Маргоша - 5. Мерцание.

1. Редакция журнала «Триумф» в Питере. Гоша сидит в кабинете главного редактора и занимается компоновкой будущего номера. Звонок мобильника и надпись на дисплее «Марго переадресация» заставляет отложить дела: - Алле, слушаю. В трубке разлается напористый голос Константина Петровича: - Маргарита Александровна? - Да... То есть, нет! Это Игорь. Недолгое молчание в ответ говорит о замешательстве Лазарева: - Не понял, вы же в Питере? Это же телефон Марго? - Э-э-э… Константин Петрович…, у нас марки одинаковые и мы нечаянно перепутали телефоны в Москве. А вы что-то хотели? - Да нет. Ничего такого… Это по работе. Немного помолчав, Лазарев добавляет. - А вы давно знакомы с Хорхе Гальяно? - Кто, я? Да лет шесть…. То есть, не я … Запутавшись, «Игорь» замолкает. 2. Редакция «М&Ж». В кабинет главного редактора возвращается Маша - она принесла печенье детям и уже подумывает уехать отсюда к матери, с которой договорилась пересечься в Сокольниках. Вид притихших у принтера маленьких разбойников ее настораживает: - Вы чего такие? Устали? Проголодались? Я вам тут кое-чего из буфета принесла. Перекусите и собирайтесь - поедем к бабушке Вере. Она нас уже ждет. Дети заняты чем-то важным и радостных эмоций по поводу отъезда не проявляют: - А можно мы еще немножко попечатаем? Машка, нажимай кнопку! - Ага! Давай еще два листочка напечатаем! В дверь заглядывает Егоров: - Марго? А чего ко мне не заходишь?… Мне Лазарев трезвонит, спрашивает, почему ты не на работе… Давай, давай! Ноги в руки и вперед - ты ему срочно нужна. Изменение планов заставляет Машу впасть в легкую панику: - Тихий ужас! А он не говорил, зачем? - Какой-то сверхважный вопрос с Гальяно. Наверняка ерунда какая-нибудь, а не поехать нельзя. Играть роль Марго становится все сложнее, Маша оглядывается на детей и пытается отвертеться от поездки: - С Гальяно? Но, я не могу. Я договорился… Договорилась… Мне нужно детей отвезти маме. - Так давай я отвезу. У меня окно и совершенно нечего делать. Передам их Вере Михайловне в целости и сохранности. Ты только адрес скажи. От помощи начальства в передаче младшего поколения Ребровых хоть бабушкам, хоть дедушкам отговорится сложнее и Маша сдается: - Вообще-то мы встречаемся с ней в парке через час, вернее уже через полчаса, но… А точно, ерундовый вопрос? - Марго, ты что, боишься доверить мне детей? 3. Петербург. Редакция журнала «Триумф». Ребров задумчиво грызет карандаш, вперив взгляд в пространство: - Интересно, зачем это Лазареву нужна Марго? Черт, если он отловит Гошу, будет капец - запалит на сто процентов. Он выбирает на мобильнике номер под именем «Марго» и нажимает кнопку вызова, подождав пару минут и не дождавшись ответа, дает отбой: - Вот чего она трубку не берет?! Раздается стук в дверь кабинета и внутрь просовывается голова Верховцева: - Я зайду? Расположившись в кресле напротив, Саша закидывает ногу на ногу и пытается придать себе независимый вид. Пауза затягивается, но Игорь молчит, пытаясь смутить противника и заставить его выложить карты первым. Наконец, тот начинает: - Меня сюда направил Константин Петрович. С определенными, очень важными, задачами. И не надо мне мешать работать. - А я тебе мешаю? Верховцев чеканит безапелляционным тоном: - Да, ты мне мешаешь. Знаешь Игорь… Ты, не против, если по-простому? - Только за. - Я не знаю какие у вас отношения с Хорхе… Это не мое дело… Но я знаю твою жену. Гоша с насмешкой на губах откидывается на спинку кресла: «Ничего себе заявочки». - Ого! - Да, мы с ней были когда-то дружны, даже ходили вместе по ресторанам… Очень красивая и достойная женщина… Мне не хотелось бы ее огорчать известиями о необычных предпочтениях мужа! 4. Площадь перед зданием издательства «Хай файф». Оставив детей Егорову, Маша выходит из здания и, ворча, садится в машину: - Отец называется. Оставил детей на лысого мужика… Как бы мне их всех проконтролировать? Кстати, а это мысль! Достав мобильник она перезванивает Сомовой: - Ань, привет. - Марго? Привет, что-то случилось? - Ань, это Гоша. Анюта, не разобравшись, пугается - решает, что у Марго новый приступ тоски по старому телу. В трубке повисает напряженное молчание, потом раздается настороженное: - Не поняла… У тебя что амнезия? По новому кругу? А как же Игорь, дети? - Подожди… Ты все не так поняла. Это не тот Гоша, который Гоша… В общем, мы опять поменялись. Но это временно… Может день-два или неделю. Милана сказала, что это из-за каких-то солнечных возмущений. 5. Радио «Селена». Держа трубку у уха, Сомова облегченно вздыхает. - А, поняла… Мне Марго рассказывала. А где она сама? То есть теперь Игорь? - В Питере. - Понятно… Я уж испугалась. А ты чего звонишь? - Ань, ты не могла бы сейчас к Сокольникам подъехать? Это ведь от тебя недалеко? Анюта с кислым видом смотрит на наручные часы: - Вообще-то я Альку из сада забрала пораньше и собиралась домой. - Анечка, ну, пожалуйста, век буду должен… Должна. - А зачем тебе? Что-то случилось? Голос подруги упрашивает с Гошиными интонациями: - Я договорилась с мамой возле парка встретиться, хочу, пока Марго нет, с детьми у мамы пожить… Я с этими оглоедами один не справляюсь. Забываю, что я сейчас не мужчина и к тому же в положении... Услыхав слово «мама» Аня радостно переспрашивает: - Правда? Здорово! А что, Тамара Ивановна разве в Москве? - Ань, я же говорю, я не Марго, я Гоша, то есть Маша. Сейчас мне нужно срочно к Марго на работу и я договорился, что детей отвезут… В общем долгая история, потом объясню… Ты бы проследила, а? Я постараюсь приехать быстро! Сомова сдается: - Хорошо, тем более, что с Верой Михайловной мы сто лет не виделись, поболтаем. 6. Петербург. Редакция журнала «Триумф». Игорь – Марго, услыхав в свой адрес романтические откровения Верховцева, презрительно хмыкает: «Надо же какой пушистый и романтичный…». - Даже так? Саша не умолкает: - Ты здесь человек временный, номер закроешь и уедешь, а нам тут жить и работать. - А как же Калугин? - А что Калугин? Да приткнем мы его куда-нибудь, не переживай! Хамство заставляет вскипеть кровь и Игорь, вскакивает: - Приткнем? Слушай ты! Обмылок! Марго он вспомнил. А как она тебе коленом между ног врезала напомнить? А как тебя пинками гнали из «МЖ» не забыл? А ну, пошел вон! А то я тебя сейчас сам... Приткну! Верховцев встает и опасливо пятится к дверям: - Ты еще пожалеешь! 7. Площадь перед издательством «Хай файф». Маша дает отбой и пытается засунуть телефон в сумочку, но мобильник оживает новым звонком – видимо у Сомовой остались вопросы: - Капец, ну что там у нее еще… Она откидывает крышку телефона и торопливо говорит в трубку: – Ань давай быстрее, мне еще к Марго на работу надо успеть. В трубке кто-то сопит, потом раздается осторожный знакомый женский голос: - Марго, это ты? - Ой, мамулечка, не узнал… А! Да! Я - Марго. - У вас там все в порядке? - Конечно. - А почему Игорь на звонки не отвечает? - А зачем он вам? Не нужно ему сейчас звонить, он в командировке. Мать Игоря Реброва учиняет настоящий допрос невестке и, судя по тону, не доверяет ее ответам: - Позволь мне самой решать, звонить или не звонить моему сыну. Ну и где он теперь? На Гавайях? - Почему на Гавайях? Он это… В Питере. - Пусть срочно нам с отцом перезвонит. - Хорошо, я ему передам. В голосе Тамары Ивановны все сильнее проявляются напор и подозрительность: - Как дети? - А что дети? С ними все отлично! - Они сейчас в садике или с тобой? Маша выкручивается, как может, но, в конце концов, прерывает звонок: - Они…, э-э-э…, нет. Тамара Ивановна, я за рулем! Мне нельзя разговаривать! Она захлопывает крышку и отключает телефон. 8. Редакция «Мачо». Антон Зимовский у себя в кабинете набирает номер: - Анечка, здравствуй. Это Антон. Помолчав, Сомова откликается: - Я поняла.