Serendipity

— Ладно! Можешь переключить песню, только хватит дуться! Минджон победно улыбнулась и поспешила поставить альбом Ланы Дель Рей, в ответ получив многострадальный вздох от брата. Они возвращались из аэропорта после того как проводили родителей на их рейс в штаты. Старший Ли был за рулем и последние пятнадцать минут упорно игнорировал просьбы сестры включить ее любимую музыку. — Ты же в курсе, что ее репертуар песен никак не вяжется с твоей жизнью?! Хисын не был бы собой, если бы не прокомментировал музыкальный вкус младшей. Но девушку это никак не волновало — она давно привыкла к подколам брата и с легкостью отвечала ему не менее дерзким тоном. — Заткнись, ты ничего не смыслишь в жизни, — расслабленно пробормотала Минджон. Она сделала музыку громче и закрыла глаза. Ехать до дома было еще долго, так что девушка собиралась провести это время спокойно и без препирательств. В последний месяц у нее не было так много времени для рефлексии и раздумий — складывалось ощущение, что Ли постоянно куда-то спешила. Все-таки последний год отнял у нее слишком много ценного и, вероятно, именно поэтому она пыталась везде успеть и взять все возможное. Вообще, болезнь многое изменила в ней — раньше девушка была намного ранимее, но борьба за собственное будущее диктовала стать сильнее. Она знала, что еще не до конца оправилась и ей предстояло много работы над собой, но все же Минджон была на пути к этому. Вибрация на телефоне заставила девушку открыть глаза и посмотреть на экран — это было уведомление от Джимин. Младшая открыла мессенджер и усмехнулась фотографии подруги — на ней Ю была с неаккуратным пучком на голове и вся в краске. ≪Опять творишь?≫ Ответ от старшей не заставил себя долго ждать. ≪Я решила закончить картину, чтобы завтра показать своему психологу≫. ≪Разве он тебя не раздражал на протяжении всех сеансов?!≫ Минджон была почти уверена, что этот Кристофер бесил подругу, а тот факт, что она внезапно решила показать ему свою работу немного запутывал. ≪Сейчас он меня раздражает меньше. К тому же, это важный шаг в терапии≫. Младшая грустно улыбнулась — каждый раз когда она вспоминала про состояние Джимин, ей хотелось кричать о несправедливости к ней. Ну вот почему такой хороший человек должен бороться с порицанием со стороны общества и залечивать незаслуженные душевные травмы?! ≪Это очень хорошо, Джимин-а))≫. ≪Ты проводила родителей? ≫ ≪Да, уже возвращаемся. Я зайду к тебе вечером?≫ ≪Конечно. Буду ждать≫. Отложив телефон, Минджон посмотрела в сторону брата — он был сосредоточен на дороге и думал о чем-то своем. С недавних пор девушка наблюдала за ним тщательнее — хоть снаружи он и казался таким же как и всегда, но что-то важное постоянно поглощало его мысли. Хисын всегда был закрытым человеком и редко делился своими чувствами с близкими. Чаще всего он переживал трудные времена молчаливо и без внешних проявлений. Как бы Минджон не восхищалась стойким характером старшего, она все равно очень волновалась за него. После возвращения в Корею, девушка заметила отстраненность брата к окружающим — единственное, что его волновало это была младшая сестра и финальные экзамены в магистратуре. Раньше было намного легче его разговорить, но сейчас он большую часть времени проводил вне дома — или учился, или занимался в спортзале, а возвращаясь принимал душ и сразу уходил к себе в комнату. Это не могло не беспокоить младшую. — Какие планы на вечер? — решила начать разговор Минджон. — Корпеть над дипломной, и если повезет - уладить дела с практикой, — не отрываясь от дороги ответил парень. — Какие-то проблемы? — осторожно спросила младшая. Хисын неопределенно пожал плечи. — Нужно выбрать место для практики, а я пока не решил куда можно устроиться. — Ты же всегда хотел попасть к мистеру Ю, в чем проблема? Старший посмотрел на сестру таким взглядом, как будто она сказала что-то абсурдное. — Почему ты так смотришь? Он же один из лучших в своем деле! Хисын усмехнулся и вернул взгляд к дороге. — Дело не в этом, Минджон. — А в чем? — недоуменно продолжила гнуть свою линию младшая. — Неужели это неочевидно?! У меня сейчас не самые лучшие отношения с его дочерью. Девушка разочаровано вздохнула — еще одна проблема, которая ее постоянно волновала, это сосуществование Хисына и ее подруги на одной планете. Что конкретно произошло между ними оставалось загадкой, и никто из них не собирался рассказывать правду. Ли точно знала, что полгода назад они прекрасно ладили и проводили много времени вместе, но почему именно ее брат отвернулся от Джимин, как и все их общие друзья, было трудным вопросом. — Да… тут ты, конечно, лоханулся, — сухо прокомментировала Минджон, на что получила усталый взгляд брата, — Ты не думал нормально поговорить с Джимин и все обсудить? — Нам нечего обсуждать. Она не нуждается в разговорах со мной. Как бы отстраненно не звучал Хисын, младшая уловила в его тоне что-то похожее на обиду. Ее брат не был злопамятным, но девушка чувствовала, что его чувства были задеты. Но с другой стороны для Минджон было невозможно представить, чтобы ее подруга кому-то преднамеренно делала больно. Джимин всегда была доброй и понимающей. — На самом деле, как бы она не храбрилась, произошедшее оставило на ней отпечаток, — заметила Ли, а затем продолжила, — Ты, как друг детства, должен был выслушать ее и защитить. Хисын нервно сжал руль правой рукой, а левую запустил в густые черные волосы — очевидно у него было собственное мнение об этой ситуации. — Я вижу, что ты до сих пор волнуешься о Джимин, не отрицай это. Почему бы не попытаться поговорить на чистоту? — Минджон, не надо лезть в наши отношения. — Но это все лишено смысла! Хисын одарил сестру осуждающим взглядом. — Для меня смысл есть. — И какой же? — возмутилась младшая. — Что я упустил свой шанс, черт возьми! — повысил тон парень. Ему не нравилось говорить об этом, но постоянные расспросы сестры уже порядком надоедали. Увидев испуганный взгляд младшей, он тяжело вздохнул и продолжил в более спокойной манере, — С тех пор как я узнал про ее панические атаки, не могу найти себе места. Я так был зациклен на своих личных обидах, что представить даже не мог через что она проходит. Я буду самым эгоцентричным ублюдком если сейчас попытаюсь вернуться в ее жизнь. Минджон сжала губы и погладила брата по плечу — все было так, как она представляла. Хисын хоть и молчал долгое время, но сегодняшнее внезапное признание говорило о том, что все эти месяцы он был занят самобичеванием. Было ощущение, что вся выстроенная платина неприступности резко рухнула и чувства парня прорвались наружу. — Я не должен был позволять ревности затмить мой рассудок. В тот момент единственное что меня беспокоило, это видео танцующих в обнимку Джимин и Техена… — Ах, эта мразь! Есть еще и видео?! — возмутилась Минджон. — Что? — Хисын удивленно спросил. Младшей не хотелось делиться чужим секретом — в день открытия гостиницы отца, когда они остались с Джимин вдвоем, подруга осмелилась рассказать некоторые травматичные события случившегося с ней. Тогда она очень много плакала и умоляла не осуждать ее за глупость, но единственное что хотела сделать Минджон, это было найти Кан Техена и избить его самым жестоким образом. Из-за него Ю была вынуждена пройти через все круги ада, из-за него получала необоснованную ненависть в свою сторону. После слов Хисына, девушка пришла к весьма интересному умозаключению — ее брат ревновал, а это значило только одно — у него были чувства к Джимин. Минджон охнула — до своего отъезда она не замечала романтики между братом и подругой. Значит, что-то изменилось, когда она была в Штатах. — Минджон? Девушка постаралась вернуть внимание к разговору — теперь она смотрела на брата по новому. — Что? — Почему ты назвала Техена мразью? Ответить на этот вопрос было неправильно по отношению к Джимин, но с другой стороны это бы пролило свет на сложившиеся недопонимание. Мысленно попросив прощения у подруги, Минджон решила все же озвучить правду. — Ты знал, что он накачал Джимин наркотиками и чуть не изнасиловал ее? Хисын резко затормозил машину и остановился возле какого-то здания. Сказать, что услышанное повергло его в шок, сказать ничего. Парень смотрел на сестру во все глаза и, кажется, очень злился. От резких действий старшего Минджон испугалась еще больше. — Что ты сказала? — переспросил Хисын низким голосом. Девушка обреченно посмотрела на брата и заерзала на месте — атмосфера становилось все хуже и хуже. — То что ты услышал, являться правдой. Отец Джимин уже длительное время собирает улики со своей командой, а этот ублюдок продолжает спокойно и безнаказанно жить. Я не знаю, что за видео тебе показывали, но в тот день Джимин оказалась в больнице с интоксикацией из-за наркотических средств. Я знаю свою подругу, ты знаешь ее! Она никогда бы такого не сделала! Ей что-то подмешали в коктейль… Хисын шокировано вслушивался в слова младшей и пытался сформулировать свои мысли во что-то внятное — получалось не очень. — Почему об этом никто не знает? Минджон покачала головой. — Ты думаешь, что прошедшей через все это девушке легко публично говорить о… таком?! Образовавшаяся тишина давила — младшая тихо плакала, а парень не выдержав таких новостей вышел из машины. Сначала он просто ходил из стороны в сторону, но чуть позже он устало облокотился о капот и достал из кармана куртки пачку сигарет. В последний месяц Хисын зачастил с курением, а это было очередным поводом для беспокойства. Минджон не спешила выходить за ним следом — очевидно, что брату требовалось время переварить всю эту информацию. Как новые знания отразятся на нем и его душевных терзаниях, тоже было вопросом времени. Наверное прошло более тридцати минут, когда Хисын наконец вернулся и сел за руль — он был относительно спокоен, но младшая чувствовала напряжение исходящее от него. Ничего не говоря, он молча завел машину, а последующие двадцать минут парень ни разу не заговорил. Минджон тоже молчала — мало что можно было сказать в такой ситуации. Когда они доехали и уже были дома, старший предпочел уединиться на застекленном балконе с ноутбуком и несколькими книгами в руках. Несмотря на уговоры сестры, он отказался от ужина и оставшееся время до сна провел в одиночестве. Все становилось сложнее. *** У Кристофера Банчана сегодня был праздник — во-первых он отмечал годовщину свадьбы со своей любимой женой, во-вторых ему удалась забронировать столик в любимом ресторане, и в третьем - его проблемная пациентка соизволила прийти с давно обещанной картиной в руках. Последний сеанс с Ю Джимин проходил ровно неделю назад, и за прошедшие дни в девушке что-то изменилось. Она держалась увереннее и не напрягалась из-за каждого заданного вопроса. Мужчина считал это большим прогрессом. — Я уже и не думал, что когда-нибудь увижу твои работы, — улыбнулся психолог. — Это всего лишь одна картина, мистер Кристофер. — Ты ошибаешься. Даже один эскиз из-под рук исследуемого человека может рассказать историю всей его жизни. Джимин усмехнулась. — Какой скучной должна быть жизнь, чтобы поместить все ее содержимое в одном несчастном рисунке… — Ты учишься на искусствоведа, уверен, вы еще обсудите это на уроках, — добродушно заметил мужчина. В ответ девушка только усмехнулась. Пролистав свои записи с прошлых сеансов, Кристофер выжидательно посмотрел на свою пациентку — она сидела на кожаном диване и разглядывала собственные руки. Девушка думала о чем-то своем, и психологу не очень бы хотелось прерывать ее. Благо, она сама подняла взгляд на мужчину и сдержанно улыбнулась. Это дало возможность возобновить разговор. — Что бы ты хотела рассказать мне о своей картине, прежде чем показать ее? Джимин долгое время не находила ответа, но через некоторое время все же заговорила. — Я хотела восстановить справедливость в древнегреческой легенде. Звучало очень интересно — мужчина сразу же записал у себя в блокноте ≪ проекции собственных эмоций сквозь искусство≫. Девушка встала с места и подошла к своей картине, которая была на другом конце комнаты и в черном чехле. Немного подумав, она вытащила свою работу из упаковки и вернулась с ней в руках к психологу. — Я начала рисовать ее где-то два месяца назад, но смогла закончить только вчера. Мне хотелось нарисовать человека, которым я стремлюсь стать. Кристофер затаил дыхание в ожидании. Через несколько секунд перед его взором появилась доводящее до дрожи изображение. Не то чтобы мужчина ожидал увидеть там кроликов на солнечной поляне, но и такое было трудно предугадать. Сейчас было важно держаться профессионально и не показывать лишних эмоций, чтобы не отпугнуть Джимин. — Это Медуза Горгона? Ю кивнула. — А чью голову она держит? — Посейдона. Мужчина подошел ближе к картине и стал увлеченно ее разглядывать — его пациентка обладала талантом точно показывать эмоции с помощью красок и полотна. Отрубленная голова древнегреческого божества была искажена ужасом и болью, а Горгона, в темно синем одеянии, стояла с гордо расправленными плечами и улыбкой победительницы. Когда Ю Кенхо впервые связался с Банчаном, он коротко объяснил, что его дочь испытала сильнейшее потрясение. При личной встрече, известный адвокат уже более внятно рассказал о произошедшем — младшая Ю чудом спаслась от изнасилования. Если бы не вовремя подоспевшая охрана ночного клуба, девушка бы так просто не отделалась. Произошедшее, на ряду с другими событиями, очень сильно травмировало Джимин, и сегодня показанная ею картина четко давала об этом понять. — Мне нравится как ярко ты изображаешь эмоции, — признался БанЧан. — Спасибо. — Как ты считаешь, чтобы понять твою картину, нужно обязательно знать эту легенду? Девушка усмехнулась. — Хороший вопрос. Именно на нем и строится восприятие этой истории. Сами подумайте — с первого взгляда, не знающий предистории случайным человек увидев это, может подумать, что Медуза Горгона совершила нечто ужасное. Этот же человек начнет называть ее чудовищем и всячески унижать. Со временем таких людей станет больше, а вместе они станут целым сообществом. Со временем, Медуза Горгона начнет сомневаться в себе — неужели она действительно такая ужасная, какой видят ее остальные?! Она будет сомневаться в себе, плакать, страдать… но знаете что? Мужчина покачал головой — он уже понимал к чему клонит его пациентка. — Все ошибаются — вы, я, любой другой человек. Мы даже не пытаемся понять чужую историю, что она скрывает, что сподвигло Медузу Горгону поступить именно так… Нас учили в школе, что она чудовище, просто потому что она плохая. Только когда я перечитывала мифы Древней Греции, я узнала что морской бог Посейдон надругался над этой красивой и невинной девушкой. Она пряталась от своего обидчика в священном храме, но олимпийские боги, вместо того чтобы защитить ее, превратили Медузу в страшное чудовище. Справедливо ли обвинять жертву в том, что она просто хотела помощи и понимания?! Поэтому я и решила подарить Медузе справедливость на своей картине, ведь она так и не дождалась этого. Джимин после своей тирады сокрушенно села на диван и закрыла ладонями глаза, а после начала тихо плакать. Кристофер не ожидал стать очевидцем такого яркого всплеска эмоций девушки. Не нужно было быть самым умным, чтобы понять почему легенда произвела такое глубокое впечатление на нее. Ю Джимин была живым воплощением героини древнего мифа — такая же жертва обстоятельств, которая получала много ненависти в свой адрес только потому что люди не удосуживались узнать ее настоящую историю. БанЧан осторожно подошел к пациентке и сжал ее плечо в знак поддержки. — Посмотри на меня, Джимин. Ю долгое время отнекивалась, но чуть позже все же нашла в себе силы поднять голову. Ее заплаканные глаза заставляли сердце психолога сжиматься от неспособности сразу вытащить девушку из этого состояния. Вот она настоящая Ю Джимин, которая так трепетно прячет настоящую себя от окружающего мира — сломленная, ранимая и нуждающаяся в понимании. — Послушай меня, — спокойно продолжил Кристофер, — Теперь, кроме тебя, правду знает еще кто-то. Я верю тебе. Отец верит тебе. Твоя лучшая подруга верит тебе. И пока есть люди, которые верят в тебя и готовы сражаться за твою правду, еще ничего не закончено. Нужно бороться за себя, Джимин. Каждый миг, каждый день это новый шанс отстоять свою правду, слышишь меня?! Девушка моргнула несколько раз, а затем заторможенно кивнула — смысл сказанного медленно доходил до нее. — Не всегда люди будут искать правду, иногда, нужно самой распространять истину. — Вы думаете, что я достаточно окрепла для такого? — Никогда не узнаешь, пока не попробуешь, — загадочно улыбнулся БанЧан. Джимин глубоко вздохнула и поднялась с места. Она удалилась в соседнюю комнату, чтобы умыться и привести себя в порядок. Вскоре, вернувшись, она опять остановилась у своей работы — некоторое время она просто смотрела в одну точку, но уже через несколько минут девушка посмотрела психологу в глаза и решительно произнесла. — Пока что это был наш лучший сеанс. Кристофер рассмеялся. — Если не прошлые неудачные попытки, сегодня бы не было такого прогресса. — Поговорим об этом через неделю, — параллельно скрывая картину в чехле ответила девушка. Как говорится — время покажет.