Пони на тысячу

Отворив дверь, Твайлайт пару секунд сонно таращилась в темноту, потом до её не желающего просыпаться разума дошло, что она слышит какой-то звук… и что оный звук доносится снизу. Опустив слипающиеся глаза, она обнаружила прыгающее красно-жёлтое пятно. «Что-то знакомое… — вяло подумала единорожка, допоздна засидевшаяся с книжкой. Спать хотелось невыносимо. — Хр-р-р…» — Твайлайт!!! — завопили ей прямо в ухо. — Да проснись же ты! — А?! Что? — Твайлайт подпрыгнула и замотала головой, кое-как подключившись к реальности. — Кто… Эпплблум?! Какого сена ты бродишь по ночам? Что-то случилось? Что с Эпплджек? — Почём я знаю, они с Маки ещё вчера на ярмарку двинули. У нас вор в погребе! А Бабуля наливку вчерась делала и пробовала, и того… напробовалась. Не добудишься. А я не знаю, кого ещё звать! — Так, погоди… — Твайлайт окончательно проснулась. — С чего ты взяла, что в погребе вор? — Дык он тама хрустит и чавкает, ажно через дверь слыхать. А я это, дверь заперла метлой, да скока там той метлы… И к тебе бегом. Что делать-то? — Что там, Твайлайт? — по лестнице в зал неторопливо спускалась гостившая в Понивилле Луна. Вслед за ней, зевая во всю пасть и протирая кулачком глаза, плёлся Спайк в обнимку с длинной подушкой. — Тут Эпплблум пришла, говорит, к ним воры в погреб залезли. — Твайлайт чуть растерянно развела лапками. — Чего? — Спайк тоже проснулся и удивился. — Откуда бы в Понивилле взялись воры?.. Ну, кроме Флима с Флемом, но те так, просто жулики… Он перехватил взгляды, устремлённые на его подушку с нарисованной в весьма вольной позе Рэрити, покраснел и быстро спрятал её за спину. — Это подарок! — Да-да, мы поняли, — Твайлайт сдержала улыбку. Луна одобрительно кивнула. — Ну, один ворюга таки нашёлся, видать, — фыркнула Эпплблум, возвращаясь к теме. — Так чего делать-то? У меня там Бабуля дрыхнет, а вдруг опосля погреба он и её схарчить надумает? — Отринь свои страхи, дитя, Мы не позволим злодею покуситься на достоинство матриарха семейства Эпплов. Иди сюда, — Луна призвала регалии и изящно ступила в опустившиеся перед ней накопытники. — Посмотрим на сего смельчака. Твайлайт, ты нас перенесёшь? — Да, конечно, — единорожка зажгла рог. — Спайк, ты лучше ложись спать, только дверь запри. — Ага… и стоило вставать… — дракончик махнул лапкой на исчезнувших пони, закрыл дверь, с хрустом зевнул, поглядел на лестницу, подумал и потащил подушку в угол. Свернулся на ней клубком, и спустя минуту тишину библиотеки нарушало лишь тихое сопение. Метла тихо и мирно торчала в дверных ручках. — Он ещё там! — Эпплблум с опаской выглянула из-за ноги Луны. — Ненадолго. — Твайлайт аккуратно вытащила магией орудие уборки, освобождая двери. Посмотрела на Луну, та едва заметно кивнула — и единорожка, резко выдохнув, распахнула створки. Луна метнула внутрь «Вспышку» и исчезла, ворвавшись в погреб телепортом, Твайлайт прыгнула в дверь, готовая бить чарами. — Ни с места! Выйти из сумрака, или заколдую! — Ффы шовшем офвенели?! — прочавкал вор, болезненно жмурясь. — Ням-ням… Вы что творите?! — П-принцесса Селестия?! — Сестра?! — А вы ожидали найти здесь Сомбру? — пробурчала та, сидя над бочкой квашеной капусты с брусникой. — И тут покоя нет… Ни сна, ни отдыха измученной душе! Тьфу… Выплюнув лавровый лист, Селестия сунула в рот здоровенный солёный огурец и щедро зачерпнула лапкой капусту прямо из бочки. Под звуки жрущей лошадки обалдевшие пони только и могли хлопать глазами. — И что вы на меня так уставились? — прожевав, мрачно спросила Селестия. — Никогда не нападал ночной дожор? — А… почему это… вы же не… — выдавила Твайлайт. — В самом деле, сестра. Мне вот тоже казалось, что твои, хм… кулинарные вкусы лежат в несколько иной области. — Луна очухалась быстрее. — Зачем вам есть нашу капусту? — Эпплблум экивоков не признавала. — Это ж не этот… крем-бруле? И тем более красть! — О, нет, моя маленькая пони, я ещё не настолько ополитесалась, чтобы грабить подданных, — хмыкнула Селестия и опять полезла в бочку. — Твоя сестра специально оставляет мне в погребе соленья, Эпплблум, я их у неё покупаю. — Но… Зачем? В смысле, почему здесь? — Твайлайт обвела лапкой погреб. — А не во дворце? — Потому что политика, будь она неладна, — Селестия выудила чарами новый огурец из кадушки и стряхнула с него налипший укроп. — И образ, сложившийся за тысячу лет. Ну и проклятие. — Стоп, какое ещё проклятие? — встрепенулась Луна. — Откат Элементов, — Селестия отложила надкушенный огурец и тяжко вздохнула. — Когда я обратила их против родной крови, моя вина от этого лишь усугубилась. Мало было этой проклятой радуги в гриве, они ещё и не так напакостили. Пока тебя не удалось вернуть, Лу, любая еда, которой я касалась, превращалась в сласти, а питьё — в клёпаный чай! Ты даже не представляешь себе, как я за это время возненавидела сладкое и эту бурду… — Ого, — только и сказала Твайлайт. — Действительно, страшная месть, — пробормотала Луна каким-то странным голосом. — И теперь ты… Эпплблум закашлялась, прикрыв рот лапкой. — Отъедаюсь я! — гневно засопев, рявкнула Селестия. — За все годы и горы сожранной выпечки, побери её Дискорд!!! Если хотите, можете ржать, только снаружи! И чтоб ни слова никому! Золотистая магия подхватила всю троицу и выставила на улицу. Взмывшая метла с треском влетела в дверные ручки. — К стыду моему, не знаю, ржать или рыдать, — пробормотала Твайлайт. — То есть это ужасно, так и копыта можно откинуть, но… — Сойдёмся на том, что у Древа и Элементов странное понятие справедливости, и закроем тему, — постановила Луна. — Хорошо, что всё обошлось. — Эт' точно, — сказала Эпплблум. — У нас однова неурожай был, одной морквой цельный месяц пробавлялись. С тех пор видеть её не могу! А тута — ажно тыщу лет. Бр-р-р. Ну лан, раз это не воры… я тогда пойду спать? — Да, конечно, — Луна погладила её по голове. — Тебе приснятся хорошие сны. — Сяпки, принцесса! Доброй ночи, — понька помахала с крыльца лапкой и закрыла дверь. — Сны — это то, что надо, — Твайлайт отчаянно зевнула. — Та ещё ночка выдалась. — Воистину. — Луна покачала головой, глянув на погреб. — Ты устала, теперь мой черёд переносить нас. Синяя вспышка завершила эту историю.