Blood is the money of the soul

Вернувшись чуть позже, Кинн сел на кровать и задумался, смотря как он спит. Всё их счастье было хрупким, прямо как тело его партнера. Он мог всё легко сломать или возвысить. По своему желанию. И он успевал делать всё это. С ним буквально можно было испытать все эмоции, какие существовали. Порш был и рад этому и несчастен одновременно. С другой стороны… этот спектр эмоций выдавал и его собственные эмоции. Он не мог жить в мире, где все только хорошо. Благо теперь в его управленческой деятельности было много всего, что следовало изучить. Кинн понимал это. Вместе с Поршем они узнавали новые грани собственных характеров. — Ваше величество, пора просыпаться, — прошептал Кинн, целуя Порша в висок, но тот лишь отмахнулся и попытался обнять мужчину, не открывая глаза, но Кинн чуть отстранился, улыбаясь. — Ты меня совсем не любишь… — проворчал Порш, ложась на другой бок, спиной к мужчине. — Хорошо, хорошо. Десять минут самых нежных объятий для моей обезьянки. И потом надо точно вставать. Дела государственной важности ждать не будут. — Пятнадцать минут объятий и поцелуй. — Торгуешься? — по-доброму рассмеялся мужчина. — Хорошо, мой сладкий. Ты же знаешь, что я не могу сказать тебе «нет». Кинн развернул парня к себе лицом и обнял, позволяя уткнуться носом в грудь. — С тобой иначе не получается. Обнаженное тело парня было приятно горячим. А так как Кинн был в расстёгнутой рубашке, то контакт был кожа к коже. В итоге обещанные пятнадцать минут растянулись на час, потому что мужчина сам не захотел так быстро отпускать любимого, окутывая его нежной лаской прикосновений и медленными поцелуями. Они появились в главном зале в обед. Порш шёл впереди, Кинн на пару шагов отставал. И только Мэй заметила, что у обоих мужчин по-особенному сияли глаза и были припухшие, к тому же ярче обычного, губы. Когда Кинн сел рядом с супругой, она наклонилась и прошептала: — Смотрю, утро у кого-то выдалось очень сладким. — Это так заметно? — Блеск глаз вам спрятать не получится. Слишком довольные оба. Кинн закусил нижнюю губу, мельком взглянув на короля. Но ничего необычного не увидел. — После обеда я заберу Тай, она хочет о чём-то поговорить. Это не даёт вам право исчезать. Но можете продолжить занятия в библиотеке. Поршу ещё многое нужно изучить. А тебя он хотя бы слушает. — Прости, Мэй. — За что? — подняла взгляд от тарелки с фруктовым салатом девушка. Мужчина наклонился к её ушку. — Если Тай будет делиться впечатлениями о первой брачной ночи… Думая, что у нас всё было… — Ничего страшного. Я расскажу ей о браке по расчету. В этом мы с ней похожи. Хотя, мне кажется, она попала под очарование Порша. И ей будет сложнее… — А есть кто-то, кто не попал под его очарование? — тихо спросил Кинн, делая глоток воды из стакана, что держал в руках. -Даже не знаю, — загадочно ответила девушка. — Я понял, мы уйдем заниматься. Сегодня разберём, как составлять описание документа и зачем оно нужно. Пора совмещать теорию с практикой. Девушка кивнула. В это время Порш улыбался и рассказывал что-то Тай, жестикулируя. Она смеялась и кокетливо прикрывала рот рукой. Затем все перешли на обсуждение ближайших праздников и своей роли на них. Принесли чай и аромат наполнил комнату. Все наслаждались беседой и напитком. Когда все закончилось, девушки ушли секретничать, а Кинн и Порш — заниматься в библиотеку. Убедившись, что там никого нет, Порш закрыл дверь и прижал на мгновение мужчину к ней, вдыхая запах. — Пошли заниматься, Порш. — Я и занимаюсь, — хихикнул мужчина, обвивая руками его шею. — Ты другим занят. Тебе пока нужно думать другой головой. — Хочу свидание в библиотеке, — прошептал Порш, потянув губами его мочку уха. — Если сегодня хорошо позанимаешься, я организую, — пообещал мужчина. — Ладно, — Порш потрогал его низ живота и отстранился, перед этим лизнув шею. — Я готов, — сказал он, сидя за столом с книгами. — Придёт время, и я тебе это припомню… — пробормотал Кинн в сторону, а потом подошел и сел рядом. Последующие несколько часов, вплоть до самого ужина, Кинн объяснял и показывал, как нужно заверять тот или иной документ, к каким нужны описи, а к каким — нет. Заодно был небольшой рассказ про обращения в деловых письмах и про то, как их запечатывают. И ещё много всяких нюансов. Они вернулись в зал к ужину, а Порш возмущался. — Ну зачем вот так всё усложнять?! Ведь можно просто… — Забудь о слове «просто» на государственном уровне. Ты должен уважать и соблюдать традиции. — Это скучно! Явно забыв о том, что они уже не одни и увлечённые спором, Кинн и Порш вместе сели за стол, рядом, не прерывая разговора и не обратив внимания, какая тишина повисла в комнате. Кинн продолжил объяснять про важность каждого штриха в письмах и документах, а Порш, нахмурившими смотрел на него и слушал. Мэй, чуть сжав руку кузины, прошептала, наклоняясь: — Думаю, сейчас им лучше не мешать. Они явно обсуждают что-то важное. Я бы советовала на правах супруги короля попросить прислугу подать еду королю туда, где он сейчас сидит. Это все же неофициальный приём. А Кинн остаётся наставником Порша. У нас было не так уж и много времени на подготовку… Отец Порша даже не присоединяется к нам за едой, он не покидает свою комнату… почти не встаёт с постели. Тай, я сочувствую тебе, но помни, что я рассказала о политических браках сегодня. Тебе поможет лишь смирение с тем фактом, что управление страной Поршу интереснее, чем брак. Нужно научиться жить самостоятельно. Тай кивнула и дала указания слугам. Девушки тоже продолжили полушёпотом свой более светский, чем у мужчин, разговор. Кинн первый очнулся от увлекательной беседы со своим учеником и был немного в шоке. Они нарушили этикет. Он взял бокал вина, дождался, пока тот доест, вручил и ему вино и заставил подняться и подойти к девушкам. — Прошу прошения у королевы за то, что осмелился за ужином украсть её супруга, — сказал мужчина, кланяясь. — Предлагаю посидеть в беседке за чаем, а потом прогуляться по саду. Как вы к этому отнесётесь? — О, это прекрасное предложение! — ответила Тай. Вскоре они оказались в беседке и вели светские разговоры. Порш шутил, развлекал девушек, а Кинн заинтересованно смотрел. Мэй мягко взяла его за руку, привлекая внимание. Кинн сразу отвлекся, больше обращая внимания на супругу. Порш ничего не замечал вокруг, был подвижен и улыбчив. Кинн очень тонко пошутил на грани неприличия, а Порш только улыбнулся, вызвав недоумение у дам. — Кхун Кинн, не смущай девушек нашими взрослыми шутками, — он по-доброму улыбнулся. Тай взяла Порша за руку, увлекла за собой на прогулку. — Извините, мы вас оставим. Они исчезли за деревьями, оставляя Кинна с Мэй вдвоем. Девушка привела его к мосту, который был недавно построен через водоем. — Смотрите как красиво, Ваше величество! — девушка восторженно повела его на мост. Они смотрели вниз и видели рыбок, проплывавших под водой. Девушка подняла его голову за подбородок и потянулась к губам, он отвернулся. — Тай, нет. Я же говорил. Он просто обнял ее, погладил по спине. — Порш, но как же так? Я ведь твоя жена! — Мне такое не нравится, — кратко ответил он, чувствуя, что настроение испортилось. — У тебя есть кто-то еще? Она запрещает тебе целовать меня? — возмутилась девушка, смотря раскрасневшимися глазами. Порш мягко улыбнулся. — Можешь запросить все, что хочешь, кроме этого. Я дам. — Но я хочу… Порш устало выдохнул. — Я надеялся, вы поговорили с Мэй. — Мы говорили, но… — Тай, я хорошо к тебе отношусь, но это переходит все границы. Поговорим позже. Недовольный, он ушел в сторону дворца, возвращаясь в свою комнату. — На что спорим, она прибежит к тебе в слезах… — тихо сказал Кинн, провожая уходящую пару взглядом. — Какие инструкции ты дал Поршу, что она восхищена им и одновременно хочет чего-то большего? — Никаких. Я даже ушёл из дворца, чтобы он мог сосредоточить своё внимание на ней. — Знаешь, это было не лучшим решением. — Почему? — Кинн отставил чашку и посмотрел на супругу. — Без тебя он заметно сильнее нервничает. Это прямо очень видно. — А что ты мне предлагаешь? Охранять их спальню и в случае чего предложить помочь? — мужчина злился, но старался держать себя в руках. Только ненароком согнул серебряную ложечку. — Хвала небесам, что не я оказалась между вами. — Тебе в любом случае спасибо, Мэй, — выдохнул Кинн. — Ты очень помогаешь. — Или, наоборот, мешаю… — прошептала она, опустив взгляд. — Что-то случилось, чего не знаю я? — мужчина нежно коснулся её руки. — Кинн, а ты не думал, что… — она закусила губу, не решаясь продолжить. — Что? — Ничего, забудь, — Мэй встала и поклонилась. — Я устала, пойду к себе. Доброй ночи. — Доброй… Кинн смотрел девушке вслед и теперь точно знал, что она не договорила. Он ей нравился. Но при этом она знала, что её чувства взаимными не станут. На небе уже зажглись звезды, сад был заполнен лунным светом, а Кинн всё продолжал сидеть в беседке, крутя в руках хрупкую фарфоровую чашку с давно остывшим чаем. — So dear I love him that with him, all deaths I could endure. Without him, live no life… — прошептал Кинн, глядя перед собой. Порш прошагал мимо него очень злой. Затем вернулся, но близко не подходил. — Она расстроила тебя? — не поворачиваясь спросил Кинн. — Да. Пожалуй, пойду отдыхать. Встретимся чуть позже. — Значит, она уже поняла. Ну что ж, ей же хуже. Иногда лучше томиться в незнании. Кинн допил чай и смотрел вперед. Порш вошел в комнату и сел на кровать, опустив голову. Наличие жены только добавило проблем в его и так сложную жизнь. Порш уткнулся носом в подушку, вдыхая запах Кинна. Он услышал, как скрипнула дверь и не поворачиваясь сказал: — Почему ты долго? Я устал ждать. Но он услышал знакомый, но не желанный голос: — И кто она? Где она?! — крикнула Тай, рыдая. — Да что это такое? — вскочил Порш и подошел к ней и взял за плечи. Кинн услышал посторонний звук и ушел, давая возможность Поршу разобраться. Порш вышел с Тай из комнаты и пошел ее успокаивать в комнату. Вернувшись в комнату через полчаса, Порш сел на пол и прислонился к стене. Кинн появился перед парнем как всегда бесшумно. Сел так же на пол напротив, беря за руки. Он не говорил ни слова. Просто молча показывал, что рядом. Порш сидел, прикрыв глаза и затылком касаясь стены. Желания разговаривать не было и у него. — Иди ко мне, — прошептал Кинн и когда парень наклонился вперёд, просто обнял его, укладывая голову на своё плечо и легко касаясь спины. — Мы знали, что будет не просто. Но я тебя не оставлю, что бы впереди нас не ждало. Мэй, словно тень, оказалась в комнате. Порш не пошевелился. Кинн лишь вопросительно посмотрел на девушку. — Исчезните. Оба. Не появляйтесь здесь завтра. Придёте послезавтра. — А что будешь это время делать ты? — Судя по всему, спасать вас. В который раз. Только не уходите через главные ворота. Исчезните так, чтобы вас никто не видел. Старый король захотел сам поговорить с моей двоюродной сестрой и просил передать, чтобы вас во дворце не было. Меня на этот разговор не допускают, они будут говорить вдвоём. Так что исчезните, раз так просит сам король, пусть уже и не сидящий на троне. Кинн кивнул Мэй и повёл Порша, держа за руку, по лабиринту коридоров куда-то. Из коридора с окнами они попали в другой коридор, где естественного света не было, на стенах мерцали факелы, а под под ногами был с уклоном то вверх, то вниз. Через какое-то время они, выйдя из подземелья, оказались посреди леса, за пределами дворцовых стен. Только тут Кинн повернулся к парню и крепко его обнял. Когда Порш поднял голову и хотел что-то сказать, мужчина накрыл его губы своими, нежно и заботливо целуя. — Давай пока помолчим. Пожалуйста. Кинн уткнулся носом в его шею и буквально замер, ощущая на своем плече лишь тёплое дыхание, слыша биение сердца, чувствуя, как быстро бьется оно. Спустя полчаса как они бродили по лесу, все-таки остановились и сели на землю под деревьями. — Мне не нравится, что каждый раз кто-то решает наши проблемы. Я тоже с ней поговорю. Я поступил неправильно, выжидая что ей кто-то доходчиво объяснит кто я и что между нами ничего не будет. Кинн молчал, просто держал его руку в своей. — Мне нужно будет уехать на день, лично передать документы с твоей подписью. На следующий день, как вернемся. Порш вздохнул. Именно этот день он посвятит жене, надеясь остаться с ней в приятельских отношениях. В этот день они больше не говорили. Кинн отвел их в домик и закрыл дверь. У Порша было много времени, чтобы выспаться. Затем, проснувшись они пошли прогуляться, наловили и приготовили рыбу. Сейчас им было комфортно и говорить, и молчать. Вернувшись во дворец по одиночке и в разное время, Порш сразу направился к Королю узнавать новости. Он заверил, что девушка станет терпеливее, но очень торопил с ребёнком. — Устрой все и ей будет не до тебя, Порш. — Если бы это было так просто. — выдохнул он, — все происходит согласно графику врача. — Верю. Будь с ней добрее, Порш. — Я, итак, был добр и внимателен. Даже чрезмерно, что она начала себя вести будто я что-то должен. Я ведь не завожу наложниц или еще что… А она все равно… — Она еще девочка, которую лелеяли всю жизнь. От мужа она ожидала того же. А здесь она явно видит, что не в центре твоего внимания. Пока отвлекай ее, проводи больше времени. Как появится ребёнок, вы отстранитесь более естественно. Порш кивнул и пошел проводить время с Тай. Девушка вела себя так, будто ничего и не было раньше. Порш позвал ее в библиотеку позаниматься вместе. Ему как раз нужно было повторить материал, а значит нужно его кому-то рассказать. Они просидели до позднего вечера занимаясь и уснули за столом. Кинн стоял в дверях библиотеки уже уже несколько минут. Не решался зайти, просто смотрел. Не заметил, как Мэй подошла и взяла его под руку, склонив голову на плечо. — Может, им стоит побольше времени проводить вместе? Просто общаясь. Они слишком официально себя ведут. Оба ведь так молоды. Оба ещё по сути не знают жизни, — едва слышно прошептала девушка. — Он не хочет этого. И не поймёт, даже если об этом ему скажу я. И давить на него я не стану. Через несколько часов я уезжаю, нужно уладить кое-какие дела с документами. Ему я об этом уже сказал. Но знаешь… каждый раз покидая дворец, я боюсь, что, когда вернусь, здесь всё изменится, — тихо ответил Кинн. — Перемены — это не всегда плохо. Иногда же нужно чему-то измениться, чтобы понять, чем именно ты дорожишь и в какой степени. И на что готов ради другого человека… — Я готов исчезнуть… — Не смей! — чуть громче сказала девушка, толкнув его в бок. — Не думаешь о себе, подумай о нём! Что ты за эгоист, Кинн?! Ведь еще недавно ты был другим… Он подтолкнул Мэй в коридор, прикрыл двери библиотеки. — Раньше у меня не было Порша… Мужчина проводил супругу до её комнаты, а потом пошёл к себе. Нужно было подготовить некоторые вещи в дорогу. Ещё до первого луча солнца он покинул дворец. Один. Порш провел весь день за учебой и привлек Тай к проверке его знаний. По сути, он действительно справлялся, но лишний раз закрепить знания ничто не мешало. — Порш, а почему вот так? — спросила девушка, наклонившись к книге. Он достаточно четко отвечал, дополнял ответ. Девушке правда было интересно. — Знаешь, я никогда не думала об этом в таком ключе. Спасибо, Порш. Тай села читать книгу, пока король что-то конспектировал. — Почему ты так стараешься? У тебя же много времени. Ты все равно всю жизнь учится управлению страной. — Чтобы порадовать отца и Кинна, — ответил он не отрываясь от бумаг, — они будут чувствовать себя лучше, если будут знать, что я стал компетентным в государственных делах. Девушка заинтересованно посмотрела на него, пока он бегло читал текст. — Он много для тебя значит? — Кто? — Порш решил протянуть время и не отвечать сразу. — Ну. король, твой отец… Вы же недавно узнали, что родственники. — Не слишком близки, но у нас есть общие темы. Я уважаю его. — Уважать родителей хорошо. Ты когда-нибудь кого-то любил, Порш? Он поднял глаза, оторвавшись от бумаг. — Почему тебя это волнует? — Просто интересно, ты именно меня не любишь или… — К тебе это не имеет никакого отношения, Тай. Давай не будем обсуждать столь личные темы, хорошо? — Наверное, этот человек лучше меня. И не знаю, что мне сделать, чтобы… Порш прервал ее. — Я сокращу время, которые бы ты могла потратить на попытки. Просто живи в свое удовольствие. Не зацикливайся на мне. Я не тот человек, что тебе нужен. Но мы можем быть друзьями, единомышленниками, приятелями… Не стоит усложнять все. Девушка обиженно надула губки. Он взял ее за подбородок. — Милая такая. А сейчас мне нужно заниматься. Вечером меня проверит Мэй, потом Кинн… Порш тепло улыбнулся, надеясь, что Кинн будет его проверять особенно тщательно в отдельной комнате. Мэй зашла в библиотеку и улыбнувшись сестре, подошла ближе к Поршу, который что-то продолжал писать. — Ваше величество, Кинн вернулся. Но чем-то недоволен. Кажется, вы допустили какую-то важную ошибку. В общем, предупреждаю, ваш наставник не в духе. И при этом хочет вас видеть. Тай, лучше иди к себе. Я знаю своего супруга… И если он не в духе, то это надолго. Он в своём кабинете. Вы там были, Ваше величество… Порш встал, нахмурившись и пошёл к двери и сразу к комнате Кинна. Охрана без вопросов пропустила его, но дверной замок за его спиной щелкнул, что было новостью. Кинна в комнате не было видно. Но открыт проход в тайную спальню. Порш подошел туда и буквально сразу же был прижат грудью к стене, а знакомые губы уже ласкали шею. — Это называется «наставник не в духе»? — между стонов прошептал Порш. — Надо же мне было как-то отпросить тебя у твоей законной супруги… — Кинн уже стянул с парня рубашку и подбирался к штанам… Которые тоже скоро упали на пол. И только после этого Поршу было разрешено развернуться лицом к мужчине. Кинн стоял в одном полотенце и с еще влажными после купания волосами. Он взял парня за руку и потянул к кровати, садясь на край и обнимая Порша за талию, прижимаясь лицом к его животу. Порш прижался к нему и гладил волосы. — Как съездил? Все нормально? Я сильно все испортил, да? — Все нормально. Там была ошибка, но я поправил. Для первого раза у тебя хорошо получилось. Молодец, Порш. Он погладил его по пояснице и одобряюще улыбнулся. — Спасибо, что похвалил меня. Мне очень важна твоя оценка. Хочу угодить тебе… — Порш. — Кинн поднял глаза, поддаваясь ласке, — я почти всегда доволен тобой. Я замечаю твои старания, даже если не говорю о них. — Так как же мне понять, что ты это видишь? — Порш перестал его гладить и посмотрел в глаза. — Почувствуй, — прошептал Кинн, поглаживая его ягодицы. — Я скучал, — Порш оставил поцелуй на макушке. Кинн поднял глаза, полные тепла, уже только ими говоря, как сильно тосковал сам. — Я привез тебе подарок. Было непросто его достать, — Кинн указал взглядом на вазочку на столе. В ней оказался виноград. — Ложись, моя обезьянка. Я позвал тебя, чтобы сначала покормить. Порш устроился на его коленях, положив голову. Кинн угощал его ягодками, смотря как он улыбается. Так прошло полчаса, пока не кончилось угощение. — Кинн, я хочу спросить… А у тебя женщины спрашивали, почему ты их не любишь? Или…если правильно начать… ты любил кого-нибудь до меня? Кинн задумался. — Только не ревнуй к памяти. Я даже сам не знаю, можно ли назвать то чувство любовью… может, это была лишь благодарность, которую я в силу неопытности считал любовью. Но я тогда в первый раз сбежал от отца. В первый — потому что таких побегов было несколько. Но по прошествии какого-то времени он возвращал меня обратно. Но тогда все было в первый раз. Я бежал очень долгое время, не давая себе времени даже на банальный отдых. Конечно, я забыл и про еду. Как оказался на берегу озера — не помню. И там же потерял сознание. Очнулся от того, что кто-то умывает меня прохладной водой. И маленькая ладошка казалась нежной и тёплой. Я принял её поначалу за ребёнка. Позже выяснилось, что ей скоро должно было исполниться восемнадцать лет. И она жила с бабушкой в деревушке неподалёку от того озера. Собственно, они меня и приютили. Те несколько лет, что я провёл у них, были самым счастливым временем для меня… До встречи с тобой. Но нам было отпущено судьбой всего пять лет. Когда я сказал про память… Её давно нет в живых. Кинн откинулся назад на кровать, продолжая гладить Порша по голове одной рукой. — Я понял… хорошо. Спасибо, что ответил. В любом случае это было очень давно. Порш приобнял его за талию и уткнулся в живот. — У меня спросила об этом Тай. Любил ли я когда-нибудь? Я не хотел и не ответил ей. Как сказать, что я влюблялся множество раз и на моем пути были разные люди, но чувства к каждому из них не идут в сравнение с тем, что я испытываю к тебе. Я схожу с ума от ревности, собственничества, ненависти и боли, которые легко уступают нежности, страсти, заботе и любви. Как я думаю теперь — настоящей. Как же мне правильно сказать тебе? Ты — мое дыхание. Когда тебя нет рядом, я не очень уверен, что еще жив. Порш поцеловал его живот. — И как бы то ни было, я все еще мало что могу тебе предложить. Богатства тебе не нужны, знаний в тебе больше, чем в энциклопедии… Я могу просто заставить тебя улыбаться. И порой сделать так, чтобы секунда со мной мерилась вечностью. — Кажется, мне и вечности с тобой будет мало, — улыбнулся Кинн. — Но порой один поцелуй отключает меня полностью от реальности, перенося в тот мир, где лишь мы вдвоём.