Больше никогда

Они не виделись полгода. Киму казалось, что каждый месяц шел за год. Он сначала даже не узнал Порче. Тот сменил стрижку, вытянулся, черты лица заострились, превращая его в красивого юношу. Ким смотрел молча, но Порче читал в его глазах отчаянное чувство вины. Ким был таким же красивым, как и тогда, когда оттолкнул его на парковке. Дыхание перехватило от сдавившей грудь горечи. Порче не знал, где и как, но нашел в себе смелость заговорить первым. — Здравствуй, Пи’Ким. Был день рождения Кинна, в доме главной семьи устроили праздник. В огромном доме, в котором легко было потеряться. И Порче потерялся, ему надоело сидеть со всеми наверху, и он решил побродить по пустому дому, лишь изредка встречая охранников, пока не вышел на большой балкон. Он остановился, наблюдая за вечерним городом с безумной высоты, свет неоновых вывесок вдалеке красиво падал на его лицо. Ким засмотрелся и случайно выдал себя. А теперь они смотрели друг другу в глаза и не могли насмотреться. Что-то внутри Порче тихонько задрожало. — Давно не виделись. Уколол. Больно. Ты знаешь, чья в этом вина, не так ли? Ким виновато потупил взгляд на мгновение, желваки на скулах двинулись, когда он сжал с силой челюсти. — И…Ты в порядке? Красивый голос, такой же как и он сам. Дрожащая внутри него струна взвизгнула, опасно натянувшись. Глаза Порче увлажнились, ловя миллионы цветных огней на себя. Виноват. Во всем виноват. Так близко и так далеко. Ким даже надеяться не начинал. Он сбежал тогда не оборачиваясь, а потом захлебывался слезами, просматривая записи с камер, глядя на то, как выл Порче, сжимая футболку на груди, пытаясь свернуться в кокон прямо на асфальте. Не мог иначе, не хотел втягивать сильнее, марать то немногое светлое, что было в его жизни. Кто знал, что он всегда был её частью. — Да, конечно. Одинокая слеза сорвалась по щеке, а Киму казалось, что это лезвие, медленно вспарывающее его сердце. — Я забыл все плохое, что было. «Я забыл тебя» — слышал Ким. Он опустил голову. — Рад за тебя. Хрипло, с надрывом. С болью, о которой не имел права говорить вслух. Струна внутри с лязгом разорвалась, выбивая из Че все, что накопилось. Он дернулся вперёд, колотя Кима в грудь кулаками, слезы застилали ему глаза. Ким молчал, не сопротивляясь. Только подхватил, когда выплеснувший обиду Че стал оседать на землю. Прижал, крадя тепло, надеясь, что этого хватит, чтобы дышать чуть свободнее. Че вцепился в его пиджак, глаза в глаза. Вина и Боль. Че подался вперёд, целуя. Кусая. Ким принимал все, боясь мечтать о большем. — Не смей больше. Никогда. Ещё раз я тебя простить не смогу. Ким прижался лбом к его лбу на мгновение, а затем аккуратно обхватил ладонями его лицо, сцеловывая соленые слезы. Больше никогда. Потому что больше он не собирался его отпускать.