peaches love

Минхо — студент третьего курса юридического факультета в университете его мечты, его никогда не привлекали девушки, и смог он принять это только сейчас — когда перед ним происходит посвящение в первокурсники на лингвистический факультет. Ли увидел этого чертовски ахуенного парня, которого, кажется, зовут Хван Хёнджин. — Пиздец, — сказал он после того, как их взгляды пересеклись, и этот парень улыбнулся ему своими шоколадного цвета глазами. Хо даже и не надеялся на то, что они смогут снова встретиться. Потому что обычно в их университете факультеты разных направлений не пересекались, но… — Да что за хуйня происходит?! — достаточно громко, с каким-то своеобразным гневом, сказал слегка смущенный от вида парня Минхо, когда увидел перед своим порогом общажной комнаты этого первокурсника. Который почему-то стал выглядеть ещё лучше, чем тогда. Хван сейчас не выглядел так уж хорошо, по его мнению, но у окружающих было совсем иное представление о нем, а особенно у Минхо. Этот Хёнджин выглядел так нереально: его блондинистые волосы были собраны в небольшой хвостик, а передние золотистые пряди были выпущены, глаза были наполнены таким волнением и неловкостью из-за беспокойства будущего соседа. Его милые щёчки покрылись лёгким румянцем, а губы были такого малинового цвета. Да даже обычная одежда на нем выглядела ахуенно. Он был одет в широкие спортивные штаны, тонкий тёмно-серый свитшот и подчеркнул Хван свой образ серебряным кольцом на безымянном пальце правой руки и тонкой цепочкой, свисающей с его белоснежной шеи. У Ли было ощущение, что если он притронется к нему, то он просто исчезнет, и вся эта картина окажется лишь фантазией третьекурсника. — Извините, но. к сожалению. или к счастью. теперь я ваш сосед! — нервозно сказал Хван, поклонился и снова, в очередной раз улыбнулся так, что засияло все пространство вокруг него. Минхо в тот момент чуть не ослеп. Ли тяжело вздохнул, но деваться некуда, улыбка хенджина, похоже, может сделать что угодно хорошим, светлым и спокойным. Вот так и произошло знакомство этих голубков. Ли, как и Хвану в реальной жизни было очень трудно завести друзей или хотя бы знакомых, в отличие от интернет общения. Возможно, именно поэтому они иногда могли хорошо понимать друг друга. Даже несмотря на их достаточно противоположные характеры, каким-то образом они сдружились и стали очень близки. Эти двое оказались уж слишком близки, их дружба неожиданным образом превратилась во что-то по типу передружба/недоотношения. Минхо мог спокойно подойти к Хёнджину и ударить его по ягодицам, провести рукой по узкой талии или длинной шее, погладить по гладким блестящим волосам или заправить его выпущенные пряди волос за уши. В то время как Хван мог схватить Минхо за его мягкое бедро, провести руками по его накаченным плечевым мышцам или же по его прессу, спрятанному под большой мешковатой футболкой. Рукой провести по каштановым волосам, откидывая их назад и раскрывая лоб старшего. Никто из них не чувствовал дискомфорт от этих действий, им наоборот это нравилось. И вроде бы они жили слаженно, без ругани и всего такого, но к сожалению, чаще всего людям надоедает постоянство, или даже лучше сказать повседневность. Они начинают чувствовать разочарование, навязчивость действий как физических, так и моральных. Нервозность и раздражение от всего происходящего может одолеть разум и нахлынуть так же резко, как и волны перед сильным штормом. От этих эмоций никуда не деться. И эти чувства не обошли и наших героев. В какую-то из пятниц летних каникулов, после успешно закрытых сессий, Минхо и Хёнджин, уже потерявшиеся в счёте времени, проводили время дома, ведя себя как обычно. «Но все же сегодня что-то поменялось в хёне», — подумал Хёнджин и открыл холодильник в попытках найти хоть что-то, что могло бы спасти его от такой адской жары. В его взор бросилась ледяная бутылка воды и холодные фрукты — персики. Минхо же в это время сидел на кухне и, смотря в белую стену, думал об их с хваном отношениях. В его голове было так много вопросов по типу: «Кто же мы друг другу? Почему мы это делаем? Как мне донести до него истинну? Как открыть свой секрет? Почему за такое долгое время я все держу в себе? А что он думает обо мне? И что подумает, если я..?», и ещё очень много-много таких надоедливых вопросов не давали спокойствия Ли. Хёнджина же так вдохновляла эта картина: Минхо сидит за столом с таким серьезным и непоколебимым выражением лица, его руки обхватывают щёчки из-за чего старший становится в каком-то смысле милее. В раздумьях он так медленно моргает, и Хёнджин может разглядеть каждую частичку лица минхо. Его глаза карамельного цвета сияют от солнечного света, его длинные ресницы красиво и эстетично двигаются, его ровный нос и высокая переносица словно блестят на свету. А его губы вишнёвого цвета, Хвану так давно хочется слиться с ними воедино, попробовать их на вкус. Но Хёнджин не на столько мыслительный человек, как Минхо. Он не хочет сосредотачиваться на мыслях, которые и так терзают его каждую ночь. «Ни за что, сейчас не время думать об этом, Хван», — с такими мыслями стоял Джинн. Но что-то его резко отвлекло. «Боже мой, идиотская жара, я сейчас откинусь», — да, Хёнджин действительно смог очень быстро отвлечься и переключиться с одного дела на другое. Он приступил к косвенной битве с изнуряющей жарой. — Вот блять, — тихо себе под нос произнес Минхо, увидев Хёнджина, который ел этот сочный персик, причмокивая своими пухлыми губами. Которые сейчас тоже были в соке от фрукта. Из-за этих провоцирующих действий мысли Хо свелись на нет. Приняв скорое решение, что с него хватит этого недопонимания со своим недопартнером/передругом. Ли уверенно подошёл сзади к Хвану. Но сейчас все было не так, как обычно это происходит. Он встал неожиданно ближе к нему и схватил за талию, сжимая сильнее чем обычно. Вызвав у Хёнджина тяжёлый выдох и удивление. И он соврет, если скажет, что ему не понравилась такая инициатива. Старший подошёл вплотную, убрал блондинистые волосы Джинни за его красное от смущения ушко. — Я пиздец как хочу тебя поцеловать, — прошептал Минхо, уже даже не думая о последствиях. «Будь что будет», — это единственное, что осталось в его разуме. Хёнджину промурашило все тело, он убрал от своих губ уже половину персика. Минхо прошёлся по подбородку младшего, как бы поворачивая его голову в свою сторону. Хван в свою очередь поддавался его действиям, доверяя своему хёну, и наконец-то. Минхо и Хёнджин слились в страстном, наполненном искренней любовью поцелуе. Хёнджин зарыл свои пальцы в волосы старшего, пока тот все так же близко прижимал его к себе. Они и вправду долго ждали этот момент. Казалось, вот недавно они лишь встретились взглядами на незначимой церемонии для них обоих, а позже каким-то образом стали соседями по комнате. Ну а сейчас они стоят и извращенски целуются. Их губы словно слились воедино. Этот поцелуй был таким сладким и желанным. Но Хёнджину стало мало того, что было. Теперь он перестал бояться реакции старшего и взял все в свои руки, ну а точнее в свои губы. Углубляя поцелуй, он так грубо засунул свой язык в рот Минхо, пройдясь по всем зубам и сухому небу старшего. Который слегка улыбнулся прямо во время всего происходящего. В следующий же миг, их языки сплелись в умеренном темпе. Теперь это не только проявление любви и искренности, это стало чем-то большим — страстью, скрытыми желаниями каждого, проявлением абсолютно всех эмоций, которые они чувствовали на протяжении того времени страданий и размышлений. Вопреки нахлынувшим чувствам, они отстранились друг друга, давая отдышаться друг другу. — И как давно? — спросил Хёнджин, пытаясь восстановить тяжелое дыхание. — В тот день, на церемонии, — промурчал ему в ответ Минхо. — А что насчёт тебя? — ухмыльнувшись, старший спросил все ещё розоватого Хёнджина. — Я… тоже, — сглотнув слюну, прозвучал в ответ смущенный и робкий голос Хёнджина. Встретившись взглядами, их сердца чуть ли не выпрыгивали из груди. Они снова слились в поцелуе, наполненном понимаем, заботой и нежностью. Минхо посмотрел в сияющие глаза Хёнджина и, торопя события, спросил с некой лаской. — Ты будешь м.., — не дав договорить Минхо, Хёнджин быстро чмокнул его и сказал. — Хён, я хочу быть твоим парнем, — и снова эта ехидная и добрая улыбка Хвана…