Будь моим Альфой.

      Чонгук сидел за школьной партой и смотрел в окно, он не слышал голоса учителя, он даже не помнил какой сейчас урок, все мысли парня были только о Тэхёне. Он не видел его уже больше трёх недель. Открытие нового отеля отнимало у альфы все силы и время, он сутками пропадал в офисе, практически не появляясь дома, а несколько дней назад и вовсе улетел за границу.       Омеге тяжело давалась разлука с истинным, он слишком привык к их мимолётным встречам в доме Кимов. Неловкие улыбки и взгляды, постепенно становились всё смелей, Чонгук больше не прятал глаза, он смотрел на Тэхёна и искал взаимности… но не находил. Старший не давал ему надежды. Да, он был приветлив, мог поддержать любой разговор, но не больше. Никакого флирта, пристальных взглядов и двусмысленности. Как и обещал, Тэхён был сдержан, даже слишком, что огорчало парня, но не отталкивало.       С той самой ночи, когда Тэхён так откровенно признался, что не любит его, прошло уже почти два месяца. Всё это время омега не унывал, он усердно трудился, возвращая свой статус отличника, не только в классе, но и в школе искусств. Чонгук хотел стать лучшим… Лучшим для своего альфы.       Зависая подолгу возле зеркала, омега рассматривал своё худощавое тело и мечтал о красивом рельефе мышц. Каждодневные ухмылки и косые взгляды одноклассников сделали своё дело, Чонгук перестал осознавать свою привлекательность, потому он искренне не понимал, как такой красивый альфа, как Тэхён, мог вообще посмотреть в его сторону. Но несмотря на всё это, Чонгук был трудолюбив и настойчив, он упрямо шёл к своей цели, какой бы сложной она не была. Положив руку на свой плоский живот, он уже представлял, как через пару месяцев интенсивных тренировок, сможет показать отличный результат. Его чертовски выносливое тело, раны на котором заживали буквально за пару часов, не знало что такое мышечная боль и растяжения. С такими данными паренёк с лёгкостью наберёт нужную форму, потому не теряя время, он записался в тренажёрный зал.       Чонгук был готов на всё, лишь бы быть ближе к альфе, но лишившись такой возможности, он вновь потерял покой.       — Я сказал тебе, что заставлю, если снова начнёшь хандрить? — схватив за руку, Юнги тащил омегу в соседнюю с их школой пиццерию. — Сейчас я тебя вкусно кормить буду, а ты мне расскажешь, что с тобой творится!       Чонгук не сопротивлялся, потому что это было бесполезно, с напором Юнги мог справиться лишь Чимин, с которым, кстати, омега наконец-то начал встречаться. Младший постепенно привыкал к этой шумной парочке, и даже искренне радовался за лучшего друга, потому что видел, как тот был счастлив.       — Ну, рассказывай, чего случилось? Отмазки больше не прокатят! — с ноткой обиды ворчал Юнги. — Ты достал уже скрывать свои проблемы! Я же вижу, что с тобой что-то не так!       — Да, всё в порядке… — начал было Чон, но тут вдруг его прервали.       — Блядь, да заебал уже! — выругался омега, да так громко, что парочка взрослых мужчин за соседним столиком укоризненно покачали головой. — Давай уже, колись! Ты влюбился что ли?       Сердце заныло, когда Чонгук попытался отвести взгляд, но друг схватил его за подбородок и притянул обратно.       — Так. Стоп-э. Ты чего, серьёзно? Я прям в десяточку попал? — глаза Кима бегали из стороны в сторону, пытаясь считать эмоции друга. — Да, ладно?! Вот это я слепой! И как давно?       — Да, отвали, Юнги! — треснув по омежьей руке, Чонгук опустил голову. — Там всё слишком не просто… Я не хочу об этом!       — О, видать ты знатно влип, раз даже от меня скрываешь! — с укором сказал Ким, откидываясь на спинку стула.       Чону было стыдно поднять глаза, ведь если бы Юнги знал правду, то скорей всего врезал бы ему кулаком прямо в нос, а потом и в живот до кучи. Такое сложно уложить в голове, а уж в слух произнести, кажется невозможным.       — Да, смысл говорить? — себе под нос прохрипел младший. — Я ему не нужен…       — А ты пробовал рассказать о своих чувствах? — нахмурился Ким. — Возможно, если ты признаешься, то у вас всё получится? У нас с Чимином так и было…       — У вас не так… — поджал губы Гуки. — Вы друг без друга с ума сходили, надышаться не могли, даже когда злились. А я ему не нужен. Он без меня может.       В глазах Юнги заблестело, ему было больно видеть друга таким. Он резко подался вперёд, обнял за плечи Чона и крепко к себе прижал.       — Этот парень просто идиот! Он не понимает кого теряет! — прошептал ему на ухо младший Ким. — Ты достоин лучшего и это явно не он! Иначе он бы сразу понял какое ты сокровище… Тебе нужно отвлечься и мы тебе поможем!       Омеги ещё долго так сидели обнявшись, Чонгук не плакал, он просто прижимался к другу и чувствовал его тепло и заботу, а ещё он чувствовал запах сливочного мороженого, так сильно напоминающего ему об альфе, от чего становилось спокойней. ***       Пятница. Конец учебной недели. Посиделки в маленькой кафешке в центре города, становились уже традицией для их небольшой компании из четырёх омег. И сегодня они снова были здесь, сидели за любимым столиком в глубине зала и что-то очень шумно обсуждали, хотя один из них явно скучал.       — Чонгук-а, ну чего ты такой кислый? — морщился Чимин. — У меня от одного твоего вида внутри всё сжимается. Говорю тебе, забей уже!       — Послушай блондина, он дело говорит! — промычал Юнги, прижимаясь к своему омеге. — Пора уже послать этого хмыря, сам знаешь куда и жить дальше… Ты только скажи! Хочешь в боулинг сгоняем или в караоке? А может тусу прям у меня замутим? Побольше народу позовём… Отца не будет ещё пару недель, а это значит, что дом целиком наш!       — Туса-туса… Хочу тусу… — радостно скандировал Чимин, дёргая своего парня за рукав толстовки. — Пупсик хочет танцевать, слышишь, милый?! — продолжал он, хлопая пушистыми ресницами. — Мне это прям необходимо, ну просто жизненно…       — Чимин-а, да, знаю я… Ты готов хоть каждый день трясти своей попкой! — двусмысленно повёл бровью Ким. — А вот парни-то согласны?       — А чё, я только за! — растёкся в улыбке Хосок, видя как блондин зыркает на него, моля о поддержке. —Расслабимся, выпьем, может и Чона развеселить получится… Что скажешь, малой?       Тяжело вздохнув, омега посмотрел на своих друзей, которые так заговорщически лыбились и понял, что выбора у него собственно-то и нет. Кивнув в знак согласия, он вновь уткнулся в свой смартфон.       Когда так случилось, что Чонгук стал следить за Тэхёном в соцсетях, младший уже и не помнил. Но листать странички его аккаунтов в надежде обновлений, стало привычкой. Вот и сейчас он прятал под столом телефон и стучал пальцами по экрану, в поисках хоть каких-то вестей о старшем.       Воздуха стало мало, когда он увидел новый пост. Смахивая карусельку в сторону, он лихорадочно искал любимое лицо, но не находил. Красивые пейзажи, интерьеры и куча незнакомых людей. Омега жевал губу, чувствуя, что теряет надежду. Откинув последнее фото, уголки его губ поплыли вверх. Его сердце бешено билось, когда он наконец-то увидел Тэхёна… В костюме цвета топлёного молока, который так красиво оттенял его смуглую кожу, а чисто белая футболка, вместо классической рубашки, делала его образ раскованным. Ткань костюма так плотно сидела на его подкаченном теле, что младший невольно сглотнул, поняв, что у него встаёт даже на фотографию.        Чонгуку нравилось любоваться альфой, но ему совершенно не понравилось то, что он увидел дальше. Тэхён лучезарно улыбался, когда держал в одной руке бокал с виски, а другой обнимал незнакомого брюнета. Высокого, стройного мужчину, такого вызывающе счастливого рядом с ним, что при виде этого омега скривился. Представлять насколько они могут быть близки, Чонгуку было слишком больно. От мыслей об этом, он так сильно стиснул зубы, что проступили слёзы.       Настроение омеги и так никакое, сейчас и вовсе упало в минус. Он смотрел не моргая на эту парочку и кусал губы, пытаясь хоть немного оттянуть душевную боль физической, но у него не получалось. Стукнув пальцем по наглой ухмылке брюнета, он увидел всплывающую графу с именем…       Пак Богом…       Чонгук знал это имя, он запомнил его из рассказов Юнги. Мерзкий тип, который всеми силами старался залезть в постель к Тэхёну. И это бесило, да так сильно, что ещё мгновение и телефон в его руке просто треснет от силы сжатого кулака.       Когда нервы окончательно сдадут, под каким-то нелепым предлогом, Чонгук сбежит от друзей. А позже, вернувшись домой, он закроется в спальне и будет до поздней ночи пялиться на это фото, а после уткнувшись лицом в подушку, скулить от отчаянья. Тэхён слишком далеко и он ничего не может с этим сделать. ***              Чонгук сидел на улице возле бассейна и смотрел на звёздное небо. Возвращаться в дом к друзьям совсем не хотелось. Музыку было слышно и от сюда, а остальное его просто не волновало.       Вечер субботы. Веселье шло полным ходом, Чимин с Хосоком не переставая глушили шампанское и танцевали… танцевали… танцевали… Казалось, что их уже никто не сможет остановить в стремлении напиться и в танце стереть подошвы своих кроссовок. Юнги же был далёк от такого рода веселья, он степенно ходил по залу и травил гостям смешные байки, при этом не забывая приглядывать за своим пупсиком, активно вилявшим задом в самом центре гостиной. Блондин любил быть на виду, он никогда не упускал возможности покрасоваться, и пусть в такие моменты, он выглядел легкомысленным, но так лишь казалось. Пак Чимин был переданным омегой, и никогда не смотрел на лево.       В этот вечер в дом Кимов пришло много новых омег и альф, некоторых из них Чонгук видел впервые. В другое время младший бы старался быть частью компании, веселился бы и смеялся со всеми. Но сейчас он ко всему потерял интерес, кроме полупустого стакана с пивом, который он нервно крутил в своих руках… и того фото, где Тэхён слишком властно обнимал чужого мужчину. Всю ночь Чонгук крутился в постели, пытаясь прогнать дурацкие мысли, но ничего не получалось, парня просто сжирала ревность. Слишком богатая фантазия рисовала мерзкие картинки, от которых его била мелкая дрожь, он хотел вцепиться зубами в этого Богома, чтобы оттащить подальше от своего истинного.       — Тебе не скучно одному? — мягкий, приятный голос незаметно вывел Чона из мыслей. — Я так понимаю тебе не слишком интересно со всеми, но может ты позволишь составить тебе компанию?       Чонгук едва заметно поморщился, уловив нотки кедрового ореха. Незнакомый ему альфа стоял совсем близко, он широко улыбался и держал в руках два бокала с пивом. И хотя компанию Чонгук себе не искал, от пива он решил не отказываться.       — Сразу предупреждаю, что не настроен на близкое знакомство и всякие там разговоры по душам! — слишком резко начал Чон, принимая из рук незнакомца стакан.       — Хм, — усмехнулся альфа, присаживаясь на шезлонг рядом с младшим. — Ну, имя то хоть своё ты мне скажешь?       — Чон Чонгук. — бросил омега, даже не взглянув.       — Очень приятно, а меня зовут Ким Намджун. — так же мягко продолжил парень. — Ты должно быть лучший друг Юнги? Я от Чимина много о тебе слышал.       — Я бы не стал доверять всему, что болтает этот блондин! — нервно огрызнулся Чон.       — Ну, зачем же так сразу? За годы дружбы с этим блондином, я понял, что друзей он действительно ценит и просто так не будет трепать лишнего. — Намджун слегка улыбнулся, заметив, что омега нахмурил брови. — Возможно, у тебя ещё не было возможности убедиться в этом, но поверь, Пак себя ещё проявит с хорошей стороны.       — Прости, я не хотел подвергать сомнению вашу с ним дружбу и говорить плохо о Чимине. Просто сейчас не лучшее время для общения со мной… — виновато поджал губы Чон, впервые посмотрев альфе прямо в глаза. — Понимаешь?       Намджун прекрасно видел настроение омеги и в другой раз он непременно бы оставил его в покое, но сейчас он просто не мог это сделать. По-детски наивные глаза собеседника очаровали альфу, его милые черты лица и пухлые губы, которые он сейчас жевал от смущения, притягивали всё сильней. Намджун втянул носом воздух и удивлённо вскинул бровь.       — Как интересно, твои феромоны всё ещё молчат? — ласково начал Нам, с интересом рассматривая шею парня. — Тебе должно быть, как и Паку, сейчас семнадцать? Я читал про это в своих учебниках, но никогда не сталкивался с этим лично.       Альфа осторожно приблизил своё лицо к омеге и вдохнул поглубже воздух. Чонгук хотел было отстраниться, смущённый действиями малознакомого парня, но алкоголь и любопытство взяли своё, и он решил этого не делать. Омега мало с кем мог поговорить о своём секрете, он давно уже привык к косым взглядам и противным ухмылкам полноценных омег и альф, потому встретить парня, знающего о его проблеме больше остальных, было приятно.       — Да, в сентябре мне будет восемнадцать и я очень жду, что всё изменится… — закусив губу, Чон шмыгнул носом.       — Уверен всё так и будет. Я немного изучал этот вопрос и знаю, что встреча с истинным или большая любовь могли бы помочь приблизить это событие. — теплая улыбка альфы немного расслабила омегу и Чон позволил себе улыбнуться в ответ.       — Твой аромат обязательно раскроется и станет чертовски соблазнительным… Вот увидишь, скоро все альфы будут сходить с ума от твоей клубничной сладости… — произнеся последние слова, Намджун незаметно скользнул языком по своим клыкам, которые как-будто зачесались. Чего омега не заметил, потому что находился в прострации. Его округлившиеся глаза бегали по лицу парня, от удивления он даже приоткрыл рот. Намджун был первым альфой, кто учуял его запах.       — Ты правда его чувствуешь? — неуверенно спросил Чон. — Но как?              — Я лучший на своём факультете, как никак будущий парфюмер! — усмехнулся альфа, убирая непослушную прядку волос со лба омеги. — Нас этому учат, а я способный студент.       Чон так и замер, пытаясь переварить всю полученную информацию, пока парень, пользуясь моментом, скользнул пальцами по омежьей шее и попытался незаметно притянуть к себе. Ещё мгновение, и альфа бы коснулся его губ своими… Но омега вдруг резко дёрнулся в его руках и жалобно заскулил от той силы, с какой в его лёгкие вбивался слишком жёсткий аромат сливок. Тело омеги напряглось, низ живота скрутило тугим узлом, доставляющим не только удовольствие, но и сильную боль.       — Доброй ночи, мальчики! — пытался сказать Тэхён, как можно мягче, но скрывать раздражение у него плохо получалось. Тяжёлая аура альфы нависала над парнями, словно грозовая туча. Её чувствовал даже Намджун, которому чудом удавалось не показывать свой оскал.        — И что, интересно, у нас тут происходит? Стоило мне уехать, как детки пошли в пляс?       — О, вы должно быть, Тэхён-ши? Отец Юнги? — вскочил с места Нам, почтительно поклонившись перед старшим. — Мы не знакомы, меня зовут — Ким Намджун, я близкий друг семьи Пак Чимина.       Чонгук всё это время продолжал сидеть на шезлонге, боясь пошевелиться. Бешеная аура его альфы начала давить ещё сильней, стоило Тэхёну бросить на него очередной презрительный взгляд.       Альфа был в гневе, он тяжело дышал, широко раздувая ноздри, его сердца бешено билось в груди, а к щекам подступил жар. Застать в своём доме за поцелуями парочку, что тут такого? Тэхён давно уже не наивный мальчик, да его, собственно, никогда и не смущали такие моменты, но почему сейчас всё иначе? Старший хмурился, в очередной раз переводя взгляд на Чонгука. Вид испуганного парня, похожего на дрожащего зайчонка, раздражал и умилял одновременно, отчего Тэхён бесился ещё сильней. Альфа же, стоявший перед ним, вызывал лишь агрессию, совсем ему не свойственную.       — Я должно быть прервал вас на самом интересном? — язвительно заметил Тэхён, ухмыляясь одним уголком рта. — Да, Чонгук-а?       Омега поджал губы, начиная понимать, как ужасно всё смотрелось со стороны. Взгляд альфы просто уничтожал младшего, в его глазах начинали проступать слёзы, а Тэхёну этого было мало, он продолжал прожигать его взглядом в ожидании ответа.       — Простите, Тэхён-ши! Вы ничему не могли помешать! — проскулил омега, виновато опуская голову. — Я просто… Я просто… Простите!       Чонгуку было страшно посмотреть в глаза истинного, он боялся увидеть в них разочарование. Он готов был на всё лишь бы Тэхён не чувствовал к нему этого, но всё отчётливей начинал понимать, что по-другому не могло и быть. Что ещё мог подумать его альфа, застав их в такой двусмысленной позе.       Сердце Чонгука просто не могло выдержать такую пытку, потому хлюпая носом, он снова сбегал из дома Кимов. Мокрые от слёз глаза плохо видели дорогу, но омеге было всё равно куда бежать. Ему нужно было просто двигаться, потому что казалось, так станет легче, но не становилось.       Омега не знал, как долго он уже бежал, прежде чем шум от мыслей в его голове стал вдруг совсем тихим, и он услышал протяжный сигнал клаксона. Нервно сглатывая, Чонгук ещё не осознавал, что сигналил ему Тэхён.       Не успев догнать у дома, альфа прыгнул в свою машину и поехал по ночным улицам, в поисках одного, дрожащего от слёз омеги, уже почти потерявшего силы от быстрого бега. Сердце старшего дрогнуло, когда он заметил Чонгука у самого входа в парк. Ещё мгновение и он бы скрылся за деревьями, тогда бы старший точно его потерял, но Тэхёну повезло.       Усадив трясущееся тело рядом с собой на переднее сиденье, альфа заботливо пристегнул его ремнём безопасности и повёз домой. Всю дорогу они молчали. Слышались лишь частые всхлипы и гул мотора. Тэхён давно уже знал где живёт Чонгук, потому он без труда нашёл нужную улицу и дом. Остановив машину возле главных ворот, он отстегнул ремни безопасности и повернулся к омеге лицом.       — Думаю, ты и сам понимаешь, что тебе сейчас лучше пойти домой. — жёстким тоном сказал старший, от чего у Гуки внутри всё сжалось. — Так будет правильно.       Тэхён смотрел на сгорбившегося омегу, который так ни разу и не осмелился поднять на него глаза, и испытывал смешанные чувства. Злость по-прежнему никуда не делась, но она всё больше заменялась нежностью к этому дрожащему от волнения зайчонку.       — Чонгук, тебе пора. — прозвучало даже суше, чем Ким планировал.       — Тэхён-ши, мы не целовались… — так громко зарыдал омега, что альфа вздрогнул. — Вы должны это знать! Я не делал ничего такого. Я даже не хотел с ним общаться, но он сам ко мне пришёл и подсел. Прошу, не думайте обо мне плохо! Я не выдержу, если вы будете думать обо мне так…       Огромные глаза Тэхёна с удивлением смотрели на раскрасневшееся лицо парня, как он размазывал слёзы по щекам и щурился, пытаясь получше рассмотреть альфу. Тэхён даже на мгновение залип на такого очаровательно невинного Чонгука. Видя эту чистоту и искренность, ему даже дышать стало легче, словно пружина засевшая в нём смягчилась.       — Чонгук-а, пожалуйста, не плачь… — сам не понимая зачем, Тэхён огладил щёки младшего, стирая лишнюю влагу, а затем нежно поцеловал в кончик носа. От чего тельце Чона вздрогнуло, а глаза раскрылись так широко, что стали круглыми. — Я верю тебе, малыш!       Эти милые, пухлые губки не давали покоя альфе, а сейчас, когда они так близко, желание коснуться их стало невыносимым.       Тёплые руки старшего обхватили заплаканное личико и притянули к себе. Парень тихо заскулил, когда губы истинного коснулись его в первый раз. Запах сливок в момент забил нос, разомлевшего омеги. Альфа скользнул по его дрожащим губам языком, и мягко затянул в поцелуй.       Тэхён заурчал от удовольствия, когда Чонгук с такой готовностью принял в свой рот его язык. Нежное трение губ заводило альфу, а невинные попытки младшего ответить, возбуждали ещё сильней. Тэхёну было слишком странно не ощущать яркости вкуса, но чем дольше длился поцелуй, тем сильней затягивало. Появлялось желание распробовать, прочувствовать… и овладеть.       Старший невольно зарычал прямо в рот омеге, когда его возбуждённый член потёрся головкой о ткань боксеров. Стало невыносимо больно и хорошо, альфа дёрнулся в приятной судороге, и притянув к себе парня, с новой силой впился в его уже красные, от страстных поцелуев, губы. Мокрое чмоканье и стоны омеги мешались в воздухе, заполняя всё пространство машины. Тэхён упивался этим звуком. Ему сносило крышу от тёплых ладоней младшего на его плечах, от того как он цеплялся за него, как скулил, прося о продолжении.       Похоть делала Тэхёна неуправляемым, их поцелуи становились всё откровенней, движения рук развязанней, ещё немного и альфа просто сорвётся, набросится на паренька и сделает своим.       — Мы должны остановиться… — горячий воздух выбило из груди альфы, когда он силой отстранился от Чонгука.       Тэхёну стоило больших усилий прервать их невероятно горячий поцелуй. Жадно втянув ноздрями воздух, но не почувствовав запаха омеги, он откинулся на сиденье и хрипло зарычал, понимая, что начинает задыхаться от желания вернуть его вкус.       Чонгук дышал, как загнанный зверёк, он весь размяк, упираясь щекой в спинку сиденья. Он смотрел на красивый профиль мужчины, на его пылающий румянец, на алые губы, которыми тот так жадно хватал воздух. Чонгук вдыхал густой, тягучий феромон альфы и был счастлив. Ему льстила мысль, что причиной возбуждения альфы был он, неопытный парнишка, любящий его всем сердцем.