хорошими» приятелями. Динь понимающе накрыла её руку своей ладонью. Конечно она знала всю ситуацию. Пусть Вини и не рассказывала ничего, но многое она получала из уст Питера. Девушка действительно выглядела не очень хорошо, а чувствовала себя ещё хуже. Руки пробирал тремор. Они бесконтрольно тряслись на постоянной основе. Её и без того тонкая фигурка стала ещё тоньше. Вини как могла скрывала это: надевала платья, которые не подчеркивали её талии, а отличными помощниками стали плащ и дождь, который почти беспрерывно поливал остров. Пэн был не лучше. Из-за редких ночей, проведенных подле девушки в любимом кресле, под его глазами пролегли следы бессонных или плохо проведенных ночей. Лицо казалось осунулось ещё сильнее. Но на его внешний вид и самочувствие влияло не только это. Несомненно Питер нуждался в Вини. Если он не мог позволить себе касаться, то он хотел хотя бы видеть её. Динь было жаль. Их обоих. Но того требовали обстоятельства. - Ладно,я пожалуй пойду. Скоро уже обед.- Вини торопливо и нервно начала вставать и, накинув на плечи плащ, вышла из домика. Динь покачала головой, понимая, что это всё убьет их обоих. Вини не оборачиваясь махнула феи и неторопливо направилась к лагерю. Дорога до лагеря заняла слишком мало времени,что расстроило девушку. Несмотря на своё состояние, она делала вид будто ничего не произошло. Будто у неё с Питером ничего не было и ничто их не связывало. Холод вновь стал её спутником. Холод снаружи,казался жарой оттого ,что внутри был лютый мороз. Питер всё видел. Ему казалось будто они вернулись к началу. Когда Вини только попала на остров, когда они ничего не значили друг для друга. Различие было лишь в том, что вначале она огрызалась, боясь того в каких обстоятельствах оказалась. Сейчас же полное равнодушие и ни капли страха. Придя в лагерь,Вини застыла как вкопанная. То, что она увидела заставило что-то внутри надломиться. Рэйчел, до ужаса довольная, спускалась с лесенок её дома, следом за Питером. Они были растрепаны, в особенности Рэйчел с её рыжими густыми волосами. Но это было ещё не самым ужасным. Стоило Пэну спуститься на землю и высмотреть Вини, как он впился требовательным поцелуем в губы подоспевшей Рэйчел. Не стоит быть умной, чтобы понять, чем они там занимались. Сердце в груди грохочет, перекрывая звуки активной жизни лагеря. Хотя и заглушать было нечего. Все кто заметил происходящее замолкли, замерев на месте и, казалось даже не дышали. По телу проходит дрожь, а привычный тремор рук сменяется дикой тряской. Вини прикрывает глаза и вслух считает до десяти и обратно. Когда она приходит в себя и наконец открывает глаза, на её лице расплывается хищная улыбка. Нет, вернее будет сказать оскал. Что ж, ты играл мною, вертел как тебе хотелось... Теперь моя очередь играть. И играть мы будем по моим правилам...- мелькает в её тяжёлой голове. Из своих мыслей её выводит собственный смех. Похожий на тот, который пронесся по лагерю, когда её только привели. Но то был смех отчаянье. Сейчас это больше, чем отчаянье. Это больше, чем просто боль. Это всё вместе взятое с уверенностью в будущей мести и предвкушении триумфа. Смех стих и казалось, будто даже не дышал никто. Самодовольная улыбка Рэйчел дрогнула, а привычная ухмылка Питера треснула. Когда Вини подняла голову в её карих глазах мелькала решимость вперемешку с внутренним ядом, травящим всё на своём пути. Рэйчел не жить - думает Питер, глядя на Вини. Вини вальяжной походкой приближается к ним. По её взгляду или лицу не получается ничего понять. От этого по телу Пэна проходит дрожь. Он всегда мог читать её как открытую книгу, потому что она была в его власти, а теперь...Она принадлежит только себе. Подойдя к Рэйчел, Вини, слащаво улыбаясь, поправляет её волосы. Девушка дёргается и делает шаг назад. - Ну что ты, милая, я всего лишь поправила тебе волосы, - произносит Вини с напускным добродушием, - они немного растрепались и выглядела ты...не очень. Как- будто летела с сеновала. Рэйчел корчиться, а Вини снова смеётся. Но уже менее злорадно. - Но ты не переживай,я уже всё исправила. - Вини делает шаг, снова приближаясь к девушке. На этот раз Рэйчел стоит на месте, боясь показать свой страх перед Вини. - Разве что ... - девушка протягивает руку к лицу Рэйчел, и заправляет прядь волос за ухо. А после наклоняется к нему и негромко проговаривает, глядя на Пэна за спиной Рэйчел: - Тебе стоит быть осторожной. Ты ступила на опасную территорию. И я сейчас не только про Нетландию...Я говорю про Питера - рука Вини неожиданно хватает Рэйчел за волосы и со всей силы тянет назад, - если ты ещё не поняла о чем я, то повторюсь: будь осторожна на чужой территории, а лучше и не заходи на неё. А раз уж ты ступила и не собираешься уходить, то будь готова к тому, что в скором времени покинешь её. Живой или мертвой... Голос Вини был завораживающим и спокойным, так что Рэйчел даже не сразу поняла о чём речь и отвлеклась на волосы,что были сжаты в кулаке Вини. Питер был на достаточном расстоянии, чтобы расслышать слова Вини. Ему они определенно льстили. Но в этом была и загвоздка. Вини намерена бороться за него с Рэйчел, а значит план сработал не совсем так, как должен был. Рэйчел всё же начинает верещать и Вини отпускает её. Не торопясь девушка движется в его сторону, не замечая как Рэйчел кидается в её сторону. Но потерянные реагируют быстрее. На губах Питера замерла усмешка, но в глазах его была растерянность. Он совсем плохо стал скрывать свои эмоции. Подойдя к нему, Вини ласково и невесомо прошлась ладонью по его щеке. Питер прикрыл глаза, не в силах воспротивиться ей. Но наслаждение проходит также быстро как приходит. Ничего ему не говоря, Вини поднимается к себе и больше в этот день не выходит. Это настораживает потерянных. Однако её отсутствие скрашивают воспоминания о том, как она «уделала» Рэйчел. Потерянные были просто в восторге, когда увидели как Вини обошлась с ней. А Питер, пусть и безмолвно, мысленно, но был вычеркнут из их списка авторитетов.