Как я полюбил запах кофе...

Вот и настало семнадцатое число. Я был на учёбе, и там нас встретил уже другой препод по истории. Всё время после того, как Арсений сообщил мне такую новость, я был без настроения. В тот день мы с ним ещё и поссорились из-за этого. Сначала я кричал на него, он меня, конечно же, успокоил. Но после пары мы продолжили разговор в машине и дома. Я долго выплёскивал эмоции, а он просто дал мне пощечину со словами: «Прекрати орать, истеричка, я здесь виноват, что ли? К нам налоговая приезжает, моё присутствие обязательно!». С красной от удара щекой я молча выслушал его высказывания и пошёл ночевать в другую комнату. Обидно. Конечно, ночёвки по соседству длились недолго, мы простили друг друга, и я вернулся к нему в кровать. Естественно, обида оставалась, и он прекрасно знал это. Но истерик и ссор я больше не устраивал. После одного случая… В очередной день, поехав домой один после всех пар, я, на удивление, никого там не обнаружил. Единственное, что заметил, так это то, что было чисто. Я обошёл все комнаты и так же никого не увидел. Напоследок оставил спальню, но там тоже никого не было — и ничего… Арсений, не дожидаясь меня, собрал вещи и уехал. Я сразу набрал его номер, но абонент был недоступен, я не мог с ним связаться. Мне стало очень обидно из-за этого ужасного жеста. Я обошёл всю комнату, как вдруг взгляд упал на стол. Там лежала записка. «Тош, прости, пожалуйста, что не дождался тебя, но я не мог пропустить рейс. Если ты мне позвонил и тебя выбило, скорее всего, я включил режим полёта и уже лечу над Воронежем. Прошу, не обижайся на меня из-за этого. Ты знаешь, я люблю тебя и без причин никогда бы тебя не оставил в твой особенный день. Не грусти, к тебе часто будет приходить Маша, готовить, убираться. Тебе ничего не нужно будет делать. На случай, если тебе срочно понадобится её помощь, вот её номер: +7 91* *** ** *4. Если хочешь, можешь позвать ребят, пусть поживут у нас на время, пока не будет меня. Всё, люблю и целую. Твой Граф.» Прочитав последние слова, я улыбнулся. Мне всегда нравилось, когда Арсений подписывался Графом. Особенно учитывая то, что делал он так только для меня. После прочтения записки мне стало грустно, но злость ушла. Так как я понял, что он не виноват. И что вскоре он вернётся. Но грусть не оставляла меня, было обидно, что он даже не позвонил и что снова на мой день рождения его не будет… Планам, которые я всё это время строил, не суждено было осуществиться. В такой долгожданный день моего любимого человека не будет рядом. И теперь это уже не такое уж и «долгожданное». Зато я теперь точно знал своё настроение на ближайшие две недели. Оно будет ублюдским. М-да, последние годы мой день рождения проходит всё хуже и хуже. И, так как Арса не было, день прошёл хуёво. Конечно же, на вечер я позвал ребят, только условие было, чтоб не приходили с пустыми руками. Должен же быть хоть какой-то плюс от отсутствия Графа. Хотя этот плюс не такой уж и весомый. Мы пили, и я рассказывал, как мне херово оттого, что меня оставили одного, но ребята поддержали, сказав, что будут постоянно со мной, да и у меня, мол, появилось время приезжать к маме. Это, конечно, да, но блядь, меня кинули, снова. Ладно, не будем о плохом. Здесь, понятно, тяжело не думать о плохом, но я всё-таки должен был постараться. В свой день рождения я поехал на учёбу, кто знал про мой праздник — поздравлял. Слава богу, их было мало. Настроения ноль. Первыми были пацаны, но они меня ещё и разбудили в двенадцать и бросили торт в лицо, и пришлось во второй раз идти в душ. Подарили мне бутылку хорошего виски, который не так уж дёшево стоил, я бы даже сказал, дохуя денег они выкинули на это. Теперь даже будет жалко пить. Утром, приехав к факультету, я как всегда пошёл в кафе напротив. Там меня поздравили официанты — по просьбе Иры, которая ещё подарила мне красивую серебряную цепочку. На этом подарки закончились, и всё обошлось обычными поздравлениями. К моему счастью, а то подарки я не сильно любитель принимать, особенно когда не в настроении. После последней пары я поехал к маме, кстати, и там мне сделали подарок. Я не знал, когда мама успела, но она презентовала мне браслет. — Ма, зачем? — Для красоты. И это не просто браслет, это ещё и оберег. Прости, что в твои восемнадцать я нахожусь здесь и не подарила тебе что-нибудь получше. — Ты и есть мой подарок! Я очень рад, что с тобой всё хорошо. Ты, главное, не переживай ни о чём, следи за собой — и только спокойствие. Окей? — Хорошо, сынок. А подарок хоть понравился? — Она ещё и спрашивает. — Конечно. Вообще его снимать не буду, тем более если это оберег. Кстати, от чего? — Точнее «для чего». Он притягивает долгую любовь и спокойствие в душе. А ещё есть легенда: если его надел на тебя близкий человек, то жди большой сюрприз в скором времени. Поэтому, возможно, завтра или послезавтра может случиться что-нибудь интересное. — Прикольно. Хоть бы это Арсений приехал… Кстати, Арсений, он мне даже не позвонил и не поздравил. Даже не написал… Пиздец. — Эй, о чём задумался? — Как буду вечер проводить. — За Арсюшей скучаешь? — А откуда?.. Я же вроде не говорил… — Не смотри так, мне Ира сказала. — От коза. — Да, хотелось бы, чтоб он сегодня со мной был. Но не судьба. Надеюсь, хоть ребята останутся. — Останутся, они же твои друзья. Я ещё несколько часов с ней посидел, а, как увидел, что уже начало девятого, начал собираться домой. В предвкушении того, что мне приготовили парни. Может, они стол накрыли за свой счёт. А что, было бы прикольно, тратиться не нужно. По дороге домой я чувствовал, что настроение у меня появляется само собой. У меня был план: зайти тихо и сказать, что я в курсе их сюрприза. Так как слышал, о чём говорили Серёжа и Дима вчера. Поэтому я надеялся, что там не просто что-нибудь, а накрыт стол. Приехав, я прокрался в дом и прошёл на кухню. Но было тихо, неужели они услышали меня? В кухне я никого не обнаружил, в гостиной тоже, и в комнате своей тоже… Значит, я что-то не то услышал и зря понадеялся. Это меня убило ещё больше. Вовсе без настроения я ещё посидел до девяти, потом решил пойти в магазин купить торт и бутылку вина. Раз мне никто не устроил праздник, устрою его себе сам. Конечно же, я позвонил ребятам и спросил, какого хуя они меня киданули. На что они мне ответили, что у них, к сожалению, не получается. Диме нужно готовиться к важному экзамену, Серёжа поехал к родителям, так как мама ему написала, что давно его не видела и соскучилась, а он попросил привезти с собой Иру. В доказательство он мне даже скриншот скинул. Поэтому, придя из магазина, я прямо из упаковки, не церемонясь, ложкой стал есть торт, потом, как наелся, начал пить вино. Только налил два бокала — один поставил к себе, второй напротив. Грустно посмотрел, чокнулся и вслух произнёс: — Ну что, Антон, с твоим совершеннолетием. И выпил до дна, а позже и второй. Так я сидел до десяти. Выпил свой последний бокал, второй оставил нетронутым. Поставив уже пустую бутылку вина, я, немножко пошатываясь, пошёл в душ. Я стоял под горячими струями и думал, почему всё так произошло. Я так ждал этого дня, чтоб в итоге проводить его в одиночестве? В какой-то момент я так задумался, что даже не заметил, как облокотился о кран с холодной водой, — на меня полился такой ледяной дождь, что я аж протрезвел. Так что я решил заканчивать с водными процедурами. Почистил зубы и пошел в комнату. Я хотел посмотреть время на телефоне, но вспомнил, что оставил тот на кухне. Конечно, мне было лень спускаться, и я посмотрел на часы на экране ноутбука. Уже одиннадцать, через час уже и закончится этот «прекрасный» день рождения. Стало ещё хуже. Поэтому я всё же решил спуститься, выпить тот бокал вина и заодно забрать телефон. А то благодаря холодному сюрпризу в ванной я протрезвел, так что заканчивать день не на пьяную голову было ещё неприятнее. Алкоголь уже не продавали, поэтому, если мне захочется ещё, придётся брать заначку Арса. Я зашёл на кухню. За столом, держа бокал и крутя его в длинных красивых пальцах, глядя, как тёмная жидкость красиво обводит идеальный стеклянный круг, сидел Арсений, закинув ногу на ногу. — Ты сам выпил целую бутылку этого божественного недешёвого напитка? Я даже скажу, что выбор неплох. — Арс? — Ну что, именинник, с твоим днём. Он грациозно отпил вино, глядя мне прямо в глаза. Осушив бокал, поставил на стол и сам поднялся с места. А я так и продолжал стоять в оцепенении, одетый в одни лёгкие спортивные чёрные штаны. Мне начало казаться, что это либо сон, либо я настолько набухался, что поймал белку. Хотя я уже и протрезвел в принципе. Пока я думал, Арсений тихо и плавно подошёл ко мне и коснулся моих приоткрытых от шока губ своими. Это было секундное прикосновение. — Какого чёрта происходит? — Твой день рождения. — Эта хитрая улыбка сводила с ума. — Ты же уехал и обещал вернуться нескоро. — Мало ли что я обещал. И вообще, ты что, не рад меня видеть? — Ты оставил меня без настроения на моё восемнадцатилетие. — А сейчас что с настроением? — он продолжал улыбаться. — Сейчас ничего, я просто в ахуе. Мне хотелось накричать на него, бить его, обнимать, целовать — и это всё одновременно. Мы смотрели друг на друга, не моргая, не отводя взгляд, молча. Такое ощущение, что мы даже не дышали. Периферическим зрением я видел, как он облизал немного сухие губы, которые мне хотелось увлажнить естественным способом. Хотелось опустить глаза, но я не мог оторваться от двух океанов, которые завораживали, гипнотизировали. Было сложно произнести хоть слово. Я не верил, что он действительно здесь, со мной, в мой день рождения, который вот-вот подойдёт к концу… Стоп. Неужели я не получу того, что так хотел получить именно в этот день? Не двадцатого числа, не какого-то другого, а именно сегодня… И поэтому у меня теперь в голове проносилась только одна мысль, только об одном… — Ну, в общем-то, у меня есть для тебя кое-что… Он просунул руку в карман брюк, но мой взгляд скользнул совсем на другое. Слегка выпирающее. Более интересное, чем то, что находилось у него в кармане. Арсений только хотел что-то достать, но я не дал ему этого сделать. — Мне плевать, что у тебя там. Я кинулся на него, как голодный пёс на кусок сырого стейка. Я вцепился в его губы, кусая, облизывая, немного оттягивая, придавая страсти. Руками обхватив его шею, я стал немного массировать гладкую кожу. Арсений тем временем грубо сжимал мои волосы на затылке, постепенно переходя ниже, пока и вовсе не стал грубо сжимать мои бёдра. А после подхватил на руки и стал целовать ключицы, покусывая. Нужно было срочно найти удобное положение, чтобы не стоять посреди прохода на кухне. Стол! — подумал я, но Арсений приподнял меня и понёс. Диван в прихожей? Нет, мы прошли мимо. Ближайшая нижняя комната, где некоторое время жила Кристина? Тоже нет, мы двинулись в сторону лестницы. Неужели у него есть силы терпеть и желание подниматься к нам в комнату? — Почему не остаться внизу? — еле выдавил я, тяжело дыша. — Хочу сделать это в нашей спальне, тем более кровать там удобнее. Я не стал спорить, спрыгнул с него и сам поднялся наверх, чтобы было быстрее. Возле кабинета Арсений меня догнал, и я, задохнувшись, снова впился в его пухлые губы. Внизу живота крутило от возбуждения, а ниже пульсировало и становилось тесно даже в свободных штанах. Хотелось уже толкнуть его в соседнюю комнату, я даже потянулся к ручке, но Арсений перехватил мою руку и потянул меня в самую дальнюю комнату. В нашу. Внутри Граф грациозно отстранился от меня и подошёл к выключателю, ведь единственный свет исходил из коридора. Но зачем? Я не хотел при свете… Но, как только раздался щелчок, спальня озарилась тусклым красным светом. Это было пиздец как красиво и возбуждало ещё сильнее. Но остался единственный вопрос: — Откуда это? — Я сделал. Нравится? — Ещё бы, но когда ты успел? — Когда ты был в душе. — Что? — Я знаю тебя прекрасно и был уверен на сто процентов, что мне хватит этого времени, чтоб сделать подобную штуку. Но это не весь сюрприз. Он снова потянулся к карману, но я увидел сильнее выпирающий бугорок. В красном свете это выглядело ещё сексуальнее, и мне напрочь снесло крышу. — В следующий раз покажешь. Я снова кинулся на него. Арсений стал подталкивать меня в сторону кровати, попутно стягивая с меня футболку. Я сделал то же самое. И как же его пресс выглядел при таком свете… Господи! Я любовался этой картиной ровно до того момента, пока Арс не развернул меня спиной к себе, не сдёрнул с нас обоих последнюю одежду и я не влепился лицом в кровать. Мне хотелось отдаться уже здесь и сейчас, ни к чему не готовясь. Я, не двигаясь, ждал, в предвкушении покусывая губы. И в тот момент, когда я был полностью расслаблен, на мой зад полилось что-то жидкое и холодное, стекая между ягодиц. Это заставило меня съёжиться и покрыться мурашками. Арсений положил руку мне на шею, плавно и нежно повёл вниз, заставляя ёжиться ещё больше. Если честно, я был готов уже кончить только от таких манипуляций. Он обводил ягодицы, видимо, готовясь начинать постепенно растягивать меня. Но я знал, как он хочет уже войти, и я хотел этого не меньше. И прекрасно знал, как это будет долго, но, если он войдёт в меня сейчас, это будет нереально больно. Но мне не хотелось ждать. Я решил, что стерплю эту боль. Поэтому, нащупав задницей что-то твёрдое и влажное, я резко дёрнулся назад, насадив себя на член, немного меньше, чем наполовину. Я вскрикнул от боли, прикусил язык до крови, сжал простыню до синих костяшек и застыл. Арсений от неожиданности вцепился руками в мои бёдра, сильно сжимая их, явно оставляя синяки. Он не ожидал такого, я, кстати, тоже. Я чувствовал его тяжёлое дыхание и эту адскую огненную боль. Ему было приятно и мало, я это знал. Отдышавшись, я привык к острому ощущению, рвано выдохнул, а затем расслабился, давая проникнуть в себя чуть глубже. Боль была пульсирующей, но и приятной одновременно, я почувствовал себя мазохистом или БДСМ-щиком. Арс ослабил хватку и стал слегка массировать бёдра, талию, чтоб я расслабился ещё больше. В итоге я начал насаживаться сам, медленно, изгибаясь в пояснице, как кот. Арсений замер, наблюдая за происходящим и возбуждаясь ещё сильнее, это чувствовалось. И по тому, как он сжимал моё тело, и по неровному громкому дыханию. Я подавался назад, пока не почувствовал прикосновение бёдер, а затем, немного задержавшись, стал двигаться обратно, медленно. В то время, когда меня поглаживали по спине, шее, рукам, животу, аккуратно и нежно. И так продолжалось, пока я не привык полностью. Как только скорость начала нарастать, Арсений взял ситуацию в свои руки. В буквальном смысле. Стал двигаться быстрее, сильнее, притягивая и моё расслабленное тело навстречу. Нежность переходила в некую грубость. Вскоре он стал жадно вдалбливать меня в кровать. Опёршись на руки, я приподнялся. Это было настолько приятно, что я даже не знал, куда себя деть, то нависал над матрасом, то ложился обратно. Громко стонал под ним. Изгибался. Иногда даже хватался за его бока и бёдра, сжимая их до синяков. Мне стало мало обычных ощущений, не хотелось ничего не делать. Поэтому я резко отстранился, встал напротив Арсения и толкнул его на кровать, вскарабкавшись сверху. И, не прикасаясь к нему никакими частями тела, просто навис над ним. Арсений стал поглаживать меня по торсу. Мы были чересчур возбуждены, не хотелось останавливаться. Но я сделал это. — Ты не перестаёшь меня удивлять, — проговорил он с трудом, и это выдавало его слабость передо мной. — Ты не представляешь, как я ждал этого момента. — Я жадно впился в его губы, кусая до крови. — Я не меньше, поверь. Арсений хотел подняться, чтобы продолжить, но я остановил его тем, что насадился на его член наполовину. И начал медленно двигаться, не позволяя проникнуть до конца. Каждый раз Арсений дёргался, желая войти в меня полностью, но я не давал. Этим мучая и его, и себя. Ведь мне хотелось того же. Я долго двигался в одном темпе, медленно, не насаживаясь полностью. Это заставило нас стонать в унисон. Но в один момент я просто не смог терпеть, мне хотелось кончить ещё тогда, когда мы вошли в эту грёбаную комнату. Поэтому, почувствовав, что Арсений сам вот-вот, я резко и грубо опустился, Арсений простонал и кончил прямо в меня. Я этого сделать не мог, мой член нуждался во внимании. Арс это понял, поэтому взял его в руку и стал надрачивать. Я быстро кончил Арсению на живот, громко простонав, а потом лёг сверху, тем самым пачкая нас обоих. После такого оргазма я всё ещё подрагивал. Нужно было срочно помыться, и так как ждать друг друга мы не хотели, то решили принять совместный душ. Еле добравшись до ванной, мы встали под горячие струи и долго водили по чужой коже руками, изучая тела друг друга, будто впервые их видели. Иногда обнимались. Мы были счастливы как никогда. Молча, с улыбками на лицах, мокрые, стояли и разглядывали друг друга. Пока Арсений не повёл рукой вниз. — Ч-что ты делаешь? — Хочу сделать тебе приятно. — Ты и так сделал. — В твой день рождения я хочу заставить кончить тебя во второй раз. И ты мне не помешаешь. — Не нуж-но-о… Он схватил мой член, не давая закончить фразу. Арсений двигал рукой до тех пор, пока не добился стояка. Долго ждать не пришлось. Он опустился ниже и, прильнув губами к головке, поцеловал её. Я вздрогнул. Проведя языком по всей длине, он взял член в рот и стал двигать головой. Я почувствовал его язык, от которого сносило крышу, и закатил глаза от удовольствия. А Арсений продолжал делать самый охуенный в мире минет. Струи воды придавали особую атмосферу. Как только темп ускорился, я испытал такое наслаждение, что тут же кончил Арсению в рот. От удовольствия я, дрожа, осел на пол, не в силах устоять на ногах. Арс тут же поймал меня и схватил в объятия. Нежно целуя, поглаживал по мокрой голове. Успокаивал как маленького ребёнка. Я был неспособен даже открыть глаза. Как только Арсений это понял, он выключил душ. Укутал меня в большое полотенце и, держа на руках, отнёс в кровать, перед этим скинув на пол испачканную простыню. Как только он уложил меня, я тут же уснул с улыбкой на лице. Поэтому что было дальше, я не знал, сколько было времени, тоже не знал. Но зато прекрасно знал, что произошло до, и забывать этого не хотел. Это было прекрасно, лучший день рождения, который только мог быть. И лучший секс, я был уверен в этом. Уже утром или днём — я по-прежнему не знал, который час, — я проснулся оттого, что меня пихают в бок. Нехотя открыл глаза. Единственное, чего мне хотелось, так это убить этого прекрасного мужчину, который меня разбудил. — Ты чего будишь, нельзя выспаться? — М-да, вот это старший брат, называется. Проспал рождение сестры. Я вскочил от неожиданности. — В смысле?! Арсений искренне улыбнулся. — Мама родила, собирайся, нужно ехать в роддом!