Такая правильная усталость

      Больше всего на свете Лера любит вторники и субботы. Вечера этих дней - единственное время, когда она позволяет себе забыть о своей миссии. "Жанна д'Арк" – так она о себе думает, сжимая в руке меч и надвигая на лицо решетчатую маску.       Однажды она назвала себя так в разговоре с Серёжей и Олегом. Разумовский смеялся так, что смахнул с барной стойки кружку с чаем, а Олег расшифровал этот смех нахмурившейся Лере: –Ты меняешь стороны. Чумной доктор же сжигал, а Жанна погибла в огне. Неплохо у тебя подсознание работает.       Подсознание тут было не причем – случайно увиденное в зеркале усталое тело в черной куртке с пластиковыми доспехами и светлыми, мокрыми от пота волосами само подсказало это сравнение, от которого почему-то хотелось улыбаться и появлялись силы на дорогу до дома.       Сегодняшняя тренировка была отвратительной. Меч плясал в руках вместо того, чтобы лететь в чужую маску, защиты переставали защищать. Хоть тренер и похвалил девушку на построении, она все равно грызла себя изнутри.       «Защита на контратаку – ответ» – вспоминает Лера напутствия секунданта, пока стоит в метро.       «Защита внутреннего сектора – наклон клинка – удар» – и рука чуть дёргается в такт мыслям.       После тренировки не хочется думать ни о чем, но в последнее время рефлексия одолевает все больше, и путь домой автоматизируется до такой степени, что Лера совсем не помнит, как оказывается в апартаментах Разумовского, которые теперь называет домом. И там совершенно по-хозяйски от усталости падает на диван прямо в кроссовках и ветровке. –Ма шери, разденься, – Сережа отрывается от ноутбука и зависает, наблюдая за девушкой. – Устала? –Мгм.       Усталость разливается по телу начиная с ног и поднимаясь выше как будто тело погружают в странную воду. Или в странный огонь? Лера думает, что усталость похожа на огонь, и тогда ее любимое сравнение с Жанной почти попадает в цель. Сережа что-то говорит о графике, о режиме дня, но все это вдруг смешивается в сером калейдоскопе мыслей в лериной голове.       Она просыпается по ощущениям через несколько часов – а наручные едва ли показывают двадцать минут. Сережа ещё мерно щелкает по клавишам, ветровка и кроссовки в прихожей, а сама Лера укрыта тонким одеялом. –Приходил Олег, оставил тебе чай. Я его в магазин отправил, у меня печенье кончилось. Попросил тебе захватить чего-нибудь. Лера улыбается сквозь дрёму: –Надеюсь, он купит молока..и пшёнку. Разумовский недовольно фыркает. –Девочка, ты же можешь попросить у него любое блюдо любой кухни мира, а течешь от простой каши?       Лера мысленно выделяет для себя в его реплике слово "течешь" и снова расплывается в улыбке. Она думает, что было бы неплохо, если бы Олег не только снял с нее обувь и ветровку, но и отнес в теплую ванну, как он делает после тренировок с ним.       Она потягивается и садится на диван, подбирая ноги по-турецки. Чай не обжигает, он теплый и пахнет кисловатым ягодами. Лера выпивает сразу половину кружки, и замирает, ощущая тепло внутри.       Когда из магазина возвращается Олег, Сережа уже закрыл ноут и теперь настраивает на телевизоре какой-то фильм из своего списка желаний. Вообще вечера фильмов по субботам были придуманы именно для Сережи, поэтому ни Лера, ни Олег особенно заинтересованы в выборе фильма не бывают. –Как ты, Валер? Олег садится рядом, позволяя девушке привалиться к его плечу. –Паршиво. Пропустила пару ударов и укол в горло. Сегодня все из рук валится. Но я справляюсь. Не горю. – Лера закрывает глаза и ощущает себя совершенно разбитой физически, но такой целой морально. – Хочу в душ, Волче. Отнесешь? Не дойду. Последние слова адресованы, будто бы, плечу, к которому девушка прижимается лицом, спасаясь от ярких пятен экрана в глазах. –Отнесу.       Ее подхватывают сильные руки, они же регулируют температуру, раздевают и опускают девушку в воду. Они же вытирают ее мохнатым полотенцем – кажется вообще-то Сережиным, напоминающим казённые детдомовские, но страшно мягкие в отличие от них. Они же относят обратно, на диван, к заждавшемуся Разумовскому.       Лера ложится головой на колени Олега, позволяя ему перебирать мокрые пряди, пока сама в это время переплетает пальцы с сидящим на полу Серёжей. Он смотрит фильмы вдумчиво, его не оторвать ни уведомлением, ни поцелуями, поэтому никто уже не пытается. Однако когда Олег чуть наклоняется, чтобы прошептать почти уснувшей Лере «может тогда отменим нашу завтрашнюю тренировку?», в ответ летит «нет!», сказанное в два голоса.