Бабочка на ладони

Хуа Чэн лежал на песке, казалось, он даже боялся пошевелиться. Его рука слегка прикрывала глаза от яркого вечернего солнца, а ветер слегка трепал черные волосы, разбросанные по земле. Сейчас Собиратель цветов под кровавым дождем был не в своём истинном обличии, на вид он был чуть моложе, чуть ниже и, когда он убрал с лица ладонь, был виден блеск обоих глаз. Хуа Чэн оперся на предплечья и принял сидячее положение, он повернул голову на запад, вдохнул горячий сухой воздух. "...заклинание памяти? " - пронеслось в его голове... "Какое-то проклятье, позволяющее попадать в воспоминания другого человека..." - этот голос принадлежал чуть менее приятному для Хуа Чэна человеку, но то, что происходило с ним ещё совсем недавно абсолютно перестало его волновать. Демон закрыл глаза, поднял голову к небу и распахнул ресницы. В воспоминаниях Се Ляня небо такое голубое, а солнце ласковое и тёплое… Не обжигающее, как это обычно ощущается в пустыне. Подумав, что нет смысла просто сидеть на месте, Хуа Чэн встал и осмотрелся. Совсем недалеко виднелась деревушка, людей в ней явно жило совсем немного, да и по внешнему виду построек было заметно, что эти несколько людей уж совсем не богатые. — Наверное это где-то на границе Юнани и Баньюэ — вслух подумал Хуа Чэн. Своим обычным размеренным шагом он пошёл в сторону деревни. Песок на дорогах явно давал понять, что пустыня отбивает у людей территории, но тем не менее в деревне росли деревья в тени которых можно было спрятаться в самый разгар жаркого дня. Под одним из таких Хуа Чэн остановился, он заметил фигуру в белом. Человек в потрепанных монашеских одеяниях сметал песок с чьего-то двора. Мартышкин труд... Завтра дворы этих бедолаг снова окажутся засыпаны. Скрестив руки на груди, Хуа Чэн как-то печально улыбнулся. Человек в белом постучал в дом, ему что-то протянули, наверное, это плата за работу. Самое лучшее чем ему могли тут заплатить — это черствая пресная булка. Человек в белом сел у стены, поджав колени к груди, и откусил кусочек. Листья шумели, ветер ласково трепал волосы юноши, он очень по-доброму улыбался, но по щекам стекали две дорожки слез. — Гэгэ, можно присоединиться к трапезе?— спросил Хуа Чэн и присел рядом с Се Лянем. Принц поспешил вытереть слезы рукавом. — У тебя же даже еды нет — слегка рассмеялся Се Лянь и протянул незнакомцу в красном половинку булочки. — Не нужно было, но спасибо — Хуа Чэн улыбнулся, но в глазах его была печаль — Гэгэ, почему ты плачешь? — спросил юноша. — Просто так — видя, что ему не поверили, Се Лянь продолжил — Иногда людям нужно просто так поплакать... — Почему ты тут...? — Демон больше не улыбался, он пристально смотрел на собеседника. — Не знаю... Тут мои мысли не противоречат окружению. Очень одинокое пустынное место... Тёплое и солнечное, но бедное и безнадежное. Мне кажется, это отличное описание моей души, вокруг меня тоже нет совершенно ничего...и никого — последнее предложение Се Лянь едва прошептал, но Хуа Чэн его отлично расслышал. Он приобнял принца за плечо, пусть сначала слегка колебался, неожиданно для Хуа Чэна, Се Лянь слегка склонился к нему. Он явно был не против. Князь Демонов призвал призрачную бабочку и аккуратно посадил её на палец Се Ляня. — Какая милая — улыбнулся принц, его глаза слегка блестели от слез. Через несколько мгновений вокруг него летало около десятка, светящихся серебряных бабочек. Се Лянь с восхищением их разглядывал. — Это мои бабочки — демонята, они вселяют ужас во всех моих врагов — играючи, с ухмылкой, произнёс Хуа Чэн. Се Лянь рассмеялся. — Так я имею дело с известным демоном? — все так же опираясь на плечо юноши в красном спросил Се Лянь — Не просто с демоном, а с Непревзойденным князем демонов — задрал голову Хуа Чэн, его лицо расплылось в гордой ухмылке, которая так же быстро исчезла с его лица. Се Лянь только ближе прижался к нему. — Как здорово, значит в твоих руках я в полной безопасности — Се Лянь прикрыл глаза и улыбнулся, он и сам не понимал от чего так доверял этому человеку. Призрачная бабочка села на нос принцу, ему стало немного щекотно и он поморщился. Се Лянь приоткрыл глаза и любовался закатом. Он так долго провел в одиночестве, пережил столько боли и несчастий, что такие простые объятья ощущались для него невероятно тёплыми и значимыми. В его мыслях совершенно не было мыслей о том кто этот человек рядом с ним и зачем он здесь. Сейчас в глубине души Се Лянь просто мечтал почувствовать себя хоть сколько-то любимым. — Знаешь, Гэгэ, в этом мире есть человек, который тебя очень-очень любит, он просто пока не нашёл тебя… — Хуа Чэн слегка наклонился к Се Ляню и осторожно, очень нежно, провел рукой по его волосам. — Не думаю, что кто-то вообще стал бы искать такого, как Я… — Се Лянь отвернулся голову от нового знакомого. Пусть Хуа Чэн этого и не видел, но знал, что по щекам его возлюбленного снова потекли слезы. В мыслях демона пронеслось, что это не реальность; что он может делать что захочет и от этого ничего не изменится. Так почему бы ему не утешить свою любовь... Прожив столько лет со своим Высочеством под одной крышей он убедился в том, что ничего не изменилось бы, признайся он раньше. Хуа Чэну было страшно, неловко, отказ Се Ляня стал бы для него ударом. Но правда в том, что даже если бы Се Лянь не испытывал бы к нему любви или страсти он бы позволил Хуа Чэну остаться, позволил бы помогать по хозяйству и, наверняка, позволил бы о себе заботиться. Хуа Чэн сделал глубокий вдох, он погладил возлюбленного по волосам и слегка коснулся губами макушки. — Вообще-то, я говорил о себе… Я очень люблю тебя и жду пока ты вернёшься — тихо произнёс Демон — Знаешь, из-за проклятья я попал в прошлое и пока не могу тебе помочь, но в будущем... — Хуа Чэн слегка замялся — в будущем я найду тебя, мы с тобой поженимся и будем жить в городе, который я построил. Хуа Чэн уже было подумал, что зря он так. Наверное, его Высочеству от таких речей будет ужасно неловко, но почувствовал, как его стали сильнее обнимать. Се Лянь ткнулся носом в шею Хуа Чэна и едва слышно всхлипнул. Несколько мгновений или минут спустя юноша в белом поднял взгляд, вытер влажные глаза и уставился на закат. Се Лянь обхватил свои колени руками и, продолжая наблюдать за красным солнцем, облокотился на Хуа Чэна... — Зачем же самому сильному демону, у которого, судя по его же словам, собственный город, искать никчемного бога мусора? — слова Се Ляня были очень спокойны, настолько спокойны, что Хуа Чэну стало больно от того , что его любимый муж так легко говорит о собственном несчастье. — Потому что Гэгэ спас меня, когда я был совсем маленьким и я очень благодарен ему за это. Я влюбился в ваше Высочество с того самого момента, как впервые увидел. Падать со стены было ужасно страшно, я успел десять раз попрощаться с жизнью, но никак не ожидал, что упаду в такие мягкие руки... Глаза Се Ляня резко расширились, он рывком обернулся и выдержав небольшую паузу, казалось, он разглядывал черты лица юноши, спросил: — Это ты? — Это я... - Хуа Чэн поцеловал Се Ляня в лоб. Хотя, это сложно назвать поцелуем, слегка коснулся губами. Принц на это сразу же смутился и, покраснев, отвернулся. На место поцелуя села маленькая белая бабочка и запорхала своими маленькими крылышками. Хуа Чэн улыбнулся. Его Любовь больше не плачет. — А ещё, как я и обещал, я построил храм в честь своего любимого Бога. Он стоит в центре моего города, Гэгэ, и я постоянно там молюсь. Молюсь об исполнении моего самого заветного желания — найти свою любовь. Се Лянь несколько раз глубоко вдыхал воздух, будь-то собираясь что-то сказать, но так и не решился. — Позволь я угадаю, что у тебя на уме — на ухо прошептал Хуа Чэн. Его голос был глубоким и низким, как часто повторял Се Лянь из будущего — очень соблазнительным — Нет, Вера в тебя не приносит неудачи; нет, ты не убил своего последнего верующего… — Хуа Чэн обнял любимого обеими руками за талию и положил голову ему на плечо, уткнувшись в шею, так, как он частенько делал в своем времени — Я все ещё здесь… Я все ещё в тебя верю. И никакие твои ошибки этого не изменят. — Умин… — шепотом на выдохе произнёс Се Лянь. Он повернул голову к Хуа Чэну, но не ожидал, что его лицо окажется настолько близко к его собственному. Держа Се Ляня в объятьях, Хуа Чэн прекрасно чувствовал, как по телу принца пробегала легкая дрожь. Демон всматривался в раскрасневшиеся глаза возлюбленного, тот, кажется, совсем не знал куда себя деть. Хуа Чэн наклонился и прильнул к губам Се Ляня. Легко и нежно. Се Лянь совсем не сопротивлялся, даже пытался как-то ответить, пусть и совсем неумело. Хуа Чэн отстранился. Он спрятал своё лицо в шоколадных волосах Бога, ожидая, что его упрекнут в излишней дерзости. …Но этого не произошло. — Как…как тебя зовут?- тихо, с явным смущением в голосе, спросил Се Лянь — Сань Лан — ответил мужчина — но для остальных я Хуа Чэн. — Вот как…Сань Лан — вздохнул Се Лянь. Если Хуа Чэну не показалось, то в его голосе даже была нотка восхищения — Я дождусь тебя — каждая новая фраза звучала все увереннее — Нет! Зачем ждать?! Завтра же уйду из этого пустынного городка и сам отправлюсь тебя искать. Се Лянь резко повернулся к Сань Лану, улыбка пропала с его лица. Хуа Чэн разглядывал свои полупрозрачные руки. — Что-то не так? — Кажется, я возвращаюсь в своё время, Гэгэ. — Ох…Это ничего, ведь мы скоро встретимся — Се Лянь улыбнулся своей привычной очень доброй улыбкой. Он прижался к Сань Лану и спрятал лицо в изгибе его шеи. Хуа Чэн поцеловал Се Ляня в макушку. — До встречи, Любовь моя… После этих слов Хуа Чэн распался на сотни призрачных бабочек, что закружили вокруг Се Ляня. Многие из них довольно быстро исчезли, но одна продолжала порхать вокруг Бога. Тот вытянул руки и бабочка приземлилась прямо на его ладони. Се Лянь поднёс ее к лицу и слегка прикоснулся губами к тоненьким крылышкам. — Спасибо… Спасибо за твою любовь!