Певчая птица

Иногда лабиринт поёт женским голосом с хрипотцой. Под незамысловатый напев стены двигаются с оглушающим грохотом, которому, впрочем, не удаётся заглушить его звучание. Минхо вслушивается в слова печальной композиции каждый раз, как в первый, пусть и давно выучил их наизусть. Это плод воображения или игры Создателей? Бегун устал гадать, откуда берётся хриплый голосок, по ощущениям он вообще как будто раздаётся исключительно у него голове. Насколько отчётливый, чистый, по истечению нескольких месяцев — абсолютно родной. Это тайна Минхо и лабиринта. Это минуты покоя под толщей тяжких дум. Это нужная пауза. Иногда поздней ночью перед сном Бегун пытается представить внешний облик певчей птицы. На него всегда смотрят карие глаза, умиротворённый взгляд которых убаюкивает. Волосы — цвета молочного шоколада, кожа — болезненно бледная, улыбка на тонких губах — редкость, но редкость весьма меткая. Под покровом ночи Минхо улыбается, когда в его воображении это делает певчая птица. Это начало безумия или игры Создателей? Бегун устал гадать, теряет ли он рассудок. Иногда Минхо одолевают странные мысли о том, что хриплый голосок — тень воспоминаний. У глэйдеров же было прошлое, которое никто из них не помнит. Что если певчая птица — забытый персонаж его жизни? Всё возможно. Бегун знает, что метаморфоза лишает разума и ломает привычное, но иногда ему кажется, что яд гриверов — единственный шанс познакомиться с певчей птицей поближе. Вдруг всё вспомнится. Иногда происхождение хриплого голоса в стенах лабиринта Минхо пытается объяснить самому себе абсолютно фантастически — это призрак. Глэйдеры первые обитатели Глэйда и лабиринта? Что если нет? Что если нерушимые стены хранят память трагедии — гибель невинной души, которая по сей день не может найти покой? Это вздор, разумеется, но порой Бегун допускает столь абсурдный ход мыслей. Певчая птица... Выбравшись из лабиринта, Минхо улавливает тень огорчения от того, что хриплый голосок больше не потревожит его реальность. Незамысловатый мотив печальной композиции Бегун помнит и порой насвистывает едва слышно себе под нос, ловя привычное умиротворение и комфорт. — Арис! — Знакомый хриплый голос раздаётся внезапно, заставляя Минхо озираться. Игры воображения, грань безумия? Арис — обитатель второго лабиринта и Винс — глава Правой руки, которую глэйдеры усиленно искали и нашли буквально несколько минут назад, синхронно оборачиваются. Арис искренне широко улыбается. Проследив за его взглядом, Минхо видит обладателя знакомого голоса, чьи карие глаза искрят неподдельной радостью, а тонкие губы расплываются в радушной улыбке. — Селин! — Восторженно кричит Арис в ответ, срываясь с места с распростёртыми объятиями прямиком в направлении незнакомки. Волосы — каштановые, кожа — бледная. Минхо слушает, как девушка смеётся в унисон с Арисом, и удивляется тому, что певчая птица или её бледная тень неизбежно врывается в его реальность. — Это бегун из нашего лабиринта — Селин, — произносит Арис, предварительно представив подруге глэйдеров. Девушка добродушно кивает в знак приветствия, а Минхо ловит себя на мысли, что ей стоит говорить чуточку больше, чтобы подтвердить либо опровергнуть его подозрения, касаемые личности певчей птицы. Абсолютно не укладывается в рамки разумного то, что она может быть реальна, но голос Селин прозвучал чересчур знакомо, привычно радуя слух. Взгляд карих глаз отчасти пронзительный, внимательный, без доли смущения. Минхо ловит его на себе и поражается, насколько похож он на тот, что воображал он себе под покровом ночи. Лёгкий прищур, поджатые губы. Поймать расположение к глэйдерам Селин хочет точно в эту самую секунду. — Как у вас дела? — Арис закидывает подруге руку на плечо, крепко прижав её к себе на мгновение. — Совсем неплохо. — Скучали по мне? — Скучали, скучали, — ухмыляется Селин в ответ. — Идёмте, покажу вам лагерь. Минхо впервые благодарен кому-то за бессмысленную болтовню и впервые чей-то голос ему так необходимо слышать. Он бесконечно знакомый. С каждым новым произнесённым Селин словом Бегун убеждается в этом всё больше и больше. Фантазия Бегуна поразительно сошлась с реальностью. Это едва ли совпадение, и мысль о том, что певчая птица — тень прошлого уже не кажется чём-то немыслимым. Минхо изредка бросает взгляд на Селин во время ужина, поражаясь поразительному сходству. Он ошибся лишь в одном: улыбка — не редкость, а меткое постоянство, наслаждаться которым весьма непривычно. Предательство Терезы разрушает идиллию по щелчку. — Соня! — Селин кричит пронзительно громко, замечая, как солдаты ПОРОКа, которым Тереза выдала тайное местоположение Правой руки и сбежавших иммунов, волокут подругу прямиком к бергу. Потом она бежит необдуманно быстро и неприкрыто. Пули свистят рядом с ней опасно близко, желая оборвать юную жизнь с недопустимой лёгкостью. Минхо кажется несправедливым потерять певчую птицу, не успев толком с ней познакомиться, поэтому он срывается с места следом за ней. Этот внезапный порыв уберечь, защитить поражает его лишь на короткое мгновение. Взрыв. Бегун валит Селин на землю, закрывает собой от летящих во всё стороны осколков железа и камня. Девушка жмурится, на считанные секунды утыкаясь лицом ему в грудь, затем решительно дёргается в сторону, намереваясь продолжить погоню. — Тебе жить надоело? — Минхо с трудом перекрикивает звуки стрельбы. — Я не могу потерять её! — Раздаётся в ответ с надрывом и отчаянием. Бегун слышит, как где-то позади него Томас и Ньют выкрикивают его имя. Они тоже не могут потерять друга, а он — бросить певчую птицу на произвол судьбы. Минхо кивает Селин и перезаряжает ружьё. — Прикрой, — велит не терпящим возражений тоном, вкладывая оружие ей в руки. — Попробуем спасти её. Минхо быстро бежит, Селин метко стреляет. Соня упорно борется с похитителями, замедляя их ход по направлению к бергу. Потом Бегун чувствует неприятный удар в область шеи. Разряд тока. Крик певчей птицы: Минхо. После — лишь всеобъемлющая пустота, не отпускающая его долгие часы. Иногда лабиринт пел женским голосом с хрипотцой. Стены лаборатории, в которой над Минхо ПОРОК ставит опыты, тоже иногда поют этим же голосом. Это игры измученного сознания. Бегун помнит слова печальной композиции наизусть, лицо Селин тоже не оставляет его тёмными ночами. Несправедливо и грустно, что судьба фантастически жестока. Певчая птица всегда была миражом и стала реальностью всего на несколько часов. Доведётся ли Минхо ещё с ней свидеться? Удалось ли ей выжить в ту роковую ночь? Она всегда была рядом долгое время, в мыслях изо дня в день в лабиринте не оставляла одного, не бросает и сейчас в плену ПОРОКа. Вернее, Бегун держится за неё, за воспоминания о ней, как о напоминание о том, что всё ещё может быть хорошо. Он верит, что она жива, нашла покой где-то вдали от кишащего шизами мира. Звуки выстрелов разгоняют дымку уныния и задумчивости. Ещё не всё кончено. Паническая суматоха. Никто не ожидал, что Томас и Ньют абсолютно безумны и бесконечно привязаны к другу. Вместе найти спасение в Тихой гавани либо вместе погибнуть в уничтоженном Вспышкой мире. Третьего не дано. Рука об руку им посильно пройти любые трудности. Ступая на борт берга несравненной троицей они подтверждают это безоговорочно. — Минхо! — До боли родной голос раздаётся внезапно. Не менее внезапно Селин кидается Бегуну на шею. Томас и Ньют, ухмыляясь, переглядываются. Минхо с готовностью отвечает на объятья певчей птицы, поражаясь тому, насколько это действие кажется привычным. — Все в сборе, — кричит Винс Хорхе. — Вытаскивай нас отсюда. Город пылает, рушится. К утру от него останутся лишь руины. Входной люк берга медленно закрывается, именно так переворачивается страница книги, новая жизнь начинается с чистого листа. Тихая гавань кажется райским уголком и заслуженной наградой за пройденные испытания, испытанные страдания, потери. Фрайпан готовит праздничный ужин в компании Селин и Ньюта, который выпросил у повара его фирменную похлёбку с овощами, которой тот баловал глэйдеров в далёком прошлом лишь по особым мероприятиям. Минхо наблюдает за друзьями и певчей птицей с чувством умиротворения на душе. Насколько прекрасно это ощущение сложно передать словами. — Скучаешь? — Селин появляется рядом с Бегуном внезапно. — Любуюсь, — честно отзывается тот в ответ. Певчая птица кивает и усаживается рядом с Минхо на поваленное дерево. — Я видела твоё лицо прежде, — произносит едва слышно спустя несколько минут молчания. — Меня ужалил гривер, метаморфоза показала прошлое. Бегун удивлённо смотрит в давно полюбившиеся карие глаза. Не игры, не безумие, а, действительно, тень былой жизни. Нерушимая связь, не сломленная даже Стеркой. Неужели до лабиринта они были друг для друга всем? — Я знаю твой голос давно. Селин изумлённо вскидывает брови. — Я слышал его в лабиринте. — Минхо ухмыляется. — Вообще я думал, что схожу с ума. — Как такое возможно? — Кто его знает? — Бегун пожимает плечами. — Наверное, то были воспоминания. Селин задумчиво поджимает губы. Неужели ощущения не подводят, до лабиринта они были друг для друга всем? — О чем мы говорили? — Ты пела. — Пела...? — Удивляется Селин. — О том, как каждую ночь танцую с твоим призраком? Минхо кивает. Грустная песня. Она знает её. — Это спасало меня от одиночества долгое время. Глаза в глаза смотреть привычно комфортно. Селин улыбается, замечая тень глубокой привязанности и трепета в глазах напротив, после чего осторожно укладывает голову Минхо на плечо. — Ты моя певчая птица. — Бегун приобнимает девушку и целует её в висок. — Ты мой ставший явью призрак.