Чтобы быть ближе к тебе

В баре на центральном проспекте, где обычно люди приходили расслабиться, было слегка душно, но спокойнее, чем обычно. Артем иногда заглядывал туда с Таиром, чтобы немного отвлечься от постоянной монотонной работы. Таир сидел в основном молча, безразлично разглядывая узоры на стеклянном стакане, время от времени прокручивая его в руках. Устало протирал шею ладонью, о чем-то задумываясь. — Очень весёлый день рождения, — хмыкнул Артем иронично, залпом выпивая очередной бокал, — одно удовольствие смотреть на твое угрюмое лицо. — Не смотри тогда, — пожал плечами, откинулся на кресло, широко расставив длинные ноги. Все было не то. И дни тянулись, словно годы. Таир не знал, сколько времени прошло после того, как Диана с ним развелась, не помнил, когда они потеряли ребенка. Она отреклась от него, не давая ни единого шанса что-то сказать. И это было правильно, насколько горько бы он не почувствовал последствия их поступков. Особенно, когда она все воспринимала под своим углом, до конца уверенная в своей правоте, что в самом деле была нелюбима и нежеланна для него, даже после того, что видела его полную готовность поговорить обо всем открыто. Она ушла, и он дал ей уйти и в этот раз. Возможно из-за того, что выглядела она довольно истощенно, совсем изможденно, словно годами проболевший человек. Ей нужно было это расстояние, чтобы многое переосмыслить и понять. А для Таира словно жизнь прекратила свое движение. И дело было не в том, что Вера оказалась совершенно не той, какой он ее знал и был уверен, что полюбил. Не в том, что так поздно понял и принял свои чувства к собственной жене, которую хладнокровно оттолкнул, велев не ждать, не любить и возненавидеть себя. Не в том, что до сих пор чувствовал неприятную, ноющую боль в груди при мысли о том, что у них сейчас могла быть дочь. Изо дня в день он чувствовал, как разлука с ней углубляет дыру в сердце, впустив туда незаполняемую пустоту. — О чем думаешь, Таир? — спокойно поинтересовался Артем, — что мне пожелать тебе в этот раз? Побольше денег? Побольше удачи? Или… то, о чем ты молчишь столько времени? Таир заставил себе холодно улыбнуться, хотя улыбка была похожа на оскал. Медленно качнул головой, сделав глоток. — Луиза мне сказала, что Диане намного легче сейчас. Если, конечно, это осчастливит тебя. Кажется, быть вдали от тебя — хороший повод и мотив для нормального самочувствия. Друг горько усмехнулся, наконец поднимая взгляд. — Вряд ли могу с этим поспорить. — Что тебя так мучает? — резко спросил Артем, наклонившись, вцепился взглядом в друга, словно пытаясь раскрыть тайну, — тебе же явно что-то гложет. Это что, чувство вины? Чувство потери? Невозможность высказаться и признаться той, кого действительно… Артем осекся, видя ответ во взгляде друга. В его молчании, казалось, он услышал продолжение своих незаконченных слов громче любого крика. «Кого действительно полюбил всем своим чёрствым сердцем». Артем застыл, озадаченно разглядывая его. Он давно знал и понял, что у его друга появляется какая-то незнакомая, иная сторона, когда Диана была рядом. Её чувства к мужу невозможно было не заметить, но вот Таир был словно закрытая книга, недоступная ни для кого. — Вы расстались с Верой? — спросил то, что так хотел узнать столько времени. Таир засмеялся, неискренне, под смехом наверно скрывая больше, чем требовалось. — Вы же были вместе. Ты был с ней в день моего рождения. Мне сказали, что ты потом жил с ней, — продолжал копать Артём, упрямо решив наконец узнать что же было в самом деле, — что было потом? — Ничего такого, что могли бы думать все, включая тебя и… — жмурился, на секунду пытаясь отогнать образы в голове, — Диану. — Тогда зачем, мать твою, ты все это время не делал никаких попыток её вернуть? Как ее вернуть, если один взгляд на него причиняет ей море боли и слез? Это влечение было такое сладостное и взрывное, что Таир думал, что насытившись друг-другом, они рано или поздно разойдутся каждый своим путем. Ее чувства он не считал чем-то важным и глубоким, чтобы сохранить их потом на память, и ее — своей женой, включая то время, когда она сама к нему пришла, щедро предложив ему себя. Она призналась, что всегда его любила. С того дня, как увидела его в своем доме после экзамена. Призналась, что Таир был ее слабостью и тем, в чьих глазах она всегда хотела быть выше всех, но так и не стала. Диана расковыряла его душу острой вилкой и не дала ему сказать и слова. Ушла, чтобы лечиться от зависимости от него, заставляя его чувствовать ту же зависимость, что он так слепо игнорировал.