Шрамы исчезают (и черный свет флуоресцирует)

Предполагалось, что это будет весело. Фил пообещал группе провести вечер после того, как все трио хорошо отметится в своих табелях успеваемости (хотя, честно говоря, он бы позволил им, даже если бы они этого не сделали — небеса знают, что детям нужен перерыв после такой тяжелой работы в школе), и они коллективно решили выбрать старый каток, превращенный в аркаду, который находился на окраине города. Удивительно, но именно Текно выдвинул эту идею, пробормотав что-то о том, как он хотел бы посмотреть, как будут выглядеть его волосы под неоновым и черным светом. Томми тут же оказался перед ним, дико жестикулируя и хвастаясь тем, что он «собирается победить Текно на роликовых коньках, просто посмотрите, как большой человек…», в то время как Вилбур, казалось, был счастлив этой идеей, если не беспокоился о благополучии младших пар, поскольку никто из них никогда раньше не катался на коньках. Вилбур думает, что, возможно, катался, в одной из его предыдущих приемных семей, но воспоминания смазаны и их трудно различить, поэтому он просто надеется, что не упадет на задницу перед своей семьей. Томми никогда бы не позволил ему пережить это. Поездка на каток была (к счастью) короткой, и Томми почти всю дорогу целенаправленно напевал новую поп-песню, звучавшую по радио. Вилбур прижимается лицом к окну, глядя на сереющее небо. Осень была его любимым временем года — погода для свитера (точнее, в его любимом желтом свитере с белой пуговицей под ним), но все еще достаточно теплая, чтобы гулять на улице. Кроме того, он любил звуки дождя — в конце концов, это давало фонограмму его песням. В конце концов Фил свернул на парковку, схватил свою фирменную шляпу с центральной консоли и выскочил из машины. Вилбуру кажется, что он слышит, как Текно бормочет себе под нос: «Еще минута, и я бы начал настоящую охоту на людей в майнкрафте», пока они идут к старым стеклянным дверям, но он игнорирует это, предпочитая смотреть на волнистый узор ковра, ведущий к кассе. Подойдя к кассе, Фил достает старую карточку из одной из многочисленных складок своего бумажника, показывая, что это артефакт тех времен, когда он приходил сюда со своими друзьями, будучи старшеклассником. Вилбур увидел выражение лица Томми и понял, что последует комментарий, еще до того, как он открыл рот. — Вау. Старик, я и не знал, что ты таскаешь с собой музейное дерьмо. Вилбур ничего не мог с собой поделать. — Язык. Ответы Текно и Томми были мгновенными. — Английский. — Я- о, заткнись- кто ты? Гребаный БэдБойХало? Смешок Фила за спиной принес ему удовлетворение, которого он так ждал, и он последовал за Томми, когда они вошли в главную зону фуд-корта, Фил тащился позади с корзиной взятых напрокат коньков. Торговый зал был довольно пуст, учитывая, что был день четверга, но Текно, казалось, был доволен этим, плюхнувшись на ближайшую пластиковую скамейку и сняв обувь. Томми раздал коньки каждому из них, причем коньки Вилбура были черно-белыми (он отметил, что они похожи на Converse). Текно — классические белые, а Томми — бело-красные, чему он был рад. Фил не купил себе пару, заявив вместо этого, что он «должен был сохранить место на случай, если кто-нибудь попытается его занять», хотя пустые столики вокруг него, казалось, рассказывали другую историю. Вилбур закатил глаза и сделал выпад в адрес «старых суставов» Фила, прежде чем начать натягивать коньки. Томми был первым, кто надел, затянув узел шнурков последним рывком, прежде чем встать и несколько раз переступить с ноги на ногу. Он отталкивается одной ногой и волочит носок по ковру, чуть не падая лицом вперед, но успевает опереться на стоящий рядом стол. Вилбур смеется над его «Я так и собирался сделать!» и засовывает ботинки под стол, вставая с помощью перегородки, разделяющей каток и фуд-корт. Текно идет прямо за ним, бормоча себе под нос слова, которые Вилбур не мог расслышать из-за оптимистичной музыки, звучащей из динамиков над головой. Они добираются до ступеньки, ведущей на каток, и Вилбур отмечает, как ужасный ковер продолжается по границе и вверх по стенам, а затем разделяется на потолочные плитки с крапинками. Потолочные светильники над катком были окрашены в разные цвета, с черными лампочками, расположенными между ними, заставляя людей, проходящих под ними, светиться на мгновение, прежде чем они окажутся вне зоны досягаемости. Другие огни ярко вспыхивали, а диско-шар в центре катка оставлял на полу вращающиеся радужные квадраты.

***

Вилбур посмотрел на Томми, которому удалось пройти около 10 футов, прежде чем вцепиться в пограничную стену, а затем снова на Текно, который удобно стоял вне досягаемости Томми. Он усмехнулся этой паре, прежде чем оттолкнуться ногой в сторону, начиная медленно катиться вперед и слегка вытягивая руки вперед. Он довольно быстро нашел свой центр равновесия, вспомнив, что сказал ему Эрет о том, что «наклоняйся вперед верхней частью тела, а не ногами», когда он спрашивал его в разговоре ранее в тот день. Текно подкатился к нему сзади с коварной улыбкой на лице, заставив Вилбура обернуться и увидеть, как Томми размахивает руками, пытаясь броситься к ним, прежде чем быстро откатиться к другой стене, чтобы удержаться на ногах. Вилбур окликнул его, за что получил в ответ агрессивное «отвали», поэтому он повернулся и начал отталкиваться немного быстрее. Он прошел под первым черным светом и ухмыльнулся, когда его рубашка приобрела синеватый оттенок, который засветился вокруг его шеи и запястий. Его свитер излучал светло-желтое свечение, и его зубы, казалось, тоже сверкали в улыбке. Его брюки были черными, как и шапочка, хотя белые роликовые коньки светились, что его вполне устраивало. Он проехал первый свет, наблюдая, как синий оттенок исчезает с его рукавов. Текно снова подкатил к нему сзади, слегка обогнав его справа, прежде чем дуэт оказался под другим черным светом. Текно рассмеялся, глядя на их с Вилбуром наряды, прежде чем уставиться на его лицо с кривой улыбкой. — У тебя веснушки. Вилбур усмехнулся. — Да, очень проницательно с твоей стороны, Текно. Не то чтобы мы прожили вместе три года. Рад, что ты заметил. Текно беззаботно фыркнул, легонько толкнув Вилбура в плечо. — Нет, придурок. Я имел в виду, что на свету твои веснушки выделяются. Услышав это замечание, Вилбур попытался посмотреть на свой нос, но почти ничего не увидел. Томми решил воспользоваться этим моментом, чтобы врезаться в середину группы, обняв их за плечи и издав один из своих фирменных смешков. — Я понял это. Теперь я могу ехать очень, очень быстро — единственная проблема в том, что я не могу остановиться. Текно сделал замечание по поводу управления, но Вилбур был сосредоточен на лице Томми. У него были шрамы от прыщей и веснушки, он выглядел как в обратном пространстве, его лицо светилось синим, а пятна были темно-фиолетовыми. Даже пятна, которые давно исчезли с его лица, были все еще темнее и отчетливо видны, в том числе один шрам, который Томми получил на лбу, когда он распахнул кухонный шкаф и получил удар разбитой тарелкой. Вилбур обратил свое внимание на Текно, у которого, как он теперь увидел, были слабые фиолетовые точки и пятна, покрывающие его щеки. Он посмотрел вниз на их руки, заметив, что ногти Текно и Томми сияли белизной, в то время как его ногти были слегка покрыты остатками облупившегося черного лака. Текно усмехнулся комментарию Томми, а затем они снова вышли из-под света. Какое-то время они продолжали кружить по катку, отпуская ужасные шутки и смеясь, когда Томми приходилось поспешно хвататься за их руки, чтобы затормозить, пока он не врезался в стену. Они вернулись к Филу за закусками, который, казалось, наслаждался, наблюдая за их возней, и в итоге получили несколько сомнительных начос в стиле стадиона, если их можно так назвать. Это было обработанное кесо на каких-то круглых, пересоленных чипсах из тортильи, но они все равно прикончили два подноса, прежде чем снова начали пробираться к катку. Томми ушел первым, рывками объезжая столы и выезжая на натертый воском бетон, а примерно через минуту за ним последовал Текно. Вилбур посидел с Филом некоторое время, но был выгнан обратно на каток со стоном после его комментария о том, что «у этих чипсов вроде как текстура песка, знаешь-». Когда Вилбур скользнул обратно к остальным, ди-джей объявил, что начнутся запросы песен, а также начало «Blackout Night». Трио было на катке, когда погасли основные огни, остались только мигающие и черные огни, отчего все вокруг светилось гораздо интенсивнее. Волосы Текно были потрясающе неоновыми под светом, с розовыми прядями, вьющимися от катания на коньках всю ночь. Красно-белая рубашка Томми стала ярко-сине-белой, а белая рубашка Вилбура светилась гораздо ярче на локтях, так как он засучил оба слоя рукавов, чтобы снять часть тепла.

***

Томми был тем, кто заметил это первым. — Эй, Вил? — голос Томми стал тише, и он начал замедляться у изогнутого угла стены. — В чем дело? — Вилбур последовал за ним, повернув свои коньки до упора, когда спросил. Томми на мгновение заколебался, взглянув на черный свет, под которым он остановился, а затем снова на Вилбура. — Что у тебя с руками? Вилбур на мгновение бросил смущенный взгляд на Томми, прежде чем опустил взгляд на свои руки. Он замер. Его кожа светилась бирюзово-синим, а по всей длине предплечий проходили линии темно-фиолетового и белого цвета. Некоторые были неистовыми, заметно более глубокими, в то время как другие представляли собой тонкие и рассчитанные линии, протянувшиеся от одной стороны его запястья к другой. Они выглядели жестокими, болезненными. Скомканная ткань вокруг его локтей светилась белым светом, и сознание Вилбура помутилось. Он помнит, как столкнулся с кем-то, как пробормотал Томми что-то про «уборную» и помчался к лестнице, ведущей в уборную. Ему кажется, что Томми зовет его за спиной, но он успевает захлопнуть и запереть дверь в помещение с одной кабинкой, прежде чем успевает что-либо сообразить. Он сползает на пол, прижимаясь спиной к стене, и испускает дрожащий вздох. Вилбур смотрит на свои руки, положив их на колени, и разглядывает едва заметные линии вдоль них. Они были едва заметны и лишь немного светлее его естественного цвета кожи. Если не присматриваться, то их не увидишь, что он с большим облегчением обнаружил после первого эпизода. «Они не должны были их видеть. Томми не должен был их видеть.» Вилбур чувствует, что задыхается. Он пытается сделать еще один вдох, но его грудь сжимается, а тело сильно дрожит. «Паническая атака», — подсказывает мозг, когда он опускает голову на колени, а руки тянутся вверх, чтобы ухватиться за волосы. У него начинается гипервентиляция, слезы затуманивают зрение, и он сворачивается калачиком. Он сжимается в клубок на протяжении, кажется, вечности, содрогаясь при вдохах, пытаясь не допустить появления черных точек, которые начали плясать в его глазах.

***

Стук в дверь пугает его и заставляет рыдать сильнее, его руки трясутся, когда он сильнее вцепляется в волосы. Еще один стук. И еще один. Приглушенный зов. Его имя? Еще один зов, ближе к двери. Он не знает, из-за двери или из-за звона в ушах, который делает его неслышным. Наступает мгновение тишины, прежде чем за дверью раздается новый голос. «Текно? Нет. Слишком громко. Фил?» Теперь раздается стук в дверь и крик. Что-то звякнуло. Дверная ручка слегка покачивается. Дверь слегка приоткрывается, и Фил быстро входит в дверь, обезумев, прежде чем его взгляд падает на Вилбура. Он что-то говорит кому-то за дверью, прежде чем закрыть ее за собой. Вилбур видит, как он входит, слезы текут по лицу, он пытается дышать, изо рта вырываются сдавленные звуки. Фил что-то говорит, и Вилбур снова начинает всхлипывать, отчаянно пытаясь собраться с мыслями. Фил присаживается перед ним на корточки и осторожно кладет руки поверх рук Вилбура, переплетая их сверху и отводя руки от волос. В его руках остается несколько прядей, которые он вырвал из головы. Вилбур слышит, как Фил начинает говорить, его слова приглушенные и далекие, когда он потирает большими пальцами круги по ладоням Вилбура. Ему требуется некоторое время, прежде чем звон в ушах утихает и он может сделать полный вдох. Он снова прислушивается к тому, как Фил говорит низким голосом, рассказывая ему, как он сидит на полу, и считая по схеме 4-6-8. Вилбур узнает дыхательное упражнение и пытается следовать ему, сжимая руки Фила своими. Фил продолжает считать, пока Вилбур не поднимает на него глаза, сияющие, а лицо покрыто красными пятнами. Фил раскрывает объятия, и Вилбур погружается в них, цепляясь за его спину, как будто он может исчезнуть, если отпустит. Его всхлипывания переходят в глубокие вдохи, а затем в сопение, и он ощущает вкус железа во рту. Он отмечает жжение на нижней губе, а также тот факт, что он снова в носках. Должно быть, Фил в какой-то момент снял коньки. В конце концов Фил заставляет Вилбура встать, обхватывает его рукой за плечо и выводит подростка из уборной. Томми и Текно сидят на полу снаружи, на их лицах написано беспокойство, когда они вскакивают, чтобы последовать за Филом к машине. Томми уже вернул коньки и на ходу держал в руках ботинки Вилбура. Поездка домой проходит тихо и слишком напряженно, но Вилбур слишком устал, чтобы думать об этом. Фил ведет его вверх по лестнице, как только они проходят через дверь, и Вилбур падает в свою кровать на подушки. Фил говорит что-то, чего он не расслышал, и выходит.

***

Вилбур просыпается с болью. У него болит спина, ноги слишком напряжены, а в голове стучит. Он принимает сидячее положение, свешивая ноги с кровати, и смотрит на будильник. 9:15. Черт. Он опаздывал в школу. Он смотрит вниз на свои руки, застегнутая рубашка неловко задирается вверх по спине. Застегнутая рубашка? Почему она была застегнута на все пуговицы? Ох. О, черт. Вилбур судорожно вздохнул, глядя на солнечный свет, проникающий в его окно. Он смотрит на свои руки, привычно пробегая глазами по зажившим светлым линиям. Томми знает. Текно знает. Фил. Фил знает. Некоторое время он сидит на кровати, уставившись на свои руки, прежде чем раздается легкий стук в дверь. Фил со скрипом открывает ее и немного вздрагивает, когда видит, что Вилбур встал. Он отступает в сторону от двери, привычно закрывая ее за собой, прежде чем сесть на стул у стола, который он пододвигает, чтобы оказаться перед Вилбуром. — Ты чувствуешь себя лучше? Вилбур на минуту замолкает. — Я не знаю. Думаю, да. — Это хорошо. Ты в состоянии говорить прямо сейчас? Вилбур кивает, его голова кажется тяжелой. — Я собираюсь задать тебе несколько вопросов. Хорошо? — Хорошо. — Ты в настоящее время причиняешь себе вред? Вилбур на мгновение замолкает, прежде чем покачать головой. — Когда это было в последний раз? Он пытается собраться с мыслями. — Несколько месяцев назад? 6, может быть, 7? Он слышит, как Фил втягивает воздух сквозь зубы. — Ты говорил с кем-нибудь об этом? Еще одно покачивание головой. — Ладно. Вил? Вилбур на мгновение замирает. «Вот оно. Вот где он кричит на тебя.» — Я люблю тебя. Так сильно. Прости, что не заметил раньше. — Что? — Это слишком много, чтобы пройти через это в одиночку. Но мне нужно, чтобы ты знал это. Голос Фила на минуту дрогнул, и Вилбур, подняв глаза, увидел, как по его щекам текут тихие слезы. — Я люблю тебя, очень, очень сильно. Ты мой сын, и я не знаю, что бы я делал, если бы потерял тебя. Я бы хотел быть рядом с тобой тогда, но я буду рядом с тобой сейчас. На этот раз Вилбур протягивает руки к Филу, который с готовностью обнимает Вилбура за спину и запускает руку ему в волосы. Они вдвоем остаются там на некоторое время, пока Текно не поднимается наверх, чтобы сказать им, что завтрак готов. Он смотрит на Вилбура и мягко улыбается ему, прежде чем спуститься вниз. Фил уходит через несколько минут, а Вилбур переодевается в более удобную одежду. В конце концов все они направляются на кухню, Томми подбегает к Вилбуру и обнимает его за плечи, как только видит его. Вилбур обнимает его в ответ, устало бормоча извинения за то, что напугал его. Через некоторое время Томми отпускает его, отступая назад, чтобы посмотреть на лицо Вилбура. — Ты мой брат, большой человек. Продолжай в том же духе, ладно? Вилбур сжимает его в объятиях и улыбается ему сверху вниз, прежде чем сесть за кухонный стол. Текно испек блинчики с шоколадной начинкой, любимые блинчики Вилбура. Они смеются над одной из ужасных шуток Томми, и день продолжается.

***

Фил назначает сеанс у психотерапевта, и Вилбур начинает проводить встречи раз в две недели. Он обращается к нескольким своим близким друзьям и просит их помочь ему создать сеть поддержки, если у него снова начнутся проблемы. Восстановление не является линейным, и ситуация волшебным образом не улучшается. Но он выздоравливает.