Маргоша - 5. Мерцание.

1. Парк «Сокольники». Дворничиха машет рукой полицейским: - Эй, ребята, идите сюда. И те устремляются к ней, тоже замечая в кустах подозрительного мужчину: - Что тут у вас? Нарушаем? Работница метлы с жаром докладывает: - Вот в кустах сидел… Говорит журналистское расследование… Собачье дерьмо у нас в парке исследует… Зимовский, подняв руку, пытается вставить свои объяснения: - Я не журналист, я главный редактор! И я… Сотрудник правопорядка грозно его обрывает: - Разберемся! - Извините. - Ваше «извините», на хлеб не намажешь. Строгий глас стража порядка заставляет Антона стушеваться и попытаться решить проблему финансово. Порывшись в портмоне, он вылавливает оттуда две пятисотенные и пытается вложить в руку ближайшему полицейскому: - Вот, возьмите штраф. Купюры перекочевывают в карман, но старший по званию все равно ворчит: - Я вас запомнил. Еще раз замечу, так легко не отделаетесь. 2. Борис Наумович и Аня чувствуют себя немного не в своей тарелке от неожиданной встречи. Стараются не смотреть друг на друга и старательно выспрашивают Веру Михайловну о ее житие - бытие и о здоровье. Та со страданием в голосе признается Сомовой: - Анечка, я так переживаю за Машу… И за Игоря… Егоров в недоумении встревает: - Какую Машу? Его вопрос остается без ответа. Тем временем малышня занятая играми носится вокруг, мешая взрослым, пока, наконец, Люся не уводит всех на детскую площадку. Заметив приближающуюся толпу, Антон рысью перебегает на соседнюю аллею - он уже отчаялся дождаться Сомову и думает, как бы незаметно выбраться в город. Он прячется за ствол дерева: «Отсюда троицу видно лучше». Вдруг по аллеям разносится зычное Егоровское: «Люся!». Та, оставляет детей на дорожке: - Постойте тут, я сейчас. Сама же торопливо бросается на зов шефа. Егорка предлагает подружкам: - А давайте играть в прохиндея? Алька удивленно таращит глаза: - А как это? 3. Антон крутит головой в поисках выхода из парка и вдруг чувствует, как кто-то тихонько дергает его за руку. Это маленький мальчик. Зимовский шипит, ему вовсе не хочется привлекать к себе внимание окружающих: - Чего тебе? Переглянувшись с девчонками-подружками, мальчуган тянет: - Дяденька, мы заблудились! Отведите нас домой! - Отстаньте! Девчонки как по команде начинают тереть глаза и реветь: - А-а-а! - Мы тут пропадем….И родители умрут от горя. Испугавшись шума, Антон смягчается: - Ну ладно, ладно. Куда вас вести? Слезы просыхают как по мановению волшебной палочки: - Вон туда, а потом вон туда. 4. Офис компании «FUTURA». Кабинет Лазарева. Покручивая бровку, закончив с поручением по компьютерной фирме, Константин Петрович аккуратно поворачивает беседу в другое русло: - Это хорошо, что без проблем. Маргарита Александровна, не сочтите за праздное любопытство… Ваш муж…, э-э-э…, давно знаком с младшим Гальяно? Маша судорожно пытается вспомнить, пересекались ли раньше, в бытность ее Гошей, пути с Хорхе. И тянет время: - А он с ним знаком? - Как выяснилось, да! Причем судя по всему очень тесно… Очень! Сотрудники «Триумфа» давеча были просто шокированы. Марго и Хорхе? Информация вызывает протест и заставляет сбиться с принятой ролью: - Не может быть! Она мне рассказывала только про старшего Гальяно…, то есть он. Запутавшись в объяснениях, Маша замолкает, а вот Константин Петрович в шоке. Он смотрит на женщину с ужасом: «Жена, что в курсе? Значит все правда! Неужели Ребров с обоими? С отцом и сыном? Ну и семейка!» 5. Петербург. Редакция журнала «Триумф». Верховцев никак не может прийти в себя после разговора с Игорем, и все время поглядывает на телефон в ожидании звонка. Наконец не выдерживает и сам первым набирает знакомый номер: - Костя, это я. Чем порадуешь? Новости от Лазарева неутешительные: - Понимаешь, Саш, ситуация действительно непростая. Очень даже непростая. Я говорил, что эту парочку за жабры так просто не возьмешь. Ты притихни пока, подожди пока Ребров уедет. - Когда ж это будет? - Ерунда! Вызовем срочно в Москву и все дела. - А кто ж тогда здесь? Пока главного редактора не нашли… Константин Петрович обнадеживает - у него есть план: - Приедет Марго. Я с ней сегодня разговаривал - притихла, остепенилась, так что с твоим то обаянием… Справишься! Верховцев морщится, вспоминая удар коленом между ног, исполненный когда-то Марго и молча, вешает трубку. 6. Парк «Сокольники». Полицейский настороженно смотрит на шествующего мимо Зимовского, в обе руки которого вцепились малыши. Под этим взглядом Антону неуютно. Вдруг одна из малышек ангельским голосом произносит: - Дяденька маньяк, а вы нам купите чупа - чупсов? Зимовский испуганно шипит, одновременно пытаясь скорчить улыбку: - Молчи! Молчи, что такое говоришь! Страж порядка грозно взмахивает рукой, подзывая: - Гражданин можно вас на минутку. Мальчик выглядывает с другой стороны Антона и укоризненно стыдит похожую на него сестренку: - Не маньяк, а прохиндей! Но девочку просто так не собьешь: - Мама говорила, что это одно и тоже! Зимовский жалобно растягивает губы, но обаять полицейского не получается, тот уже почуял добычу: - Понятно теперь, партизан, чего ты по кустам шаришься. - Да нет же, дети попросили их отвести домой! Полицейский склоняется к малышам: - Не бойтесь ребятки, вы что потерялись? Егорка и Аля быстро опровергают версию о потерянных детях, кивая на беседующих на соседней аллее троицу – Егорова, Сомову, и Веру Михайловну: - Не-е-ет. Во-о-он наша бабушка. - А рядом с ней моя мама! Все же надо выяснить причину их доверчивости к подозрительному гражданину: - А дядю этого знаете? Зачем с ним пошли? Девочки дружно начинают хлюпать носами и тереть глаза: - Мы больше не бу-у-у-дем… Выпрямившись, полицейский глубокомысленно тянет: - Поня-я-ятно. Он вытаскивает из кармана визитку и отдает мальчику: - Телефоном пользоваться умеешь? Вот тут циферки, если что звони и спроси дядю Сережу. Мальчуган гордо вытягивается струной: - Служу Родине! Дети срываются и бегут к взрослым. Антон тоже пытается ретироваться, но не удается. Его останавливает строгий окрик: - А вы гражданин не торопитесь. Пройдемте в отделение. Будем устанавливать вашу личность, и составлять протокол. 7. Аллея в парке. Егоров с Люсей уже попрощались с Верой Михайловной и торопятся уйти. Аня, оглядывается на подбежавших детей и пытается их утихомирить: - Вы где ходите? Не убегайте далеко, играйте здесь. Те, оказывается, играли, довольны результатом и потому так шумны и энергичны: - Мы не далеко, мы в маньяка играли. - Нет, в прохиндея! Сомова в сомнении качает головой: - Что-то я таких игр не помню. Мы в детстве все больше в веревочку, в классики или в вышибалы. Вера Михайловна интересуется: - А чего мы ждем? Пора домой. Анечка, может, зайдешь ко мне? - Нет, Вера Михайловна. Сейчас Марго дождемся и мы с дочкой к себе. 8. Квартира Калугиных в Питере. Настойчивый трезвон звонка отрывает Наташу от домашней уборки и она, вытирая руки о фартук, направляется к входной двери: - Кто бы это мог быть?... Иду! В домофоне виднеется улыбающееся лицо Калугина, и жена не может сдержать радости: - Андрюша! Уже через несколько секунд она повисает на шее мужа и тот крепко прижимает к себе: - Заждалась? - Как Испания? Самолеты же не летают! - Прекрасно. Но я сейчас из Москвы. Пришлось дома переночевать. Он отгоняет прочь мысли о прошлой ночи: «Все миражи остались в Москве. Я дома!». Наташа не отпускает мужа из объятий: - А чего не позвонил? - Да-а-а… Наглотался какой-то дряни из аптечки и как отрубило до утра. Так что сюрприз. - Честно говоря, сюрприз удался. Дети тебя ждут только на следующей неделе. Андрей чмокает жену в нос, потом в губы: - А ты? - А я каждый день и каждую ночь. Давай проходи. Устал наверно с дороги? Я тебя сейчас обедом накормлю. - Сначала в душ. - А потом обед? Во взгляде Калугина плещется мужское желание и его вопрос звучит с намеком: - Когда ты детей забираешь из сада? - Я позвоню Алисе, и она заберет. Она после школы часто заходит за ними. - Отлично. Тогда обед через потом. Я ведь тоже соскучился.