Приручил

Приручил. Вот же сука! Приручил меня! Злую шакальную псину, которая только и умеет, что вертеть на хую Вселенную и быть конченным мудаком! Приручил и во всю пользуешься своей этой ебучей властью! Ни мои подъебки, ни страх смерти перед лицом всякой инопланетной хуйни тебя, блять, не пугают! Ты все так же спокойно заваливаешься ко мне во время работы, все так же по-тупому лупишь своими огромными глазищами и просишь о какой-то полнейшей хуете. А я, сука, не могу. Не могу отказать тебе, мелкий ты кусок говняшки. Уже и хуй знает какое право на путешествие тебе не нужно. Одно твое слово, и мы летим навстречу очередному тупейшему пиздецу, который только ты, своей недоразвитой башкой, смог придумать. Как всегда наивно хлопаешь глазками, чертовски, блять его, мило заикаешься и имеешь родного деда во все дыры даже не притрагиваясь. Сукин сын, до одури, до схлопывающейся Вселенной в моем пропитом мозгу ты тянешь свое писклявое «Ну, Ри-ик» и автоматически меняешь все правила игры в свою ебучую пользу. Съебаться с важной встречи с клиентом ради новой части фильма про твоих хуй пойми из какого дерьма слепленных супергероев — пожалуйста. Не уничтожать цивилизацию заражённых очередной опаснейшей космической хуйней инопланетян, да ещё и отвалить им формулу моего пиздецки дорогого лекарства — да раз плюнуть. Выбрать в чем тебе идти и на задротскую школьную тусовку — деда Рик будет лучшим стилистом во всей ебаной Мультивселенной! Прилететь ночью перебитыми к чертям собачьим и вылизывать друг другу раны, а после заняться сопливым прелюдиями и обнимашками — все для тебя, мой мальчик. Я уже и не вспомню, как началась эта хуйня. Как великий Рик Санчез, гроза всего живого и не только стал в твоих руках смирной цепной дворняжкой, готовой вилять старым потрёпанным хвостом по одному взмаху твоих коротких милых ресничек. Ты, наверняка, не раз думал, за что вообще любить такого мерзкого, провонявшего алкашкой разваливающегося мудилу. И все равно продолжал терпеть все мои срывы, всю желчь, что я изливал на тебя ебучим мировым океаном и уебывал нажираться в какой-нибудь космо-блядушник. Ты терпел, ты ждал моего возвращения, ты, блять, услужливо подтирал мне слюни и утаскивал на кушетку, отскребая от грязного пола гаража. И продолжал мной восхищаться. Нахуя?! За каким таким хреном я заслужил хоть каплю твоего терпения, твоего робкого сочувствующего внимания, твоих сопливо-приторных теплых чувств? Ты засел у меня в блядских циррозных печонках! Проел мне мозг похлеще любой ядреной кислоты. И даже, несмотря на это, я не заслуживаю и толики твоей доброты. Морти не всепрощающие, Морти те ещё мелкие эгоистичные бляди. Но ты… Ты лучше, чем они, Морти. Ты лучше меня. Ты должен быть лучше, чем я. А все, кто лучше меня либо дохнут самой извращённой и страшной смертью, либо… Либо я становлюсь их преданным псом. Только твоим, самым злобным, самым несносным, самым чертовски любящим твою беспросветную тупость и наивность псом, выгрызающим глотки всем вокруг по мановению твоего тщедушного пальчика. Я пропал, Морти. Пропал безвозвратно и бесповоротно. Я твой и ничей больше. И я никогда тебя не оставлю. Ни в одной блядской вселенной, ни в одном хуелиардном измерении нет противоядия от этой болезни, Морти. Я болен. И я никогда не хотел бы выздороветь. Ты мой ебучий мир. Ты мой на веки вечные. И я всегда буду только в твоей власти.