Субботний вечер

— Я не буду это делать. — Томас злобно посмотрел в сторону своего недруга, открывая флягу. — Да ладно тебе, Том. Неужели так страшно? — Эдд подпёр голову руками и хитро прищурился. — Я же вижу, как ты на него смотришь. — Сходи проверь зрение. — злобно прошипев, парень отпил содержимое своей железной подружки, после чего встал с пола. — Пойду флягу наполню, иначе я этот вечер не досижу. — Да ладно, я реально ужасное действие загадала. Штрафной мне и перезадача. — девушка виновато подняла руки, словно сдаваясь. — Полностью согласен, Катрин. Даже удивлён, что у тебя язык повернулся такое сказать. — Торд угрожающе прищурился, пока наливал подруге выпивку. — Кстати, а куда пошёл Том? Почему нельзя наполнить флягу тут? И на кой чёрт ему фляга, если мы пьём? — другая девушка непонимающе оглядела ребят, после поворачиваясь назад, куда и ушёл один из четвёрки. — У него что-то своё. Правда не знаю что. — Мэтт пожал плечами, после чего повернулся к новой подруге. — А откуда вы вообще? — Я из Норвегии, Катрин из Шотландии. — красноволосая посмотрела напротив в серые глаза, что искали свою пачку сигарет. — Я старая знакомая Торда. — А ещё моя бывшая. Но это не столь важно, ведь она действительно крутая. — пришедший Риджуэлл сел на своё место, кидая пачку "рогатому". — Торд, хочешь покурить – иди на улицу, сегодня без поблажек. — Эдд повернулся к своему парню и мягко улыбнулся, пока он расспрашивал девушек об их жизни. — Ого, а акцента даже не слышно. Круто. — рыжеволосый восхищённо вздохнул, переводя взгляд на темноглазого. — А как вы сошлись? — На концерте познакомились. — пожав плечами, он стащил один бутер с тарелки. — Но потом я осознала себя как лесбиянка и вот да. Зато мы скоро женимся с Катрин. — девушка мягко посмотрела на свою будущую супругу, беря её за руку. — Подожди, что.. — попепхнувшись пивным напитком, пепельноволосая со скрытой радугой на затылке непонимающе посмотрела на Эмили. — Так, дела любовные, я пошёл. — фыркнув, "рогатый" поднялся и пошёл к выходу на улицу, прихватив с собой ту пачку сигарет, что кинул ему Риджуэлл. — Картин Смит, согласишься ли ты... — красноволосая встала на колено, открывая перед любимой коробочку с кольцом. — Стать моей женой? Все в комнате (за исключением Эмили) удивлённо переглянулись, после чего затаили дыхание в ожидании ответа. — Эми, ты... — девушка судорожно вдохнула, пока у глаз начинали собираться слёзы. — Ты ещё спрашиваешь. Конечно соглашусь. Плачущая от счастья обняла свою возлюбленную, после чего потянула на себя и обе оказались лежащими на полу в мягких объятиях друг друга. — Выпьем же за счастливых. — Том поднял свою флягу, призывая остальных к действию, что вскоре было выполнено. Другая пара влюблённых с радостью выпила ещё алкоголя, после чего и они разлеглись на плоской поверхности пола. Так, теперь мы тут лишние. Спустя пару минут темноглазый закрывал дверь на кухню со стороны улицы, где сидел Ларссон и задумчиво смотрел в ночное чистое небо, держа тлеющую сигарету дрожащей правой рукой. — Я присоединюсь? — тихий, слегка хрипящий голос прекрасно дополнил атмосферу спящего пригорода, где самый громкий звук – это жужжание сверчков. — Конечно, min kjerlighet. — конец фразы был был словно специально едва слышен. Как будто её владелец стыдиться сказанного или боится последствий. Но Том похоже не заметил. Норвежец часто заменял ругательства на фразы из родного языка по типу "моя радость", "моё счастье" и другие из такого разряда, когда спорил с Риджуэллом. Тот в первый раз подмены только выругался на счёт "не знаю я ваш норвежский блять" и ушёл с поднятыми вверх руками в качестве поражения. Протянутая пачка, краткая усмешка, чужая рука на запястье. — Мог бы и зажигалку попросить, я тебе не прикуриватель. — фыркнув, Торд отдёрнул свою руку, как только сожитель закончил поджигать свою сигарету чужой. — Слишком долго. — выдыхая табачный дым, парень сел рядом с "рогатым". Вскоре воцарилось молчание. Можно даже было сказать, что оно комфортное, что было даже слишком удивительным, если знать о взаимоотношениях этих двоих. Шуршание ткани, металлический скрежет, переливание жидкости. Повернув голову, Ларссон увидел слабо улыбающегося Томаса, что предлагал выпить из фляги, которую раньше даже трогать кому-либо запрещал. — Как думаешь, у Эмили с Кэтрин всё будет хорошо? — в очередной раз затянувшись, обладатель синей толстовки перевёл взгляд куда-то в небо. — Только если сменит фамилию. — отпив немного из металлической посуды, собеседник протянул её обратно хозяину, на что в ответ получил ленивый взмах рукой. — Это что? Неужели аквавит? — Он самый. А что не так с фамилией? — Она Доккен. На древненорвержском "dokk" означает депрессия, пустота. Мы даже шутили, что все её неудачные отношения как раз из-за неё. Но потом она действительно начала в это верить. — Ларссон отпивает ещё из фляги и закрывает её, Риджуэлл делает последнюю тягу и тушит сигарету в пепельнице. — Бедная девочка. Но она сейчас выглядит счастливой. Рад за неё. — встав и слегка потянувшись, Том растрепал чужие русые волосы и направился в дом под гнёт оскорблений. В комнате все продолжали играть в правду или действие, только теперь с масками на лице, словно это пижамная вечеринка. Хотя всё верно. Это действительно задумывалось всё как пижамная веченинка, но только Том остался в своей повседневной одежде, ведь он единственный, у кого пижамы нет. — Å Tom, du er akkurat i tidevannet. (О, Том, ты как раз вовремя) — красноволосая вскочила и слегка засуетившись, вручила парню какой-то пакет и запечатанную маску с лавандой. — Prøv det raskt! Jeg er sikker på at du vil like det. (Попробуй быстрее! Я уверенна, тебе понравится) — Ли, к чему спешка? — удивлённо оглядев всех присутствующих в комнате, Томас пожал плечами и ушёл в свою комнату. — Ладно. — Ты что-нибудь понял? — Гоулд наклонился к своему парню, смотря в след уходящему другу. — Ни единого слова. Когда в комнату вернулся Торд, девушка уже удобно улеглась на коленях возлюбленной, тусуя карты. — Малой, масочку возьмите. — кинув упаковку в друга, она хитро прищурилась и начала раздачу. — I dag er en ærlig kveld. Fortalte du sannheten om følelsene dine?(Сегодня честная ночь. Ты сказал правду о своих чувствах?) — Ikke egentlig. Jeg vet ikke hvordan han vil reagere. Det scremmer meg.(Не совсем. Я не знаю, как он отреагирует. Это меня пугает.) — садясь рядом с Кэтрин, парень открыл упаковку с маской и попросил девушку помочь с перемещением её на лицо. — Пицца пришла! — Харгривз занёс коробки с ароматной и ещё тёплой едой и поставил их по центру круга. — Alt problemet ditt er frykten din.(Вся твоя проблема в твоем страхе.) — закончив перепалку на чужом для ребят языке, Эмили мягко улыбнулась Мэтту и спросила о содержимом коробок. Пока рыжеволосый отвечал, в коридоре послышался явно не самые культурные выражения. Вскоре там появился Том. Том. В кигуруми. Стоп, Ларссон, протри глаза. Не помогло. Он милый. — Ахаха, свидетель Иеговы, это что за наряд? — громко засмеявшись, парень начал бить кулаком о пол из-за переизбытка эмоций. Кигуруми был тёмно-сливового оттенка. Массивный хвост до пола, капюшон выполнен в виде открытой клыкастой пасти, на голове пара фиолетовых полосатых рогов. Напоминает на того монстра из новостей несколько лет назад. — Ли, я конечно тебе признателен, но думал, что тот случай мы больше не обсуждаем. — последнее слово Томас сказал чуть медленнее, выделяя его и напоминая о том разговоре. — Но так штука классная. Ткань приятная, вроде качественно. Мне нравится. Но задумка херня, скажу честно. Тот случай? — Ой, да ладно тебе, Томми. На тебе выглядит классно. — проследив за рядом севшим парнем, она подправила ему маску. — Ну что, в картишки? Спустя пару часов половина людей отошла ко сну. В царство Морфея не попали норвежцы этого дома и бывший парень одного из них. Все трое взяли оставшуюся выпивку и вышли во внутренний двор. Пока Томас разбирался с лампой, что они взяли с собой, скандинавцы стояли поодаль и курили. — Jeg-Jeg vet ikke om det vil fungere eller ikke. Er du sikker? (Я-я не знаю, будет ли это работать или нет.Ты уверенна?) — Ларссон прикусил губу, смотря на ругающегося парня. — Sikker. Uansett spiller det ingen rolle hva som skjer. Du krangler allerede som en katt med en hund (Уверенна. В любом случае уже не важно, что произойдёт. Вы уже спорите как кошка с собакой.) — выдыхая дым куда-то вниз, девушка подняла голову к небу, устремляя свой взгляд в Млечный путь. — For å være ærlig hadde jeg det mest komfortable forholdet til ham.Jeg angrer til og med litt på at vi ikke var enige av natur. (Если честно, у меня с ним были самые комфортные отношения. Я даже немного жалею, что по природе мы не сошлись.) Затянувшись последний раз, парень затушил сигарету в пепельнице и вымученно простонав "будь что будет", Торд пошёл к беседке, где уже сидел довольный своей работой Том. На траве уже осела роса и небольшой туман сел непозволительно близко к земле. Полная луна мягко очерчивала каждый изгиб, до которого могла дотянуться. Ветер мягко перебирал листву деревьев и кустарников, не упуская шанса залететь под кофту или просто мягко огладить шею. Небо над головой всё такое же чистое и все звёзды словно на ладони. Осторожно сев возле сожителя, он заглянул в бездонные глаза. — Ты сколько уже выпил? — тут нужно взаимодействовать как с диким животным. Тихая спокойная речь, плавные движения, мягкие касания. — Не волнуйся, я не слишком пьян, чтобы начинать дебоширить. — усмехнувшись, закурил уже он. Рядом через скамейку плюхнулась девушка, сразу же облакачиваясь на своего бывшего и забираясь под его руку, как в старые добрые. — Поэтому дебоширить буду я. — хитро улыбаясь, она взяла бутылку виски со стола и сделала пару глотков. — Короче, слушайте... Через каких-то полчаса от школьных историй вместе с Тордом они перешли на истории совместного проживания Томаса с Эмили и очень вредного кота, который любит использовать парня вместо когтеточки. — Точно! Коты! Торд, ты помнишь историю про котят? — сев ровно, Доккен забралась на скамейку с ногами и начала хлопать по коленкам. — Nei, nei, nei, tør ikke si det engang (Нет, нет, нет, даже не смей это говорить) — смущённо засмеявшись, Ларссон кинул скомканную бумажку в подругу. — Å jeg vil høre (О, я хочу услышать) — Томас заинтересованно посмотрел на девушку, закрывая флягу. — Значит, дело было так. Мы идём на веселе из бара, на улице ужаснейший ливень, мы с зонтиками. Идём домой, никого не трогаем, как Торд слышит мяуканье. Я опомниться не успела, как он их нашёл, оставил над ними зонтик и убежал в ближайший магазин. Три минуты – и он уже кормит бедных животных и упрашивает меня взять их домой. Он же их и пристраивал в хорошие руки. Торд хороший мальчик, хоть и ведёт себя как полнейшая мразь. — Хэй, я не мразь. — Ларссон хотел уже начать ругаться, как завис, постепенно бледнея. Том сказал ЧТО? — Ахах, Торд.ехе не отвечает, я был прав. С тебя пять баксов. — отбивая "пять" Эмили, парень отпил немного виски. Том знает норвежский. Лицо "рогатого" покраснело, а руки предальски задрожали. — Как давно ты знаешь норвежский? — голос дрогнул и ребята в миг затихли. — Tord, jeg kjente ham før du erstattet fornærmelser. (Торд, я знал его до того, как ты заменил оскорбления.) — тихий и немного хрипловатый голос прозвучал несколько ближе, чем был раньше. — Så hvorfor sa du ikke tidligere? (Так почему ты не сказал раньше?) — судорожный вдох замер практически сразу. Риджуэлл осторожно взял его ладонь в свою, мягко сжимая. — Fordi jeg ventet på din tilståelse, dum jente. Se på meg. (Потому что я ждал твоего признания, глупышка. Посмотри на меня.) — сероглазый послушно повернулся, смотря в глаза напротив. — Впервые вижу Торда таким мягким. — беря со стола флягу своего бывшего, девушка в наглую решила попробовать содержимое. — Ого, аквавит, приятно удивлена. — Ради пресвятых шоколадных крошек, Ли, заткнись. — Томас быстро прошипел в её сторону просьбу, после чего вернулся к парню. Тот глубоко вздохнул и с невозмутимым лицом сказал: — Jeg elsker deg. (Я тебя люблю) О, Торд порой мог убрать все эмоции с лица, что помогло ему порой достигать своих целей. Но сейчас было ощущение, что вся власть и контроль явно не у него. – Det er gjensidig. (Это взаимно) — дыхание вновь сбилось, а румянец вновь прошёлся по лицу. Риджуэлл осторожно провел тыльной стороной ладони по чужой щеке, завороженно наблюдая, как парень напротив его самого подставляется под касания. — Du er søt. (Ты милый.) — тихо прошептав, темноглазый перенёс свою руку с чужого лица на чужие волосы, слегка потроша их под негромкое шипепние. — Ну Том, всё же так хорошо начиналось, вот зачем? — наблюдатель в виде Эмили недовольно вздохнула, отставляя бутылку. — Давайте целуйтесь уже! Исполните действие, что загадала Кэтрин! — Потому что ежегодно он нападений муравьёв умирает примерно сотня человек. — пожав плечами, Том сел, словно ничего не было, пока жертва чуть ли не смертельного смущения сидала в той же позиции, в которой его и оставили. Он вообще ничего не понял. — И вообще, смотрите, чтобы утром у вас головы не болели. — Тогда может домой уже пойдём? Тут холодает. — девушка быстро собрала все следы пребывания тут, а сероглазому вручили фонарь. — Итак, что между нами? — страх отступил, как только тёплое помещение начало действовать на пьяное, слегка охлаждённое тело. — Ну, не знаю. — Томас остановился в коридоре, из-за чего собеседник врезавшись в его, рисковал разбудить всех своим падением. Но благодаря темноглазому парень не оказался на полу, а был притянут почти вплотную. — А ты чего хочешь? Бледные и слабо дрожащие руки зарылись в волосы недавнего врага, пока Торд сокращал расстояние между ними. — Kan? (Можно?) — едва слышный вопрос даже не успел расцвести на губах, как их накрыли другими сверху, более холодными и шершавыми из-за отсутствия гигиенички и наличия ветра. — Больше не получишь, пока пьян. — вернув норвежца в более устойчивое положение, Риджуэлл открыл дверь в свою комнату и пропустил в неё своего нового парня. — Мне больше и не надо. Спустя пару минут у парней было по рюмке водки. Выпьем же за счастливых!