И в каждом из миров мы найдём друг друга

Гермиона потянулась к полке за очередным отчётом и вдруг удивлённо замерла, опустив глаза и прижав руку к животу. Она впервые почувствовала это. Раздался нетерпеливый стук в дверь, а затем посетитель сразу же распахнул её, не дожидаясь ответа. — Грейнджер, те бумаги, которые ты мне передала... — Драко мгновенно остановился и нахмурился, когда оторвал взгляд от стопки в руках и посмотрел на Гермиону. — Ты в порядке? Что-то не так? Что-то с ребёнком? Гермиона растерянно улыбнулась. — Нет-нет, всё хорошо. Драко, он... шевелится. Малфой медленно выдохнул и кивнул. Его обеспокоенное лицо разгладилось. Оставив многочисленные папки с бумагами на рабочем столе Гермионы, он повернулся к ней. Он не произнёс ни слова, но она достаточно хорошо его знала. — Драко, просто скажи, что думаешь, — мягко проговорила она Он посмотрел на её живот. — Я не... — Драко неуютно повёл плечами. Затем тихо спросил: — Можно мне? Гермиона улыбнулась. Она взяла запястье Малфоя и помогла устроить ладонь именно в том месте, где ощущала движения сына. Драко молчал. Лёгкая улыбка коснулась его губ. Гермиона не отводила глаз от его лица. Это был один из исключительных моментов, которые она хотела помнить. — Я всё же не понимаю, — негромко и серьёзно проговорил Драко, — почему ты не хочешь сказать, кто он? Губы Гермионы дрогнули, но Драко не заметил этого, не отрывая взгляда от своей руки на её животе. — Потому что это не важно. Это только мой ребёнок. Драко встретился с её твёрдым взглядом. — Это твоё решение. Хотя никто из твоих друзей его не одобряет, я поддержу тебя, как и все. Драко неловко потёр шею и отвернулся. Редкая искренность мучила его. Он буравил взглядом паркет. — Я бы никогда в жизни не оставил своего ребёнка. Ради Скорпиуса я сделаю что угодно. — Челюсти Драко сжались. Гермиона знала, что это правда. Брак Драко и Астории держался на любви к крохотному светловолосому мальчику. — И кем бы ни был отец, он заслуживает знать, Гермиона. Я думал, что это невозможно, но... ты неправа. Гермиона сглотнула колючий комок в горле. Пустая улыбка растянула её губы. — Драко, я правда ценю твоё беспокойство. — Она сжала его руку. — Но всё останется как есть. Он посмотрел на неё долгим изучающим взглядом, а затем коротко кивнул и вышел, аккуратно прикрыв дверь. Гермиона прислонилась бёдрами к столу и закрыла лицо ледяными ладонями. Есть наказание за использование непростительных заклинаний. Есть наказание за использование Маховика Времени. Почему тогда людей не отправляют в Азкабан за Обливиэйт? Гермиона получила бы два пожизненных заключения.