***
15 августа 2022 г., 22:43
***
Луна только взошла на тёмный бархат небосвода, когда на улицах уже во всю сновали люди разной степени паршивости. Неоновые вывески клубов заманивали только почувствовавших вкус свободы подростков, словно те были мотыльками, жаждущими сгореть в ярком пламени ночной жизни. И где-то среди них, готовая развеять накатившую за месяц скуку, шла девушка, горделиво вышагивая от бедра к одному из престижнейших клубов этого города. Звон её каблуков заглушался смехом, разговорами, шумом машин, а блистательная улыбка пряталась в клубах дыма то тут, то там курящих людей. — Эй, цыпочка! — окликнул девушку мужчина лет тридцати пяти. — Не хочешь поразвлечься? Её лицо скривилось от отвращения и, не обращая внимания на это живое недоразумение, она продолжила путь к своей цели. Была уже видна вывеска с названием клуба: "Devil's resident". Гермиона, увидев её, счастливо улыбнулась и уверенно пошла в сторону клуба. Очередь была достаточно длинной, но для неё это не было проблемой. С её связями. Мир грязи и похоти, где даже ангелы теряют свои крылья — вот где она проведёт ближайшие несколько часов. Спустившись по лестнице вниз, та плавно влилась в ритмичное море из людских, совершенно забывших о приличиях, тел. Облегающее чёрное платье подчёркивало приятные изгибы и столь желанные многими формы, оставляя волю чужим фантазиям. Музыка била по ушам, раскрепощая, красные, излишне вульгарные, стены давили, а у столиков были замечены дилеры с ангельской пылью. Всё казалось слишком неуютным для привыкшей к высшему свету Гермионе, но это быстро решалось парой коктейлей. Поэтому, решив не задерживаться у входа, она пошла к бару за обжигающей горло, текилой. — Добрый вечер. Текила. С лаймом и солью, — устало вздохнула девушка, одновременно присаживаясь на барный стул. — Тяжёлый день? — с улыбкой спросил бармен. — Возможно, — ответила та, руками откидывая идеально уложенные волосы за спину. По правде говоря, она ужасно устала от всех этих приёмов и встреч. Пора бы и развеяться. Все эти фальшивые улыбки и вежливые слова. Надоело. Вздохнув, она осмотрелась вокруг. Всё выглядело однообразно — что приёмы и знатные ужины, что клуб, где каждый лгал себе, чтобы развязать скованные обещаниями и обетами руки. Мерзость. От извивающихся девушек воротило, а оценивающие взгляды парней липко скользили по телу, задерживаясь там где не стоило. Текила, соль, лайм — и по-новой. Стопка, вторая — девушка уже позволяла ритму и басам вести себя в центр танцпола, привлекая к себе всё больше внимания. Несколько нахалов позволили себе прикоснуться к золотой девочке, но та определённо не хотела видеть их в качестве своих сопровождающих, потому совершенно случайно одному каблук пришёлся с размаху по стопе, а другому по лицу острыми, только сделанными ноготками. Свет сафитов ослеплял так, что глаза сами собой закрывались, пока руки соблазнительно блуждали по собственному телу, ведомые очередной сменившейся композицией. Наконец-то можно наслаждаться свободой, хоть и временной. Это было прекрасное чувство. Невероятное. Всем плевать на друг друга. Лишь танцы и алкоголь. Все приходят сюда, чтобы расслабиться. Только и всего. Не надо сдерживать себя. Можно оторваться по полной. Правда, Гермиона надеялась, что при выходе не будет никаких папарацци и журналистов. На такое она не подписывалась. Они любого доведут. Она танцевала по меньшей мере пол часа, по крайней мере, ноги болели уже достаточно, чтобы пожалеть о решении надеть туфли. Девушка смотрела на бар, как на спасительный плот в этой неразберихе. Она плавно, увиливая от очередного не-самого-прекрасного незнакомца, двигалась в нужную сторону, как вдруг нежную кисть грубо потянули на себя. — Девушка, не желаете познакомиться? — парень с засаленными волосами и румяным, явно от градуса, лицом криво улыбался, оценивающие смотря на Гермиону. — А Вы не желаете получить в пах? — приторно улыбнувшись, ответила она. — Дерзкая. — А ты явно тупой, — смыкнув на себя держащего её юношу, Гермиона хорошенько вмазала коленом ему между ног, оставив того корчиться в толпе. Подойдя к бармену, девушка жестом попросила обновить напиток, как её глаза наткнулись на пристально наблюдающего за ней шатена, с насмешливым взглядом серых глаз, что явно видел всю сцену. — Ты не исправима, Гермиона. — И тебе привет, — холодно отозвалась та. — Что за тон? — "обиженно" спросил он, садясь на соседний стул и окликнув бармена. — Бурбон. — Могу сказать тоже самое про тебя, — хмыкнула Грейнджер. — Такой же неисправимый. Всё это время следящий за ними бармен, хмыкнул. — Удивительно. Все в сборе. — Не начинай, Гарри, — одарив бармена равнодушным взором, сказала Гермиона. — Что ты тут забыл? — она снова вернула внимание к другу. — Ну что за напускное равнодушие? Я же знаю, что ты скучала, — попивая полученный бурбон, сказал Тео. — Мы так давно не виделись, а ты как обычно. — "Как обычно" мог предупредить, что заляжешь на дно, а не "ушёл в далёкое плаванье, передай нашим детям, что их отец был моряком", — недовольно проворчала девушка, морщась от кислого лайма. — А чем тебя не устроили наши дети? — Может тем, что у нас их нет? — А хочешь? — издевающимся тоном протянул Нотт. — Тебе указать адрес куда идти или сам помнишь? — Боюсь, что страдаю топографическим кретинизмом, не проводишь? — играя бровями, продолжал парень. — Да иди ты, — и встав со стула, девушка уже собралась идти прочь, сетуя в душе на этого шутника. Но тут Тео схватил её за запястье. — Вот так просто? — приподняв бровь, спросил он. — Впервые за долгое время мы встретились, и ты вот так легко свалишь? — Во-первых, отпусти мою руку, — прошипела девушка, выдергивая руку. — А во-вторых, чего ты ожидал? Что я с радостными криками прыгну к тебе в объятия? Но увидев напротив нагло улыбающееся лицо, она страдальчески вздохнула. Он безнадёжен. — Ты серьёзно? — Абсолютно, — кивнул тот с улыбкой на лице. — Ты разве не скучала? Нет, это определённо издевательство. Этот вечер должен был пройти не так. Но как всегда, судьба приготовила для неё сюрприз. — Нет, — хищно улыбнувшись, ответила девушка. — И что теперь? — Какая наглая ложь, — сверкнув глазами, покачал головой парень. — Я же вижу... — Глаза протри, — позволив себе лёгкий смешок, развесилилась Гермиона. Тео схватил её руку покрепче и потянул девушку на выход, поразительно легко пробираясь через толпу и периодически поглядывая на спутницу. Ступени и музыка остались позади, как и довольно ухмыляющийся бармен, протирающий очередной бокал в перерыве между посетителями. Улица встретила поразительной тишиной и прохладным ветром на контрасте с духотой клуба. Парень быстро скользнул по улице взглядом, приметив свободное такси. "То, что нужно", — пронеслось в голове, и вот он уже галантно сажает Гермиону в жёлтый, неприметный в свете пёстрых вывесок, автомобиль и залазит следом. — И куда мы? — заражённая азартом их маленькой игры, спросила девушка, когда автомобиль сдвинулся с места. — Тебе обязательно задавать так много вопросов? — спросил Тео. — А тебе обязательно быть таким идиотом? В ответ, эта тварь лишь ухмыльнулась. — Тебе не надоело вот так вот обзываться? Лучше открой окно и насладись вечерним городом. Пока мы не доедем. — он специально не говорил, куда он ее везет. Игра продолжается. Сотни огней за окном сливались воедино, расчерчивая тёмное полотно ночи кривыми яркими линиями. В салоне автомобиля играла расслабяющая музыка, давая возможность выпитому алкоголю раскрыться пьянящим букетом в молодой, жаждущей приключений, крови. Гермиона поглядывала в окно, скучающе оперевшись на руку, когда почувствовала аккуратное, почти робкое, прикосновение на бедре. — Что ты?.. — девушка зарделась румянцем то ли от смущения, то ли от возмущения. — Тебе не нравится? — с деланой невинностью спросил парень, не прекращая поглаживаний и пробираясь выше. Он коснулся ее талии. Гермиона заёразала на месте. А Тео поднимался выше... И выше... — Ты совсем ахренел? — прошипела Грейнджер, отдергивая его руку. — Только не говори, что тебе не понравилось. Глупо было это отрицать. Этот ублюдок на удивление быстро определял, когда она лгала. Также глупо было отрицать, что это ее не возбудило. Роль сыграло ещё то, что у нее достаточно давно не было секса. По крайней мере, она так думала. Нет, безусловно её хотели много парней. Ею интересовались... Но она практически всем отказывала. У нее были свои стандарты. И ни один из парней не подходил под них. Раз уж другого выхода нет, подумала девушка, тогда придется брать все в свои руки. Теперь нападать будет она. — Я же говорил, что тебе нравится... — всё продолжал парень. — Я вижу тебя насквозь... В ответ Гермиона хищно улыбнулась и провела рукой по внутренней стороне его бедра. — Насквозь, значит? Тогда что насчёт этого, — и девушка, играя, небрежно зацепила пряжку ремня, ноготочками царапая пресс Тео через одежду. Нотт же подхватил её руку, поднимая выше и закидывая себе на шею. Гермиона упиралась одной рукой в колено парня, чтобы не упасть и, взяв инициативу в этой игре, сама не заметила, как оказалась лицом к лицу с по-лисьи хитрыми серыми глазами. — Мне нравится твоя решительность, но, — Тео прервался, положив руку на талию девушки, слегка нажимая. — Я знаю тебя слишком хорошо, чтобы быть уверенным, что это не твоё. Их прервал водитель, совершенно равнодушно объявивший о приезде, чем смутил Гермиону и заставил усмехнуться Тео. Оплатив такси, Нотт, выйдя с машины, открыл дверь со стороны Гермионы. — Джентльмен, — фыркнула та, выходя. — Для тебя всё что угодно, моя леди, — и взяв руку девушки, он поцеловал костяшки ее пальцев. — Ты сегодня, на удивление, ведешь себя вежливо. Так мы приехали в отель. И это действительно был он. "Astoria Hotel" было написано на вывеске. Отель действительно выглядел величественно. Высокое здание в белых и золотых тонах. Большие золотые ворота с разными узорами... Невероятно красивый сад с различными статуями. — Нет. В один из лучших отелей страны. — Неважно. В фойе, приветственно махнув швейцару, Тео забрал ключи от номера, которые без лишних вопросов, даже не интересуясь данными парня, протянул персонал. — У меня два вопроса: насколько часто ты сюда кого-то водишь, и как давно тебя тут знают, — ровным тоном, с едва уловимой брезгливостью, фыркнула девушка. — Не переживай, все они так или иначе подходили под имя "Миона", — сверкнув рядом ровных зубов, отшутился Тео. На зелёном брелоке ключей красовалась изящная надпись "Люкс". Что в общем-то не было удивительно, ведь Тео всегда из двух зол выбирал только лучшее, даже если выбора не было. Плавные изгибы лестницы остались далеко позади, когда Гермиона в нетерпении потянулась к губам парня за коротким, смазанным поцелуем, пока тот, не попадая в замочную скважину, старался побыстрее открыть номер, придерживая девушку за талию. Открыв дверь, парень взял ее на руки. — Ого. Вот это поворот. — Ты ожидала чего-то еще? — ногой закрыл за собой дверь Тео. — Заткнись и не порть момент... Положив на кровать, он прижал девушку и перехватил ее руки над головой. Гермиона отвела взгляд. Близость с парнем смущала, сбивая присущую девушке спесь. Она никогда никому не призналась бы, что в тайне желала его прикосновений. Сейчас он аккуратно целовал её шею, стараясь не оставлять багровых пятен, за которые выслушивал бы утром. Всё ниже и ниже, он переходил на зону декольте, что полностью позволяло платье, тяжёлыми вздохами Гермионы. — Т-Тео... — она хотела было что-то сказать, но фраза оборвалась, утонув во влажном поцелуе со вкусом бурбона и текилы. — Я знаю, что тебе не уютно, но я попрошу лишь об одной роскоши — доверься мне. И она доверилась. Отпустив ее, он положил свои руки на ее талию, мягко поглаживая ее. Гермиона, ухватив момент, потянулась к его рубашке, но... — Не сейчас. — прошептал он. С легким визгом, он перевернул девушку на живот. — Серьезно? Зеленая постель? — фыркнула девушка, пока парень расстегивал застежку на ее платье. — Я думала, ты любишь черный. Замок платья легко поддался, а позже и само платье оказалось на полу, оставляя Гермиону в комплекте чёрного кружевного белья. Широкая рука парня медленно прошлась по девичьей спине, от чего девушка невольно выгнулась. Ей нравилось, как Тео шептал ей комплименты, хоть ей и тяжело было их принимать, нравилось, как грубоватые ладони гуляли по телу, чуть сдавливая грудь через бельё, нравились и поцелуи на шее, ближе к уху. Гермиона приподнялась на локтях, румяная, с блестящими, чуть мутными от желания, глазами и повернулась. Её пальцы, путаясь и сбиваясь, расстёгивали рубашку, а взгляд гулял по телу парня, стараясь не задерживаться нигде надолго. Тео улыбнулся, его забавляло её поведение, и взяв ту за руки, он вновь уложил Гермиону на постель, самостоятельно избавляя себя от ненужных предметов гардероба. В то время, как одна рука лежит чуть выше талии, другая, спускаясь ниже, сдвигает в сторону кружево трусиков и проникает в неё сразу двумя пальцами, погружаясь в тёплую влагу. Она такая горячая, влажная, узкая, что Тео совершенно точно сойдёт с ума этой ночью. Протяжный стон срывается с губ Гермионы. Это было невероятно и... Приятно. Её губы тихонько шепчут его имя, умоляя продолжать снова и снова… Оставив засос на шее, Тео спускаясь ниже поцелуями, уверенно сжимал ее грудь даже через бюстгалтер. Наконец, удобно устроившись между ее ног... — Тео... — её голос едва не срывается, когда он касается языком набухшего клитора. Она выгибается, ёрзая на простынях, а парень усмехается, слизывая её смазку. На вкус она просто потрясающая. А может, ему так кажется, потому что он точно знает, что это его прикосновения заставляют её так сильно течь, извиваясь в его умелых руках. Девичьи ладони сжимали зелёные простыни, пока затуманенное сознание цеплялось за обрывки мыслей, стараясь не утонуть в пучине всепоглощающей страсти. Гермиона металась, стонала, умоляла закончить сладостные пытки, пока парень, придерживая ту за бёдра, с удовольствием ласкал её влагалище. — Боже, я-я... — обрывки фраз слетали с губ, пока Тео не оторвался от половых губ. Он смотрел на расслабленную, тяжело дышащую девушку, в очередной раз отмечая насколько же та чувствительна. Грудь маняще вздымалась, отчего, желающий доставить Гермионе как можно больше удовольствия, парень потянулся к застёжке лифа. Одно движение — и последний элемент одежды девушки остался на полу. Туда же отправилось и нижнее бельё Тео, которое тот наконец решил снять. Быстро, уже привычным движением руки, он вытащил презерватив из кармана джинс и надел его на свой, давно жаждущий конца прелюдий, член. Грубые, привыкшие к грязной работе, руки обхватили грудь Гермионы, сжимая чуть сильнее обычного и отвлекая, пока Тео аккуратно вводил член, следя за любыми изменениями на лице девушки, чтобы не доставлять ей даже малейшей боли, словно та была из фарфора. Гермиона не знала, как описать свои чувства, ещё несколько минут назад она утопала в наслаждении, а теперь чувствовала чужую плоть в себе, что казалось довольно странным. Светлые брови сдвинулись к переносице, когда парень наконец вошёл на всю длинну. — Ты как? — заботливо спросил он, не в силах скрывать свою тревогу и волнение. — Я не знаю, — честно ответила Гермиона, но подвигала бёдрами, словно проверяя свои же собственные ощущения, и не лгут ли они ей. Она нежно поцеловала Тео и тот понял, что может действовать дальше. Парень согнул ее ноги в коленях, нежно пройдясь ладонями по икрам, и положил их себе на плечи. Медленно ускоряясь, Тео почувствовал, как Гермиона расслабляется в его руках, позволяя продолжить. Он делает неспешное движение бёдрами, чуть отстраняясь, а затем погружаясь в неё вновь. На этот раз резче, как ему хочется, давая ей возможность в полной мере ощутить его уверенность и желание. Он чувствует, как пальцы Гермионы впились в его спину, оставляя царапины. Рыкнув, парень начал набирать еще большую скорость, в то время, как девушка подавалась вперед, издавая протяжные стоны его имени... Их губы снова слились в жадном глубоком поцелуе. Тео придавливал ее спину к кровати, заставляя Гермиону кусать его губы, что еще сильнее его возбуждало. Стоны чередовались с рваными вздохами и всхлипами, шлепки разгорячённых страстью тел ещё больше заводили пару, а желание уже давно помутило их рассудки. Сейчас для них не существовало никого, только они сами и их невысказанные чувства. — Тео... Я... — девушка старалась что-то сказать, но язык не слушался, а тело было на пределе. — Знаю, — коротко ответил парень и продолжил набирать темп. Всего через пару минут Гермиона почувствовала, как коктейль из эйфории и наслаждения растекается в каждой клеточке, а вся она обмякла в объятиях мужских рук, больше не способная контролировать себя. Через пару толчков к ней присоединился и Тео. Они лежали на скомканной зелёной постели, уставшие, но насладившиеся друг другом, пусть и совсем не надолго. — Я люблю тебя, — совсем просто произнёс Тео, глядя на Гермиону, которая пыталась улечься поудобнее на широкой груди парня. — Я тоже. Я по тебе скучала, — улыбнулась девушка. — Я же говорил, — целуя ее в макушку, сказал Тео. — Козёл. Какое-то время Гермиона так и пролежала на груди Тео, пока они оба не погрузились в сон. Девушка открыла глаза в своей квартире. В Питере. Солнце, столь редкое для этого города, бесцеремонно заглядывало в большое окно спальни, лучами гуляя по светлой комнате. "Неужели просто сон?" — подумала девушка и оглядела комнату внимательнее. "Н-да, сон". На кухне что-то шуршало и шкварчало, но это её совершенно не тревожило, хотя-бы потому, что в проходе показалась всё ещё заспанная, но довольно бодрая подруга — Пэнси. — Я уже думала тебя будить, но тебе явно снилось что-то приятное по имени Тео, — она ухмыльнулась и села на край кровати. — Доброе утро. — Доброе. Я сильно шумела? — Нет, но достаточно, чтобы я услышала. Уже столько времени прошло... — Четыре. Четыре года, — перебила Пэнси Гермиона. — Верно. И ты его так и не отпустила. — Я пыталась, ладно? И до сих пор пытаюсь, просто не могу, — голос девушки стал тише и голова совсем поникла. — Что ж, тогда поднимайся и иди на кухню, думаю тебе будет приятно совместить завтрак с прочтением почты, — Пэнси встала и пошла к выходу. — Почты? Но мне не доставляют почту. — Это ты так думаешь. Гермиона обула тапочки и, накинув халат, отправилась на кухню, ведомая интересом и странным предчувствием. — Надо же, даже не в ванную сначала? Неужели настолько вкусно пахнет завтрак, или всё-таки дело в загадочной почте? — по-доброму язвила Паркинсон, вертя в руках конверт с подписью "Для Мионы". — И то, и другое, моя богиня, а теперь отдай письмо, — протянула руку девушка. Без лишних колких фраз письмо оказалось в девичьих руках. Гермиона села на стул и с трепетом вскрыла конверт. Этот почерк она бы узнала из тысячи — внутри, на светло-зелёной бумаге красовалось два предложения: "Я живой. Я скучал, похоже, что мы слишком рано сказали друг другу" прощай"."
