chansung's euphoria

      Джисон жмётся ближе к оголённому телу, колени шире разводя. На шее один за одним вырисовываются следы от поцелуев, которые сейчас с такой нежностью оставляют зацелованные губы.       — Ах, Чанни… Глубже… — Хана кроет волнами эйфории, возрастающих с каждой секундой. Чан стонет гортанно — одно лишь осознание того, насколько Джисон сейчас лишён стеснительности, заставляет тепло приливать к паху с новой силой.       Обоим хочется большего. Пылающие тела сливаются воедино, ногти, выкрашенные в глянцевый чёрный, врезаются в кожу сильной, мускулистой спины, губы мажут по истерзанной шее.       Крис бёдрами толкается и чувствует каждым нервным окончанием, как его сжимают в себе.       — Ммх, не так сильно, — он кусает собственную губу и ни на секунду не даёт обоим отдышаться, хотя мышцы уже горели. Но это лишь делало всё ещё жарче.       Джисон тянется ладонями к чужому лицу и Чан молниеносно понимает этот жест — наклоняется, целуя глубоко, мокро и чувственно. Язык извивается не в своём рту, нарочно сталкивается с хановым и уносит обоих куда-то за пределы собственных разумов, в просторы неизмеримого наслаждения.       — Я люблю тебя, Крис… А-ах. — шепчет Джисон в губы напротив и не может сдержать протяжный стон, когда парень вбивается в него внезапно резче, задевая точку пика удовольствия. Но так же внезапно замедляется, подхватывает Хана за талию и тянет на себя, ложась на спину.       — Я люблю больше, Джисони, — он поправляет челку парню, а после снова меняется в лице. — Теперь твоя очередь, сладкий.       Джисон закусывает губу и не разрывая зрительного контакта, начинает двигаться. Руки упираются в упругую грудь, а чановы всё ещё за талию придерживают. Хан двигается и наблюдает за Крисом, как рот открывается от очередного стона и глаза прикрываются. Он ускоряется, снова принимая в себя парня полностью без остатка, и почти скулит. Этот член так правильно заполняет его. Джисон опускает взгляд вниз, получая за это мягкий шлепок по бедру незаметно съехавшей рукой Чана.       — Смотри на меня, Сони.       Взгляд вновь направлен на старшего, и Джисон скоро сойдёт с ума от всего этого. Чан так прекрасен сейчас. Глаза смотрят с желанием, любовью и каплей властности, губы приоткрыты, кадык дёргается в попытке сглотнуть скопившуюся во рту слюну. Хан наклоняется, буквально врываясь в чужой рот. И ему следует незамедлительный ответ в виде языка Чана, сплетающегося в страстном танце с его собственным.       Губы горят от поцелуев, задница — от резких толчков, да и внутри начинает разгораться пожар приближающегося оргазма.       — Хочешь кончить? Постарайся, Джисони, я не могу позволить тебе кончить просто так.       Мозг плавится от всего происходящего, все мысли лишь о скором получении разрядки.       — Что же я должен сделать, чтобы ты позволил мне?       — Попробуй сделать мне ещё лучше, чем сейчас. Джисон медленно поднимается, из-за чего член с хлюпом выскальзывает из него. Чан заинтересованно смотрит за действиями своего горячо любимого парня. Тот же встал с кровати и на еле держащих его ногах дополз до смазки и небольшой анальной пробки с пультом, используемую иногда ими для растяжки. С этими сокровищами он возвращается обратно, улыбаясь от найденного пути решения проблемы.       Первый палец чувствуется довольно непривычно, но всё-таки тело помнит те редкие сводящие с ума ночи, когда Джисон был сверху, и расслабляется. И поэтому второй добавляется через совсем небольшое время.       Наконец Хан вводит игрушку, перед этим целуя периодически сжимающееся колечко мышц. После возвращается, вновь опускаясь на член, но теперь уже с пультом в руках. Чан выгибается от переполняющих, распирающих чувств. Джисон засасывает сосок в горячий плен своего рта, вызывая протяжный стон.       — Ты такой чувствительный. Это мило.       Вдобавок он царапает плечи, зная прекрасно, что это его эрогенная зона.       — Могу ли я кончить… Чанни?       — Господи, да, я…       Резкий оргазм прошибает каждую клеточку тела, не дав договорить. Крис стонет так, как не стонал ни единожды за весь процесс: громко, протяжно и гортанно. Чувствует, что будто сгорает и возрождается заново. Глаза закатываются сами по себе, и он дрожит под парнем, что тоже был на исходе, выгибается, извивается. Джисон, нашарив пульт, еле-еле успевает выключить вибратор, прежде чем застывает и с таким же протяжным стоном кончает. Он сразу валится на грудь Чана, утыкаясь в неё покрытым испариной лбом. Оба дышат громко и тяжело, пока на лицах расцветают довольные улыбки. Джисон пользуется возможностью и оставляет пару быстрых заботливых поцелуев на чужой груди, получая от её владельца в ответ мягкие поглаживания на затылке. Они лежат так ещё несколько долгих, прекрасных и спокойных минут, пока парень наконец не поднимается, чтобы снова посмотреть в карие глаза напротив.       — Как себя чувствуешь? — спрашивает Джисон всё с той же расслабленной улыбкой и медленно убирает пряди челки с чужого лба.       — Лучше, чем когда-либо прежде, — негромко отвечает Чан, но вдруг встречается с удивлённым взглядом.       — Даже лучше, чем когда я был сверху? — парень останавливает руку, но в следующий миг тянет её вниз, беря пальцами подбородок.       — Мне всегда хорошо, когда ты рядом. И не имеет значения, во мне ты или на… — Джисон лишь закатывает глаза и наклоняется за коротким поцелуем. — И, может, вытащишь из меня пробку?       Джисон встаёт с чужих бёдер и, садясь рядом, медленно вытаскивает вибратор, а после, вспомнив об ещё одной детали, высвобождает член Криса из спермоудерживающих оков. Хан покидает кровать и направляется к шкафу за полотенцами, открывая приподнявшемуся на локтях парню завораживающий вид сзади.       — Никогда не устанешь пялиться на мою задницу? — в ответ лишь молчание и ухмылка, ведь Чан знал — вопрос риторический. — Жду тебя в ванной. После того, как приберёшься здесь.       Джисон с издёвкой подмигивает и скрывается с полотенцем за дверью.