О химии, юморе и умерших надеждах

Ну кому пришло в голову ставить дополнительные уроки по химии именно на пятницу?! В этот день было семь уроков, причём двумя из них, а именно последними, была физкультура. Всё бы ничего, физкультуру Лера любила и с необычным для девочки рвением посещала, но после неё тащиться с тяжеленным рюкзаком на четвёртый этаж..... Это любого добьёт! И практики в этом году почти не было.... Одни задачи.... Эх.... А в лаборатории пробирочки... Собственно, это было одним из этапов, на котором отсеивались те, кому химия не нужна. Первым этапом был очень хороший, но строгий преподаватель. Виктор Николаевич прекрасно преподавал, показывал интересные опыты и рассказывал очень много интересного дополнительного материала, но объёмы домашних заданий и строгость проверки разубедили многих в том, что им вообще нужна химия. Из-за этого в начале года дополнительные посещали человек 10-20 от двух классов — восьмого «А» и восьмого «Б» –, но к середине года там оставалось только человек пять-шесть энтузиастов, которые ходят сюда ещё с седьмого класса. Иногда появлялось пару новых любителей химии, но чаще всего они переставали посещать занятия через месяц-два. Лера же всё ещё посещала эти уроки из-за своей любви к химии и уважению к учителю. Что ж, вот и четвёртый этаж. Чёрт возьми, почему туда так тяжело забираться?!.. — Привет! Извини, а как ты сделала номер 8-75 из домашки? Я что-то понять не могу..... Обычный вопрос, из тех, которые чаще всего задают Лере. Она была отличницей и считалась самым крупным знатоком в химии в классе. Мысленно выругавшись и кинув рюкзак в ближайший угол, она взяла у одноклассницы тетрадку и бегло просмотрела задачу. — В выражении массы нитрата свинца два ошибка. Ты взяла не ту молярную массу. — Спасибо! А ты можешь показать, что у тебя получилось? Ну, просто, сравнить..... Лера тяжело вздохнула и полезла за своей тетрадкой. Ну почему все пристают с ней с такими вопросами?.. — Дам только после того, как сама перерешаешь!  — Хорошо! Катя устремилась к ближайшему подоконнику, где, встав в весьма неудобной позе и вооружившись калькулятором, начала пересчитывать всю задачу. Лера вновь тяжко вздохнула и посмотрела на свои наручные часы. Они показывали 15:30. Что ж, химик обычно на этой перемене обедает, есть пять минут, чтоб самой успеть съесть бутерброд, взятый из дома..... Не успела Лера съесть и половину бутерброда, как к ней подошла Настя. — Извини, Лер, а ты не помнишь, какая у нас была тема по химии на прошлой неделе во вторник? Мне сегодня тест пересдавать… Лера и так устала после тяжёлой недели, так что, даже не прожевав бутерброд, она злобно ответила: — Нет, не помню! Дай поесть спокойно! — Но Виктор Николаевич появится с минуты на минуту! Я в прошлый раз тест сдала на 2! Ну скажи тему, я хоть конспект успею просмотреть! Возведя глаза к потолку и прокляв всех этих надоедливых людишек, Лера ответила: — Свойства кислот у нас были! — Спасибо, спасибо! Настя умчалась, и Лера приготовилась спокойно доесть свой бутерброд в тишине и покое. Но кто ж ей даст?.. По закону подлости, именно в этот момент из-за угла появился улыбающийся Виктор Николаевич. Пришлось спешно проглотить непрожёванный кусок бутерброда и запихнуть его остатки в карман рюкзака. Химик, как обычно, отпер кабинет и зашёл туда первым, пригласив ребят зайти вслед за ним. Все семеро учеников устремились к кабинету, где принялись занимать свои привычные места. Пока химик ходил в маленькую комнату при кабинете, чтобы надеть халат, ребята успели разложить ручки, тетрадки, калькуляторы и таблицы Менделеева. В этом году на дополнительной химии было поразительно много сложного теоретического материала. Ни одного опыта за весь год они не провели. Лера и ещё пара человек уже не надеялись в этом году хоть на какую-то практику. Химик всё не появлялся. Начались тихие обсуждения последних новостей, задач по химии и наиболее выполнимых способов отравить дорогих идиотов-одноклассников. Наконец из лаборантской вышел химик. В руках он нёс два высоких мерных цилиндра с прозрачными жидкостями. Подойдя к столу, он оставил там реагенты и вновь скрылся в лаборантской. «Многообещающе!» — подумала Лера. Остальные в кабинете тихо заёрзали, стараясь увидеть, нет ли чего ещё на столе у Виктора Николаевича и нет ли подписей, что это за таинственные жидкости. Начались шепотки и предположения, что же это может быть. Из лаборантской вновь вынырнул химик. В одной руке он нёс ещё одну ёмкость с реактивом, а в другой – высокий стеклянный цилиндр без каких-либо пометок и насечек. Поставив всё это на стол, он коварно, в своей обычной манере, улыбнулся. — Я сегодня показывал один опыт первоклашкам, тут остались растворы, заодно и вам покажу. Химик по очереди осторожно налил в высокий цилиндр все три жидкости. Получившийся раствор окрасился в ярко-синий цвет. Никто этому факту особо не удивился. Ну синий раствор… И не такое видели… Внезапно раствор обесцветился, вновь стал прозрачным. Раздались редкие удивлённые возгласы и громкие шепотки. Виктор Николаевич улыбнулся, довольный произведённым эффектом. Раствор вновь посинел. Теперь класс заполнился воплями изумления и вопросами, обращёнными к химику. Между тем раствор обесцветился. Класс горел желанием узнать, что же это за реакция такая, и, если повезёт, провести самим. Ну вдруг им наконец дадут в лапки хоть какие-то химикаты?! Виктор Николаевич лишь загадочно улыбнулся. — Это многоступенчатая реакция. Суть в том, что в этой реакции выпадает йод, который при взаимодействии с крахмалом синеет, однако потом он вновь расходуется в обратной реакции и раствор обесцвечивается. Классу было недостаточно этого объяснения. Подростки всё ещё удивлённо смотрели на цилиндр, где раствор продолжал менять цвет туда-сюда. — Подобные реакции мы будем проходить в старших классах, а сейчас не будем тратить на это времени… Так, откройте тетрадки, возьмите распечатки с задачами… Начинайте решать, начиная с номера 7-36… Так, к доске на этот номер пойдёт… Кира, сходи к доске! По классу пронёсся вздох разочарования. Все уныло открыли тетрадки и начали решать задачи. «Вот так всегда! — думала Лера. — Только начинается что-то интересное, как химик замолкает и даёт эти нудные задачи! И интересное оборачивается либо слишком сложным для нас материалом, либо очередной порцией домашки и проверочных…» Привычно зашелестела бумага. Начался обычный урок дополнительной химии. Раствор на столе химика продолжал лукаво мигать.